Half-life 2:Episode Three

Снегоход зарылся в сугроб, заглох. Аликс спрыгнула первой, огляделась. Вокруг была только белая пустота и серые стены станции, которые торчали из снега, как рёбра мертвеца. Ворота были открыты, внутри — темнота. Гордон подошёл к входу, заглянул. — Идём, — сказал он. Они вошли. Коридор был пуст. Только снег, наметённый через разбитые окна, и тишина. Такая тишина, которая бывает только в мёртвых местах. Где никто не живёт. И не может жить. — Зомби, — сказала Аликс, когда первая фигура выползла из темноты. Они отстреливались. Медленно, экономя патроны. Зомби падали, вставали, падали снова. Их было много. Слишком много. — Видимо, станция мертва, — сказала Аликс, перезаряжая пистолет. — Но мы должны хотя бы найти что-нибудь нужное. Бинты, аптечки, патроны. — Ладно, — кивнул Гордон. — Пошли. Они пошли дальше. Коридоры петляли, уходили вниз, поднимались наверх, снова ныряли в темноту. Комнаты были пусты. Склады — разграблены. Жилые отсеки — залиты кровью. — Ничего себе станция, — сказала Аликс, останавливаясь у большой двери. — Какая-то она... странная. — Военная, — ответил Гордон. — Старая. Они вошли в главную комнату. Там было светло. Горели лампы, гудели приборы. На столе стоял монитор с клавиатурой. Старый, пыльный, но работающий. — Свяжемся с Барни, — сказала Аликс, подходя к столу. Она нажала кнопку, набрала частоту. Экран зашипел, замигал, потом на нём появилось лицо Барни. — Аликс! — крикнул он. — Где вы? — На станции 28, — ответила она. — Только что прибыли. — Вот и хорошо, — Барни облегчённо выдохнул. — А я уже волновался. — Всё нормально, — сказала Аликс. — Мы на месте. Дальше что? — Дальше ищите данные. О «Борее». О Джудит. Обо всём, что найдёте. Кляйнер говорит, что там, на станции, должны быть записи. — Поняла, — кивнула Аликс. — Держи связь. Она отключилась, повернулась к компьютеру. — Здесь что-то есть, — сказала она, вглядываясь в экран. — И она влезла в базу. Пальцы забегали по клавишам. Быстро, уверенно, как учил отец. Экран мигал, строки бежали, файлы открывались, закрывались. — Точно есть! — крикнула она. Она взломала последний уровень защиты, и перед ними открылись документы. Десятки, сотни документов. Отчёты, приказы, донесения. — Вот, — сказала Аликс, указывая на экран. — Я нашла. — Что? — спросил Гордон. — Данные о «Борее». О Джудит. О том, что она здесь была. Недавно. — И куда пошла? — Туда, — Аликс показала на карту. — За полярный круг. Там, где Альянс строит свою последнюю базу. «Борей» там. И Джудит там. — А данные? — спросил Гордон. — Данные у неё, — ответила Аликс. — Она везёт их с собой. Чтобы открыть портал. Чтобы уничтожить Альянс. — А если не получится? — Получится, — Аликс встала. — Должно получиться. Она выключила компьютер, повернулась к выходу. — Идём, — сказала она. — Мы должны её догнать. Они вышли из станции. Снегоход ждал, занесённый снегом. Гордон завёл мотор, Аликс села рядом. Впереди была белая пустошь, а за ней — база Альянса. И «Борей». И Джудит. Которая шла туда одна. Чтобы закончить войну. Или начать новую. Они не знали. Но знали, что должны быть рядом. С ней. С отцом. С памятью, которая вела их вперёд. К финалу. Или к началу. Они не знали. Но шли. Потому что не могли остановиться. Потому что обещали. Потому что Илай верил. И они верили. В победу. В свободу. В то, что однажды всё кончится. И начнётся снова. Но уже по-другому. По-настоящему. Навсегда. Они вышли из станции и поехали дальше. Снегоход летел по снежной равнине, оставляя за собой белый след. Ветер стих, снег перестал сыпаться, и вдалеке показались тёмные силуэты. Здания. Антенны. Лаборатория. — Смотри, — сказала Аликс, указывая вперёд. Гордон сбавил скорость, остановил снегоход у входа. Здание было старым, занесённым снегом, но стёкла целы, двери закрыты. Они спешились, подошли к входу. — Что это? — спросила Аликс. — Лаборатория, — ответил Гордон. Они вошли. Внутри было темно, но тепло. Пахло пылью, металлом и чем-то ещё. Тем, что бывает в местах, где люди работали, а потом исчезли. — Где мы? — прошептала Аликс, оглядываясь. — Не знаю, — ответил Гордон. — Что это за лаборатория? — она подошла к столу, провела рукой по пыльной поверхности. — Тихо, — сказал Гордон, прислушиваясь. Они пошли дальше. Коридоры были пусты, комнаты — пусты, лаборатории — пусты. Только приборы, столы, стулья. И пыль, которая лежала везде, как напоминание о том, что время не остановить. Никогда. — Лаборатория «Борей»? — спросила Аликс, останавливаясь у большой двери. — Похоже, — ответил Гордон. Они вошли. Там было светло. Горели лампы, гудели приборы, на столах лежали бумаги. На экранах — графики, схемы, цифры. — Видимо, здесь были учёные, — сказала Аликс, подходя к столу. — Исследовали «Борей». — И что случилось? — спросил Гордон. — Не знаю, — она взяла в руки бумагу, прочитала. — Видимо, что-то случилось. Она положила бумагу, подошла к другому столу. Там лежала карта. На ней был отмечен маршрут. От станции 28 до базы Альянса. И до «Борея». — Они знали, — сказала Аликс. — Они знали, что «Борей» там. И что Джудит идёт к нему. — И что? — спросил Гордон. — И что они пытались её остановить, — она указала на карту. — Или помочь. Не знаю. Она подошла к компьютеру, включила его. Экран засветился, строки побежали, файлы открылись. — Здесь есть что-то, — сказала она, вглядываясь в экран. — Отчёты. О «Борее». О портале. О Джудит. — И что там? — спросил Гордон. — Она была здесь, — ответила Аликс. — Недавно. Она забрала данные. И ушла. — Куда? — Туда, — она указала на карту. — К «Борею». — А что с учёными? — спросил Гордон. — Не знаю, — Аликс выключила компьютер. — Но, видимо, их уже нет. Она повернулась к выходу. — Идём, — сказала она. — Мы должны её догнать. Они вышли из лаборатории. Снегоход ждал, занесённый снегом. Гордон завёл мотор, Аликс села рядом. Впереди была белая пустошь, а за ней — база Альянса. И «Борей». И Джудит. Которая шла туда одна. Чтобы закончить войну. Или начать новую. Они не знали. Но знали, что должны быть рядом. С ней. С отцом. С памятью, которая вела их вперёд. К финалу. Или к началу. Они не знали. Но шли. Потому что не могли остановиться. Потому что обещали. Потому что Илай верил. И они верили. В победу. В свободу. В то, что однажды всё кончится. И начнётся снова. Но уже . По-настоящему. Навсегда. Они отправились дальше. Снегоход мчался по белой равнине, оставляя за собой длинный след, который тут же заметало снегом. Ветер снова поднялся, бросал в лицо колючую крупу, но они не останавливались. Впереди, на горизонте, уже угадывались очертания базы Альянса — чёрные шпили, вышки, антенны. — Почти приехали, — сказала Аликс, вглядываясь вперёд. Гордон кивнул, сбавил скорость. Снегоход замедлился, запетлял между сугробами. — Надо оставить его здесь, — сказал он. — Дальше пешком. Они остановились у подножия скалы, заглушили мотор. Аликс спрыгнула в снег, Гордон следом. Вокруг было тихо. Слишком тихо. Даже ветер затих, словно природа замерла, ожидая, что будет дальше. — Идём, — сказала Аликс, доставая пистолет. Они двинулись вверх по склону, цепляясь за камни, проваливаясь в сугробы. Впереди показались первые постройки — старые, полуразрушенные, занесённые снегом. База была мертва. Или казалась мёртвой. — Смотри, — сказал Гордон, указывая вниз. В лощине, между зданиями, стоял человек. Один. В синей форме, без оружия. Он смотрел в их сторону, но не стрелял. Не кричал. Просто стоял и ждал. — Кто это? — прошептала Аликс. — Не знаю, — ответил Гордон. Они спустились вниз. Человек не двигался. Подойдя ближе, они увидели, что он мёртв. Замёрз. Давно. Снег почти полностью занёс его тело, только лицо оставалось на поверхности. Глаза были открыты, смотрели в небо, в котором не было ни облачка. — Солдат Альянса, — сказала Аликс. — Что он здесь делает? — Ждёт, — ответил Гордон. — Чего? — Не знаю. Они пошли дальше. Вокруг были только руины. Разбитые здания, сгоревшая техника, воронки от снарядов. Всё было старым, заброшенным, ненужным. — Здесь была война, — сказала Аликс. — И давно. — Давно, — кивнул Гордон. Они прошли через весь лагерь, но никого не встретили. Только снег, ветер и пустота. И в конце, у самого края обрыва, они увидели её. Джудит. Она стояла на краю, смотрела вниз, на замёрзшее озеро, на котором застыл корабль. Огромный, чёрный, с башнями и антеннами. «Борей». — Джудит! — крикнула Аликс. Та обернулась. Лицо её было бледным, глаза красными. Она была одна. Совсем одна. — Вы пришли, — сказала она. — Я знала, что вы придёте. — Зачем ты это делаешь? — спросила Аликс. — Зачем ты здесь? — Чтобы закончить, — ответила Джудит. — То, что начал ваш отец. — Он не хотел этого, — сказала Аликс. — Он хотел... — Он хотел свободы, — перебила Джудит. — И я её добуду. Она повернулась к «Борею». — Корабль готов. Портал откроется. Альянс падёт. — А ты? — спросил Гордон. — Что будет с тобой? — Не важно, — ответила Джудит. — Главное — вы. Она шагнула к краю. — Прощайте. — Нет! — крикнула Аликс. Но Джудит уже прыгнула. Она летела вниз, к кораблю, к порталу, к смерти. Аликс бросилась следом, но Гордон схватил её за руку. — Не надо, — сказал он. — Но она... — Она сделала свой выбор, — Гордон посмотрел вниз. — Как и мы. Они стояли на краю, смотрели, как Джудит исчезает в снежной мгле. Внизу, на корабле, зажглись огни. Портал открывался. — Что теперь? — спросила Аликс. — Теперь ждать, — ответил Гордон. — И верить. Они ждали. Долго. Или недолго. Время здесь текло иначе. Среди снега, льда и пустоты. Портал открылся. Свет ослепил их на секунду, а потом погас. И всё стихло. — Получилось? — спросила Аликс. — Не знаю, — ответил Гордон. Они стояли на краю обрыва, смотрели на замерзшее озеро, на корабль, который медленно оседал в воду. И ждали. Чего? Они не знали. Но знали, что должны быть здесь. До конца. Или до начала. Они не знали. Но ждали. Потому что не могли уйти. Потому что обещали. Потому что Илай верил. И они верили. В победу. В свободу. В то, что однажды всё кончится. И начнётся снова. Но уже по-другому. По-настоящему. Навсегда.