Пираты черной лагуны

– Переоделась, сестра? – спросил мальчик, ожидая свою сестру рядом с свечкой, что догорала. – Да, мы сюда не вернёмся. Надо собрать вещи. – Конечно, сестра. – Вот, братик, – она стянула с себя парик с своими длинными волосами, протянув брату. – Становись сестричкой. – Да, братик. Идём, сестра. – Не забудь билеты, паспорт. Конечно, без них мы никуда не уедем. И никуда не сможем попасть. – Они открыли дверь, смотря на туман на темной улице. – Ну, пойдем, братик. – Сестра. – Они засмеялись, уходя в туман прочь, шагая в ногу. На них зарычал доберманы, что питались трупом человека. В итоге они пристрелили этих животных, убивая. *** – Да, да, точно. Все что вспомнила, да. – Я продолжала стоять у телефона, слушая Балалайку. – Спасибо, Роуз. Увидимся. – София Павловна положила трубку, взглянув на своего сержанта Бориса. – Роуз нашла ответ. Эти мерзавцы с родины Дракулы. – Румыны. Черт, румыны, если я не путаю, румынские солдаты в Кабуле так и разговаривали. Точно. – С возрастом становится труднее вспоминать. Не переживай, сержант, мне тоже. Сержант, я вспомнила, что Роуэн из разового магазинчика на Рачадо стрит продавал нелегальное видео. – Точно и что этот Роуэн? В баре в котором мужчины расслаблялись поглядывая на голых женщин, повязали Роуэна по приказу Балалайки и закинули в машину, увозя. Погода на улице была паршивой. Ливень и гром грохотали рядом. – Ты проверил место, Чан? – Балалайка стояла рядом с ящиками, куря сигарету на этот раз вместо сигары. – Да. Это ведь важная встреча. Прочего, свидания тоже не откажусь. – Чан стоял рядом с ней, смотря в лужицу, что наполнялась каждый раз каплями от ливня. – Мы же не сможем сидеть в кино, если от нас воняет кровью, да? Чан, я выяснила, кто они такие. – Понятно. Интересная история. Как ты узнала? – В конце концов, мы нашли ответ в товарах Роуэна. – Розовый магазин Роуэна, ты его пригласила к себе? Уверен, что он перепугался. – Чуть в штаны не наложил. – Бедняга. – Я спросила его про румынских близнецов в детском порно или видео. Он дал нам двести пятьдесят кассет. – Это неприятно. – Мы всю ночь просматривали эти двести пятьдесят видео для извращенцев. И нашли их. Генза и Гретель. Так этих двоих звали на видео. Их продали на черный рынок. Поскольку после румынской революции они стали никому не нужны. Дети мертвого диктатора. – Стали игрушкой извращенцев, а потом должны были быть уничтожены. Такая судьба ждала их. Как они спаслись? – Эти кретины заставляли их убивать своих жертв для развлечения. Убивать таких же несчастных, как они сами. Чтобы выжить, они учились убивать, так, чтобы доставить удовольствие извращенцам. Ночь за ночью. И однажды они смирились. Отвернулись от неба, и ушли в объятия тьмы. – Решили стать звёздами на видео. Ужасная история, но достойная нашего мира. Иногда у меня чувство, что я иду по огромной куче дерьма. Мораль, справедливость какие-то не те. Эти слова как-то сильно похожи на то дерьмо. Симпатизировать этим детям это быть как болваны, что говорят о мире и угрожают ракетами. – Чан снял свои очки, когда на линзы стали попадать капельки воды. – Я лишь рассказала что узнала, – Балалайка достала из своей шинели бумаги в конверте, протягивая Чану. – Нам не нужна справедливость. Нам нужно лишь прибыть и доверие. После Роуэна все было просто, надо было только пойти по цепочке. – Понятно, вот кто виновник, если кто-то из его людей погиб, это отличное алиби. – Чан взяли бумаги, просматривая их и после убирая обратно в конверт, дабы не намочить. – Это прикрытие. Но ими невозможно управлять, все, кто с ними свяжется, оказывается по уши в дерьме. Твои люди попали под удар. – Как бы там не было, это надо остановить. *** – Черт подери! Что происходит?! – кричал мужчина, сметая всё со стола, ударяя кулаком. – Им надо было просто покончить с этой сучкой, а у нас тут гора трупов! – Босс... Надо их остановить. Сейчас ещё можно все представить, так что мы поймали их. Сейчас самое время покончить с ними, пока не поздно! – Как ты храбро говоришь со своим боссом. – Мужчина прижал этого парня к стене, начав душить, перед этим избив. – Но босс, они слишком... – Как ты думаешь? Зачем я вызвал их сюда?! – он схватил его за волосы, ударяя его голову об стену, оставляя красные пятна на стене с каждым ударом. Кровь хлынула на пол, швыряя его на пол и наступая ботинком, раздавив ему череп.

***

– Кажется, пора менять цвета в городе, Чан. – Балалайка затянулась сигаретой, взглянув на него краем глаза. – Да, в Альянсе больше нет смысла. Опять начнёшь войну? – Я это называю управляемый конфликт. Есть причины и повод. – Значит война за справедливость? Тебе не идут такие напыщенные слова. – Но это верные слова сейчас. Ты ведь тоже не отказался от слова справедливость. Идём со мной или не мешай, тебе решать. – Что ж. Думаю, наверх об этом лучше не говорить. Верить можно, только грубой силе. – Так я увижу тебя в роли стрелка? Тогда жду малыш. – Она опустила слегка голову, глядя на него. – Люблю перестрелки. Но мне надо поддерживать репутацию, и это проблема. Да и ещё, не зови меня «малыш». Ненавижу это прозвище. – Она усмехнулась, когда Чан закурив пошел вдаль между ящиками, и она достала телефон, позвонив. – Капитан! – Чан согласился на наше предложение, сержант. Гонконгская триада будет нашим союзником в этом деле. – Она стала уходить в свою сторону. – Вас понял. – Передай нашим бойцам. Всем быть готовым к девятнадцати ноль пяти. Предлагаю урок двести семнадцать, пример пять. Повтори. – Быть наготове к двенадцать ноль пяти, предполагается задача похищения с вражеской территории. – Да, предполагаю хаос, в городе праздник все наемные охотники здесь. – Хорошо, когда весело, капитан. Нет ничего лучше грома орудий. – Барис подъехал рядом с Балалайкой, смотря как она подходила. – Это точно сержант, сейчас это наша собственная война. Береги её.

***

– Наши боссы Палермо страшно заинтересованы! Этим гребаным городом! – мужчина продолжал колотить парня, ударяя в живот, пока с того изо рта текла кровь, каждый раз при ударе в живот вытекая сильнее. Он еле дышал, когда тот снова схватил его за шею. – Они в ярости, потому что я ничего не могу тут сделать. Слушай ты, дерьмо. Если мы сейчас что-нибудь не изменим, на следующей вместе меня... Черт. – Мужчина отпустил бездыханное тело парня, которое глухо упало на пол. – Босс. – Вмешался другой парен. – Молчать! – Но эти близнецы... – они повернулись назад, смотря на девочку и мальчика, что стояли в коридоре, начав медленно идти к ним. – Мерзавцы. Я же приказывал им на приходить сюда! Что им нужно?!       Они зашли к ним в комнату, совсем по-детски засмеявшись. Девочка снова в руках держала оружие обернутое в ткань с мишкой, улыбаясь вместе с мальчиком. – Мы подумали решили. – Начала девочка. – Чего? – Да. Борщ будет главным блюдом. – Сказал мальчик. – А до него будут макароны. – Да как вы... Смеете?! – кричал мужчина, отступая от страха. Теперь он не казался таким сильным как пару минут назад, избивая парня. – Макароны закипели, – девочка повернулась к мальчику, что засмеялся ей. – Чёртовы мерзавцы! Хотите сдохнуть?! – мужчина вытащил пистолет, а его помощники также спохватились, доставая оружие, направляя на них.        Девочка быстро убрала ткань с автомата, кинув ткань в сторону своего брата, прикрывая его тело на долю секунды, чтобы он успел достать топор. – Шеф Чан, мы окружили здание. – Сказал его помощник, когда Чан вышел из машины, стоя у здания, видя как его люди достали автоматы. – Ждём вашего приказа. – Чюн. – Да? – Тебе стоит пригнуть голову.       Стекло резко на верхнем этаже разбилось и от туда полетел мужчина, прямо на крышу машины, разбиваясь. Чан даже не дрогнул, глядя наверх, на осколки стекла, что полетели с окна. – Теперь у нас охота.       Во всех верхних этажах раздавалась стрельба, кричали мужчины в своей расплате, а Чан наблюдал за этим, видя как некоторые стекла разбивались от пуль. – Свяжитесь с отелем Москва, я хочу чтобы у них был должок. *** – Реви, полиция зашевелилась, они закрыли выезды на главный проспект. Похоже, что-то случилось с Вероччи. – Эда стояла на улице, созвонившись с Реви. – Реви, будем тупить, ничего не получим. – Поняла, не шуми Эда. Где встречаемся? – Реви убрала пистолет, перезаряжая его перед этим. – У Джайна на площади, аркана, скорее.       Реви открыла дверь, швырнув телефон мне и уходя, закрывая дверь за собой. – Ну дела. Фитиль подожжен, ждём пока грохнет. – Сказал Датч, держа в руке бутылку пива. *** – Равняйсь, смирно! – сказал Борис, стоя рядом с Балалайкой. – Товарищи, сегодня совершенно нападаете на семью Вероччи, но наши планы не изменились. Действуем, как было решено, начинаем немедленно. – Говорила София Павловна своим военным. – Соратники. Для нас прапорщик Сахаров и младший сержант Меньшов, останутся незаменимыми братьями по оружию. Их жертва не должна быть напрасной, мы станем возмездием за наших павших товарищей. Калашниковы в наших руках станут оружием возмездия, порвём пасть врагу! – военные с криком уважения и согласия подняли свои автоматы вверх. ***       Топор взлетел, разрубая тело мужчины пополам. Рядом с криком мужчины раздавались выстрелы как взрыв попкорна. – Босс Чан, сообщения от отеля Москва, в чрезвычайной ситуации. Уходите в безопасное место. – К Чану подошёл его помощник. – Она умница, но уже слишком поздно. Чюн, бери пистолет. Ложись!       Дверь открылась и выглянул автомат, начав стрелять в сторону Чана, что вытащил свои два пистолета, стреляя в ту сторону, убивая всех других помощников Чана. Близнецы быстро выбежали на улицу, пока девочка стреляла в Чана, убегая с братом. Чан быстро перегнул капот машины, садясь, прикрываясь от стрельбы. – Здорово! Ты ловкий. – Сказала девочка, смеясь. – Спасибо, девочка. – Жаль, мы сейчас не можем с тобой поиграть. Увидимся. – Прямо полегчало. *** – Ато в штабе семьи Вероччи. Ватсап допрашивает триаду, мы ждём их на шоссе. – Карнавальная ночь начинается, аллилуйя. – Внимание это черный японский седан. – Но мы их не найдем, если они сменят машину. – Подумаешь, стреляй во всех проезжающих. – Эй не толкайся. – Реви. Можно тебя? – Эда стояла неподалеку от мужчин, что переговаривались, готовясь стрелять, чтобы точно найти тех близнецов. Реви подошла к ней ближе, отрываясь от слежки. – Что Эда? – Я тут кое-что странное заметила, Реви. – Что ещё? Не отвлекай меня. – Балалайка. Самая недовольная ситуацией женщина, пока так и не появилась. – Вообще-то да, странно, – Реви наклонилась к Эде, чтобы их никто не мог услышать. – Ну вот, если все серьезно, нас к делу не допустят. Реви, куда эти двое пойдут? – Они нелогичны, но сейчас их цель – Балалайка. Остальные были отвлекающим маневром. Нет, они просто оказались на пути. – А если Балалайка вызвала десантников, чтобы уничтожить близнецов? – Военные прагматики. Они не действуют легкомысленно, близнецы точно ударят внезапно. – Эти все похожи на охотников на оленей в Монтане, близнецы койоты, их поймать не так легко. – Если они попадутся в эту ловушку им не жить. – Для необразованной девчонки ты шустро соображаешь, Реви. Но какой отсюда скорейший путь по дворам до отеля Москва? – Через рынок челка, и по улице саутанама. И вообще, это ты тут необразованная дура. *** – Сочувствую, Чан. – Раздался голос Балалайки в трубке. – Если бы я знал, что здесь будут эти детки, привел бы больше людей. Из-за них придется идти пешком, везуха. – Чан сидел на капоте своей уже убитой напрочь машины. – А я избавился от Ватсапа, подумал, что ты не захочешь из отдавать этим жадным свиньям, до послезавтра он уезжает охотиться на диких уток, как-нибудь сочтемся. – Разумно. Я твой должник. Все по плану, Чан. Скоро начнется первый тайн. – Балалайка подняла голову, видя как по крыше домов уже шагали военные, готовясь к появлению близнецов.       Машина близнецов мчалась по трассе, заезжая на клумбы или теряя управление несколько раз, чуть ли не заезжая в стекла витрин или не разбиваясь. – Едут, их машина! – Точно, черный японский седан. – Ну близнецы там тонированный слой стекла машины, не видно. – Неважно, взорвем их.       Один из мужчин в засаде выстрел ракетой, что полетела прямо в эту машину, взрывая её и переворачивая в другую сторону – Смертин. – Мужчины открыли огонь по машине с двух сторон, пока машина не врезалась в дерево, перевернувшись.       Дверь машины открылась и от туда вывалилось тело девочки, будто уже мертвое. – Попали? – спросил мужчина, смотря на машину.       Парик слетел с головы и обнажились черные короткие волосы. – Они не белые. – Это местные, черт, мы ошиблись! – Ватсап направляется в Южный порт. – За ним! – Подождите меня! – Выкурим их черт! *** – Ты совершенно права, сестра, подстава за пять тысяч бат, это очень дёшево. – Мне их немножечко жалко. Они сказали, что сироты. – Ничего не поделать, сестра, убивай, или будешь убит, так все в этом мире. – Они остановились, когда мальчик повернулся к своей сестре. – Да, братец. Ничего не поделаешь. – Точно сестрица. Давай убивать. Много убивать. – Цель обнаружена. – Сказал мужчина в наушник, наблюдая как они бежали.       Они остановились, достав свои оружия и из-за угла началась стрельба с автомата, пытаясь убить их. – Отряд на улице Чарквам обнаружил врага. Идёт перестрелка. – Говорил Борис, прижимая наушник к уху, пока Балалайка обвела красным маркером на карте место где сейчас находились близнецы. – Хорошо, куда они направились дальше? – София Павловна взглянула на своего сержанта, сидя на краю фонтана. – На восток, как и предполагалось, сейчас тем будут на радого Пойнт.       Близнецы добежали до угла, чувствуя как за углом стояла машина с военными, ожидая их, а после начав стрельбу. Они свернули прямо, чтобы не попасть под пули. – Цель потеряна, – сказал мужчина. – Идут точно по маршруту, – сказала Балалайка, смотря на маршрут, что начертила на карте. – Третий отряд обстрелял их и ушел с радиго Пойнта. Направляется к Левинскому. Ждём. – Проговорил Борис. – Поставь отряд на улице, хами фон. – Есть. – Оставить один отряд у водовода, всех предупредить об обязательном отступлении после атаки. Основная задача вести их. Что за отряд? – Туда ещё никто не выдвигался. Возможно, охотники. Всем постам. – Избавиться от помех. – Ну что, мерзавцы мелкие? Здесь опасно ходить одним. – Эда вышла к ним напротив, направив пистолет на близнецов. – Особенно когда весь город на охоте. Ну, быстро помолитесь. – Слушай, слушай, слушай, можно спросить? – девочка подошла к Эде, прижимая свой автомат к себе. – Сколько за нас назначили? – Восемьдесят тысяч долларов, стой! – Да хорошая цена. Тогда у меня одна просьба. – Девочка порылась в своей сумке, вытащив кучу долларов. – Вот деньги, которые мы взяли у Вероччи. И мы, конечно, можем подраться, но у нас есть срочное дело. Сто тысяч и ты нас не видела. – Иди ты. Мы же не шпана тут. – Тогда сто пятьдесят, – девочка взмахнула рукой и все деньги полетели по воздуху, оседая вниз. – Ну как? – Ну... Что... Делать... Реви! – Без паники, Эда. – Реви была наверху здания, заряжая свой пистолет. – Восемьдесят тысяч, сто пятьдесят тысяч, их жизни возьмём сразу все! – Враг обнаружен. Там китаянка из лагуны и с ней сестра из церкви насилия. – Борис подошёл к Балалайке, что курила сигару, продолжая сидеть, закинув ногу на ногу. – Это неважно. Если надо, раздавите их.