Сбой системы

      Утро встретило меня тёмно-серым небом, отвратительно промозглой погодой и навязчивой мыслью, что я окончательно сошла с ума. Нога болела сильнее обычного, но я упрямо шла вперёд, не останавливаясь.       Ларс ждал меня у библиотеки, прислонившись к колонне, и задумчиво почёсывал разбитое колено, торчащее из-под короткой штанины.       — Ты похож на бомжа, который случайно забрёл на экскурсию, — сказала я вместо приветствия.       — А ты похожа на студентку, которая неделю не мыла голову, — парировал он.       Я машинально потрогала волосы.       Они и правда были жирноваты.       Чёрт.       — Заткнись, — проворчала я и толкнула тяжёлую дубовую дверь. — Пошли. И помни: мы — студенты, пишущие курсовую по криминалистике. Я — Тео, ты — мой молчаливый и туповатый одногруппник. Не смей что-то говорить без моего разрешения!       Ларс обиженно надул губы, но промолчал.       Внутри библиотека пахла пылью, бумагой и старым клеем — как все библиотеки в мире, наверное. Я споткнулась о сбитый ковёр, и Ларс весьма услужливо ухватил меня за локоть. Цепляясь друг за друга, как парочка пенсионеров, мы дошли до стойки, за которой чинно восседал сутулый пожилой мужчина в клетчатом жилете. На бейджике значилось: «Лейнарт Шмидт, главный библиотекарь». Он с подозрением уставился на нас поверх очков-половинок, и я сразу поняла — просто так мы не пройдём.       Откашлявшись, я приветливо начала:       — Доброе утро. Мы из университета, пишем курсовую по криминалистике. Нам нужен доступ к оцифрованным подшивкам местных газет за прошлые годы. Точнее… За последние лет двадцать.       Лейнарт Шмидт смерил меня презрительным взглядом и перевёл его на Ларса, который с максимально тупым выражением лица разглядывал узор на полу.       — У вас есть официальное разрешение? Без направления от деканата я не могу допустить вас к архивам.       — Ну… — Я замялась, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Мы… э-э-э…       — У нас есть разрешение! — внезапно перебил меня Ларс.       Я округлила глаза. Он что, спятил?       Ларс картинно полез в свой рюкзак, который, как всегда, был забит непонятным мусором, и через полминуты извлёк оттуда сложенную вчетверо бумажку с гербом, которую я никогда раньше не видела.       — Вот, пожалуйста. — Он протянул листок библиотекарю с таким видом, будто это был самый настоящий официальный документ с подписью ректора. — Здесь всё написано.       Лейнарт Шмидт принялся вглядываться в текст. Я напряглась, приготовившись бежать, в то время как Ларс широко улыбался, глядя прямо на библиотекаря.       — Хм, — промычал тот. — Какая-то… странная печать. И подпись неразборчива. Кто это подписал?       — Профессор Кёлер, — ответил Ларс, ни на секунду не смутившись. — Он у нас ведёт криминалистику. Очень занятой человек, вечно куда-то спешит, поэтому подпись у него такая нервная, а печать кривая. Дела, сами понимаете, не до аккуратности…       Решив поучаствовать в дерзком обмане, я выдавила из себя улыбку и поспешно вытащила из-под подмышки пакет с булочками, которые купила по дороге.       — Мы знаем, что беспокоим вас, — затараторила я. — Поэтому принесли небольшое угощение. Свежие, с маком. В… знак благодарности.       Лейнарт Шмидт посмотрел на пакет, потом на бумажку, потом снова на пакет. Его волосатые ноздри дрогнули — запах свежей выпечки, кажется, делал свою работу.       — Ну… — протянул он и снял очки. — Если это действительно для курсовой… Я могу дать вам доступ к дальнему компьютеру. Но только до обеда. Ничего не выносить, ничего не портить и не шуметь!       — Конечно! — выпалила я. — Мы тише воды, ниже травы!       Он протянул мне ключ-карту и махнул в сторону длинного коридора.       Мы прошли мимо стеллажей, и я чувствовала, как Ларс еле сдерживается, чтобы не сказать что-то идиотское или не расхохотаться. Когда дверь за нами закрылась, я развернулась к нему и прошипела:       — Что это было?! Где ты взял эту бумажку?!       — На свалке подобрал, — беззаботно ответил он. — Там был старый журнал с гербом университета. Я вырвал страницу и нарисовал подпись. Ты даже не представляешь, что можно сделать из всякого барахла, если приложить фантазию.       Ответить мне было нечего.       — Садись, и начинаем искать, — приказала я.       Спустя полтора часа мы наконец-то наткнулись на заголовок, от которого у меня перехватило дыхание.        «Вновь убит ребёнок. В деле появилась новая улика — бабочка». Статья была за 2003 год, и под ней стояла подпись: «Дело Энтомолога».       Ларс наклонился ко мне, и я почувствовала его дыхание на своей шее.       — Давай смотреть дальше, — обеспокоенно шепнул он.       Я начала открывать статью за статьёй — 2004-й, 2005-й, 2006-й… С каждой новой строчкой внутри разрастался холод. Маньяк, который называл себя «Энтомологом», оставлял тела в лесу, иногда прикалывая их к деревьям, как бабочек.       А потом, в 2007-м, он исчез.       — Так, получается… — протянул Ларс. — Он и правда вернулся?       — Или кто-то очень хорошо ему подражает, — отозвалась я и кликнула на фотографию вещей одной из прежних жертв.       На экране крупным планом появились кеды со шнурками, завязанными…       Вы уже наверняка догадались.       Методом Басти, конечно же.       — В 2004 году нам с братом был год, — зачем-то сказала я вслух.       — Ну, может, он маньяк-вундеркинд…       — Я тебе дам, блядь, маньяк-вундеркинд! — разъярённо выкрикнула я и зажала рот ладонью, вспомнив предупреждение библиотекаря о тишине.       К счастью, он ничего не услышал, и мы смогли продолжить изучать статьи. Сначала я хотела поручить Ларсу повторный просмотр всех доступных материалов, но, проследив за тем, как он держит мышку, растопырив пальцы, велела ему переписать самое важное в блокнот. Честно говоря, я не была уверена, что Ларс умеет писать, он взял блокнот, который я сунула ему в руки, и принялся выводить буквы с такой аккуратностью, что я невольно раскрыла рот. Почерк оказался мелким, ровным и каким-то старомодным, с едва заметными завитушкам — так пишут люди, которые в детстве просидели не один год за чистописанием, а вовсе не те, кто вырос на свалках и чердаках. Я хотела съязвить, но слова застряли в горле, когда я увидела, как старательно он переписывает даты и имена, почти не глядя в монитор.       Убедившись, что мы ничего не упустили, я забрала блокнот и предложила уйти. Ларс согласно кивнул. Мы прошли мимо Лейнарта Шмидта, с чавканьем дожёвывающего последнюю булочку, попрощались и отправились на поиски тихого местечка, где можно было обсудить найденную информацию об Энтомологе.       Я доковыляла до скамейки в парке неподалёку и буквально рухнула на неё. Ларс сел рядом, вытянул из рюкзака стеклянную бутылку без этикетки и, тряхнув ею, с наслаждением сделал несколько глотков.       — Будешь? — поинтересовался он, громко икнув.       Меня затошнило.       — Нет, спасибо. Давай лучше о деле. Нам нужно как-то выйти на Энтомолога. Ну или Папилионида… — Я почесала нос. — У нас по-прежнему есть только этот ник и переписка Басти, но всё-таки теперь мы уже знаем чуть больше…       — И что можно с этим всем сделать? Хочешь написать ему в личку с вопросом: «А вы случайно не тот самый маньяк, который убивает детей?»       Я закатила глаза.       — Нет, надо действовать иначе. Мы должны притвориться коллекционерами.       — Я и есть коллекционер. — Ларс приосанился.       — Ты идиот! Надо зарегистрироваться на том форуме, где сидит Басти, и написать Папилиониду, что у нас есть редкая бабочка на продажу. Ну и… Предложить встретиться лично.       — Звучит как план для самоубийц, — без тени иронии сказал Ларс, но в его глазах мелькнул тот самый огонёк. — Мне нравится.       — Я знала, что ты согласишься. — Я постаралась сделать вид, что целиком и полностью довольна собственным планом, несмотря на то что внутри всё ощутимо сжималось от страха. — Но нам ещё нужно придумать убедительную легенду. Типа… Кто мы такие, какую бабочку продаём, почему обратились именно к нему…       — А где мы вообще бабочку возьмём? Опять к Басти в комнату полезешь?       — Ну нет… — Я содрогнулась. — У меня, вообще-то, тоже есть бабочка. Не редкая, но… Можем подправить фотки в фотошопе.       — И где ты её взяла?       — Купила на ярмарке год назад, — соврала я.       На самом деле я украла бабочку из коллекции Басти примерно в то же самое время, что и мамину зажигалку, и он, разумеется, это заметил. Скандал вышел грандиозный, но отцу каким-то чудесным образом удалось убедить Басти не обижаться и, более того, отдать бабочку мне. Уж не знаю, какие аргументы он использовал, ведь самое важное — то, что экземпляр до сих пор валялся у меня в шкафу без дела, а теперь вполне мог пригодиться в осуществлении нашего с Ларсом плана.       Точнее, моего плана. Ларс, как исполнитель, к нему никакого отношения не имеет.       — Купила на ярмарке, — повторила я для пущей убедительности. — Она неплохих денег стоила, между прочим, несмотря на свою обычность! Ну а мы скажем, что это особый экземпляр, и хотим отдать её только в хорошие руки.       — И когда это всё произойдёт? — Ларс швырнул бутылку в урну. — Где мы будем с ним встречаться?       — Вот это и надо решить на форуме, — сказала я. — Но сначала — регистрация. Нам нужно придумать ники, которые не вызывают подозрений. Никаких Fortnite Battle Pass и Silly Frog With a Tail, которыми ты нас в чате в инсте обозвал! Нужно что-то нейтральное, про бабочек.       — Могу быть Молью, — предложил Ларс.       Я вздохнула.       — Очень прозаично. И, главное, с фантазией подошёл, как всегда! Ладно, я тогда буду… Ну, предположим, Papilio Nocturna. Вроде звучит достаточно по-научному. Нас точно примут за своих.       Ларс кивнул и достал из кармана свой треснутый телефон. Экран загорелся, и я увидела, что он уже открыл браузер и набрал название того самого форума.       — Я подготовился, — сказал он, ухмыляясь. — Пока ты сидела и перечитывала статьи в десятый раз, я нашёл эту помойку. Надо только зарегистрироваться. Ну что, вперёд?       Я уставилась на него.       — Как ты его нашёл?.. Я думала, придётся спрашивать Басти…       Ларс задумался — или сделал вид, что задумался.       — Пускай это будет моим секретом.       — Ла-а-адно, — протянула я. — Но в дальнейшем чтобы никаких секретов!       — Окей, — легко согласился он и зашёл в поле регистрации.