Threads and Fractures (Нити и Разломы)

Утра выходных в доме Старков обычно были шумными. В гостиной на полную громкость шли мультики Морган, Пеппер читала новости или какие-то письма, которые ей присылали люди, а его отец сидел в своём обычном утреннем кресле, пил кофе и либо выглядел задумчивым, либо слишком много говорил. Но сегодня во всём этом чувствовалась напряжённость. В основном потому, что Харли вёл себя странно. Даже страннее, чем обычно. Он сидел на кухонном островке, делая вид, что листает телефон, пока ел хлопья, хотя на самом деле каждые тридцать секунд косился в сторону Питера. Всякий раз, когда Питер хотя бы шевелился, Харли выпрямлялся, словно собирался броситься на брюнета, чтобы помешать ему сделать что-то глупое. Питер, в свою очередь, делал всё возможное, чтобы не выглядеть подозрительным, что, естественно, делало его крайне подозрительным. Питер помешивал свои хлопья с сосредоточенностью человека, обезвреживающего бомбу. Тони переводил взгляд с одного на другого, подняв бровь, и обменялся недоумевающим взглядом с Пеппер. — Ладно.. кто из вас что-то сделал и ждёт, когда я об этом узнаю? Пеппер подняла взгляд от планшета. — Меня интересовало то же самое. Вы оба ведёте себя странно. Харли побледнел, кашлянул, а затем попытался улыбнуться. — Странно? Что? Мы? Мы ничего не делали, совсем ничего. Мы просто.. проводим братский досуг, да, братский досуг. Питер пнул его под столом, сильно. Харли вздрогнул и сверкнул на него взглядом. — Ой — ага, видите? Обычный братский досуг. Их отец прищурился на них, выглядя неубежденным. — Угу. Потому что ничто так не говорит о нормальности, как вы двое, которые притворяются, что не смотрят друг на друга, уже пять минут. Морган подняла взгляд от своего планшета, нахмурившись. — Кто-то из вас снова сломал папиных роботов? Питер мгновенно поднял руки. — К твоему сведению, мисс. Я никогда ничего не ломал. Если что и сломалось, то это был Харли. — Чувак, какого хрена? Пеппер подняла бровь. — Харли, не выражайся. И этот ответ пугает меня больше, чем если бы ты сказал «да», Питер. Харли издал панический смешок, и Питер уставился на него взглядом, который молча говорил: «заткнись». — Мы.. пытаемся проводить больше времени вместе, правда, Питер? Досуг и всё такое, братская любовь — это важно. Вы двое не поймёте, вы оба единственные дети в семье. Тони скрестил руки на груди. — Досуг? Мы пытались заставить вас двоих сделать это однажды, когда тебе было десять, Харли. И тебе удалось подбить Питера насыпать блёстки на щит Роджерса.  — Это было один раз и довольно смешно, — пробормотал Харли. — Эти блёстки продержались на щите месяцы, Харли, — добавила Пеппер. Питер бросил на брата ещё один взгляд, означавший: «Скажешь хоть слово — умрёшь». Харли, надо отдать ему должное, попытался, но его покерфейс был так же надёжен, как бумажный зонтик во время урагана. — Итак.. — медленно сказал Тони, всё ещё глядя на них. — вы уверены, что нам нечего рассказать? Никаких странных проектов, никаких проблем с законом? Никаких слитых фотографий в новостях? Питер поперхнулся хлопьями и сверкнул взглядом на Тони. — Нет, пап. Ничего нет в новостях. Его отец просто пожал плечами, отпивая кофе. — Ну, никогда не знаешь. Ведь такое уже случалось, правда, Пит? Пеппер, вечный миротворец, встала, уже выглядя уставшей от этого разговора. — Хватит, Тони. Зачем ты пытаешься его спровоцировать? Рыжеволосая женщина добавила, обращаясь к мальчикам: — Мальчики, если вы что-то натворили, убедитесь, что вы это убрали, и чтобы это не повторилось. _________________ Мисс Лэйн странно смотрела на Пеппер. — Питер? — мальчик поднял взгляд. Женщина теперь гладила его по волосам. — Да, мисс Лэйн? Блондинка печально улыбнулась. — Никогда не забывай этот урок, Питер. Нельзя доверять любому, кто встретится на твоём пути. Некоторые люди... Она покачала головой. — Будь осторожен, хорошо? Я не всегда буду здесь. Питер наклонил голову, слегка сбитый с толку, но всё же кивнул. ________________ Морган наклонилась над столом ближе к Питеру, пока Пеппер и Тони о чём-то говорили. — Пити? — Он вернулся в реальность, выдавив из себя натянутую улыбку. — Да, Моргс? — Ты выглядел так, будто витал в облаках, Питер. Ты устал? Питер погладил её по голове, качая своей. Разговор продолжился. Пеппер напоминала Тони о встрече, которую он не может пропустить. Морган что-то напевала себе под нос, теперь раскрашивая, в то время как напряжение между Питером и Харли всё ещё витало в воздухе. Каждый раз, когда их отец отводил взгляд, Харли беззвучно произносил: «Мы влипли». Питер просто вздохнул, глядя в теперь уже пустую миску. — Господи, интересно почему. И это я считаюсь худшим лжецом из нас двоих, — пробормотал он себе под нос.

***

Питер не знает, почему он пошёл в мастерскую. В его комнате было тихо, слишком тихо, что заставляло его начинать думать о разных вещах. О многих вещах. Что по большей части не сулило ничего хорошего. В основном о его отце, а другая половина — о его друзьях, потому что он их игнорирует. Питер поморщился. Он их игнорирует. Они уже отправили ему множество сообщений, но Питер не открыл ни одного. Он знал, что они просто волнуются, но Питер был в порядке. Правда. Он бы никогда в этом не признался, но иногда всё становилось настолько невыносимым, что он... Подросток покачал головой. Он сидел в дверях мастерской, наблюдая, как его отец работает над чем-то, чего он ещё не видел. Прошла вечность с их последнего разговора, который не заканчился ссорой. А когда не ссорились, они в основном разговаривали друг с другом пассивно-агрессивно. Или когда Питер был Человеком-пауком, но его отец не знал этого факта, так что это не совсем считалось. Ему, наверное, стоит рассказать ему, когда они снова встретятся в супергеройском обличье, об инопланетном оружии. ______________ — Как думаешь, папа жив, Пит? — спросил его однажды Харли, когда Питер пробрался к нему в комнату. Он не мог уснуть, было темно. — Папа всегда возвращается, Харлс. Он.. он, наверное, просто заблудился, — ответил Питер, шмыгая носом. — Но что, если нет? Питер моргнул, слегка озадаченный вопросом. — У нас есть мисс Лэйн. Харли закатил глаза. — Мисс Лэйн работает только с тобой. Я не понимаю, почему она тебе нравится. Она строгая, и очевидно, что из нас всех она не выносит никого, кроме тебя, Пит. — Это неправда. _________________ Гул дугового реактора наполнял воздух. В тусклом свете мерцали искры. Было тихо. Его отец заметил, что он здесь. — Я не слышал, как ты вошёл, — сказал Тони, заговорив первым. Питер пожал плечами. — Не хотел мешать. Ты выглядел сосредоточенным. — С каких пор это тебя останавливало? Всегда. Питер выдавил маленькую, слабую улыбку. — С тех пор, как я понял, что ты заслуживаешь спокойного дня, хоть раз. Тони усмехнулся, откладывая инструменты. — Осторожнее, Пит. Я могу начать думать, что ты взрослеешь. На секунду никто ничего не сказал. Но это была не обычная неловкая тишина. Она была... странной, мягко говоря. Это был самый мирный разговор за последние месяцы. Питер закусил губу. Чувство вины внутри него начало нарастать, хотя он знал, что это не его вина. Ну, по большей части. — Я.. просто, ну. Решил извиниться, потому что... ты всё ещё злишься из-за той вечеринки. И всё такое, ну, может, кое-что было слишком... ну, всё такое... Тони откинулся на спинку стула, тихо глядя на него. — Это много всякого «такого», Пит. — Ага, ну. Я вроде как профессионал по части всё портить. Выражение лица Тони смягчилось, и он вздохнул, вставая. — Ты подросток, ты должен всё портить. Бог знает, сколько дерьма я творил в твоём возрасте. Это буквально единственное, что вы, дети, делаете лучше взрослых, Пит. Питер нервно рассмеялся, потирая затылок. — Всё равно... я не знаю... Тони изучал его долгим взглядом, его голос стал немного мягче. — У тебя... были тяжёлые последние несколько месяцев. И, признаю, я, наверное, сделал только хуже, потому что я не знаю... как... справиться с этим? Питер моргнул раз, другой, явно удивлённый. — Ты признаёшь, что ты неправ? Тони издал насмешливый возглас удивления. — Не наглей, малыш. Это одно признание на десятилетие. Питер улыбнулся — на этот раз чуть шире, но всё ещё нервно. Тревога в животе не уходила. Через мгновение его отец продолжил, тише. — Слушай, я знаю... я могу... я знаю, что я могу быть немного... я знаю, что ты думаешь, будто я отношусь к тебе несправедливо по сравнению с твоими братом и сестрой, что, справедливости ради... правда. Просто, Питер, ты выглядишь точь-в-точь как я. Это... я знаю, что должен гордиться или что-то в этом роде, и я горжусь — я так горжусь тобой, малыш. Но я боюсь потерпеть неудачу с тобой. Даже больше, чем с Харли и Морган, потому что у них... у них есть черты, которые достались им от меня, но не в такой степени, как у тебя. Наступила тишина на секунду. — Я не хочу, чтобы ты думал, что... я люблю тебя меньше, чем их. Потому что это не так. Я просто не знаю, как с тобой обращаться, малыш. Совсем. Потому что ты слишком похож на меня. Без большей части того дерьма, которое я творил в твоём возрасте. Я имею в виду, Питер, когда я увидел те фотографии с той вечеринки... я серьёзно подумал, что провалился как отец. Может, я уже провалился и... прости за это. Питер почувствовал комок в горле, глаза защипало. — Это поэтому ты меня практически игнорировал с самого, я не знаю, дня моего рождения? Это твоё оправдание, пап? Я слишком похож на тебя? Его отец снова поморщился, не зная, что сказать. — Прости. — Ты знаешь, как я завидовал, пап? Когда видел тебя с Харли? — сказал Питер, шмыгая носом. — Я думал, со мной что-то не так, и поэтому ты любишь его больше. Глаза Тони расширились от паники, и он быстро покачал головой. — Нет, нет, Пит, с тобой всё в порядке, хорошо? Это я. Я мудак, который... который позволил своим мыслям взять надо мной верх, понял? И... и я постараюсь исправиться, хорошо? Я люблю вас обоих одинаково, клянусь. Его отец снова вздохнул. — Я... ну, вообще-то это Пеппер пыталась меня убедить. Но я подумал, что мы могли бы... оба сходить к какому-нибудь... семейному психологу? Только мы двое. Пеппер подумала... это может помочь. Ты ничего не сделал неправильно, Пит. Клянусь, это просто я и моя чёртова голова. Питер легонько пнул ногой пол. — Я... подумаю об этом.

***

Питер скоро сойдёт с ума. Совсем скоро. Город был скользким от дождя, светясь оранжевым под фонарями. Как только Питер вышел из мастерской, где был его отец, он бросился в тайник, где хранил костюм, и ушёл. Так что теперь он летел низко между зданиями, слишком много мыслей в голове, и рёбра уже болели после того, как он пытался снять кошку с дерева не десять минут назад. Отлично. Лучше бы он остался в своей комнате. Боже, какого хрена он вообще пытался мирно поговорить с отцом. Питер приземлился на крышу недалеко от 12-й и Бейкер, когда что-то привлекло его внимание — вспышка очень знакомого синего цвета в переулке внизу. Это не было освещением. — О, да ладно, — пробормотал Питер, приседая на край. — Вы, ребята, не можете взять выходной хоть на одну ночь? Двое мужчин стояли у входа в круглосуточный магазин, земля под ними была обожжена. У одного было ружьё, которое гудело той же жуткой энергией, что он видел раньше — у тех грабителей из банкомата с инопланетной техникой. У Питера скрутило живот. — Отлично, ещё одни такие. Он бесшумно спрыгнул вниз, веб-шутеры наготове. — Эй! У вас есть разрешение на эту лазерную пушку смерти или... Оба мужчины резко повернулись к нему, и один тут же выстрелил в него. Луч прожёг воздух, едва не задев плечо Питера. — Ладно, разрешения нет, понял! Он оттолкнулся от стены, прилепил паутину к запястью первого парня и дёрнул его к ближайшему мусорному баку. Оружие с шипением упало на землю. — Ты тот странный паук-парень! Питер моргнул, обиженный. — Мне правда нужно поработать над пиаром. Я Человек-паук, боже, сколько раз мне всем это говорить? Второй парень размахнулся куском светящегося металла — чёртовым клинком. Питер пригнулся, перекувыркнулся назад и выстрелил двумя залпами паутины в ноги парня. — А если серьёзно, где вы берёте эту странную инопланетную хрень? На eBay? Парень зарычал, освобождаясь с силой, которая удивила Питера. Значит, один из них с суперсилой. Ну, день становится всё веселее и веселее. Он снова замахнулся клинком, свет металла отражался в дожде. Питер увернулся раз, потом второй, а на третьей попытке поймал запястье мужчины и сильно выкрутил. Подросток выстрелил паутиной, чтобы обезоружить его, и не заметил, что другой парень только что встал, и не заметил ухмылки того, кто был перед ним. Первый мужчина бросился вперёд, в руке что-то блеснуло. Не инопланетное оружие, а что-то меньше и острее. Боль ударила раньше, чем мозг успел среагировать. Питер ахнул, отшатнувшись назад, когда нож вонзился ему в бок. Мир сузился до шума и звуков, до его сердцебиения и металлического запаха крови, который он ненавидел, смешанного с мокрой погодой. — О... боже мой... — пробормотал Питер, когда мужчина снова занёс нож. Питер быстро прижал руку к ране. Под пальцами было тепло и липко. Как раз когда... как раз когда... — Чувак, какого хрена? Парень просто усмехнулся. — Паук-Урод. Зрение Питера затуманилось. Он прилепил обоих к стене — жёстко, быстро, отчаянно. Дыхание стало коротким, поверхностным и рваным. — В... вы арестованы за то, что вы мудаки. Оба.  — пробормотал он, его голос был тонким. Колени подкосились, Кое-как оставив паутинную метку для полиции, он полетел домой. Каждый рывок давался с трудом.  Он едва добрался до дома. К тому времени, как он пробрался обратно, было далеко за три часа ночи. Он даже не заметил, сколько времени прошло. Башня по большей части молчала. Питер рухнул на колени — подальше от ковра в своей комнате, потому что не собирался позволить ему пропитаться его кровью. Он уже снял маску до того, как добрался домой. Его костюм был под толстовкой, которую он успел надеть перед уходом. Костюм прилип к коже, запах вызывал тошноту, было темно, сыро и липко... Питер видел, насколько красной была его рука. — Ладно. Ладно, — пробормотал он, заставляя себя снова встать. — Ты в порядке, ты в порядке, ты в порядке. Я в порядке, я не умру. Это просто маленькая царапина, которая немного слишком глубокая. Он схватил телефон, лежавший на тумбочке у кровати. Скользкими пальцами разблокировал его. Питер: Харлс??? Питер: ты не спишь? Питер: скажи, у нас где-то есть аптечка Питер: я знаю, что есть, просто не знаю где Питер: я забыл Питер: я слишком тупой, чтобы думать сейчас Питер: харли? Никакого ответа. Не плачь, не плачь, не плачь. Этот день просто не мог стать лучше, да? — Отлично. Круто. Я просто обожаю это. Питер прижал ладонь к боку, поморщившись. Он чувствовал, как кровь пропитывает спандекс. Его регенерация обычно быстро справлялась с синяками. В этот раз было иначе, потому что это ножевое ранение? Затем дверь распахнулась, тут же захлопнулась, и раздался щелчок замка. — Питер? — выдавил Харли, его голос был полон ужаса. Питер обернулся, испуганный, и чуть не упал. Харли стоял в трёх футах от него, волосы торчат в разные стороны, на нём старая толстовка MIT. Его глаза расширились, как только он увидел Питера. — Какого хрена. — Я э-э-э... — Питер попытался улыбнуться, но вместо этого поморщился. — У меня была тяжёлая ночь. «Тяжёлая жизнь» подошло бы больше. Взгляд Харли скользнул вниз, панический. — Ты истекаешь кровью через... толстовку. — Технически я истекаю кровью через костюм под толстовкой, Харлс, — слабо сказал Питер, пытаясь вести себя непринуждённо. Харли замер. — О Боже. О Боже. Он бросился вперёд, руки дрожали, когда он схватил край толстовки Питера и приподнял. Красно-синяя ткань внизу, сбоку, была тёмной от крови. — Господи, Пит, — голос Харли сорвался. — Насколько плохо? Питер сглотнул, явно чувствуя головокружение. — Достаточно плохо, чтобы попросить тебя, ну, кого-то о помощи. Так что достаточно плохо, наверное? Харли бросился в ванную Питера, и тревога в животе подростка усилилась, но парень вышел оттуда не прошло и сорока секунд с аптечкой в руках. — Ты... тебе нужно в больницу. Мед блок. Пошли в Мед блок, прямо сейчас... — Нельзя, — сказал Питер, падая на кровать, на которой теперь сидел, потому что Харли заставил его встать с пола. — Будут задавать вопросы и... папа узнает. — Папа узнает, что ты Человек-паук, если ты умрёшь, чувак! — Руки Харли так сильно тряслись, что он чуть не уронил марлю. — О боже, ладно, ладно — не двигайся. Не двигайся, блин, Питер. Не двигайся... не двигайся. Питер попытался пошутить. — Знаешь, для парня с иглой в руках ты не очень-то внушаешь уверенность. — Заткнись! — сказал Харли, его глаза были стеклянными. — Ты истекаешь кровью, Пит! Это не смешно! Питер поморщился, когда Харли прижал марлю к ране. Антисептик защипал так сильно, что зрение снова затуманилось. — Я в порядке, — пробормотал он сквозь стиснутые зубы. — Это просто царапина. — Ты истекаешь кровью, — сказал Харли, голос дрожал от паники. — Это не маленькая царапина, чувак. Несмотря на боль, Питер рассмеялся. — Ты говоришь как Пеппер. Это заставило Харли замолчать. На несколько секунд тишину в комнате заполняли только неровное дыхание Питера и паническое бормотание Харли, пока он пытался его зашить. Криво, но аккуратно. — Ты идиот, — прошептал он. Голова Питера наклонилась, глаза полуоткрыты. — А ты Харли — лучший Харли, которого я знаю. — Я единственный Харли, которого ты знаешь, придурок, — ответил Харли и после этого с трудом сглотнул. Он продолжал смотреть на Питера. Затем встал, схватил одеяло и набросил его на плечи Питеру, прежде чем тихо выключить свет. Питер даже не заметил, что уснул. Харли простоял там ещё две минуты, проверяя, дышит ли он и не умер ли. Только после этого он вышел из комнаты.