Пепел на витражах

      Гермиона проснулась в удивительно хорошем настроении. Вчерашний вечер до сих пор согревал её изнутри. Они с Драко провели несколько часов на Утёсах Поющих Ветров, слушая, как ветер прорывается сквозь скалы и превращается в настоящую мелодию. А над ними раскинулось бесконечное ночное небо, создавая ту самую атмосферу, которую невозможно описать словами.       Гермиона потянулась в кровати и лениво приоткрыла глаза. Утро уже вступило в свои права. Солнечные лучи проникали сквозь занавески и заливали комнату мягким золотистым светом. Весна в этом году выдалась на удивление тёплой. Даже магловский Лондон, обычно утопающий в туманах и дождях, последние недели радовал ясным небом.       Поднявшись с кровати, Гермиона подошла к окну. Улыбка сама собой появилась на её губах. Стоило только вспомнить вчерашний вечер, как внутри вновь разливалось приятное тепло. Она до сих пор не призналась себе, насколько ей понравилось услышать от Драко слово «свидание». Вчера она старательно делала вид, что относится к этому спокойно, но ночью ещё долго прокручивала в голове каждую мелочь: их разговоры, его взгляды, улыбки и тёплый ветер над морем.       Они не целовались. Между ними не произошло ничего такого, о чём обычно пишут в романах. Но почему-то именно это делало воспоминания ещё более ценными. Этот вечер казался почти идеальным. Они вернулись домой далеко за полночь, и Гермиона проспала всего несколько часов. Однако усталости она совершенно не чувствовала. Напротив, ей казалось, что она готова свернуть горы.       Гермиона открыла окно, впуская в комнату свежий весенний воздух. Солнечный свет мгновенно стал ярче, а лёгкий ветерок приятно коснулся лица. Но в следующий момент приятное тепло внутри сменилось резкой болью. Она вздрогнула и резко отдёрнула руку. Плечо словно обожгло раскалённым железом. Боль стремительно разошлась по всей руке, заставив Гермиону стиснуть зубы и ухватиться за подоконник.       Улыбка мгновенно исчезла с её лица. Проклятие вновь напомнило о себе.       Гермиона ещё несколько секунд стояла у окна, пережидая боль. Она медленно выдохнула и осторожно пошевелила пальцами. Неприятное жжение всё ещё оставалось где-то глубоко под кожей, но острая вспышка уже прошла. Плечо продолжало ныть, словно напоминая, что проклятие никуда не исчезло и просто ждёт удобного момента.       Пить захотелось неожиданно сильно.       Гермиона вышла из спальни и направилась на кухню. Квартира встретила её утренней тишиной. За окнами уже шумел просыпающийся Лондон, а здесь всё ещё было спокойно и уютно. Она достала из холодильника графин с водой и налила полный стакан. Холодная вода немного освежила и помогла окончательно прогнать остатки сна.       Поставив чайник, Гермиона облокотилась бедром о столешницу и задумчиво посмотрела в окно. Мысли сами собой вернулись ко вчерашнему вечеру. Стоило только вспомнить Утёсы Поющих Ветров и то, как Драко назвал это свиданием, как на губах снова появилась улыбка. Из коридора послышались шаги. Спустя несколько секунд на кухне появился Малфой.       Вид у него был настолько домашний и непривычный, что Гермионе пришлось приложить усилие, чтобы не начать откровенно его рассматривать. Светлые волосы были растрёпаны после сна. Белая футболка немного помялась, а тёмные шорты выглядели так, будто он надел первое, что попалось под руку, прежде чем выйти из спальни.       — Доброе утро, Грейнджер, — произнёс он хриплым после сна голосом и направился к холодильнику. — Ты вообще когда-нибудь спишь дольше семи утра?       — Доброе утро, Малфой, — улыбнулась Гермиона, наблюдая за ним. — А ты вообще когда-нибудь перестаёшь жаловаться?       — Нет. Это одна из моих лучших черт.       Он открыл холодильник и достал тот же графин с водой, который Гермиона только что убрала обратно. Подойдя ближе, Драко наклонился через её плечо, чтобы взять стакан. Расстояние между ними мгновенно сократилось до неприличного.       Гермиона почувствовала лёгкий запах его шампуня и едва заметно напряглась. Драко, кажется, прекрасно это заметил.       — Ты сегодня подозрительно довольна жизнью, — заметил он, наполняя стакан водой.       — Просто хорошее утро.       — Неужели только утро?       Он повернул голову в её сторону, и на его губах появилась знакомая лукавая улыбка. Гермиона закатила глаза, но почувствовала, как начинают теплеть щёки.       — Не льсти себе.       — Поздно. Я уже решил, что причиной хорошего настроения являюсь именно я.       Она тихо фыркнула и потянулась к чайнику. В этот момент Драко случайно задел её руку. Вернее, сначала Гермиона подумала, что случайно. Потому что в следующую секунду заметила, как его взгляд задержался на её пальцах.       — Что такое? — нахмурился он.       — Ничего.       — Грейнджер. — его голос стал грубее.       Она отвела взгляд. На взгляд Малфоя это было весьма подозрительно и он немного прищурился смотря на нее. Драко поставил стакан на стол и подошёл ближе. Его улыбка постепенно исчезла.       — У тебя рука дрожит.       — Малфой, всё нормально.       — Гермиона, я видел людей после проклятий чаще, чем хотелось бы. И сейчас ты выглядишь именно так.       Она недовольно поджала губы. Иногда его наблюдательность очень сильно раздражала.       — Просто плечо немного болело.       — Когда? — серые глаза мгновенно стали серьёзными.       — Несколько минут назад. — Гермиона пожала плечами. — Всё уже прошло.       Драко некоторое время молча смотрел на неё. Затем осторожно поднял руку и коснулся её плеча чуть ниже места проклятия. Боль вспыхнула так неожиданно, что Гермиона невольно вздрогнула.       — Ай!       Она сразу же отстранилась. Лицо Драко потемнело, ни слова не говоря, он развернулся и вышел из кухни.       — Малфой?       Ответа не последовало.       Через минуту он вернулся с небольшим флаконом в руке. Поставив его перед Гермионой, Драко скрестил руки на груди и посмотрел на неё тем самым взглядом, который обычно не оставлял пространства для споров.       — Выпей.       — Мне уже лучше.       — Гермиона.       В его голосе не было раздражения. Только беспокойство, настоящее и совершенно не скрываемое.       — Выпей зелье. — он смотрел на Гермиону строгим и ожидающим взглядом. Гермиона посмотрела сначала на флакон, потом на него. И почему-то именно его выжидающий взгляд подействовал сильнее любых приказов.

***

      Когда они вернулись в фонд в один из очередных рабочих дней, их ожидал небольшой сюрприз. Помимо нового задания от руководства произошло ещё несколько изменений. Женщина из отдела распределения экспонатов для изучения неожиданно заболела и оказалась в больнице, поэтому её место временно занял один из стажёров. И вот именно это обстоятельство привлекло внимание Драко куда сильнее, чем все остальные новости. Он намеревался осмотреть хранилище.       Каково же было его удивление, когда он пришёл получать экспонат номер 74924 и обнаружил за стойкой знакомое лицо. Перед ним сидел тот самый внук мистера и миссис Тейлор из соседней квартиры. Парень заметил Малфоя почти сразу, широко улыбнулся и поспешно поднялся из-за стола, будто встретил старого приятеля.       — О, Дэймон! Я так рад тебя видеть. А то за всё это время нам так и не удалось нормально поговорить.       Драко пожал протянутую руку и на мгновение задумался. Имя соседа никак не желало всплывать в памяти, хотя лицо он помнил прекрасно.       — Взаимно, — ответил он с лёгкой улыбкой. — Не ожидал встретить тебя здесь.       — Да, меня сюда временно перевели вместо миссис Адлер. Теперь я выдаю экспонаты для исследований. Работа не самая захватывающая, но зато можно хоть немного познакомиться с тем, чем занимается фонд.       Драко протянул папку с документами и, пока парень изучал бумаги, неторопливо осмотрел помещение. Комната чем-то напоминала архив Аврората. За стеклянными стенами располагалось просторное хранилище, заставленное высокими металлическими стеллажами.              На них рядами стояли коробки разных размеров с аккуратно прикреплёнными бирками и серийными номерами. Возле дальней стены виднелись картотеки, несколько рабочих столов и шкафы с документами.       Парень открыл первую страницу, пробежался взглядом по заявке и на секунду замер. Это длилось всего мгновение, но многолетняя привычка замечать мелочи заставила Драко насторожиться. Стажёр словно что-то обдумывал. Затем он поправил волосы, натянул на голову лежавшую рядом кепку и быстро захлопнул папку.       — Любопытно. Одну минуту, сейчас всё принесу.       С этими словами он поднялся из-за стола и направился к двери хранилища. Вытащив из кармана пластиковую карточку-пропуск, парень приложил её к считывателю и исчез за дверью, оставив Малфоя одного.       Стоило ему скрыться из виду, как внимание Драко полностью переключилось на помещение за стеклом.       Из головы всё ещё не выходил разговор на площади Гриммо. Элан Маппер. Или, если называть вещи своими именами, Крауч. Тогда они выяснили, что через фонд проходили какие-то артефакты, и Малфой был готов поставить весьма приличную сумму галлеонов на то, что речь идёт не о случайных находках археологов. Слишком многое указывало на то, что среди этих предметов могли оказаться вещи из старых тайников чистокровных семей. И сейчас его от возможных ответов отделяла всего одна стеклянная дверь. Любопытство оказалось сильнее здравого смысла.       Драко медленно приблизился к входу в хранилище и внимательнее всмотрелся внутрь. Отсюда было видно восемь длинных стеллажей, заставленных сотнями коробок. На стенах висели какие-то схемы и списки, а возле входа располагалась большая картотека. Стажёра нигде не было видно, и это только подогревало интерес.       Осторожно коснувшись дверной ручки, Драко слегка потянул её на себя и приоткрыл дверь ровно настолько, чтобы заглянуть внутрь. Он уже собирался сделать шаг вперёд, когда почувствовал знакомое сопротивление магии.       Барьер. Причём настолько мощный, что его присутствие ощущалось даже без палочки.       Драко замер и внимательнее прислушался к собственным ощущениям. Магия не отталкивала и не атаковала его. Она просто не позволяла пройти дальше. Чем-то это напоминало защитные чары, которые преподаватели Хогвартса использовали во время осады замка, чтобы остановить Пожирателей смерти.       Вот это уже было интересно. Обычное хранилище музейных экспонатов не нуждалось в защите такого уровня.       Малфой осторожно отпустил ручку и сделал несколько шагов назад, стараясь сохранить на лице безразличное выражение. Теперь он был абсолютно уверен, что внутри находится нечто гораздо более ценное, чем руководство фонда готово признать официально. В этот момент дверь снова открылась.       Стажёр вышел из хранилища с коробкой в руках и всё той же дружелюбной улыбкой на лице, будто ничего необычного здесь не происходило.       — Прости, что так долго. Я ещё не до конца разобрался, где что лежит, поэтому постоянно путаюсь в стеллажах.       Он поставил коробку на стол и протянул Драко документы для подписи. Пока парень раскладывал бумаги по папкам, Малфой как бы между прочим кивнул в сторону хранилища.       — Слушай, а ты не мог бы как-нибудь показать мне его? Выглядит внушительно. Мне было бы интересно посмотреть, как всё устроено внутри.       Стажёр заметно замялся.       — Прости, Дэймон, но не могу. Без специального допуска туда никого не пускают. Там хранится слишком много ценных и хрупких вещей.       — Даже сотрудников фонда?       — Особенно сотрудников фонда, — виновато улыбнулся парень. — После недавнего пожара руководство стало крайне осторожным. Сейчас доступ есть только у нескольких человек.       Ответ прозвучал слишком гладко. Словно его заранее подготовили.       — И как тогда получить допуск? — поинтересовался Драко.       — Сейчас практически никак. Мистер Байерс временно заморозил выдачу новых пропусков. А меня самого пустили только после специальных курсов по условиям хранения экспонатов. Температура, влажность и прочая скучная ерунда.       Драко понимающе кивнул, хотя внутреннее чутьё буквально кричало, что парень лукавит. Однако предъявить ему было нечего. Здесь он находился как сотрудник фонда, а не как аврор.       — Что ж, тогда не буду отвлекать тебя от этой увлекательной работы.       Он забрал коробку и только сейчас обратил внимание на бейдж, висевший на шее стажёра.       «Стивен Тейлор».       Наконец-то имя обрело хозяина.       Они обменялись рукопожатием, после чего Малфой направился к выходу. Но даже покинув помещение, он всё ещё чувствовал лёгкое покалывание в пальцах — остаточный след от защитного барьера.       И почему-то был уверен, что именно за той дверью начинается самая интересная часть их расследования.       Как только Драко вышел из кабинета, Стивен смог наконец выдохнуть с облегчением. Честно говоря, когда он увидел Малфоя на пороге, то сразу узнал его, несмотря на маскировочное кольцо, которое меняло внешность аврора.       Большинство людей обращали внимание на лицо, голос или походку. Стивен же с детства привык замечать совсем другое. Магию.       Во время обучения в Ильверморни его наставники уделяли особое внимание медитациям и контролю восприятия. Некоторые ученики учились чувствовать эмоции, другие — потоки магии вокруг себя. Стивен же неожиданно обнаружил способность различать магический потенциал окружающих людей.       Именно поэтому, когда Малфой только вошёл в коридор, Стивен уже знал, кто приближается к двери.       Такая магия встречалась редко. Она чувствовалась плотной и тяжелой. Словно внутри человека постоянно работал мощный двигатель. Сейчас Стивен сидел за столом и задумчиво крутил в пальцах свой бейдж.       «Стивен Тейлор. Стажёр».              Он невольно усмехнулся.       Чтобы оказаться на месте мисс Адлер, пришлось приложить немало усилий. Конечно, он не желал женщине ничего плохого. Проклятие было лёгким и временным. Достаточным, чтобы она на пару недель оказалась под наблюдением магловских врачей и освободила нужное место.       И всё ради сегодняшнего разговора. Потому что после отчёта из Отдела Тайн Стивен прекрасно понимал: рано или поздно Малфой и Грейнджер доберутся до хранилища. И, судя по всему, это произошло гораздо раньше, чем он рассчитывал. Он посмотрел на дверь, через которую несколько минут назад ушёл Драко. Потом перевёл взгляд на стеклянную стену хранилища. А затем медленно покачал головой.       — Любопытный ты человек, Малфой.       Стивен не сомневался, что аврор почувствовал барьер. Возможно, даже попытался пройти внутрь. Это было бы вполне в его стиле.       А значит, времени оставалось всё меньше. Стивен поднялся из-за стола, достал из кармана палочку и одним движением запер дверь кабинета. Затем направился в хранилище.       Пройдя сквозь защитный барьер, он оказался между длинными рядами стеллажей и уверенно пошёл к дальней стене помещения. Там, за несколькими рядами обычных экспонатов, находился отдел, которого не существовало ни на одной карте фонда.       Отдел, ради которого он здесь и находился. Если Малфой начал задавать вопросы сейчас, то очень скоро эти вопросы начнёт задавать и Грейнджер. А это означало только одно. Пора было готовиться к следующему ходу.

***

      Гермиона сидела за своим столом, внимательно рассматривая старинную брошь, которую несколько минут назад принёс из хранилища Драко. Небольшое украшение выглядело совершенно обычным: потемневшее серебро, россыпь мелких голубых камней и незнакомый символ на обратной стороне.       Она быстро делала заметки в рабочем блокноте, время от времени сверяясь с каталогом фонда. Вокруг ещё находились сотрудники, поэтому Гермиона старательно изображала обычную работу исследователя. На самом деле её интересовала вовсе не брошь. Как только описание было закончено, Гермиона украдкой осмотрелась. Несколько человек ещё работали за соседними столами, но вскоре один за другим начали покидать кабинет. Кто-то отправился на обед, кто-то ушёл на совещание.       Дождавшись подходящего момента, Гермиона открыла блокнот на чистой странице и осторожно положила брошь поверх бумаги. Несколько секунд ничего не происходило. Затем по странице побежали тонкие золотистые линии. Гермиона удовлетворённо улыбнулась.       Контуры украшения начали медленно проявляться на пергаменте. Сначала появился общий силуэт, затем мелкие детали, узор металла и даже царапины на поверхности камней. Она дождалась окончания процесса и захлопнула блокнот. Теперь оставалось только ожидать ответа от профессора. Работа была сделана.       — Надеюсь, ты не записываешь туда мои тайны? — раздался знакомый голос совсем рядом.       Гермиона подняла голову. Драко сидел на краю её стола, держа в руках кружку кофе. На его лице играла привычная довольная улыбка.       — Твои тайны не поместятся даже в библиотеку Хогвартса.       — Я польщён, что ты оцениваешь меня настолько высоко.       Гермиона закатила глаза, но улыбку скрыть не смогла.       — Чего тебе нужно, Малфой?       — Вообще-то я пришёл с миром, — он сделал невинное лицо. — Я провёл работу над ошибками и кое-что выяснил. Решил сразу сообщить это великой Гермионе Джин Грейнджер, чтобы она случайно не решила, будто я скрываю от неё важную информацию.       — Как благородно с твоей стороны.       — Знаю. Сам собой восхищаюсь.       Гермиона тихо рассмеялась.       — И когда же ты собирался поделиться этим сокровенным знанием? — Гермиона откинулась на спинку кресла и скрестила руки на груди.       — Сегодня вечером, — невозмутимо ответил Драко, продолжая сидеть на краю её стола.       — В моём кабинете?       — Ты сейчас приглашаешь меня на свидание или на допрос? — уголок его губ насмешливо дрогнул.       — Всё зависит от того, насколько полезной окажется твоя информация.       — В таком случае я рассчитываю на очень тёплый приём, дорогая.       Гермиона уже открыла рот, чтобы ответить, когда дверь кабинета резко распахнулась.       — Мина! — Эмма буквально ворвалась в помещение подобно урагану.       Невысокая девушка со светлым каре выглядела настолько счастливой, что казалось, будто сейчас начнёт подпрыгивать от избытка эмоций. Её глаза сияли, а широкую улыбку, кажется, невозможно было стереть даже при помощи магии. В руках она сжимала какие-то документы и так быстро пересекла кабинет, что Гермиона едва успела подняться со стула.       — Танцуй, подруга! Танцуй! У меня получилось!       Эмма подлетела к ней и схватила за обе руки.       — Что получилось? — Гермиона невольно рассмеялась, глядя на её восторженное лицо.       — Всё получилось! Нас включили в экспедицию!       — Что? — Гермиона искренне удивилась.       События последних дней полностью вытеснили то, что она подговорила Эмму на совместную работу именно в тех местах, где Аврорат изъял артефакты.       — Экспедиция в Аббатство Уимби, часовню Одды, и часовня Лиддвел. — Эмма загибала пальцы, — Руководство подписало заявку! Мы едем!       Эмма счастливо потрясла документами перед её лицом.       — Через три дня! Ты понимаешь? Через три дня!       Гермиона мгновенно оживилась.       — Подожди, серьёзно?       — Абсолютно серьёзно! — Эмма широко улыбнулась и наконец отпустила её руки. — Я два дня бегала по кабинетам, собирала подписи, убеждала начальство, что нам нужны дополнительные аналитики, и они согласились!       — Эмма, это же потрясающе.       — Я знаю!       Девушка выглядела настолько довольной собой, что Гермиона не смогла удержаться от смеха. Только спустя несколько секунд она заметила, что в кабинете неожиданно стало тихо. Обе женщины одновременно повернулись к Драко.       Малфой всё ещё сидел на краю стола с чашкой кофе в руках и смотрел на Гермиону с таким выражением лица, которое ей очень не понравилось.       — Какая интересная новость, дорогая, — протянул он, медленно отпивая кофе. — Особенно учитывая, что я слышу о ней впервые.       Улыбка Гермионы тут же стала менее уверенной.              — Ну… — немного замялась Эмма думая, стоит ли ей говорить, или же лучше ретироваться.       — Нет-нет, продолжай, — Драко сделал приглашающий жест рукой. — Мне очень интересно узнать подробности этой замечательной экспедиции, о которой моя жена забыла упомянуть.       Эмма растерянно перевела взгляд с одного на другого.       — Подождите... Она тебе не сказала?       — Представь себе, нет.       — Мина! — теперь уже Эмма смотрела на Гермиону с искренним удивлением.       — Я думала, вы всё друг другу рассказываете.       — Обычно так и есть, — с абсолютно невинным видом подтвердил Драко.       Гермиона почувствовала, как начинает краснеть.

***

      Джинни при помощи магии разглаживала вещи Джеймса, сидя на ковре в детской. Сегодня Молли забрала внука к себе на весь день, и Джинни неожиданно осталась наедине с собой.       Несмотря на это, её отдых трудно было назвать беззаботным. Она всё ещё не могла до конца избавиться от тревоги за мужа. После осады Мунго, когда Гарри наконец вернулся домой, она буквально вцепилась в него и ещё долго не хотела отпускать. Он выглядел измождённым, уставшим и каким-то опустошённым. Но именно тогда Джинни в очередной раз поняла, насколько сильно любит этого мужчину.       Особенно после того, как Гарри объявил, что следующий день будет посвящён исключительно семье и он не произнесёт ни единого слова о работе.       Сначала он проспал почти полдня, а потом они провели весь вечер втроём. Вместе приготовили ужин, накрыли на стол и просто наслаждались обществом друг друга. Джеймс буквально не отходил от отца ни на шаг. Он ужасно соскучился по Гарри, и такие вечера казались настоящим маленьким чудом.       Закончив складывать вещи Джеймса, Джинни поднялась с ковра и оглядела аккуратно разложенные стопки одежды. И тут же вспомнила, что любимый плюшевый дракон Джеймса так и остался лежать в кабинете Гарри. Джинни тихо рассмеялась.       Джеймс уже несколько раз пытался убедить всех, что дракон должен участвовать в семейных ужинах и спать рядом с ним каждую ночь. Молли наверняка скоро пришлёт патронуса с вопросом, где игрушка.       Поэтому Джинни направилась вниз по лестнице к кабинету мужа. Дверь была приоткрыта. Она толкнула её рукой и уже собиралась войти, когда замерла на пороге. Возле рабочего стола Гарри стояла Гермиона. Но было что-то странное в том, как она держалась. Словно человек находился не у себя дома, а в чужом месте.       Гермиона стояла спиной к двери и внимательно рассматривала бумаги на столе. Когда дверь скрипнула, она вздрогнула и слишком резко обернулась. На одно короткое мгновение Джинни показалось, будто она испугалась. Но уже через секунду на лице появилась привычная улыбка.       — Гермиона?              — Джинни, — ответила та слишком быстро. — Не ожидала тебя увидеть.       — Вообще-то, это я должна говорить эту фразу. Что ты здесь делаешь?       Гермиона на долю секунды замялась. Совсем незаметно для большинства людей. Но Джинни знала её слишком давно.       — Гарри попросил забрать кое-какие документы и принести ему в Аврорат.       — Правда?       — Да. — Гермиона слегка улыбнулась и отошла от стола.       — Он говорил, что очень занят.       Джинни нахмурилась. Это уже звучало странно. Гарри терпеть не мог втягивать друзей в бумажную работу, особенно когда речь шла о служебных документах. Но пока она не успела ничего сказать, Гермиона перевела разговор в другое русло.       — А где Джеймс?       Она ещё не знала, что этот вопрос был задан вовсе не из дружеского интереса.       — Он у мамы. Я уже начала думать, что ты про меня совсем забыла, — Джинни улыбнулась и вновь уселась на кресло. — С тех пор как вы с Малфоем поселились в магловском Лондоне, тебя стало невозможно вытащить куда-нибудь.       — Работы много, — уклончиво ответила Гермиона.       Джинни подняла бровь.       Обычно после подобных фраз Гермиона начинала рассказывать о расследовании, жаловаться на отчёты или хотя бы закатывать глаза при упоминании Малфоя. Сейчас же она просто стояла посреди комнаты и внимательно осматривалась. Будто искала что-то.       — И как у вас дела? — невинно спросила Джинни. — У тебя и Малфоя.       На секунду Гермиона замерла.       — Нормально.       — Нормально? И это всё? — теперь уже нахмурилась Джинни.       — А что ещё?       Это точно был странный ответ. Она ожидала от Гермионы чего-то более обычного, но могла только удивленно смотреть на нее. Девушка могла хотя бы покраснеть, потому что было очевидно, что в последние недели даже слепой заметил бы, что между этими двумя что-то происходит.       — Ну не знаю, — протянула Джинни. — Обычно при упоминании его имени ты либо краснеешь, либо начинаешь защищать его так, будто он национальное достояние.       — Люди меняются. — ответ прозвучал слишком быстро и сухо.       Гермиона никогда не говорила такими фразами. Она любила объяснять, анализировать и рассуждать. А сейчас словно старалась закончить тему как можно скорее. Джинни открыла рот, собираясь задать ещё один вопрос, но Гермиона неожиданно её перебила.       — Гарри попросил меня коечто забрать из его кабинета. — Гермиона покрутила головой, повторяя свои прошлые слова.       — Сегодня Гарри обещал прийти пораньше, — она посмотрела на настенные часы, — приблизительно через полчаса. Не говори, что он прийдет, чтобы вы опять заперлись в кабинете и до поздней ночи что-то обсуждали?       Гермиона округлила глаза и натянула улыбку.       — Я ещё не уверена в этом, пока не могу ничего сказать, ты же знаешь, — ответила Гермиона, обходя стол Гарри.       Она открыла верхний ящик и быстро пробежалась взглядом по его содержимому. Джинни тем временем уже нашла игрушечного дракончика Джеймса и с улыбкой взяла его в руки.       — Вот ты где, беглец.       Она подошла к большому зеркалу возле книжного шкафа и поправила волосы свободной рукой. В отражении ей было прекрасно видно Гермиону, которая продолжала стоять возле стола Гарри.       Точнее, не стоять. Она методично открывала один ящик за другим, словно искала что-то конкретное. Гермиона продолжала стоять возле стола Гарри, просматривая ящики и стараясь не показывать своего раздражения.       — Гарри хоть сказал тебе, где именно лежат эти документы? — с улыбкой спросила Джинни, глядя на отражение подруги в зеркале.       — Нет, — ответила Гермиона, стараясь звучать спокойно. — Сказал только забрать их из кабинета.       — Ну конечно, — фыркнула Джинни. — Весь мой муж. Сначала попросит что-нибудь принести, а потом забудет рассказать, где это находится.       Она провела рукой по волосам и неожиданно рассмеялась.       — Хотя его даже понять можно.       — Почему?       — После того как Джеймс научился открывать ящики, Гарри вообще перестал хранить важные вещи в столе.       Гермиона едва заметно напряглась.       — Правда?       — О да. Однажды он оставил здесь какие-то документы, а Джеймс нашёл их раньше нас.       Джинни подняла дракончика и покачала головой.       — Этот маленький хулиган тогда разрисовал половину страниц. Нарисовал человечков, драконов, квиддичные ворота и почему-то огромное солнце на отчёте Министерства. Ты разве не помнишь? Мы же тогда в баре весь день смеялись с этого.       Гермиона молча слушала.       — После этого Гарри начал прятать всё куда попало. Иногда я сама не могу найти вещи в собственном доме.       Джинни задумчиво посмотрела на стену.       — Особенно, когда дело касается той старой колдографии Ордена Феникса. Гермиона проследила за её взглядом.       На стене висела большая колдография. На ней улыбались члены Ордена, собравшиеся за длинным столом много лет назад. Незадолго после битвы в Хогвартсе.       — Джеймс её просто обожает, — продолжила Джинни. — Поэтому Гарри постоянно снимает её со стены и прячет, когда дома появляются важные бумаги.       Она вдруг нахмурилась.       — Кстати...       Джинни словно что-то вспомнила.       — Подожди минуту.       Она поставила игрушечного дракончика на кресло и направилась к двери.       — Я сейчас вернусь.       Дверь закрылась. В кабинете воцарилась тишина. Улыбка мгновенно исчезла с лица Гермионы. Она медленно повернулась к фотографии и подошла ближе. Сняла её со стены. Несколько секунд внимательно рассматривала рамку, после чего осторожно отделила стекло от задней части.       Внутри ничего не было. По крайней мере, на первый взгляд. Чары незримого расширения, которые были очень искусно спрятанны. На губах девушки появилась довольная улыбка, она просунула руку между фотографией и задней стенкой рамки.       Пальцы исчезли в пустоте. Через мгновение она уже вытаскивала оттуда небольшую деревянную коробку. Затем вторую, третью и четвертую. Четыре глиняных табличекм лежали внутри.       Всё произошло настолько быстро, что к моменту, когда в коридоре вновь послышались шаги, артефакты уже исчезли под мантией, а колдография вернулась на место.       А Гермиона стояла возле стола так, словно никуда не отходила. В кабинет вошла Джинни, держа в руках небольшой флакон.       — Нашла! — довольно произнесла она. — Я вспомнила, что оставила его в ванной.       Но закончить мысль она не успела. Камин вспыхнул зелёным пламенем.       — Гермиона?       Та уже стояла возле него.       — Прости, Джинни, мне срочно нужно возвращаться в Аврорат.       — Но я хотела...       — Увидимся позже.       И прежде чем Джинни успела договорить, Гермиона исчезла в языках зелёного огня. Джинни растерянно посмотрела на камин, потом на флакон в своей руке.       — Вообще-то, я хотела отдать тебе средство от тёмных кругов под глазами, — пробормотала она. — Ты выглядела так, будто неделю не спала.       Она вздохнула и поставила флакон на стол Гарри. Странное чувство снова вернулось. Будто что-то в этой встрече было неправильным. Но Джинни никак не могла понять что именно.       Прошёл примерно час. Джинни уже давно устроилась на диване в гостиной с каким-то журналом в руках. Читать она почти не читала. Мысли всё равно возвращались к Гермионе, которая так странно спешила уйти. Впрочем, вскоре она заставила себя перестать об этом думать. Наверняка в Аврорате снова случилось что-то срочное.       Хлопнула входная дверь. На губах Джинни тут же появилась улыбка.       Через несколько секунд в гостиную вошёл Гарри. Он выглядел заметно лучше, чем несколько дней назад. Усталость всё ещё оставалась в его лице, под глазами залегли тени от недосыпа, но рядом с семьёй он будто снова становился самим собой.       Гарри заметил её на диване и сразу улыбнулся в ответ.       — Вот ты где.       Он подошёл ближе, наклонился и легко поцеловал её в щёку. Джинни привычно коснулась его руки и на мгновение прикрыла глаза. Такие моменты она особенно ценила после войны.       — Как твой день, милая? — тихо спросил Гарри.       — Спокойно. Даже непривычно спокойно. — Джинни жестом обвела гостиную, — Джейс в Норе, а тишина буквально режет слух.       — Завидую. — Гарри устало усмехнулся и сел рядом.       Несколько секунд он просто наслаждался тишиной дома, после скинул аврорскую мантию и заговорил.       — Я ненадолго. Нужно забрать из кабинета кое-какие заметки для Маклаггена и вернуться в Аврорат. Потом обещаю, что остаток дня буду только твоим. — Гарри наклонился и еще раз поцеловал жену в щеку.       — Даже без разговоров о работе? — Джинни игриво похлопала ресницами.       — Особенно.       Джинни тихо рассмеялась.       — Тогда ты мог бы попросить Гермиону сразу забрать еще и твои заметки. — Джинни подошла к Гарри и положила ему руки на плечи.       Поттер сначала даже не понял, о чём она говорит.       — Что?       — Ну, когда она приходила за документами.       — Какими документами?— он нахмурился.       Улыбка медленно исчезла с лица Джинни.       — Гарри, не начинай. Ты же сам её попросил. — грудь Джинни понемногу начала сковывать тревога.       — Джинни, я никого не просил. — Гарри почувствовал, как внутри что-то неприятно кольнуло.       — Что это значит? — она растерянно моргнула.       — То и значит.       Гарри уже сидел совершенно прямо. Всё его тело словно напряглось. Сердце начало учащенно биться в груди.       — Гермиона была здесь около часа назад, — медленно произнесла Джинни. — Она сказала, что ты попросил её забрать какие-то документы из кабинета.       Гарри смотрел на неё несколько секунд. А потом внутри всё оборвалось, потому что он прекрасно знал одну вещь. Он не видел Гермиону уже несколько дней. Он не разговаривал с ней, не отправлял её домой, иуж точно не просил забирать какие-либо документы.       Сердце неприятно ухнуло вниз.       — Как выглядела Гермиона?       — Гарри, что происходит? — Джинни опустила руки и отойдя на шаг назад настороженно смотрела на него.       — Джинни.       Она впервые услышала в его голосе напряженный тон       — Как выглядела Гермиона?       — Как обычно… — Джинни тихо говорила, внимательно изучая лицо мужа.       Джинни замолчала, было отчетливо слышно, как потрескивают дрова в камине. И тут она вспомнила, что Гермиона вела себя немного подозрительно. Она пришла не поздоровавшись, и забыла о том случае с Джеймсом и документами Аврората. Хотя прекрасно помнила, как они обсуждали это в баре.       — Но это невозможно... — прошептала она.       Гарри резко поднялся на ноги, теперь он уже не сомневался ни на секунду. Кто-то был в его доме, и этот некто обманул Джинни. Он искал что-то в кабинете. Не говоря ни слова, Гарри почти выбежал из гостиной.       — Гарри!       Джинни поспешила следом. Он ворвался в кабинет и остановился посреди комнаты. Взгляд сразу нашёл колдографию членов Ордена Феникса.       По спине пробежал холодок. Гарри быстро снял рамку со стены, его пальцы дрожали сильнее, чем ему хотелось бы.       Открыл тайник. На мгновение он просто застыл, будто надеялся, что ошибся. Что артефакты лежат глубже. Но пустота никуда не исчезла. Артефакты, которые он держал здесь исчезли.       Гарри медленно закрыл глаза. Он слишком хорошо понимал, что это означает.       — Гарри... — тихо позвала Джинни.       Он открыл глаза и посмотрел на жену. В его взгляде было столько тревоги, что у неё сжалось сердце.       — Их забрали.       Всего два слова. Но Джинни впервые по-настоящему испугалась. Потому что за все годы она очень редко видела Гарри Поттера настолько встревоженным.