Долгий путь домой

На следующее утро они покинули поселение и снова вышли в дикую местность. Почти не разговаривали — только когда было необходимо. Между ними стояло плотное напряжение. Саске, казалось, был немного зол — и Наруто никак не мог понять: на него или на себя. Сам Наруто пребывал в полной растерянности. Целоваться с Саске, быть с ним физически близко — всё это стало простым с тех пор, как они разыграли спектакль для Морио. Прислониться головой к его плечу, взять за руку, коснуться губами губ — казалось, ничего особенного. По крайней мере для Наруто. Это было удобно, расслабляло, и приятно было ощущать такую близость с другим человеком — даже если это ничего не значит. Саске держался чуть более отстранённо, но это был просто Саске. Он мог немного поворчать, однако почти никогда не отталкивал резко — не так, как мог бы до того случая у Морио. Наруто списывал это на характер Саске и его своеобразное понимание личного пространства. Лизнуть его в шею или потрогать руками — пожалуйста. Но стоило поцелую оказаться в центре внимания или прикосновениям стать чуть более откровенными — и он жаловался, отстранялся или замыкался. Обычно. До прошлой ночи. Но даже со всеми странностями Саске Наруто в какой-то момент начал думать, что именно он, Наруто, ведёт себя страннее всех. Их прежняя дружба никогда не была такой. По-настоящему они сближались лишь перед лицом общего врага. Никакого панибратского прикосновения, никаких добродушных перепалок и уж тем более никаких поцелуев. Ну, может, однажды. Или дважды. Но те случаи были скорее несчастными случайностями, чем сознательным выбором. А после того, как Саске покинул Коноху — да уже и незадолго до этого — они были почти врагами. Так кто мог осуждать Саске за то, что такая резкая смена всего их взаимодействия выбивала его из колеи? Тем более что почти всё это было делом рук Наруто. Или нет? Наруто перебирал в памяти всё, что произошло между ними, и не был уверен, что несёт ответственность за новое напряжение в одиночку. Спектакль для Морио затеял Саске — это точно. Он так отчаянно хотел двигаться вперёд, что, кажется, готов был на что угодно ради возможности оказаться поближе к дому. Да и сам этот спектакль выглядел отчаянием: то, как Саске целовал его, двигался, касался — и поэтому, может быть, Наруто не так уж виноват, что решил: раз уж это было нормально, то менее откровенные прикосновения — тем более. Обстоятельства, конечно, теперь совсем другие — и всё же Саске время от времени делал такое, что заставляло задуматься. По отдельности — мелочи, но вместе они складывались в кое-что большее, и вина за их нынешнее положение распределялась уже не только на Наруто. Если не считать случая у Морио, Саске по собственной воле прикасался к нему как минимум трижды. Время в ящике, когда они делили воду, Наруто не считал — это было просто выживание. Итак, первый раз — когда Саске обвил его ногами в покоях госпожи Сайто, пусть и только чтобы притянуть ближе и придать своим командам большей угрозы. Второй — когда лизнул ему шею. И третий — в реке, когда тёр ему шею, пытаясь стереть помаду, оставшуюся после того злополучного эпизода в тех же покоях. Невинное прикосновение — но чем оно отличалось от всех прочих вольностей? Не считая поцелуев, разумеется. В прошлый раз именно Саске продолжил и раздвинул границы привычного, уже сложившегося между ними. Это он застонал — и превратил происходящее во что-то, чего Наруто сознательно не добивался. Да, оба были пьяны, да, ни тот ни другой, похоже, никогда раньше не переживали ничего подобного — разве что друг с другом. Два растерянных, пьяных, сексуально неудовлетворённых подростка, тянущихся друг к другу. А потом пришло кое-что ещё более тревожащее — осознание того, насколько он сам во всё это втянулся. Он возбудился, целовал его, лизал, кусал — потому что потерял голову в тот момент и потому что тогда по-настоящему хотел этого. Конечно, состояние — пьяный, растерянный, сексуально неудовлетворённый — могло сыграть свою роль, но он отказывался верить, что при всей своей неопытности возбудился бы от кого угодно. Именно Саске вызвал в нём этот отклик — и эта мысль пугала его сразу по многим причинам. Прежде всего — потому что Саске был парнем. Пусть и очень привлекательным парнем, который выглядел, ощущался и был на вкус потрясающим, — но всё же парнем. Он не врал Саске тогда: он был почти уверен, что ему нравятся девушки. В детстве одна только мысль о том, чтобы наконец поцеловать Сакуру, вгоняла в краску, заставляла живот порхать, а сердце — колотиться. Ни к одному парню он никогда не испытывал ничего подобного. Даже к тому, к кому ещё вчера вечером прижимался вплотную. Саске, конечно, умел сказать что-то такое, от чего сердце чуть сбивалось с ритма, — но это было скорее от неожиданности и удивления, чем от захлёстывающего желания. К тому же он сам, пожалуй, никогда особо не задумывался над этим. В те немногие разы, когда он целовал Саске, — это не было запланировано, он не думал, это просто казалось самым естественным в тот момент. Он гадал: значило ли это, что он хотел этого больше или меньше. Но следующим препятствием в его терзаниях было то, что Саске — не просто парень. Он Саске. Тот самый придурок, который бросил друзей и деревню, не раз вставал на сторону врага и которого Наруто поклялся остановить — при необходимости навсегда. Их судьбоносный последний бой всё же состоялся, они сражались — и несмотря на все клятвы, Наруто не смог. Он не мог убить того, кого так хотел понять, того, кто был ему дороже всех, — своего брата, своего друга. Не смог сделать этого до конца. Он проиграл, но и Саске не убил его. Ушёл — как тогда у водопада, — и вместо того чтобы продолжать свой путь разрушения, просто исчез. До сих пор. Назвать их историю непростой — значит не сказать почти ничего, учитывая всё, что было между ними. И хотя его одержимость — вернуть Саске, спасти его, привести домой — порой действительно граничила с навязчивой идеей, он отказывался считать её влюблённостью. Это же Саске. Даже когда они дружили, тот был снисходительным занудой, который задирал и высмеивал его при каждом удобном случае. Постоянно злился на Наруто за глупости — но в то же время, кажется, видел в нём потенциал. Это и тянуло их друг к другу — как соперников и как друзей. Но не было в этом ни теплоты, ни нежности, и Наруто никогда не думал, что хочет иначе. Ну, мог бы Саске быть чуть помягче — но не в его это было природе, сближаться по-настоящему, так что брал что дают и радовался, когда тот хоть как-то признавал их особую связь. Вот как тогда, когда Саске сказал, что хочет сразиться именно с ним. Это признание, эта мысль — что Саске считает его достойным, — вогнала в краску, заставила живот порхать, а сердце… заколотиться… Наруто встал как вкопанный. Саске обернулся на него с очевидным раздражением. — Что с тобой не так? — Многое, кажется, — тихо ответил Наруто. Неужели он настолько свихнулся, что мысль о том, как Саске признаёт его достойным, вызывает в нём то же самое, что и мечта поцеловать девушку, в которую он влюблён? Насколько же это было ненормально? — Ну, для этого нужно обязательно стоять столбом, или мы можем идти дальше? Наруто двинулся с места и догнал Саске, который смотрел на него внимательно — раздражённо, но вместе с тем задумчиво. Поравнявшись, они снова зашагали по грунтовой дороге. Новых городов в тот день не попалось, и с наступлением сумерек оба свернули с тропы — искать место для ночлега. По крайней мере, река слева давала понять, что они всё ещё движутся в нужном направлении, пусть и по извилистому долгому пути. Но вдоль реки стояли города — а значит, это лучше, чем уходить в глухую чащу, ориентируясь только по солнцу и звёздам. Раздражало, что он так далеко от привычного мира. Знакомые способы определить стороны света здесь почти не работали — только по солнцу, — но река успокаивала. Пусть и петляет, зато рядом всегда чистая вода. — Надо было купить лодку, — сказал Наруто, глядя на воду и нарушая молчание, длившееся уже несколько часов. Саске посмотрел на него, потом на реку. — Не такая уж плохая мысль, хотя река местами сильно мелеет. Но за лодкой пришлось бы следить в городе. Лучше иногда спать в нормальной постели, чем меньше ходить, но торчать на карауле у лодки. Да и камней слишком много — не проплыть. Для человека без дома и без корней Саске очень ценил комфорт. После горячей еды, тёплой ванны и восьми часов на нормальной постели он всегда был в лучшем расположении духа. Стоило слишком долго обходиться без этого — и он становился угрюмым и раздражительным. Ну, ещё угрюмее и раздражительнее, чем обычно. — Ну хоть одеяла теперь есть, — заметил Наруто, расстилая постель и садясь. Поднял глаза — и как раз успел увидеть, как Саске стягивает рубашку. Продолжал смотреть, как тот снимает штаны и выпрямляется — совершенно голый; тёплый розово-оранжевый свет сумерек окрашивал обычно бледную кожу в живой румяный тон. Наруто быстро отвёл взгляд, пока Саске не заметил. — Ты идёшь? — Куда? — спросил Наруто, упорно рассматривая собственные ботинки. — Купаться, болван. Ты о чём вообще подумал? — Потом. Я сейчас слишком устал. Ответа не последовало — но Наруто слышал, что Саске никуда не ушёл. Пришлось поднять взгляд: скользнув по безупречной фигуре, он наконец остановился на лице Саске — озадаченном. — Что? — спросил Наруто как можно небрежнее. — Не веди себя странно, — сказал Саске. — Где я веду себя странно? Я устал, помоюсь позже. В чём проблема? — Ни в чём, пока ты сам из этого проблему не делаешь. Вот в чём была беда с Саске. Можно притворяться, что тебя ничто не тревожит, что ничего не было — как Наруто и пытался сейчас, — а Саске просто игнорировал ложь и шёл дальше, уверенный, что знает правду. По крайней мере, новый Саске. Старый был бы рад не заморачиваться. Иногда Наруто очень скучал по старому Саске. Новый же, похоже, терпеть не мог не знать чего-либо. — Это просто помывка, придурок, тебе что, нужно держаться за мою руку? — спросил Наруто, надеясь, что дерзость сработает там, где ложь провалилась. Саске подошёл к нему — как всегда, совершенно не стесняясь своей наготы — и присел прямо перед ним, поймав его взгляд. — Не веди себя странно. Будь собой. Раньше ты не выпускал меня из виду без крайней необходимости. — Я тебе доверяю. — Как скажешь. Конечно, Саске мог думать, что знает правду, — но это не значило, что он всегда был прав. Наверное, он решил, что Наруто отказывается, потому что боится: вдруг Саске снова что-нибудь выкинет. Как бы то ни было, делать вид, что ничего не было, явно не помогало донести мысль — так что лучше разобраться сразу. — Я тебя не боюсь, Саске. Мне просто нужно немного пространства. — Не думай об этом, — предложил Саске. — Я не думаю. Почему-то эти слова разозлили Наруто. Весь день он пытался разобраться в происходящем, найти смысл за жестами, изо всех сил стараясь не винить себя во всём — а Саске, оказывается, просто вымел весь этот эпизод из головы, как будто ничего особенного не случилось. Но ведь именно это он сам и твердил Саске всё это время? Что прикосновения ничего не значат, что поцелуи — не проблема? Он вдруг почувствовал себя полным идиотом. — Я понимаю, что сам говорил — это не проблема. Но тебе не кажется, что прошлой ночью всё было немного иначе? — Конечно иначе. Мы были пьяны. И да, ты сам говорил, что для тебя это не проблема. Советую последовать собственным словам. — Зачем? Потому что ты хочешь, чтобы я об этом забыл? — Не забыл, но — отпустил, перестал зацикливаться и, ради всего святого, прекратил дуться. Наруто фыркнул. — Хорошо говоришь. Сам провёл весь день в раздражённой мрачности. Почему мне нельзя пять минут того же? — Потому что это не твоё, — просто ответил Саске. — И когда ты так делаешь — это раздражает. Именно поэтому я и был в этой раздражённой мрачности весь день. Ты вёл себя странно. — Ах, прости, мне жаль, что вывел тебя из себя, — произнёс Наруто без тени раскаяния. Саске нахмурился — всем видом показывая, что ему сейчас совсем не до шуток. — Нет, не жаль. Но я... в некотором роде сожалею, что нарушил что-то между нами. Хотя если ты продолжишь так себя вести — сожалеть долго не буду. Потому что мне станет всё равно. В нескольких фразах Саске сказал многое. Намекнул, что прошлая ночь — его вина. Что ему небезразлично: случившееся выбило Наруто из привычной колеи, нарушило то, что было между ними до этой ночи. Но это, видимо, держалось на волоске. Саске не сближался с людьми, не привязывался — и ему не составило бы труда снова вернуться к этому, если напряжение сохранится. Наруто с удивлением понял, как сильно успел повлиять на Саске за этот месяц — раз тот вообще что-то чувствует. — Думаю, мы оба приложили руку, — сказал он после паузы. — Я просто не понимаю теперь, что можно, а что нет. — Как будто я не сказал бы, что нельзя, — ответил Саске с усмешкой. После этого он, кажется, задумался — по-настоящему, глубоко. Как человек, который взвешивает что-то, чего очень не хочет делать. И тут — вот так сюрприз — Саске наклонился и на долю секунды коснулся губами его щеки. Именно так, как Наруто иногда делал с ним — когда тот не ожидал. Когда Саске отстранился, усмешки на лице уже не было. Выражение стало немного напряжённым. — Не проблема, да? Наруто не понимал: Саске нарочно его запутывает? Он хочет повторения прошлой ночи — или просто даёт понять, что прежние короткие поцелуи снова в порядке вещей? — Я думал, ты ненавидишь, когда я так делаю. — Раздражает. Но я привык. Только не превращай это в привычку. Ладно, на этот вопрос ответ есть. Наруто подумал, что, возможно, понял не всё, что Саске пытался донести, — но главное уловил: лёгкие дружеские поцелуи — более или менее допустимы; засовывать язык друг другу в рот — пожалуй, нет. Понял, принял к сведению. И поэтому, несмотря на все утренние мысли о том, чем же на самом деле являются их отношения, — он решил оставить это на потом. Больше ничего не произойдёт, а значит, незачем так зацикливаться — особенно когда он сам не может разобраться в собственных чувствах даже в голове. Просто и понятно. С этим можно жить. — Так ты идёшь? Наруто коротко улыбнулся и кивнул. — Иду. Наруто последовал за Саске к реке — как они делали каждый вечер в походных условиях, — но на этот раз Саске взял с собой небольшую сумку, в которой, как предположил Наруто, лежало мыло и прочие полезные вещи, без которых они до сих пор прекрасно обходились. Перед отъездом из города Саске купил на рынке кое-что из необходимого, но шопинг нагонял на Наруто такую тоску, что он почти не следил за тем, что именно. В основном дорожные принадлежности: постельные принадлежности, фляги, провизия, огниво и разные мелочи, которые должны были сделать путешествие чуть более сносным. Наруто не возражал против трат — если верить картам, они могут идти ещё несколько месяцев, прежде чем увидят что-нибудь знакомое. От этой мысли он в очередной раз задался вопросом: как вообще они с Саске умудрились забраться так далеко от дома? Сначала зашли в реку — смыть пыль, — потом выбрались обратно на берег и принялись намыливаться. Саске начал первым: тёр мылом кожу, пока та не покрылась скользкими пенистыми полосами, потом передал мыло Наруто и вошёл в воду смываться. Он взял с собой бутылку, которая покачивалась рядом, пока он не закончил. Тогда он поймал её, выдавил в ладонь приличное количество содержимого и принялся втирать в волосы. Саске купил шампунь. Наруто едва сдержал смех. — Если не мыть хотя бы иногда, они наверняка начнут торчать, как твои, — сообщил Саске. — И после мытья торчат только на затылке? О, огромный прогресс, — отозвался Наруто с широкой ухмылкой, поднялся и вошёл в воду. Смывая с себя мыло, он заметил, как небрежно Саске управляется с волосами — торопится, пропускает целые пряди. — Да ладно тебе, Саске, — сказал Наруто, заходя ему за спину. — Уж если берёшься за это дело — делай нормально. Саске, кажется, не сразу понял, что происходит — только когда Наруто отвёл его руки в сторону и взялся втирать шампунь в пропущенные места. Поначалу Саске слегка напрягся, но скоро расслабился — как раз в тот момент, когда Наруто начал думать, что снова перегнул палку. Саске позволил голове откинуться назад, пока Наруто водил пальцами по его волосам. Вообще-то Наруто сам не любил, когда кто-то трогал его волосы. Обычно это делалось снисходительно — взлохматить торчащие пряди, — и он давно научился воспринимать это скорее как раздражение, чем проявление тепла. Саске, судя по всему, был другим. Он глубоко вздохнул, когда пальцы Наруто заскользили по коже головы и сквозь пряди до самых кончиков. Плечи опустились, и Наруто легко представил, как закрылись его глаза. Когда шампунь был хорошо вспенен, он попросил Саске встать на колени и откинуться назад — чтобы волосы ушли в воду и можно было смыть пену с мягких чёрных прядей. Он так и думал, что волосы Саске будут именно такими: мягкими, лёгкими, шелковистыми. Даже мокрые — удивительно приятные на ощупь. Наруто был так сосредоточен, что не сразу заметил взгляд Саске снизу вверх — внешне бесстрастный, но в глазах читалась глубокая задумчивость. — Что? — резко спросил Наруто, не любивший, когда его так разглядывали. — Странно, но когда ты на чём-то сосредоточен, выглядишь ещё тупее, — сообщил Саске с усмешкой. Оценив наблюдение по достоинству, Наруто положил ладонь ему на лоб и окунул лицо в воду. Впрочем, он почти и так уже закончил, и отпустил его быстро. Голова Саске вынырнула из воды с фырканьем, однако особого гнева не последовало. Он поднялся, моргая, убирая воду из глаз, не переставая ухмыляться — а потом неожиданно бросился вперёд, схватил Наруто за плечи и опрокинул назад. Наруто успел вцепиться ему в бока и потянул Учиху за собой. Несколько секунд они боролись под водой, каждый старался взять верх, — пока потребность в воздухе не стала настойчивой и обоим не пришлось всплыть. Наруто первым нашёл дно ногами и, когда Саске вынырнул, тут же обхватил его рукой, потащив назад по течению — чтобы тот не мог упереться и дать сдачи. Казалось, хороший план, — но скользкая спина Саске, прижатая к его груди, рука Саске, накрывшая его ладонь, пока другая рука тщетно пыталась нащупать опору у него на шее — всё это вдруг напомнило о прошлой ночи. Пальцы на шее. Большой палец, принуждающий рот открыться. Язык… Наруто резко остановился. Саске удалось упереться ногами — но Наруто, по собственной глупости, не убрал руку с его талии, и когда Саске выпрямился, тот невольно задел его своим задом. Наруто отпустил его очень быстро. Саске не двигался — и, как ни странно, кажется, тихо смеялся. Совсем чуть-чуть — но всё же. В другой момент это было бы для Наруто редкой радостью. Саске — по-настоящему, впервые за долгое время — выглядел счастливым. Никакой угрюмости, никакой холодной замкнутости. Но радость не приходила, потому что Наруто снова был растерян и зол на самого себя. Он резко шагнул назад и нырнул, чтобы отплыть от Саске и от воспоминаний. Саске через мгновение понял, что его бросили, и поплыл следом — всё ещё с тенью улыбки. Пока не заметил, что у Наруто её нет. Тогда улыбка исчезла и с его лица. — Ты же явно выиграл, — сказал он с раздражённой миной. — Я ожидал большего хвастовства. Чёрт. Почему Саске выбрал именно этот момент, чтобы начать вести себя как нормальный живой человек? Смеялся, улыбался — и, что совсем уж из ряда вон, признавал поражение в их дурацкой возне. — Ха, ты проиграл? — попробовал Наруто. — Тьху. Ты даже хвастаться толком не умеешь. Есть вообще хоть что-то, что у тебя получается? — Драться с тобой. Много практики. Не то Саске не оценил замечания, не то понял, что что-то всё ещё не так, — потому что перестал плыть следом и посмотрел серьёзно. — Ты не всегда побеждаешь, — напомнил он. — Последний большой бой ты проиграл. — Я бы убил тебя, если бы мог, — ответил Наруто честно. — Ты же знаешь, я сдерживался. — Ты слишком мягкий. И слишком много о себе думаешь. Ты бы всё равно не выиграл. — Не будь так уверен. Но суть в том, что ты меня не убил, Коноха стоит — значит, может, и ты немного помягчел. Саске скривился. — Ты правда хочешь снова это обсуждать? Помню, в прошлый раз я едва не сломал тебе челюсть. — Забудь, — пробормотал Наруто и окунул голову в воду — в надежде, что холод прочистит мысли. Он не хотел ссоры. Злости на Саске не было. Просто он больше не понимал, что именно чувствует к нему. Когда вынырнул, Саске стоял ближе — прямо перед ним, с тёмным выражением лица. — Почему ты вдруг такой мрачный? — Может, заражаюсь от тебя. — Я был в хорошем настроении. Почему ты нет? Куда делась твоя неиссякаемая бодрость? — А я обязан быть бодрым? — Потому что ты такой. Наруто смотрел на него в этот момент с редкой проницательностью. — Тебе так важно, если я немного хмурюсь? — Я же сказал: раздражает, когда ты ведёшь себя не как ты. — Я думал, мой характер тебя в любом случае бесил. — Это было до того, как я понял, насколько ты ещё более невыносим без своего вечного оптимизма. Ты выглядишь… раздражённым. — Саске, ты посмотри, где мы находимся — конечно, я раздражён! Ты разве нет? — Не особо. Я уже объяснял почему. — Ну ладно, допустим, у тебя есть передышка на всё время, пока мы добираемся домой. Но ты правда готов торчать здесь со мной месяцами? Ты раньше вёл себя так, будто само моё дыхание тебя раздражает — и вдруг я твой лучший попутчик? — Вместе идти логично, я уже говорил. И идти с тобой, — Саске глубоко вдохнул, — не такой кошмар, каким я это себе представлял. Я не люблю полагаться на людей — обычно только разочаровываешься. Но ты... на тебя, пожалуй, можно положиться. Я всегда знал, чего от тебя ждать — даже когда меня эти реакции бесили. Наруто не был уверен, но кажется, его только что похвалили. — Ты считаешь меня надёжным? Саске закатил глаза. — Да, болван. Если бы не мог тебе доверять — бросил бы тебя на той самой поляне, где мы очнулись. Наруто секунду подумал — и решил, что за это Саске полагаются спонтанные обнимашки, хочет он того или нет. Ещё минуту назад он старался физически отдалиться от него — а теперь хотел только одного: почувствовать его рядом. Он опустил голову ему на плечо, губами к шее. — Спасибо. Руки Саске оставались опущены вдоль тела, сам он напрягся от этого внезапного и явно нежелательного проявления чувств — но и не оттолкнул его. — Отцепись, болван. Это была не команда, скорее смиренное предложение, высказанное с пониманием того, что его проигнорируют. — Саске, ты меня ненавидишь? — Наруто сам не любил звук собственного голоса в эту секунду. Вопрос звучал по-детски и неуверенно. Но он хотел знать это с тех самых пор, как Саске покинул деревню, когда они были ещё маленькими. Так что, по сути, это и был детский вопрос. — Иногда. Чаще ты просто меня раздражаешь. — Тебе вообще есть до меня дело? На этот вопрос Саске ответил не сразу. — Прямо сейчас — нет. — Почему? — спросил Наруто, поднимая голову, чтобы видеть его лицо. — Потому что прямо сейчас ты ведёшь себя как нюня, — ответил тот с усмешкой. Наруто ухмыльнулся в ответ. — Ты знаешь, что ты придурок? — Ты постоянно это говоришь. Тогда почему обнимаешь? Наруто чуть наклонился — едва коснулся губами его губ — и отпустил, пожав плечами. — Наверное, потому что знаю: тебя это бесит. — Тьху. Идиот. И вот так — всё перестало казаться таким сломанным. Примечания автора: Пришлось сделать четыре или пять правок этой главы, пытаясь немного сдержать дружелюбный настрой Саске — но, кажется, баланс всё же нашёлся. Может быть. Конечно, их дружба сейчас хорошо развивается, но в ближайших частях я планирую добавить напряжения, прежде чем вернуться к приятному. Ещё я знаю, что обещала немного убрать наивности у Наруто, и при редактуре держала это в уме — но кое-какие моменты мне не хотелось вырезать и было не очень удобно переформулировать, потому что они вели к важным сценам. Надеюсь, это не слишком заметно. Итак, Часть 7 в основном была тем, о чём я предупреждала — Саске получился чуточку слишком мягким. Я долго колебалась, насколько далеко заходить, но в итоге его редкие моменты радости не показались мне чрезмерными — разве что сцена с борьбой в воде. Но счастливый и обычный Саске по-прежнему будет редкостью, так что я оставила это — отчасти чтобы немного помучить Наруто, отчасти потому что в моём воображении это выглядело довольно мило. Это была последняя глава этой части, и теперь мы снова берём небольшую паузу. Я всё ещё надеюсь выпустить Часть 8 в апреле — несмотря на желание скоро возобновить WNL. Часть 8, скорее всего, будет состоять всего из одной главы, так что это не такая уж большая задача. Итак, Часть 8 — это будет пари: Наруто поспорит с Саске, что тот не сможет побыть кем-то, кем не является, а Саске примет вызов, чтобы доказать свою точку зрения. Я планирую снова добавить напряжения между ними после этой внезапной смены динамики, и хотя более мягкий Саске мне нравится, я очень хочу вернуться к нескольким моментам, где он снова будет просто невыносимым. И — ура! — в Части 8 будут обе его стороны. Плюс посмотрим, как пьяные поцелуи повлияют на их дальнейшие отношения и что именно будет считаться «допустимым» после этой части. Анонс Части 8 скоро появится на Дашдоме — вы уже знаете, как это работает :) До скорого! Dash. Ответы на анонимные отзывы: Кажется, я где-то допустила небольшую ошибку. Я предположила, что Alexandros (правильно написала?) и Alex — один и тот же человек, но теперь не уверена, увидев два отзыва от «Alex». Простите, это полностью моя вина. В этот раз отвечу каждому отдельно :) Alex — У тебя, должно быть, есть какое-то шестое чувство на «Даш обновила», лол. Не могу на это жаловаться широко улыбается Вышло довольно внезапно, но это алкоголь виноват — в следующий раз будет чуть больше обдуманности и чуть меньше спонтанности. Хотя, признаться, ненамного меньше, лол. Alex — Ну, в секс мы точно не будем прыгать слишком быстро — это уж точно, несмотря на всё, что было в прошлой главе. Хотя сексом всё не ограничивается выразительно поднимает брови Да здравствует напряжение! Спасибо, Alex, и с Пасхой тебя тоже! Гость — Хаха, да, я тут немного дразнюсь, лол. Мысли Саске я пока оставляю в стороне, потому что хочу поиграть с ними подробнее в Части 9, — но надеюсь, оно того стоит :) Matti — Спасибо! Да, развитие отношений будет продолжаться и дальше. Хотя, наверное, в следующий раз не так внезапно — но надеюсь, это тоже будет интересно :) Buffy — Боже, огромное спасибо, Buffy! Это так приятно слышать! Очень рада, что ты наслаждаешься этим фиком и другими. То, что истории кажутся тебе достойными перечитывания — это огромный комплимент :) Некоторые истории действительно обретают совсем другой смысл, когда уже знаешь, чем всё закончится, — и я рада, что тебе нравится именно этот аспект, потому что это делает всю предварительную работу по сюжету гораздо более оправданной. Ещё раз спасибо! Wanderer — Ты точно попала в то, что я и пыталась показать. В реальной жизни иногда лучше идти медленнее, лучше узнавать другого человека, прежде чем заходить слишком далеко — вот что я и стараюсь изобразить. К тому же, как правило, первые отношения развиваются намного медленнее, чем все последующие. Сначала поцелуи, потом лёгкие ласки, потом исследование — и несколько других шагов, прежде чем дойдёт до секса. Так что я пытаюсь пройти через эти этапы здесь, хотя, честно говоря, сама я, пожалуй, не лучший пример человека, умеющего «не торопиться», хаха. Я всегда призываю людей заводить аккаунты. Это бесплатно, можно получать уведомления об обновлениях и отслеживать избранное — очень удобно, когда хочется перечитать. Плюс с некоторыми людьми у меня завязываются разговоры после отзывов, которые сложно вести здесь, в анонимном формате, — и это очень здорово. Но при всём этом я всегда рада отвечать и на анонимные отзывы тоже улыбается