Пираты черной лагуны

– Сержант‑майор Хорнер, что у вас? – Услышали выстрелы и выдвинулись в сторону противника! Там был ребёнок. Прошу прощения, у нас прибавилась проблема. Это парус, если бы не мы, ребёнок был бы мёртв.

***

– Сейчас докажу. – Роберта медленно повернула свои дикие глаза на Гарсия, сжимая пистолет в руке. Она не успела сделать выстрел, быстро оборачиваясь, и пуля одного военного попала ей по пистолету, вышибая его. Открылась стрельба, и она успела увернуться, убегая.

***

– Я считаю, сержант‑майор поступил правильно! – Хорошо, тогда отменяем всё. Передислоцируемся. Встречаемся в точке «Кинжал‑шесть». Сержант‑майор, ситуация сильно осложнилась, однако… Нельзя допускать убийства детей, молодец. – Командир убрал рацию, поднимая голову к своим военным. – Итак, господа, расклад изменился. Смелости хватит? – Сэр, есть сэр!

***

      Молодой хозяин. Пропал. Исчез. Всё из‑за этих лисиц.       Шеньхуа шла мимо комнаты, останавливаясь на мгновение. – Запах крови крепчает. – Осторожней, Шеньхуа. – Ответила Реви, держа свои пистолеты рядом. – Плохо, если наши денежки сбегут, верно? – Шеньхуа покрутила в руке свой клинок, делая шаг вперёд, слыша какой‑то шум, побежав на него. – Кто там? Выходи! – закричала Реви.       Шеньхуа побежала к углу, замахиваясь своим клинком, попытавшись ударить. Её клинок столкнулся с пистолетом Роберты, что стояла за углом, сумев защитить себя от острого оружия. Она быстро откинула клинок от себя, подняв руку с пистолетом, наставляя на Шеньхуа, стреляя в её сторону. Шеньхуа замахнулась вновь, но Роберта с зверским рыком схватила своими клыками острое лезвие, подбегая очень близко к ней, что даже та приоткрыла рот от страха, падая на пол. Роберта дышала ей прямо в лицо, перед ней со всей силы, что могла, раскусила клинок на мелкие осколки металла.       Девушка с бензопилой побежала ближе к ним, пытаясь защитить Шеньхуа, пока та отползла медленно к стене. Девушка выбежала из‑за плеча Шеньхуа, замахиваясь своей бензопилой, пытаясь разрубить, но Роберта прижала свои руки с пистолетами к груди, противостоя бензопиле. Роберта нажала сильнее пистолетами на бензопилу, и та просто развалилась на мелкие кусочки. На лице девушки тоже застыл испуг, когда она стала пятиться назад, как и Шеньхуа стала отползать, пока Роберта медленно спускалась с трёх ступеней к ним, рыча как зверь. Девушка упала тоже на пол, икнув от страха, видя, как Роберта наставляет на них свои пистолеты, сделав движение руками, заставляя их двоих содрогнуться от страха, прижав руки к голове.       К Роберте выбежал волшебник, наставляя свой пистолет на неё, вставая в свою пафосную позу. Роберта одним взмахом ноги ударила ему между ног, и он рухнул на спину. – Госпожа! – Фабиола выглянула из‑за угла комнаты, собираясь выбежать к Роберте, но Реви схватила её за плечо. – Брось, она не в себе. – Госпожа! – Она вырвалась из руки Реви. – Госпожа, это я, Фабиола! – Фабиола выбежала прямо перед ней, выставив руки в стороны, пытаясь остановить медленные шаги Роберты. – Я здесь по приказу молодого хозяина! Госпожа, молодой хозяин... – Фабиола? – Роберта медленно опустила свою голову к ней, пока по её лицу текла кровь от убитых. – Ты уже закончила уборку? Хозяин ищет газету. Я должна забрать молодого хозяина с плантации, пока не начался дождь. – На лице Фабиолы натянулась маска ужаса. Роберта сделала шаг влево, когда та упала на колени, слыша, как та уходит. Фабиола прижала к своему рту руки, издав всхлип, пока по её лицу текли слёзы.

***

– Этот мост не годится, может быть, засада, но там единственный путь из города. – Говорил военный, пока Гарсия пришёл в себя наконец, хватаясь за грудь, крича. – Успокойся, мы тебе не враги! – Другой военный успел схватить его, пока Гарсия рыпался, крича, пытаясь убежать, а после успокаиваясь, садясь обратно к стене. – Как себя чувствуешь, малыш? Ты меня понимаешь? – К нему подошёл первый военный, присев на одно колено, когда Гарсия кивнул. – Мы американские солдаты, вытащили тебя из перестрелки. Мы доставим тебя в безопасное место. Даю тебе слово, так что не бойся. – Роберта приняла слишком много наркотиков. Она может не узнать Гарсия. Я не могу на это рассчитывать. Если Гарсия не сможет вернуть Роберту, его роль кардинально изменится. Ты должен понять, Гарсия. – Как ты себя чувствуешь? Пить хочешь? – К Гарсия нагнулся мужчина, предлагая воды. – Что, сержант‑майор, опять ребёнка напугал? – Из его плеча выглянул парень, смеясь. – Не болтай ерунды! – Я старший сержант Санчес. Будем знакомы. – Он толкнул майора в бок. – Несмотря на его вид, у него семилетняя дочка, в которой он души не чает. – Мог бы и промолчать. – Барс, есть шоколадка? – Не взял! – Может, у Элджея? – Да, он любит сладкое. Если бы... Если бы не вы. Если бы... Если бы не вы... Гарсия пополз назад к мусорному баку, где был труп мужчины, у которого в руках был револьвер.

***

– Если Гарсия справится, начнётся самое сложное. Два дня я оповещала всех в городе о своих целях. Не знаю, кто именно, но со мной непременно должен был связаться тот, кто владеет ситуацией в городе. Только он не торопится.

***

– Элджей, сообщи бравому Чарли о смене пункта прибытия. – Есть! – Эй!       Они замерли, оборачивая голову к Гарсия, что стоял перед ними, сжимая дрожащими руками револьвер, целясь в них. Из засады выбежал другой военный, прыгая на Гарсия и повалив его на землю; тот от страха сделал выстрел куда‑то, вскрикнув. Другой военный наставил свой пистолет на Гарсия. – Малец, ты чего? – Не направляй на ребёнка оружие! – Но, майор, он же... – Браво, ты тоже.       Военный, что держал револьвер Гарсия, поднялся, отступая. – Малыш, что случилось? – Кто ты? Ты ведь не случайно там оказался. – К Гарсия подошёл командир, смотря на него. – К... Конечно, не случайно. Это ведь вы... Разве не вы поломали наши жизни?! – Мы... Всё куда хуже, чем я думал. Кто ты? – Не догадались? В октябре прошлого года на политическом собрании в Венесуэле, в Борисе, было убито десять человек. Одним из них был мой отец. – Это тайный указ президента номер 114. – Вы отняли у меня отца! И ещё один дорогой мне человек уже никогда не вернётся. – Паренёк, ты имеешь право мне отомстить. – Командир достал пистолет, перезаряжая его и протянув Гарсия. – Не надо, Шейн! – Ты ведь мальчик. Должен решать самостоятельно.       «– Что непонятного? Дай взгляну. – На фотографии должны быть спрятаны четыре объекта. Но сколько я ни смотрю, вижу только лесную охоту. – Действительно. – Эмилио решил похвастаться, но он наверняка врёт. – Не стоит так легко обвинять людей во лжи. – Это оборот! – Нет‑нет, важно рассмотреть её под разными углами. Тогда получится. Здесь ушастая сова, здесь ангел. Взгляни сюда. – Иисус Христос? И правда! Как же я не заметил? – Ты поспешил с выводами, не так ли? Нельзя правильно оценить увиденное, не учитывая все возможные точки зрения».       Глаза Гарсия на секунду помутнели от воспоминания того дня, как он сидел в саду с отцом, смотря на фотографию, пытаясь найти на ней отличия. Он протянул свою руку к пистолету, пальцем касаясь спускового крючка. – Не надо, Шейн! – Опустите оружие! Это приказ!

***

      Я продолжала сидеть в машине, ожидая хоть что‑то. Впереди меня включился мощный свет фар, и через минуту ко мне подъехала Эда на своём мотоцикле. – А, это ты, – сказала я, убирая руку от лица, перестав жмуриться. – Не вижу радости, кого ты ждала? – Не важно. – Я насчёт твоего утреннего заказа. Всё доставлено в условное место. – Ага. – Как обстановка? Развязка близка? – Пока ещё нет. Я этого не допущу. – По пути я видела русских солдат, бегущих по крышам.

***

– Замечены главные силы войск США! – Займите боевую позицию. – Попросила София Павловна, сама стоя на крыше здания, слушая своих военных по рации. Рядом с ней стоял Борис и один из военных.

***

– С этим проблем быть не должно. – Ответила я, когда Эда усмехнулась. – Учти, гордые десантники встретятся со старым врагом.

***

– Если он выстрелит, то будет расцениваться как враг! – Заговорил один из военных, направляя оружие на Гарсия. – Приказ не слышали? – Спросил Шейн. – Майор, мы перехватили необычную передачу. Это русские!       Они подняли голову к зданию, видя, как на них выглянули стволы «Калашникова», поднимаясь к стеклу здания напротив, видя там силуэт. – Противник обнаружен! – Серый Лис, слышишь меня, майор? – Спросила Балалайка, держа у уха телефон. – Она прямо над вами. Готовься.       Военный на крыше стал стрелять в стекло, там, где был силуэт Роберты. Роберта прыгнула из окна, и тогда майор взял пистолет у Гарсия, покрутив в руке и направляя на неё, делая выстрелы. Та с рыком полетела прямо вниз к ним с осколками стекла. Один из военных успел схватить Гарсия, оттаскивая подальше отсюда. Роберта приземлилась прямо на майора, рыча ему в лицо. – Настигла... – Рычала она, улыбаясь ему. – Беги дальше, лиса. – Она прижалась грудью к его груди, дыша ему прямо в лицо. – Иначе... – Она засмеялась, прижимаясь щекой к его щеке, после подняв к нему свои дикие зверские глаза. – Иначе шкуру спущу.       Майор пнул её в живот, и та отлетела к стене, прижимаясь ногами к ней. Он схватил свой автомат, стреляя в неё, но она отпрыгнула от стены, приземляясь чуть подальше от него. – Не цельтесь в неё! – Закричал Гарсия, пытаясь выбираться из рук военного. – Паренёк. – Сказал один из военных, что направлял оружие на неё. – Вы её жизнь сломали! – Продолжал кричать он. – Молодой хозяин. Это вы, молодой хозяин. – Роберта медленно поднялась на свои ноги. – Как только охота закончится, заварю вам чай. Прошу, подождите ещё немного.       Военные с крыши стали стрелять по ней, и та быстро скрылась за домами зданий, убегая. – Враг отступил, – Майор поднялся на ноги. – Хорошая работа, сержант Зачами. – Ответила Балалайка. – Отряд на крыше, назовитесь! – Потребовал майор. – Мы ВДВ Советского Союза. Моё имя — капитан Джейн Ду. Майор, Гончая всё ещё рядом. Уходите оттуда.

***

– Вместо того чтобы воевать с американцами, Балалайка предпочитает уладить разногласия с Чангом. Гонконгская триада и отель Москва давно борются за власть в этом городе. Но никто не может победить. В последней стычке Чанг смог ранить Балалайку, и теперь у неё должок перед Датчем за то, что тот её спас. Ведь он дал ей возможность отомстить Чангу. Чанг намеренно предоставит ей такой шанс. – Сказала я, вспомнив момент, что рассказывал мне Датч, когда спас Балалайку, которая сражалась с Чангом и упала в воду от выстрела в бок. – Эта часть игры за тобой. Перехваченные сообщения военных подтверждают твои слова. И каким будет твой следующий шаг? – Эда посмотрела на меня, продолжая сидеть на своём мотоцикле. – Все планы американцев нарушены. Даже если они захотят вернуться к зданию, им необходимо снабжение. И я его обеспечу. – А если они решат отменить операцию? – Тогда... – Правильно говоришь, Роуз. Это уже дело чести для американцев. И они пойдут до конца. – Если всё пройдёт по плану, у меня будут карты всех игроков, кроме Роберты. – Тогда и пригодится то, что ты у нас заказала. А платить будет американское правительство и богатенький малец. Мы в плюсе при любом раскладе. Чувствую золотую жилу, Роуз. – Она бросила окурок сигареты на асфальт, заводя свой мотоцикл, уезжая. – Эда! – Крикнула я, останавливая её. – Ты делаешь это только из‑за денег? – Я выглянула к ней из своей машины, когда между нами повисла тишина. – А ты? – Я... Я бы предпочла, чтобы вам заплатила ещё и гонконгская триада. – Ясно. Тебе нужна поддержка. – Хоть мафия и заявляет о совместном управлении, на самом деле вся власть в руках Чанга. – Ну да. – Но у Чанга есть покровитель. Сколь бы ни была велика гонконгская группировка, городом должен руководить кто‑то более сильный. – И? – Я ищу того, кто управляет Чангом. Того, кто стоит за Чангом, истинного правителя Роанапура. – Достаточно, Роуз. Не стоит просто так искать Левиафана в океанских глубинах. К тому же, Роуз, ты знаешь, что не все боги в хороших отношениях. Всё и так неплохо. Лучше сама ему позвони.

***

В номере Чанга раздался телефонный звонок, когда он снял трубку, закинув ноги на свой стол, раскинувшись в кресле.

***

– Они превосходно прикрывают нас сверху. – Сказал военный, идя рядом с майором, смотря на русских военных, что были на крышах домов. – Да, ну, слегка навязчиво. – Шейн, они действительно советские солдаты? – Советский Союз же распался. К тому же она представилась как Джейн Ду — так называют неопознанные тела. Рей, я хочу лишь поскорее выбраться из этого безумного города. – Ага. Я тоже, – Рей обернулся к Гарсия, что шёл позади, смотря вниз. Мистер Роуз. Гарсия взял мой конверт, что я давала ему, и открыл его. Вы сказали прочесть это, когда у меня не будет выхода. Мистер Роуз, вы понимаете, кто они такие?

***

– Роуз, босс вне себя. Лучше не спорь с ним. – Говорил Бэни. – Это Роуз? – Датч подошёл ближе, оказавшись рядом. – Ага, сейчас передам. – Бэни кивнул Датчу, отворачиваясь. – Мы ведь друзья, не хочу с тобой прощаться. Не напортачь. – Датч протянул свою руку к Бэни, и тому пришлось всё‑таки отдать телефон ему в ладонь. – Это я. Ты что затеяла? Я так волнуюсь, что заснуть не могу. – Датч, сперва позволь извиниться. – Ответила я. – Манеры хороши, только если ты одета соответствующе. – Датч закурил, выдыхая табачный дым. – Верно. Но дело уже не только во мне. – Серьёзный настрой, Роуз. Взял Перри Мейсона в адвокаты? – Есть работа, Датч. Правительство США хочет официально нанять компанию Лагуна. Этот город зашёл слишком далеко. Наша задача — вывести источник неприятностей из города. Если получится, ещё один источник тоже покинет город. – Понимаю, о чём ты, Роуз. Ну даёшь, ты сейчас прямо как… – Датч. Кто‑то должен закончить эту суматоху. А выгодно это только нам. – Вешай. – Датч кинул телефон к Бэни. – Что она сказала? – Ошарашенно спросил Бэни, повесив трубку. – Похоже, не только горничной стоит сходить к психиатру. – Датч коснулся своей рукой своего затылка, когда Бэни снова снял трубку. – Скажи ей, что этого не будет. – Это не она. Это Чанг из триады, похоже, насчёт работы.

***

– Видишь их готка? – Спросила Реви, смотря на девушку, что прижала палец к своим губам, прося тишины. – А это не Гарсия? – Она выглянула из‑за угла, смотря на военных, что остановились. Гарсия стоял спиной к ним, смотря на военных. – А наши денежки в руках американских военных. – Заговорила Шеньхуа. – С этим мальцом столько проблем. Их всего трое. Можем напасть. Оружие есть? – Реви посмотрела на Шеньхуа, у которой меж пальцев оказались кунаи. – Только это. – В самый раз. – Хорошо, прошло навылет, когда ранили? – Майор Шейн опустился на корточки перед своим военным, смотря на его рану в плече. – Когда та бешеная спрыгнула. Мальчика защищал. – Хорошо. – Похоже, здоровяк в центре не может двигаться. Я возьму на себя негра. А ты займись командиром. – Сказала Шеньхуа, пальцами сжимая свои кунаи, готовясь напасть. – Ладно, по моему отчёту. Готовься. Три. Два. Один. Раздались громкие выстрелы из автомата. Из пальцев Шеньхуа упали кунаи, а из рук Реви — пистолеты. Фабиола и девушка посмотрели на них, открыв рты, видя, как их ранили. – Чёрт! Я руками на жизнь зарабатываю! А вы обе прострелили! – Кричала Реви, рукой хватаясь за запястье. – Двурукая! Послание от капитана! Это наша война. Никому не позволено вмешиваться. Следующие пули пройдут в голову и горло! – Кричал военный на крыше, пока Балалайка стояла молча, смотря вдаль, в тёмное небо. – Чёрт! – Рыкнула Реви. – Молодой хозяин. – Фабиола сделала несколько шагов вперёд. – Мистер. – Гарсия протянул к ним бумажку из конверта. – Вот.

***

– Ловушек не обнаружено! – Майор осмотрел всю машину. – Двигатель завелся. – Он отошёл к мужчине. – Нас привёл паренёк. Не думал, что ты здесь. – Наши информаторы проследили поставщиков. Удивительно, но одним из них оказалась церковь – Меня уже ничто не удивит. – Если мы раздобыли корабль, он доставит вас до пункта назначения. – Отряд б в сборе! – крикнул майору военный. – Отлично! – К сожалению, мы не можем отменить операцию, – продолжил мужчина. – Не нравится мне это, но придётся. – Шейн, – кивнул мужчина. – Теперь тут двое детей. – Да... Возьмём с собой, – он повернулся к Гарсия и Фабиоле.       Они сели в машину, начав уезжать, смотря на горящие вывески зданий, удивляясь, что во время такой войны не высунулась полиция. – Майор, – сказала Балалайка в рацию, когда тот взял её, поднося к себе. – Капитан Джейн Ду, спасибо за помощь. – С удовольствием, майор. Но если серьёзно, мы бы хотели встретиться с вами в бою, – говорила она, пока куча её военных сидели рядом, держа автоматы в руках. – С тех пор, когда мы были людьми. С тех пор, как мы корчились на песках Афганистана. Мы ждали войну в городе. – Вы были в Афганистане? Для нас тем же был Вьетнам. – Страны могли быть разными. Но мы воевали на одной и той же войне! Только сейчас мы опустились до того, что вместо настоящей войны участвуем в бандитских разборках. До чего же никчёмная жизнь мертвецов. Остаётся лишь завидовать живым людям. Майор, прошу вас сохранить в памяти, – солдаты подняли свои автоматы в небо, как и головы, – нашу силу и дисциплину. А также запомнить ощущение ужаса.       Из заколоченной двери здания вылетел на всей мощности мотоцикл, на котором сидела Роберта. Майор сразу услышал шум, проведя взгляд в сторону. – Майор, – продолжала Балалайка. – Подождите, – попросил он, видя, как сзади здания ехал мотоцикл, и только через пробелы между зданиями он пытался разглядеть, кто там был. – Нет, майор. – Секунду, капитан. Приготовиться к бою! Сконцентрировать огонь по левому флангу. Приготовиться.       Роберта оторвала руку, схватив своё ружьё, отводя в сторону, перезаряжая. – Нет, майор, мы не будем ждать. Сейчас проводим майора, – Балалайка оторвала телефон от своего уха, подняв свою руку. – К салюту готовься! Целься! Огонь! –       Она опустила руку вниз, когда её солдаты открыли огонь по Роберте. Они выпустили ракеты, стреляя в её сторону. – Цель поражена. – Хорошо, – кивнула София Павловна, поднося телефон к своему уху. – Майор. – Капитан Джейн Ду, выбор позиции, массированная атака небольшими силами были превосходны. – Ваша похвала делает нам честь. Но если мы настолько хороши… Почему наши судьбы так сильно отличаются?! – закричала она ему в трубку, всхлипнув. – Капитан, позвольте нескромный вопрос. Вас... Списали по болезни? – Неудивительно, что вы так подумали. Меня уволили, практически лишив воинского звания. Причина очень простая. Во время заграничной операции, нарушающей договор о невмешательстве, я спасла ребёнка из лагеря беженцев, и это засняли журналисты. Да, был апрель тысяча девятьсот восемьдесят шестого. Что ж, покиньте этот город поскорее, майор. Надеюсь, мы больше не встретимся.

***

      Этот город переполнен. Как и моя голова. Что я делаю? – Роуз, ты всё ещё знаешь, что делать? – спросила Реви, сидя в машине, прижимая к плечу ткань, пытаясь остановить кровотечение, пока вторая рука была уже в бинтах. Она смотрела вниз, куря. – Да. Конечно. – Хорошо. Но я уже не боюсь. – Ничего. Это уже не важно. – Вот как. – Да. Всё нормально.       Мы подъехали к порту, смотря на наш катер и Фабиолу с Гарсия, что стояли, смотря в тишь воды. Военные стояли неподалёку, следя за ними и за катером.       Ранним утром мы отправились от этого города подальше. – Комар носа не подточит: поддельные списки судов, пропуски в реки, визы в три страны, разрешение на деятельность, – Датч кинул все документы рядом с управлением катера. – Удостоверение журналистов и даже американское снаряжение для ночного боя. – Ты всё это в церкви насилия заказал? – спросил Бэни, смотря на документы. – Ко всему прочему, мне ещё и мистер Чан позвонил. Чёрт, оказывается, не было никакой возможности — когда он успел стать таким хорошим переговорщиком?

***

– Лагуна отчалила. Если горничная жива, она последует за ними. Всё настолько хорошо, что даже не верится. Натравил на эту ненормальную, помешанную на войне трусливую японку, и она смогла так далеко зайти. Скажу тебе, я наконец‑то понял, почему тебя, бывшего копа, убийцу, товарищей так высоко ценит босс. Смелости тебе не занимать, – говорил парень, смотря на мистера Чана, что отдыхал, лёжа рядом с бассейном. – Не перехваливай.

***

– Господа, – Датч открыл дверь внутрь комнатки в катере, смотря на военных. – Я капитан судна. Сейчас мы пополним запасы воды, и скоро вы будете на месте. – Я лидер, Шейн, спрошу прямо: вам можно доверять? – Как хотите. У меня нет ни малейшего желания, чтобы эта терминаторша сувалась сюда. Но мы официально подписались под эту работу. И контракт не нарушим. Только вряд ли она так просто умрёт. – То есть его это немного напрягает, но доверить можно, – к ним зашёл Бэни, когда Датч ушёл. – Думаю, ему знаком этот маршрут. – Знаком? – спросил Шейн. – Во время Вьетнамской войны он служил в речных войсках. Судно поплывёт вверх по реке Меконг. Зайдём с дельты, поднимемся выше — границы Таиланда, Бирмы и Лаоса. Так что пункт нашего назначения — золотой треугольник. Кстати, за этой дверью находится моё личное пространство. Вход запрещён, – Бэни закрыл дверь, уходя.

***

– Благодарим вас за то, что выбрали «Бангкокские авиалинии». Рейс направляется из международного аэропорта Дон Муанг и прибудет в аэропорт Мандалай в четырнадцать тридцать.       Роберта посмотрела на свой билет, сев на своё место в самолёте рядом с девушкой, что читала журнал. – Ты знаешь, от тебя ужасно пахнет, – заговорила Эда. Она была переодета так, что её было не узнать. – Некогда было душ принять? Понимаешь, что лисы ждать не будут? Ну ты нашла билет, который мы у тебя оставили, — и то хорошо, – продолжала она, пока Роберта сдерживалась, сжимая свои зубы крепко, дёргая губами. Её пальцы сжимали подлокотник кресла так сильно, что рука тряслась от напряжения. – Пришлось подсуетиться, чтобы твой вид не вызвал подозрений у службы безопасности. Через тридцать шесть часов они прибудут на нём... – Эда не успела договорить, когда Роберта замахнулась на неё, попытавшись ударить локтем, но та успела выставить чемодан под её удар. – Вы... Кто такие? Американские агенты? Если так... – Роберта попыталась ударить вновь, когда Эда сжала своей рукой руку Роберты. – Чего орёшь, дубина? – Она наклонилась ближе к Роберте. – Заткнись и слушай. Я тебе объясняю, куда направляются лисицы. Мы приготовили транспорт, он доставит тебя на место. – Весьма признательна за содействие, – Роберта вырвалась из хвата Эды, сверкнув глазами. – Вот как. Похвально. – Поэтому, когда я убью тебя в конце охоты, ты не будешь мучиться.

***

– Это здесь, – Датч выключил мотор, останавливаясь посреди моря. – Встанем на якоре, подождём танкер. Завтра войдём в Меконг. – Малявка, погаси свет, заметят, – Реви вышла на палубу к Фабиоле. Её одна рука была повреждена очень сильно, из‑за чего ей пришлось носить повязку, чтобы зафиксировать руку без движения. – Чего делаешь? – Английский учу. А то я вас не всегда понимаю. – Молодец какая. А где маленький принц? – Сидит на корме. Молодой хозяин всё повторяет, что госпожа жива. – Ага. Я тоже так думаю. Роуз что‑нибудь запланирует на этот случай. Что‑нибудь. Но от меня, как видишь, никакого толку. Поэтому, если что, я хочу на тебя рассчитывать, – Реви достала рукой сигарету, чтобы подкурить её. Их взгляды встретились, и они не отводили их ни на минуту. – Мы сами к вам обратились. Но я начинаю думать, что эта японка слишком опасна. По её плану молодой хозяин попал к американцам и получил серьёзную душевную рану. – Я уже говорила: Роуз из тех, кому больше подходит парковая скамейка в солнечный денёк. Она не особо опытный игрок и иногда берёт на себя слишком много. Это как раз тот случай. – Если ты так считаешь, почему не сказала ей? Чего ты добиваешься? А, вот оно что. – Что? – Ты боишься приблизиться к ней и не обнаружить того, чем ты так восхищаешься. – Восхищаюсь? – засмеялась Реви, выдыхая табачный дым. – Ничего ты не понимаешь. – Это ты ничего не понимаешь. С моей стороны она совсем не такая, какой ты её представляешь. Ты не хочешь принимать её истинную сущность, ведь тогда она навсегда поблёкнет в твоих глазах. Если она, как ты считаешь, спокойный, миролюбивый человек и это для неё важно, вам стоит убежать в Южную Америку и открыть там какую‑нибудь забегаловку. Но ты так не сделаешь. – Бред. – Ты предпочитаешь думать, что мы с тобой одинаковые, а она совсем другая. Ищешь в ней спасение для своей души. Хотя... Я сама доверилась её планам, не мне об этом судить. Я хочу вернуть госпожу и спокойствие этому мальчику. Всё ради этого. – И в чём разница? Ты сказала, что мы с тобой разные. В чём разница, скажи? – У тебя взгляд, как у бродячей собаки. Я видела много таких в родном городе. Росла в неблагополучной семье, так? – И что? – В моём доме всё по‑другому. Отец был простым работником парковки, а мать ревностно относилась к исполнению заповедей. Однажды я украла CD‑плеер, который хотел братишка. Мать жестоко меня избила. – Вот и насилие. – Оно тоже было проявлением любви. – Да ладно, выросла в самой вонючей дыре этого мира, среди отбросов. Ты ведь не считаешь себя равной своему молодому хозяину? Или розовые очки надела? – Ну и чушь, ты и правда дура, – Фабиола обернулась, собираясь уйти. – Стоять, – Реви выкинула сигарету в море, хватая Фабиолу за плечо. – Чего это ты меня дурой... – Реви отмахнулась, когда Фабиола повернулась к ней, попытавшись ударить ногой. – А как же ещё дурой не назвать? – Реви вытащила свой пистолет, направляя на Фабиолу. – Ты сама. Ты сама смотришь на неё сквозь розовые очки. – Гарсия, есть разговор, – я подошла к мальчику, становясь сзади. – Насчёт дальнейших действий. Все необходимые фигуры в сборе. – Вы ещё что‑то от меня хотите? – спросил он, оборачиваясь ко мне. – Более чем. Твой потенциал превзошёл мои ожидания. Теперь я не поиграю — ты мой золотой ключик, Гарсия