Волчонок

— Он меня отвез к карете у реки, — сказал Эрих, застегивая на себе мундир. — Я спорить с ним не решился и лошадь оставил там, у особняка. — Это ничего. Главное, что успел, — сказал Волков. Он достал из ящика стола стакан с толстым дном и пузатую флягу. Он щедро плеснул из фляги в стакан золотистую жидкость. — Выпей. Тебе нужно согреться. Если завтра будешь себя плохо чувствовать, вместо завтрака иди к медику и возвращайся домой спать. Эрих подумал о морфии в своей комнате. Была уже ночь. Обыски закончились, студентов отпустили. Морфий уже нашли. Неужели фон Бигля не заинтересовал шприц и он решил, что это не его дело, если не имеет отношения к бомбистам? Стало снова тревожно. Эрих взял стакан и залпом выпил обжигающе-крепкий напиток. На глазах выступили слезы и Эрих вытер их рукавом. Тепло разлилось в груди. Эрих посмотрел на Волкова. Тот смотрел на Эриха, слегка склонив голову на бок. В его глазах не было насмешки. Его взгляд выглядел… заботливым. И Эрих решился: — А что значит Сигма? — спросил он. Волков усмехнулся. — Наблюдательный, — похвалил он. — Ты об этом узнаешь, Эрих. Но позже. Я тебе обещаю. Эрих кивнул и пошел к двери. Он обернулся и улыбнулся Волкову. — Это было… захватывающе, — сказал он. — Мне понравилось. — Не сомневаюсь, — ответил Волков и улыбнулся. В его глазах вспыхнул и погас веселый огонёк. — Хорошей ночи, — сказал Эрих и вышел из кабинета. Уставший и разомлевший от алкоголя, Эрих вошел в дом. В гостиной уже никого не было. Вздохнув, он поднялся, тяжело ступая, по лестнице на третий этаж и толкнул дверь в свою комнату и остановился на порогу, удивленно распахнув глаза. На его кровати сидел Фауст, а на стуле у письменного стола, положив ногу на ногу сидел Арман. На столе стояла бутылка вина, а в руке Арман держал бокал. — О, мой драгоценный, ты отвратительно выглядишь, — сказал Арман. — Что с тобой случилось? — Где ты… — начал было спрашивать Фауст, но кинул короткий взгляд на Армана. Эрих прошел в комнату и прикрыл за собой дверь. Он посмотрел на ящик стола, рядом с которым сидел Арман и перевел встревоженный взгляд на Фауста. Тот же улыбнулся уголками губ и посмотрел на Армана. — Я что-то ничего не понимаю… — сказал Эрих. Арман рассмеялся. — Дорогой, садись, расслабься и отдохни. Хочешь вина? Эрих отрицательно покачал головой и не двинулся с места. Армал задумчиво окинул Эриха хитрым взглядом. — Я выкинул твой морфий, — сказал он с лукавой улыбкой. — Не переживай. Эрих во все глаза уставился на Армана и как будто камень свалился с его плеч. Он шумно выдохнул и рассмеялся. — Боже… я весь день был в аду, думал что меня арестуют из-за этого шприца… Арман отсалютовал Эриху бокалом. Он явно был очень доволен собой. — Подумай, как меня отблагодарить, дорогой мой. Но не сегодня. Сегодня тебе, судя по твоему виду, нужны горячая ванна и крепкий сон. Арман вальяжно поднялся и неспешно прошел мимо Эриха, глядя ему в глаза лукавым взглядом. — Спокойной ночи, мальчики, — сказал он. — Я, если что, ревную. И Эрих и Фауст закатили глаза. Арман рассмеялся и вышел из комнаты. — Боже, — шепотом воскликнул Фауст, — где ты был? — По поручению Волкова ездил, — сказал Эрих и сел на кровать рядом с Фаустом. Он потер виски и вздохнул. — Морфия нет. Надо думать, как разобраться с Варгой, — шепотом сказал он. — Чтобы это выглядело, как случайность. Фауст провел ладонями по лицу. — В самоубийство Варги никто не поверит… — сказал он тихо. — Нужен несчастный случай. А какие несчастные случаи могут быть тут в академии? Может купить у Стерлинга наркотик? — И Стерлинг будет знать кто убил Варгу, ага, — Эрих усмехнулся. Фауст кивнул. — Ладно… обсудим завтра. Я реально без сил, — со вздохом сказал Эрих. Фауст обнял Эриха за плечи и встал. — Спи, — сказал он. — Ты паршиво выглядишь. Не заболей, смотри. Эрих кивнул Фаусту и принялся снимать мундир. Проснулся Эрих резко и страшно, от боли в плече. Заломив ему руку и уткнув его лицом в подушку, на него кто-то навалился. Только Эрих набрал воздуха, чтобы заорать, как чья-то рука до боли сильно прижалась к его рту. Эрих замычал, пытаясь вырваться. Кто-то сидел на его ногах, не давая брыкаться. Мелькнула отчаянная мысль о том, что уставший и разомлевший, он забыл повесить кружку на дверь. Эрих вырывался изо всех сил, но тщетно. Двое удерживали его на кровати, а третий стоял рядом, глядя на происходящее. Варга. — Поверни его руку, — шепотом сказал Казимир, коленом опершись о кровать. Эрих замычал, дернулся и изо всех сил постарался скинуть с себя противника, но не смог. Его левую руку вытянули, разворачивая ладонью вверх. В руке Варги оказался блеснул в темноте кинжал. Эрих, извиваясь, снова замычал сквозь чьи-то пальцы, сопротивляясь до последнего. Варга наклонился, приставил кинжал к руке, надавил, разрезая плоть и провел им вдоль руки. Вспыхнула острая боль, запахло выступившей кровью. — Вторую руку, — сказал Варга. Паникующий Эрих забился истерично и бессмысленно в руках убийц. Из глаз полились слёзы. Острая боль пронзила его заломленную за спину руку. — Держите, он скоро начнет отрубаться, — тихо сказал Варга. Эрих чувствовал, как кровь и жизнь утекают из его тела и вдруг в голове возникла спасительная мысль. Эрих стал сопротивляться вяло и слабо, а затем и вовсе затих и обмяк, притворяясь потерявшим сознание. — Отрубился, — сказал сидящий на нём Вигилянский и отпустил его руку. — Отлично, уходим, — шепнул Варга. Эриха отпустили. Раздались тихие шаги и скрипнула открывающаяся дверь, затем Эрих услышал с лестницы, как убийцы быстро спускаются вниз. Эрих попытался подняться, но не смог. Постель под ним была в черной в темноте крови, кровью пахло сильно до тошноты. Эрих почти не чувствовал рук и перед глазами всё плыло. Застонав хрипло, он попытался крикнуть, но голос ему отказал и получился только стон. Перекатившись к краю кровати, Эрих с силой оттолкнулся и упал с кровати на пол, лицом в собственный ботинок. Трясущейся рукой он взял ботинок за мысок и принялся колотить каблуком об пол. Сознание утекало вместе с кровью. Эрих отключился, затем снова пришел в себя, находясь на грани сознание. Внезапно включился свет. — Боже! Эрих! — раздался громкий возглас Армана. Эрих улыбнулся, выпустил из рук ботинок и потерял сознание. Сознание возвращалось постепенно. Сперва снами — снилось что-то тревожное, яркое, пугающее. Затем ощущениями — болели руки и раскалывалась голова. Наконец Эрих разлепил глаза и уставился в белый с лепниной потолок. Не двигаясь, он медленно взглядом обвел помещение в котором оказался. У изголовья его кровати стояла стойка со стеклянной капельницей, справа и слева — застеленные пустые кровати, а у окна, стол за которым сидел и что-то писал седой мужчина с модно закрученными усами. Эрих кашлянул и мужчина поднял взгляд и довольно улыбнулся. — А вот и господин фон Штраусс с того света вернулся, — сказал он, встал из-за стола и подошел к кровати Эриха. Деловито он пощупал Эриху лоб, заглянул в глаза и поправил иглу в вене, через которую в тело поступал физраствор. — Вам сказочно повезло, юноша, — сказал доктор и сел на стул рядом с кроватью. — К счастью вы резали неглубоко. Эрих посмотрел на Врача недоуменно, а потом до него дошло. Варга пытался выставить это, как самоубийство и у него это удалось. — Теперь расскажите мне, прежде чем я начну писать рапорт, зачем вы это сделали, — сказал врач, внимательно глядя на Эриха. Эрих сглотнул нервно. Во рту было сухо. — Из-за неразделенной любви, — сказал он сипло. — Но я очень жалею. Я был ослом. Это было очень глупо и того не стоило. — Правильный настрой, — похвалил врач. — Вы, надеюсь, не собираетесь довести дело до конца? — Ни за что, — хрипло ответил Эрих. — Ничего нет ценнее жизни, теперь я это понял. Доктор кивнул. — Поверю, — сказал он. — Сейчас я решаю, юноша, отправлю ли я вас в психиатрическую клинику или замну дело. — Замните, пожалуйста… — испуганно сказал Эрих. — Я никогда… никогда в жизни больше такого не совершу. Я клянусь! Врач задумчиво посмотрел на своего пациента и, наконец, улыбнулся. — Ох, дурак… — сказал он ласково. — Я вам верю. Хорошо. Обойдетесь без госпитализации. Но если вы меня обманули — я вас с того света достану. Эрих улыбнулся слабо. — Долго мне болеть? — спросил он. — Вечером отпущу вас на ужин и выпишу освобождение от занятий на неделю, — сказал Врач. — Будете обязательно ходить за завтраки, обеды, ужины и ко мне на перевязки, потому что двигаться надо, а все остальное время будете отдыхать и много спать — во сне тело исцеляется. А теперь отдыхайте. Врач вернулся за свой стол и принялся что-то писать. Эрих вздохнул и закрыл глаза. Выжил. Жив. Это ощущалось как чудо, как подарок судьбы. У Варги снова не получилось. Вопрос — как сделать, чтобы не получилось и в следующий раз. Эрих незаметно для себя провалился в сон и пришел в себя от прикосновения к плечу. Он открыл глаза и увидел над собой серьёзных Рузу и де Моро. — Отвратительно выглядишь, — тихо сказал де Моро и сел на край кровати. В руках у него была стопка одежды и он положил её на кровать в ноги Эриху. Руза подвинул стул и сел на него рядом с кроватью. — Мы волновались, — сказал Руза, глядя на Эриха пристально. — И не знали, что думать. — Но кое какая картина уже начала складываться, — добавил де Моро. Эрих глубоко вздохнул, пытаясь придумать, что сказать друзьям. Как объяснить. Уж они-то знали, что не был Эрих накануне похож на влюбленного самоубийцу. Де Моро и Руза переглянулись. — У нас… довольно дурные, наверное, новости, — сказал Руза. Фон Моро кивнул и достал из кармана сложенный в четыре раза тетрадный листок. — Утром Бигль арестовал Варгу, Вигилянского, Хорвата, еще двух шестикурсников и… Фауста. Эрих, осознав услышанное, замер в ужасе и почувствовал, что мир вокруг сужается и заполняется темнотой. — Тихо, тихо… — де Моро взял Эриха за руку, — только не отключайся. Фауст тебе оставил записку. — Де Моро вложил Эриху в руку сложенный тетрадный листок. Эрих дрожащими руками развернул его и поднял, чтобы прочитать. “Эрих, друг, это не может так продолжаться. Ты едва не умер сегодня ночью и в этом виноват я. Тем что ввязался в это и тем, что ввязал тебя. Есть только один способ это прекратить и спасти твою жизнь — я иду сдаваться. Это мой долг, как друга. Прими это как неизбежное. Я очень благодарен тебе за то, что ты пытался меня спасти, за то, что воевал за меня, но есть ошибки, за которые приходится отвечать. Я люблю тебя и желаю от всего сердца тебе счастья. Прости меня, если сможешь. Твой Фауст.” Эрих всхлипнул и слёзы потекли из его глаз. Он прикрыл лицо ладонью и прерывисто вздохнул. Его плечи затряслись. Руза и де Моро, смущенные, опустили взгляды, не глядя на Эриха. — Ты знал? — спросил де Моро спустя некоторое время. Эрих поднял на него мокрые глаза и едва заметно кивнул. — И это… — де Моро посмотрел на забинтованные предплечья Эриха, — это всё… они? — Варга, — едва слышно сказал Эрих. Руза беззвучно присвистнул. — Почему не рассказал? — спросил де Моро, глядя на Эриха тяжелым взглядом. — Мы бы помогли. Мы на твоей стороне. Эрих вытер слёзы тыльной стороной ладони, но они упорно продолжали течь. — Я боялся, что Волков сдаст Фауста… — едва слышно сказал Эрих. Де Моро задумался, кусая губы. — У Волкова к тебе будет много вопросов, — со вздохом произнес Руза. Скрипнула дверь и в комнату вошел доктор. — Так! — воскликнул он. — Отставить плакать! Я кому физраствор переливаю! Все, гости на выход. Вечером пообщаетесь, сейчас ему нужен покой. Де Моро и Руза встали. Руза дотронулся до плеча Эриха и посмотрел с печальным сочувствием. — Спрячьте, — попросил Эрих, протягивая Рузе записку. Тот кивнул и убрал листок в карман. Эрих лежал в кровати и чувствовал, как рушится его мир, как жизнь вырывает из его судьбы, сердца и разума огромную и любимую их часть. Он плакал, зажимая себе рот больной рукой, чтобы не привлекать внимания врача. Мысль о том, что он потерял Фауста, что он никогда его больше не увидит разрывала его изнутри и была непостижима и невыносимо мучительна. Накручивая себя, он стал искать свою вину в случившемся и это был большой улов. Он не поехал с Фаустом в академию в шестнадцать лет из-за своей чертовой влюбленности. Он своим наглым и неосторожным поведением ополчил Варгу против себя и Фауста. Вместо того, чтобы действовать тихо и осторожно, он требовал от Фауста подтверждений их дружбы, он доставал Фауста прилюдно. Измученный самобичеванием и слезами, Эрих незаметно для себя снова заснул. Проснулся он от прикосновения к руке. Рядом с его кроватью сидел врач, а иглы в вене уже не было. — Сейчас перевязочку сделаем и я отпущу вас ужинать. Как, чувствуете себя в силах? Эрих кивнул и хрипло ответил: — Да, вполне… — Не рассказывайте никому подробностей вашей глупости… иначе я от психиатрической клиники вас не спасу. Эрих удивлённо посмотрел на врача. — А ректор знает? — спросил он. — Конечно, — врач усмехнулся. — Но, сами подумайте, нужен ли ему такой скандал, как студент, пытавшийся самоубиться? Эрих кивнул. Врач развязал аккуратно и неспешно бинты на руках и Эрих увидел зашитые длинные разрезы. Это было очень странно. — На вас заживает с какой-то невероятной скоростью, — удивлённо сказал Врач. — Повезло вам со здоровьем. Сменив перевязки, доктор посмотрел на наручные часы и встал. — Одевайтесь и идите ужинать. Есть нужно много, даже если аппетита нет. Ходите осторожно и неспешно, никакой беготни, никаких резких движений. Понятно? — Понятно, — Эрих кивнул и сел в кровати. В голове была странная легкость, тело слушалось неохотно и лениво. Пальцы дрожали и Эрих долго возился с пуговицами. Он оделся и осторожно встал. Голова не кружилась, но усталость навалилась почти сразу же. Врач пристально на него смотрел, стоя в стороне, скрестив руки на груди. — Если плохо, можете до утра остаться. Ужин вам сюда принесут, — сказал он. Эрих помотал головой. — Нет… Просто слабость, но нормально… В обморок не упаду. Доктор вздохнул и кивнул. Эрих вышел из палаты и оказался в коридоре, в котором ещё ни разу не был. Ведомый наитием он неспешно вышел к лестнице. В голове было пусто и Эрих старался, чтобы так оно и оставалось, иначе он сел бы прямо здесь у стены и принялся бы рыдать. Опираясь на перила, Эрих спустился по лестнице и вышел в вестибюль. — О! Эрих! — к Эриху подошли близнецы и приобняли его с двух сторон. — Ты бледный, как актер кино, — сказал Лукас. — Что с тобой случилось? — спросил Ларс. — Да так… — Эрих усмехнулся, — несчастный случай. И глупость. — Это по-нашему, — Лукас широко улыбнулся. — Мы однажды чуть не утонули, когда поспорили, что успеем вычерпывать воду из лодки так быстро, чтобы она не потонула, — с гордостью сказал Ларс. — Не мучайте его, — раздался голос де Моро. Эрих обернулся. Подошли де Моро и Руза. Эрих невольно поискал взглядом Фауста и тут же вздрогнул от осознания трагедии. — Идемте есть, — сказал Руза. — Врач тебе наверняка наказал хорошо питаться. — Ты так говоришь, будто с ложечки его кормить собираешься, — Ларс рассмеялся. — А неплохая идея, — сказал де Моро, скосив на Эриха взгляд. — Кормить с ложечки и водить за ручку. Чтобы ещё чего не приключилось. Эрих вздохнул, считав укор в словах де Моро. Они вошли в обеденный зал и уселись за своим столом. Место Фауста осталось пустым. Эрих задержал на нём взгляд. — Слушай… — понизив голос сказал Лукас, — Фауст, он правда был бомбист? — Эрих об этом не знал, — сказал Руза и кинул на Лукаса гневный взгляд. Эрих кивнул. — Я не знал, — повторил он. Официанты принесли ужин. Аппетита у Эриха не было вообще никакого. Он смотрел на стейк, грибной соус, салат, закуски, картофель и всё это даже не казалось ему съедобным. — Ешь, — мрачно и с нажимом произнёс де Моро. Эрих взял нож и вилку и через силу принялся за еду. Осторожно он поднял взгляд и посмотрел на стол преподавателей. Волков сидел, держа в руке фарфоровую чашку и смотрел на Эриха задумчиво. Эрих покраснел бы, не будь он изрядно обескровлен. — Мы с утра все письма отправили, — сказал Лукас. — Историк утрётся своим ядом, когда Грифон снова откроют. — А пока что можно выпить у нас в гостях, — Ларс подмигнул Эриху. Эрих через силу улыбнулся. — После ужина Волков тебя ждет, — тихо сказал Руза, когда Эрих уже доедал свой ужин. Эрих вздрогнул и кивнул. В голову полезли пугающие мысли. Что сделает Волков? Выгонит? Будет орать? Но на фоне случившегося с Фаустом это казалось сейчас несущественным. — Проводить тебя? — спросил де Моро. — Нет. Я дойду, спасибо… — сказал Эрих и посмотрел на преподавательский стол. Волкова там уже не было. Эрих снова посмотрел на пустующий стул. — Мы тебе сочувствуем, — сказал Ларс, глядя на Эриха внимательно. — Сложно представить как это хреново, — добавил Лукас. Эрих усмехнулся криво и кивнул. — Спасибо. Он поднялся из-за стола и побрел к выходу из обеденного зала. Он чувствовал на себе любопытные взгляды, но не оглянулся и не поднял головы. Останавливаясь дважды, чтобы отдохнуть, Эрих дошёл до тренировочного зала, пересек его неспешно и занес руку над дверью Волкова и замер, не решаясь постучать. В голову пришла дурная мысль сбежать домой. — Заходи, — раздался голос из-за двери. Вздрогнув от неожиданности, Эрих открыл дверь и вошел в кабинет, глядя в пол. — Садись, — сказал Волков. Он сидел за столом, сложив перед собой руки. Эрих подошел к стулу и со вздохом на него опустился и прикрыл глаза. — Теперь… — произнес Волков с нажимом, — рассказывай. И не пытайся что-то утаить. Эрих вздохнул и поднял взгляд на Волкова. Тот был серьезен и взгляд его был тяжелым и требовательным. — Меня пытался убить Казимир Варга, — сказал Эрих. — Уже во второй раз. В первый раз они были вдвоем с Вигилянским и пытались вколоть мне морфий. Их спугнул де Монклер, он живет прямо подо мной. В этот раз тоже он меня спас. Губы Волкова изогнулись в усмешке. — Как ты в это ввязался? — спросил он. — Из-за Фауста, — ответил Эрих. — Он мой друг детства, — Эрих сглотнул и глаза наполнились слезами. Он быстро вытер их тыльной стороной ладони. — Я приехал и узнал, во что он ввязался. Он никого не убивал! Но он с ними был повязан. Я не мог сдать их, не сдав Фауста. Варга понял, что я знаю… Я искал способ решить эту проблему, Варга — тоже. Я пришел к мысли о том, что нужно убить Варгу и я был готов. Но он успел первым, а Фауст… — Эрих шмыгнул носом, — он пошел и сдался и всех сдал… — Почему ты мне не сказал? — спросил Волков, глядя на Эриха тяжелым взглядом. — Я боялся… что вы сдадите Фауста, — ответил Эрих и поднял взгляд на Волкова. Он усмехнулся и покачал головой. — Ты должен мне доверять Эрих, — сказал он. — Иначе ничего у нас не получится. Это — последний раз, когда я прощаю то, что ты скрываешь что-то от меня. Ты понял меня? Эрих посмотрел в темные глаза Волкова. — Да, — сказал он хрипло, — я понял. — Ты должен мне рассказывать обо всем важном, что с тобой происходит. Во-первых, я могу тебе помочь, а во вторых — это не должно повредить нашему делу. Эрих кивнул и вздохнул прерывисто. — Тебя спас флакон, — сказал Волков. — Моя ошибка, что я не рассказал заранее обо всех его свойствах. Если бы ты напоил его кровью, он исцелил бы тебя. Но и так он действует на тебя. Эрих поднял на Волкова изумленный взгляд. — Теперь терпи и выздоравливай сам. Врач будет каждый день наблюдать, как заживают твои раны и никакого внезапного исцеления быть не должно, — с усмешкой произнёс Волков. — Вы меня простите? — спросил Эрих. Волков долго смотрел на Эриха с непроницаемым выражением лица. — Я тебя простил, — ответил он наконец. Эрих выдохнул и прикрыл глаза. — Я ещё кое что слышал… и вам не рассказал, — произнес он. Волков выгнул бровь и заинтересованно посмотрел на Эриха. — Когда я прятал мешочек в карниз в курительной комнате, в неё зашли двое. Я успел спрятаться. Это был некто де Монклер старший, видимо отец нашего Армана и кто-то ещё. Они… лобызались. Де Монклер был намерен завалить своего визави прямо там, — Эрих усмехнулся и смущенно отвел взгляд. — И он сказал что через две недели Императора не будет. Что через две недели императором станет Герцог… Волков не изменился в лице. Он внимательно смотрел на Эриха. — Почему не рассказал? Если не мне, то кому-то, кто мог бы принять меры? — спросил Волков, глядя на Эриха цепко. Эрих покусал губу, задумчиво глядя на Волкова. — Я же про вас ничего не знаю… — сказал он. — Ни кого вы поддерживаете, ни как вы могли бы поступить… Я не сказал потому что я поддерживаю герцога, — Эрих приподнял подбородок, с вызовом взглянув на Волкова. Волков вздохнул и усмехнулся. — Ты не из тех, кто слепо подчиняется. Тебе нужно понимать… — сказал он. — Что ж. Я думаю, что ты того стоишь. — А что бы вы сделали? Что вы теперь сделаете? — спросил Эрих встревоженно глядя на учителя. Волков усмехнулся. — Это герцога ты вчера спас от облавы, Эрих, — с усмешкой произнес Волков, глядя на Эриха потеплевшим взглядом. — Беркут? — Эрих ахнул. Волков кивнул. — Так что молчи о том, что слышал и дальше, Эрих. И я буду молчать. У нас с тобой общие планы на эту страну.