Долгий путь домой

Легко было сказать, что он всё исправит и спасет Саске, но когда на следующее утро Наруто проснулся после беспокойной ночи, он сел на кровать в своей комнате, уставился на собственные пальцы на ногах и попытался понять, как именно он собирается совершить этот маленький подвиг. Он полагал, что его главная проблема заключалась в том, что разгадывать подобные вещи было не совсем по его части. Распутывать тайны и выкапывать информацию — это определенно была ниша Саске. К несчастью, поскольку именно Саске был тем, кого нужно было спасать, сейчас от этого факта было мало толку. Что ж, был один очевидный путь — просто пойти и прямо спросить Амаю, какие у нее есть улики на Саске. И ладно, это был далеко не самый скрытный способ сбора фактов в истории, но он был прямым, а прямой подход — это то, что Наруто вполне мог осмыслить. К тому же, Амая еще даже не знала, что он хочет помочь Саске. Насколько ей было известно, он мог расспрашивать ее просто ради собственного душевного спокойствия. Наруто нахмурился. Саске говорил ему, что он хитер примерно как половая доска, так что Амая могла раскусить его в два счета, но он не знал, что еще предпринять. Одевшись и собрав вещи, он покинул гостиницу и начал расспрашивать встречающихся на улице горожан о том, где можно найти Амаю. В процессе он узнал еще одну, куда менее радостную новость. Суд над Саске был назначен на сегодняшний день после полудня. Что ж, оперативности им не занимать, тут надо отдать им должное. Казалось немного странным, что суд состоится так быстро, но, очевидно, правосудие здесь было скорым, и он предположил: они, вероятно, считали это более гуманным методом, чем заставлять жертву ждать или обвиняемого слишком долго томиться в тюрьме. К несчастью, это оставляло ему катастрофически мало времени на то, чтобы попытаться найти эти улики, если они вообще существовали. По крайней мере, благодаря новостям о предстоящем суде в их городе, местные жители без особого труда смогли указать ему направление к обвинительнице Саске, поскольку суд за убийство был, вероятно, самым громким событием в этом городишке за долгие годы. К счастью, на этот раз Амая остановилась не у друзей, и поэтому добраться до нее было чуть проще. Она сняла номер в другой гостинице — скромной, но всё же куда более роскошной, чем та, в которой жил Наруто. Когда она открыла ему дверь, то снова ослепительно улыбнулась, и на этот раз Наруто заставил себя улыбнуться в ответ. Впрочем, она, казалось, не заметила, что улыбка больше походила на гримасу. — Наруто! О, я так рада тебя видеть. Прошлой ночью ты выглядел нездорово, я так за тебя волновалась. Она звучала так искренне, и в этом-то и заключалась проблема. Амая не была здесь злодейкой. Как оказалось, злодеем был тот, кого он хотел спасти, из-за чего Наруто чувствовал себя ужасно виноватым просто от того, что находился здесь. Саске убил ее отца, и она имела полное право требовать за это правосудия. А он стоял здесь, собираясь сделать то, что должен, чтобы лишить ее этого правосудия — только потому, что Саске был его другом. — Да, это было немного шокирующе, — честно ответил он. — Могу представить, — с сочувствием ответила она. — Пожалуйста, проходи. Рейдзо ушел в город по делам, так что нам никто не помешает. Наруто подумал, что, возможно, ему следовало бы пойти следить за Рейдзо, а не пытаться выудить информацию из Амаи. Несомненно, единственные дела, которые у него могли быть, должны были быть как-то связаны с судом. Ну да ладно, он уже был здесь, а поискать Рейдзо можно будет и чуть позже. Он шагнул в просторную комнату и сел на мягкий диван напротив довольно большого панорамного окна. Амая уютно устроилась рядом с ним, взяв его руку в обе свои. Он позволил ей это, так как вырвать руку казалось слишком грубым, к тому же это было в каком-то смысле успокаивающе. — Мне жаль, что тебе пришлось узнать об этом при таких обстоятельствах, — начала она. — Но мне стало намного спокойнее от осознания того, что ты больше не бродишь по глуши в компании убийцы. Она и правда звучала очень обеспокоенной за него, что было одновременно приятно, раздражающе и странно. Всегда приятно слышать, что кто-то так печется о твоем благополучии; раздражало думать, что даже если Саске и был психопатом, Наруто нужно было от него прятать, словно он сам не мог о себе позаботиться; а странно было потому, что для человека, только что узнавшего об убийстве отца, она казалась куда больше обеспокоенной безопасностью Наруто, чем разозленной или убитой горем из-за смерти отца. Впрочем, возможно, он просто надумывал. Одна из ее рук потянулась вверх, чтобы повернуть его лицо к себе. — Ты порезался, я заметила это еще вчера. Это ведь Саске сделал, да? Наруто рассеянно дотронулся до уже наполовину зажившего пореза на лбу. Он почти забыл о нем. — Э-э, да, но мы спарринговали. Ну, знаешь, вроде как тренировались. Он не нападал на меня просто так или типа того. — Но со временем мог бы. Наруто, Саске опасен. Уж теперь-то ты должен это понимать. Ну, Наруто знал это и раньше, но совсем не в том смысле, на который намекала Амая. Ну, по крайней мере, не в последнее время. — Мы путешествуем вместе уже больше трех месяцев, — отметил Наруто, — и он до сих пор не пытался меня убить. Послушай, Амая, я знаю Саске, он на самом деле не плохой человек. — Он убил моего отца, — напомнила Амая. — Откуда ты знаешь, что это вообще правда? — спросил ее Наруто. — Рейдзо видел его, — быстро ответила Амая. — Мой отец вышел из дома, и Рейдзо из любопытства пошел за ним. Ему удалось остаться незамеченным, когда это произошло, но он видел всё. — И ты доверяешь Рейдзо, так? — Конечно! — Окей, значит, если Рейдзо прав, то это лишь его слово против слова Саске? И этого достаточно для обвинения? — У нас есть и другие... ресурсы, — осторожно призналась Амая. — Например? — Это неважно. Важно то, что он виновен, как ты можешь этого не понимать? — Я понимаю, — честно сказал ей Наруто. — Я осознаю это, правда. И мне очень жаль твоего отца, Амая, должно быть, ты его очень любила. Но сейчас ты убиваешь человека, который небезразличен мне. — Он всё еще тебе небезразличен? — с недоверием спросила Амая. — Наруто, он убийца, уверяю тебя. Поверить не могу, что несколько моментов слабости могли так промыть тебе мозги. — Слабости? Амая опустила глаза на свои руки. — Я знаю, что между вами, эм... особые отношения. Я знаю, что ты чувствуешь близость к нему из-за того, чем вы занимаетесь вместе, — она снова посмотрела ему в глаза, — но это не должно затуманивать твой рассудок. Полагаю, оказавшись в столь затруднительном положении, вполне естественно искать утешения где только можно. Но я уверена, что окажись ты в такой ситуации с любым другим человеком, результат был бы тем же. Глаза Наруто медленно расширялись по мере того, как Амая говорила. Она знала? Откуда, черт возьми, она могла знать? Она говорила с Саске, он ей что-то сказал? Ну, это было крайне маловероятно, если только у него не было какой-то очень веской причины выболтать секрет. Возможно, она просто сама догадалась. Как бы там ни было, Наруто был изрядно шокирован. Но затем то, что она сказала в самом конце, наконец дошло до его сознания, и он впал в полнейшее замешательство. Не то чтобы он сам не думал об этом раньше. Он задавался вопросом, оказался бы он в таких же странных отношениях с другим парнем, будь он вынужден проводить с ним столько же времени, и был почти уверен, что результаты были бы совершенно иными. — Подумай об этом, — настаивала Амая. — У меня дважды возникал соблазн позвать тебя путешествовать со мной. Прямо перед моим отъездом из Адессы, но Рейдзо настоял, что я не смогу перевезти тебя через границу без документов. Я чуть было не попросила тебя снова в Саолине. Но в ту первую ночь я так и не спросила, а потом ты всё равно ушел на встречу с Саске. Но только представь, если бы ты покинул Адессу со мной, а не с Саске: у нас был бы такой же шанс сблизиться, но наша связь основывалась бы на куда более глубоком чувстве, чем то, на которое способен твой так называемый друг. Это было бы по-настоящему, в отличие от той вынужденной привязанности, что у тебя с ним, я просто знаю это! Сказать, что Наруто был ошеломлен, значит ничего не сказать; он понятия не имел, что ответить на всё то, что она только что выдала. Конечно, он знал, что нравится ей, но это было куда серьезнее, чем он себе представлял. Могли ли ее слова быть правдой? Да, он думал о том, каково было бы оказаться в подобной ситуации с другим парнем, и решил, что всё было бы иначе. Но что, если бы вместо этого он был с Амаей — с кем-то, кто явно искренне заботился о нем и не боялся показать, насколько сильно? Сблизился бы он с ней так же сильно? Он всерьез задумался об этом, пока Амая сидела и наблюдала за его лицом, жаждая хоть какой-то положительной реакции. И он даже попытался представить, как прошел бы через всё это вместе с ней, и насколько иначе бы всё сложилось. Не только интимные физические моменты, но и вообще всё их приключение до сих пор. Ну, во-первых, это не было бы таким уж грандиозным приключением, поскольку Амая в основном перемещалась от одного богатого друга к другому. Что, наверное, и к лучшему, учитывая, что он просто не мог представить Амаю, терпящую унижение при пересечении границы в раскаленном металлическом ящике, участвующую в ограблении борделя, оказавшуюся в кромешной тьме в бегах от пещерного монстра, или тащащую его на себе после того, как проснувшийся Курама едва не довел его до инсульта, и всё в таком духе. Конечно, она вряд ли бы собачилась с Курамой так, как Саске, не стала бы подвергать его пыткам, будучи под кайфом от ягод, или относиться к нему с мерзким презрением просто потому, что слишком отвыкла быть милой с людьми, но на фоне всего, что с ними произошло, это всё были сущие мелочи. К тому же, если бы он ушел с ней, он не был бы сейчас другом Саске. Именно в этот момент в его голове всё окончательно встало на свои места. Экстраординарным то, что произошло между ним и Саске, делало даже не то, что они разделили в физическом плане. Это была близость, которая возникла только благодаря тому, кем они оба являлись, и тому, как они преодолевали каждое препятствие. То, что зародилось между ними, невозможно было повторить ни с кем другим, потому что больше никто не был таким, как Саске. Подставь на его место кого угодно другого, пусть даже красивую девушку, которой он действительно нравился, — результаты ни за что не были бы теми же. Да, он мог бы узнать Амаю получше, но, честно говоря, пока что, даже когда казалось, что он ей действительно небезразличен, он не чувствовал, что смог бы достичь с ней такого же уровня близости. К худу ли, к добру ли. — Ты мне нравишься, Амая, но у нас с Саске есть история. Да, это была не самая лучшая история, но именно это делает исправление всего того плохого, что было между нами, еще более важным. Именно это делает ее особенной. Он весьма уникальный друг, и для меня это значит гораздо больше, чем ты думаешь. Амая нахмурилась. — Я думала, я тебе нравлюсь. — Нравишься. Но ты выставляешь всё так, будто в тех обстоятельствах я бы точно так же прицепился к кому угодно. Вообще-то это даже как-то обидно. — Не к кому угодно, — тихо возразила она. — Наруто, я имела в виду: если бы ты был со мной. И я могу тебе это доказать. Когда мы покончим с судом, ты сможешь путешествовать с нами, как я и планировала. Мы сможем лучше узнать друг друга, и я знаю, что ты полюбишь меня так же сильно, как я тебя. — Покончим с судом? Ты имеешь в виду, когда Саске будет мертв? — спросил Наруто, слегка опешив от того, с каким равнодушием она произнесла такую серьезную вещь. — Ну, я не хотела, чтобы это звучало так грубо, но да: как только ты освободишься от него, ты сможешь понять, насколько лучше находиться в компании людей, которые тебя ценят. И если захочешь, когда я доберусь до места назначения, ты сможешь остаться со мной. Мне понадобится компаньон для преодоления трудностей, с которыми я там столкнусь, и я верю, что ты расцветешь, когда тебя будет поддерживать настоящий союзник. — Тебе не нужна подушка безопасности, Амая, — ответил ей Наруто. — Ты же говорила, что была счастлива побыть самостоятельной какое-то время. — Я всегда могла бы быть еще счастливее, — ответила она с грустной улыбкой. — Особенно ввиду того, что ждет впереди. Несмотря ни на что, ее, казалось, было невозможно переубедить, и Наруто начал задаваться вопросом, чего он вообще здесь добивается. Если только не сказать ей прямо в лоб, что он не заинтересован и никогда не будет, он сильно сомневался, что до нее дойдет. Она была милой, красивой и заботливой — воплощение всего, чего он должен был желать, но теперь он точно знал: она просто не интересует его так же, как он ее. Он не чувствовал рядом с ней того же трепета, да и особого комфорта тоже не ощущал. Амая просто была не в его вкусе. Но если он скажет ей об этом, это наверняка расстроит ее или, как минимум, разозлит, и уж точно никак не поможет освободить Саске. То, что Саске ответственен за смерть ее отца, было уже совершенно другой проблемой, решить которую явно не удастся, если разозлить ее еще сильнее. — Мне правда очень жаль, — повторил Наруто. — Слушай, мне лучше пойти. Амая кивнула. — Хорошо, но, пожалуйста, обдумай это. Я серьезно, Наруто, ты даже не представляешь, как много бы для меня значило, если бы ты решил пойти с нами. На самом деле, Наруто не мог придумать ничего хуже. Поднимаясь, он даже почувствовал легкую тошноту от мысли о том, чтобы путешествовать куда-либо, имея под боком постоянное напоминание о смерти Саске. — Я не смог бы этого сделать, — заставил он себя сказать. Да, он не хотел ее злить, но и обнадеживать тоже совершенно не собирался. Особенно учитывая, что после всего этого между ними ничего не выйдет даже в плане дружбы. В чем, Наруто пришлось себе напомнить, по-прежнему не было ее вины. И снова: она просто искала справедливости для своего отца, она не была злодейкой. Но это не значило, что он сможет заставить себя смириться со смертью Саске. — Почему нет? — спросила Амая, глядя на него с поникшим выражением лица. — Я же сказал: я понимаю, почему ты считаешь преследование Саске правильным поступком, так что я не виню тебя, да и как бы я мог? Но, как я уже говорил, это может привести к смерти человека, который мне небезразличен, и я не могу просто отмахнуться от этого и жить дальше. Нахождение рядом с тобой будет напоминать мне о том, что здесь произойдет. И я знаю, что это несправедливо, но ничего не могу с собой поделать. Амая не выглядела такой уж понимающей. Она встала рядом с ним, и ее милые черты исказились: она глубоко нахмурилась. — Я знаю, ты сказал, что не винишь меня, но звучит это именно так, будто ты меня винишь, — сказала ему Амая. — Правда, не виню. Кроме того, — продолжил он, подарив ей короткую улыбку, — дело вообще не в нас с тобой. Я знаю, тебе сейчас тяжело из-за отца и всё такое, но с тобой будет Рейдзо. Наверное, было бы здорово узнать друг друга получше, и я правда рад, что ты подумала о моем будущем, но у тебя есть проблемы посерьезнее, о которых стоит волноваться. Амая, казалось, больше не была расположена к разговору, в чем Наруто не мог ее винить. В конце концов, в этот момент она должна была чувствовать себя весьма уязвимой после новостей об отце и своих признаний ему, а он ее вроде как отшил. Так что он выдавил еще одну ободряющую улыбку и направился к двери. — Наруто, подожди! Он остановился, повернулся, всё еще держа руку на дверной ручке, и выжидающе посмотрел на ее почти отчаянное лицо. — А что, если то, что здесь произойдет, не приведет к смерти Саске? — А? Она отвела взгляд и на секунду прикусила губу, словно не решаясь продолжать. — Ну, я знаю, что он совершил преступление, я тебе уже говорила. Однако я не могу быть полностью уверена, что у нас достаточно информации для вынесения приговора, мы не узнаем этого до суда. Я просто хотела узнать: твое решение путешествовать со мной зависит от того, признают ли Саске виновным или нет? Что ж, это был абсолютно запутанный способ спросить его, поедет ли он с ней, если Саске не умрет. Да и, по правде говоря, довольно бессмысленный. Конечно, если Саске отпустят, он продолжит путь с ним. — Э-э, нет. Прости. Если Саске освободят, то я пойду дальше с ним, как и раньше. — Даже после всего, что я тебе рассказала, после всего, что он сделал, после всего, что я... — Амая недоверчиво покачала головой. — Я не понимаю. Почему ты так ему предан? Наруто попытался придумать что-нибудь, что помогло бы Амае всё понять, чтобы она увидела то, что он видел в Саске, и осознала важность его связи с другом... и с треском провалился. Это определенно было трудно объяснить человеку со стороны. Наверное, нужно было просто через всё это пройти. — Потому что ему нужно, чтобы я был рядом. И мне он тоже вроде как нужен, я полагаю. — Он тебя не заслуживает, — тихо сказала ему Амая спустя мгновение. Наруто ухмыльнулся ей — это была его первая искренняя улыбка за весь день. — Тут ты права. — Когда всё это закончится, куда ты пойдешь? — спросила она. Наруто уже собирался рассказать ей, каков был их план и куда они направлялись, но что-то в ее лице его остановило. Он еще не знал, чем может закончиться этот день, и рассказывать Амае, куда они направляются, могло оказаться контрпродуктивным. При условии, конечно, что Наруто удастся так или иначе освободить Саске. — Прямо на север, — соврал он. — Это самый быстрый путь к границе. Саске сказал мне, что отсюда лучше всего идти именно так. Саске когда-то говорил ему, что он никудышный лжец, но Амая лишь кивнула и попыталась улыбнуться. — Что ж, возможно, мы прощаемся не навсегда. — Э-э, да, — неуверенно ответил Наруто. Покидая комнату Амаи, Наруто чувствовал себя еще паршивее, чем когда пришел. После своего крайне запутанного и странного разговора с Амаей он попытался поискать Рейдзо по городу. Разговор с Амаей не дал вообще ничего. Может, Саске был прав, и он просто недостаточно хитер, чтобы заставлять людей признаваться ему в чем-то, да и обычно ему это было ни к чему. Как правило, ему было достаточно просто оставаться самим собой, и он узнавал кучу всего. И да, Амая была весьма откровенна в том, насколько он ей нравится, что стало для него шокирующей новинкой, но это также слишком сильно выбило его из колеи, и он выудил о деле против Саске далеко не так много информации, как надеялся. На самом деле, он ушел со встречи с Амаей с начинающейся головной болью от попыток во всем разобраться. Он понимал, что в разговоре были лазейки, в которые он упустил шанс копнуть глубже, и знал, что в ее словах крылись ключевые моменты, но никак не мог сообразить, во что именно нужно было вцепиться или какими были эти ключевые моменты. Это было просто чутье, и теперь он чувствовал себя бесполезным идиотом из-за того, что всё упустил. Ну ладно, деликатные расспросы не сработали. Возможно, шпионаж принесет лучшие результаты. Город нельзя было назвать огромным ни при каком раскладе. Он был даже не больше последних двух городов, в которых они побывали, но Наруто всё равно пришлось попотеть, пытаясь высмотреть Рейдзо хоть где-нибудь. Какое-то время он думал, что Рейдзо, возможно, уже вернулся в гостиницу, но как раз в тот момент, когда он собирался сдаться, он завернул за угол местной пивной и увидел Рейдзо: тот стоял в переулке между двумя зданиями напротив другого мужчины, и они явно о чем-то разговаривали. Наруто оставался на виду всего секунду, прежде чем отступить обратно и вжаться в стену. Он рискнул выглянуть из-за угла и, к счастью, увидел, что ни один из мужчин, похоже, его не заметил, и они всё еще были глубоко поглощены беседой. Рейдзо выглядел раздраженным, но всё равно говорил до разочарования тихо, так что Наруто не мог его расслышать. Другой мужчина казался... странно знакомым. Он был молодым, возможно, всего на пару лет старше самого Наруто, с каштановыми волосами и невыразительным, расслабленным видом, словно то, чем был раздражен Рейдзо, его ничуть не беспокоило. Это чем-то напомнило Наруто взгляд, который иногда бывал у Саске... — Джуро! — прошипел Наруто про себя. Из всех людей, с которыми мог разговаривать Рейдзо, это оказался бандит, напавший на него и Саске на дороге на прошлой неделе. Окей, это уже перебор для простого совпадения. Что, черт возьми, здесь происходит? Наруто наблюдал за их разговором еще несколько минут, прежде чем Рейдзо нехотя сунул ему небольшой, но увесистый на вид мешочек, развернулся и ушел в противоположном направлении. Джуро пару секунд взвешивал мешочек в руке, затем пожал плечами, сунул его в карман и зашагал прямо в сторону прячущегося Наруто. Наруто снова скрылся из виду и провел несколько напряженных мгновений, прислушиваясь к неумолимо приближающимся шагам Джуро. Как только Джуро собрался завернуть за угол, Наруто шагнул прямо перед ним, схватил за воротник, оттащил с улицы обратно в переулок между двумя зданиями, который давал Рейдзо и Джуро такое уединение. Он впечатал ошеломленного бандита в стену и испепелил его взглядом. Джуро крякнул от удара, а затем его глаза расширились, когда он осознал, кто именно этот разъяренный человек, прижавший его к стене. — Блядь, нет, — пробормотал Джуро. — То же самое хотел сказать, — процедил Наруто сквозь зубы. — Что ты здесь делаешь? — Бизнес, — непринужденно ответил Джуро. — Вы двое вычистили у нас кучу запасов. Кто-то же должен возместить убытки. — Прям сердце кровью обливается, — неискренне произнес Наруто. — О чем вы говорили с Рейдзо? — Особенность моего бизнеса в том, что люди ожидают определенного уровня конфиденциальности. Я никак не могу... — Джуро осекся, когда Наруто сурово прищурился. — Ага, это не сработает. Ты же Наруто, так? Помню, ты мне говорил. А еще я помню, как ты почти в одиночку вырубил всю банду где-то за минуту. Отдаю тебе должное, Наруто, ты безусловно самый пугающий человек из всех, кого я когда-либо встречал, но этот мужик платит мне огромные деньги. Можешь не верить, но ради такой суммы я рискну навлечь на себя твой гнев еще раз. Ну, на самом деле самым пугающим был Курама, поскольку сам Наруто почти ничего не помнил о той последней драке с бандитами. Но это не имело значения, так как, насколько он мог судить, Джуро действительно говорил правду. — У тебя вконец искаженные приоритеты, — сказал ему Наруто. — Вот видишь, теперь ты звучишь как моя мать, — пошутил Джуро в весьма жалкой попытке разрядить обстановку. Казалось, он боялся Наруто куда сильнее, чем пытался показать, поэтому Наруто немного ослабил хватку, но продолжал пристально следить за ним на случай, если бандит надумает бежать. — Сколько они тебе платят? — Много, — повторил Джуро. — Больше, чем ты можешь себе позволить. — В этом я сильно сомневаюсь, — честно ответил Наруто. Когда-то давно семья Амаи была богата, но то, что Рейдзо дал Джуро, вряд ли было такой уж огромной суммой. А благодаря их с Саске собственной вылазке в воровское логово, они были обеспечены на месяцы вперед. Разве что, конечно, ему удастся самому заключить с Джуро какую-нибудь сделку. — Правда? — спросил Джуро с плохо скрываемым интересом. — Ну, буду честен: если ты сможешь перебить их цену, я не прочь сменить сторону. К тому же, как я уже сказал, ты довольно жуткий тип, а «жуткий тип плюс деньги» каждый раз бьет «отчаяние и меньше денег». Поскольку Наруто запихнул как можно больше их общих вещей в одну сумку, у него при себе были оба кошелька — и его, и Саске. Обычно Саске носил бóльшую часть денег, так как сам закупал припасы, оставляя Наруто лишь небольшую сумму на личные расходы, поэтому из двух кошельков, лежащих сейчас в сумке, один был куда больше другого и уж точно тяжелее того, что Рейдзо передал Джуро. Наруто достал его и взвесил в руке, а Джуро посмотрел на пухлый мешочек и ухмыльнулся. — Ага, этого вполне хватит, — с готовностью произнес Джуро, протягивая руку. Наруто отвел руку за пределы его досягаемости. — Не уверен, могу ли я тебе доверять, — сказал ему Наруто. — Ха, за такие деньги можно купить доверие. Но окей, я вор, и к тому же вор, который только что в мгновение ока предал своего предыдущего нанимателя, но я не совсем лишен чести. — Э-э, вообще-то лишен, — подметил Наруто. — Ладно, я не конченый идиот, в этом, по крайней мере, ты можешь быть уверен. Ты мне платишь, и я даю слово человеку, который, как я знаю, выбьет из меня всю дурь, если я его предам. Я говорил, что ценю деньги больше собственной жизни, но это не значит, что я вообще ее не ценю. А если я смогу сохранить и то, и другое — эй, тем лучше. — Значит, ты понимаешь, что я приду за тобой, если ты меня кинешь, — сказал ему Наруто, изо всех сил стараясь выглядеть угрожающе. Джуро сглотнул. — Как я и сказал, я не идиот. — Сначала мне нужна информация. Я всё еще не догоняю, почему Рейдзо с тобой разговаривал. — Мы встретились в Саолине, — рассказал ему Джуро. — Мы вернулись туда зализывать раны после той взбучки, что вы нам устроили у хижины. Нобу, тупой мудак, без умолку трепался в пабе о том, как он доберется до вас двоих за это, и раздавал ваши описания, чтобы узнать, не видел ли кто, куда вы направились. И тут к нам подошел этот Рейдзо и спросил, как вас зовут. Ну, имени твоего друга я не знал, но твое запомнил отлично. Тогда этот мужик реально заинтересовался и спросил, не хотим ли мы подзаработать. Конечно, к этому моменту Нобу уже набрался и орал о том, что убьет тебя, но Рейдзо сказал нам, что сделка подразумевает причинение вреда только твоему другу, а тебя мы должны оставить в покое. Нобу взбесился и громко орал, пока мужик не ушел, но я пошел за ним, поговорил с ним, и он отвел меня к одной симпатичной девчонке, и мы разговорились. — Ты заключил сделку с самой Амаей? — с замиранием сердца спросил Наруто. — Ну, она не назвала своего имени. Очень миленькая, черные волосы и зеленые глаза, классные большие... — Да, я понял, — перебил его Наруто как раз в тот момент, когда Джуро начал изображать руками весьма внушительную воображаемую грудь. — Продолжай, в чем заключалась сделка? — Ну я и рассказал ей о нашей стычке с вами двумя, и да, возможно, я слегка приукрасил ту часть, где мы пытались вас ограбить и взяли в плен, но ей было интересно послушать о том, как твой приятель серьезно покалечил пару наших парней. Забавно, что её вообще не интересовало то, что сделал ты, хотя именно ты нанес больше всего урона; она просто настаивала на том, что всю вину можно свалить на Саске, а тебя оставить в стороне. — Она назвала тебе его имя? — Она много чего о нем рассказала, — ответил Джуро. — Сказала, что он убийца и что нам повезло, что он никого из нас не прикончил. Она упомянула, что он совершил убийство в другой стране, но было бы еще лучше, если бы она смогла доказать, что он, по крайней мере, напал на кого-то и здесь тоже. — Я не понимаю, — признался Наруто. — Они могли нанять кого угодно, чтобы он просто рассказал им сказочку. — Ну вообще-то нет, — ответил Джуро как нечто очевидное, — потому что Охотники делают так, что ты не можешь лгать. — Что? — Ага, ты что, никогда раньше этого не видел? На суде они делают с тобой какую-то штуку — ну, складывают кучу знаков, касаются твоего лба, и после этого ты не можешь врать. Ну, вроде того. — Я, эм, вроде как новенький здесь, — признался Наруто, и у него снова всё оборвалось внутри. Это были реально плохие новости. Даже если он подкупит Джуро, это ничего не изменит. Им достаточно было просто спросить Саске, и тому придется сказать им правду. И что еще за знаки? Звучало как какое-то дзюцу. Но здесь не было ниндзя; по правде говоря, он даже не слышал, чтобы в этой стране кто-то использовал нечто хотя бы отдаленно похожее на ниндзюцу. Были ли Охотники особенными, были ли они здешней версией ниндзя? Даже если так, владеть такой мощной техникой — это серьезно. Оставалось надеяться, что это всё, на что они способны. — Так зачем вообще весь этот суд? Почему бы просто не спросить Саске, сделал он это или нет? — Ну, у них с этим в прошлом бывали проблемы, поэтому они не задают прямых вопросов самому обвиняемому. Был тут один парень, с которым они однажды такое проделали, и хотя он признался, позже выяснилось, что он невиновен. Видимо, ты можешь чувствовать себя настолько виноватым, что скажешь, будто сделал то, за что на самом деле не несешь ответственности. Поэтому вместо этого они полагаются на кучу других свидетелей и смотрят, совпадают ли их показания. Проблема для Рейдзо и его госпожи в том, что других свидетелей убийства не было, поэтому им нужно было доказать, что он опасен, другим способом. Ему даже слова не дадут сказать — ни признать вину, ни заявить о невиновности. Вот тут-то и появляюсь я. По побоищу снаружи хижины я понял, что это не ты всё устроил, и смогу честно сказать, что он напал на моих друзей. — А что, если они спросят тебя, почему он на них напал? — Их это не интересует, — пренебрежительно отмахнулся Джуро. — К тому же, всегда есть способы сказать правду, не подставляя самого себя. У нас было то, что он хотел, и он попытался это у нас украсть. Вот и всё, что мне нужно будет сказать. Они не станут устраивать мне перекрестный допрос: я свидетель, а не подсудимый. — Сколько у них свидетелей? — Ну, Рейдзо, само собой. Плюс я, а еще — ты. — Я? — удивленно переспросил Наруто. — Ага. Они сказали, что у них есть нож, и ты, вероятно, сможешь подтвердить, что он принадлежит твоему дружку. Рейдзо обмолвился, что ты пришел сюда за своим приятелем, но держу пари, ты и подумать не мог, что тебя вызовут свидетельствовать против него. Наруто вспомнил нож, который они отобрали у тех мародеров и который Саске «потерял» прямо перед пересечением границы. Это ставило Наруто в крайне дерьмовое положение. Если он уйдет сейчас, то бросит Саске на произвол судьбы, но в то же время, возможно, лишит их возможности использовать себя в качестве свидетеля. — Тебе нет смысла сбегать, — произнес Джуро, словно прочитав его мысли. — Охотники ведь сами велели тебе явиться сюда, так? Будет выглядеть весьма подозрительно, если ты вдруг возьмешь и смоешься. — Они лишь сказали, куда отвезли Саске, — поправил Наруто. — Ага, ну, они точно не приглашали тебя по доброте душевной. Но эй, подумаешь — опознаешь ты этот нож. Это же, по сути, мало что доказывает. В каком-то смысле Джуро был прав. На самом деле единственным человеком, чьи показания могли по-настоящему утопить Саске, был Рейдзо. Побег мог лишь усложнить ситуацию. К тому же, если он просто уйдет, то не сможет проследить, чтобы Джуро выполнил свою часть сделки. — Какие еще способности есть у этих Охотников? — Ну, эта фишка с правдой — единственное, о чем я вообще слышал. В смысле, они жестокие бойцы и отличные следопыты, но в этом нет никакой мистики. Просто долгие тренировки. Я показал им следы, ведущие от хижины, и они просто пошли по вашему следу. Что ж, по крайней мере, это были хорошие новости. Если дело дойдет до крайностей, Наруто задавался вопросом, способны ли они выслеживать и двигаться как настоящие шиноби, но, судя по всему, нет. Умей они использовать чакру для ускорения движений, без сомнения, они настигли бы их куда быстрее, тем более что ни Саске, ни Наруто особо не утруждали себя заметанием следов. К явному восторгу вора, Наруто опустил мешочек с деньгами прямо в ладонь Джуро. Возможно, подкупив его, он нанес делу Амаи лишь минимальный урон, но благодаря этой сделке он также получил массу важной информации. И хотя их ситуации это практически никак не помогло, одни только эти сведения определенно стоили потраченных денег. — Приятно иметь с тобой дело. И без обид, но надеюсь, что больше никогда тебя не увижу, — совершенно искренне произнес Джуро. — Ага, взаимно. Наруто хотел поговорить с Саске, но стражники оказались далеко не такими сговорчивыми, как накануне. Учитывая, что сегодня был день суда, это вряд ли могло стать сюрпризом, но жутко раздражало. Ему до смерти хотелось узнать мнение Саске о том, что поведал Джуро, и, возможно, продумать дальнейший план действий. Конечно, Саске мог бы в очередной раз заявить, что разберется со всем сам, но даже гордость Саске не могла помешать ему осознать всю серьезность нависшей над ним опасности. Теперь это было не просто его слово против слова Рейдзо. Находясь под воздействием этого «дзюцу правды» или чем бы оно ни было, слова Рейдзо приобретут куда больший вес, ведь он физически не сможет солгать. Этого могло хватить для вынесения Саске обвинительного приговора даже без показаний Джуро о нападении на его дружков. А уж тем более — если Наруто узнает нож и подтвердит, что он принадлежит Саске, независимо от того, хочет он этого или нет. Но даже понимая, что его присутствие может способствовать доказательству вины Саске, он всё равно не мог заставить себя покинуть город. Найти сам нож и избавиться от него — это был вариант, но он подозревал, что оружие уже находится в руках Охотников, так что идея была так себе. Единственным реальным планом, который у него оставался, было применить силу. Из-за этого он жалел о том, что упустил свой шанс там, на поляне, каким бы самоубийственным он ни был. Потому что теперь за сопровождение Саске в городскую ратушу на суд отвечали не только все Охотники в полном составе, но и целый отряд местной стражи, что делало шансы на успех еще более мизерными. На самом деле, когда он пробрался к зданию тюрьмы, где уже столпилась кучка местных жителей, Охотники и стража, несколько стражников тут же встали по бокам от него. — Узумаки Наруто? — грубо спросил один из них. — Э-э, да? — Ты свидетель на процессе. Пожалуйста, оставайся с нами, мы сопроводим тебя в зал суда. — Просто супер, — пробормотал Наруто. Вырубить всех троих стражников уже само по себе стало бы для него тем еще испытанием. Возможно, он мог бы рвануть с места и застать их врасплох. Ему хотелось дождаться более удачного момента, но кто знает, как быстро приговор приведут в исполнение после суда — это вполне мог быть его последний шанс. Двое одетых в черное Охотников зашли в здание тюрьмы и вскоре показались на крыльце со своим пленником, руки которого были крепко связаны спереди. Наруто не удалось пробиться в первые ряды толпы на улице, по которой должны были повести Саске, но он стоял достаточно близко, чтобы разглядеть: Саске выглядит просто ужасно. Из-за раны на ноге он слегка прихрамывал, а на вид он, казалось, спал еще меньше самого Наруто. От этого зрелища в груди Наруто начала подниматься паника. Если дело дойдет до драки, участие Саске будет в лучшем случае чисто символическим, что делало их шансы на успех еще более ничтожными. К тому же Наруто прекрасно помнил предупреждение Охотников о том, что если Саске окажет хоть малейшее сопротивление, его убьют на месте, независимо от того, виновен он или нет. Именно в этот момент он начал по-настоящему осознавать, что Саске умрет. Этот суд не был очередной проблемой, решение которой можно было бы как-то спланировать, выкрутиться с помощью болтовни или даже пробиться с боем, как они обычно делали. Прошлой ночью он пытался донести до Саске, насколько серьезна ситуация, но только сейчас понял, что сам не верил в это на все сто процентов — иначе бы он еще тогда почувствовал то, что чувствовал сейчас. А сейчас его накрывало глубокое, беспросветное отчаяние. Когда Саске вели сквозь строй любопытных зевак, он поравнялся с тем местом, где стоял Наруто, оказавшись настолько близко, насколько это было возможно — хотя их всё еще разделяло несколько рядов людей. Должно быть, он почувствовал на себе знакомый взгляд, потому что поднял голову и безошибочно нашел Наруто в толпе. Наруто не знал, может ли Саске прочесть все те чувства, что разрывали его изнутри в этот момент, но в его лице явно отразилось нечто настолько пугающее, что глаза Саске расширились, и он замер как вкопанный посреди дороги. Выражение его лица было таким, словно он только что увидел собственную смерть в глазах друга, и Наруто на мгновение искренне возненавидел себя за то, что так сильно его выбил из колеи. Но он не мог ни отвести взгляд, ни как-то изменить выражение собственного лица. Зрительный контакт длился, казалось, целую вечность, пока один из стражников не ткнул Саске дубинкой в спину, грубо подгоняя его вперед. Но, очевидно, Саске сейчас был совершенно не настроен подчиняться. Он сделал один шаг вперед, но лишь для того, чтобы развернуться и выбить оружие из руки стражника ударом ноги. Затем он вложил весь свой вес в удар плечом в живот стражника, заставив того повалиться навзничь и сбить с ног еще одного охранника и двух ничего не подозревающих Охотников, замыкавших процессию. На мгновение Наруто был слишком шокирован, чтобы хоть что-то предпринять. В смысле, конечно, он вроде как ждал подходящего момента, чтобы освободить Саске, после того как получил информацию от Джуро и осознал, насколько ничтожны шансы Саске на победу на суде. Но прошлой ночью Саске был так уверен в себе, что казалось абсурдным, будто один-единственный взгляд на Наруто мог заставить его запаниковать и попытаться сбежать еще до начала разбирательства. Неужели он прочитал абсолютную безнадежность в глазах Наруто, понял ли он, что Наруто посмотрел бы на него так только в том случае, если бы считал, что всё потеряно? Что ж, по-видимому, да — понял, потому что теперь Саске отчаянно рвался к тому, чтобы даже близко не доводить дело до суда. Однако шок Наруто продлился всего пару секунд; он ударил ближайшего к нему стражника, а затем рванул напролом, чтобы присоединиться к Саске посреди растущей толпы Охотников и городской стражи. Некоторые горожане с визгом бросились врассыпную, когда Саске пошел в атаку, и Наруто пришлось пробиваться сквозь поток людей, чтобы подобраться ближе к другу. К тому времени, как он добрался до него, Саске был окружен и отрезан от путей к отступлению, но всё еще не схвачен: ему удавалось вырубать большинство стражников, которые подходили слишком близко, даже несмотря на рану и связанные руки. Наруто оказался на внешней стороне кольца нападавших, схватил за плечо ближайшего Охотника, развернул его к себе и нанес мощный удар, едва не уложив того на месте. Следующий Охотник, которого он собирался ударить, оказался чуть более подготовленным и сумел увернуться от размашистого удара Наруто, перехватил его руку и, развернувшись, болезненно заломил её ему за спину. Но это не имело значения, он почти не чувствовал боли и резко бросился спиной назад в попытке сбить Охотника с ног: тот должен был либо отпустить Наруто, либо оказаться придавленным им, когда они оба рухнут на землю. Охотник выбрал второе, и Наруто позволил собственному телу выбить из мужчины дух. Раздался глухой стон, когда затылок Наруто довольно жестко впечатался в голову Охотника — вероятно, после того, как та сначала отскочила от камней. Хватка ослабла, и Наруто вскочил на ноги, борясь с внезапно нахлынувшим головокружением, как раз вовремя, чтобы увидеть, как один из Охотников рядом с Саске делает выпад и бьет его мечом. Саске успел уклониться в сторону, но Наруто понял, что клинок достиг цели, по тому, как Саске пошатнулся, и как почти мгновенно темное пятно начало расползаться по боку его рубашки. Даже в таком состоянии Саске умудрился увернуться от второго удара, но Наруто отчетливо видел боль на его лице, и эта заминка стоила Наруто шанса вмешаться. Кто-то сбил его с ног; он ударился о землю, проскользив по ней, и один из Охотников прижал его к брусчатке. И даже будучи прижатым, Наруто знал, что всё еще может вывернуться — до тех пор, пока сверху не навалился еще один человек, схватив его за руки, чтобы пресечь любые дальнейшие движения. Придавленный к земле, как бы яростно он ни сопротивлялся, лучшее, что он мог сделать — это поднять голову и в ужасе наблюдать, как Саске вынуждают отступать. Его по-прежнему безнадежно превосходили числом, он был ранен еще сильнее, а его глаза лихорадочно метались по сторонам — что было совершенно не в духе Саске. И, вероятно, именно это добивало Наруто больше всего. Даже в самых отчаянных битвах Саске оставался холодным и собранным, а здесь он выглядел как загнанный в угол зверь, который понимает, что действительно умрет прямо сейчас. И, возможно, именно это и заставило Саске сорваться в самом начале. Если он увидел, что даже Наруто считает ситуацию безнадежной, это могло навести его на мысль, что лучше уж сражаться, чем просто позволить себя казнить. Борьба была тем, что Саске понимал, с чем он был знаком, тогда как суд и быстрая смерть находились абсолютно и полностью вне его драгоценного контроля. По крайней мере, напав первым, он получал хоть какую-то надежду и некий контроль над тем, как именно он умрет. Но так или иначе, для Наруто это означало лишь одно: ему придется наблюдать за этим, не в силах ничего остановить. И Наруто в бессилии смотрел, как стражники крепко держат его, прижимая к земле изо всех сил. Всё, что он мог делать — это наблюдать, как к его безоружному другу бегут всё новые охранники с обнаженным оружием наготове. В момент внезапного прозрения Наруто понял: вот оно. Его будут держать и заставят смотреть, как умирает Саске. Он будет смотреть, и ничего не сможет с этим поделать, потому что Саске ни за что не позволит себя казнить — он предпочтет умереть в бою. — Нет, это неправильно... Наруто даже не осознавал, что говорит вслух. Слова, казалось, вырывались вместе с дыханием, словно мантра, способная каким-то магическим образом остановить то, что, как он знал, должно было произойти. — Позволь мне помочь ему. Пожалуйста. Это неправильно. А затем наступила тишина. Словно весь мир перешел в режим замедленной съемки и одновременно лишился всех звуков. И в своем разуме всё, что он мог услышать — это глубокий, раздраженный, но в то же время обреченный вздох. А потом Наруто полностью отключился.

***

Жжение в боку казалось какой-то далекой болью, даже нога не болела, когда они брали его в кольцо. Саске не чувствовал ничего, кроме глубокой усталости и невероятной ярости из-за всей этой ситуации. Где-то в глубине души он всегда знал, что однажды его уволокут, чтобы он предстал перед каким-нибудь правосудием, но он никак не ожидал, что это произойдет из-за того, что кто-то увидел в нем соперника в борьбе за чужую привязанность. Какая, блядь, несусветная глупость. И он иррационально злился на то, что действительно умрет из-за чего-то подобного. И он знал, что умрет, как только посмотрел на Наруто. Очевидно, Наруто узнал нечто такое, что разрушило все надежды Саске выкрутиться из этого, и... ну, ему было ненавистно это признавать, но он позволил гневу и отчаянию взять над собой верх. Он видел, что Наруто тоже дерется, но также видел, как Наруто повалили, и решил, что на этом всё. По правде говоря, он вообще не хотел, чтобы Наруто вмешивался. За это его, скорее всего, не убьют, но кто знает, какими будут последствия такого поступка? Было бы лучше, если бы он последовал совету Саске и остался в стороне. И тут краем глаза он заметил, как одного из Охотников отшвырнуло с такой силой, что он врезался в двоих мужчин, стоявших перед Саске. Его взгляд мгновенно метнулся туда, где теперь стоял Наруто, вырвавшийся на свободу и разминающий плечи так, словно стряхивал с себя нечто не более серьезное, чем затекшую шею. Теперь, когда ему никто не мешал, Наруто решительным шагом направился к Саске. Один из Охотников отвлекся от боя с Саске и бросился на него, но Наруто ловко ушел в сторону, перехватил руку с мечом, которым Охотник в него пырнул, и с силой пнул мужчину в колено сбоку. Саске не нужно было слышать хруст, чтобы понять: сила удара что-то сломала, потому что Охотник рухнул с громким криком. Наруто даже не взглянул на мужчину, снова двинувшись вперед. Саске не мог наблюдать за Наруто достаточно пристально, чтобы заглянуть ему в глаза, но он довольно быстро понял, что произошло, и постарался не позволить шоку от того, что Курама, судя по всему, ему помогает, хоть как-то себя отвлечь. Он сосредоточился на собственном поединке с одним из немногих оставшихся Охотников и попытался игнорировать резкие крики боли и звуки глухих ударов, пока Курама продолжал расправляться со всеми оставшимися противниками. Наконец Саске удалось нанести удар здоровой ногой, которого хватило, чтобы отбросить Охотника на землю, как раз в тот момент, когда его схватили за плечо и кто-то сильный развернул его к себе. Он уже был готов защищаться, но знакомое лицо, искаженное незнакомой издевательской ухмылкой, заставило его полностью замереть. — Можешь бежать? — спросил Курама. — Намного быстрее, чем вот эти парни, — ответил Саске, обведя жестом множество поверженных стражников. Он с трудом мог в это поверить. Он уже почти смирился со своей судьбой и ни на секунду не ожидал, что сможет победить при таком раскладе. — Сюда. Курама побежал трусцой, и Саске последовал за ним, лавируя между остатками собравшейся толпы, которая не смела его останавливать. Случайно он заметил Амаю, стоявшую в стороне и наблюдавшую за всем этим с широко распахнутыми глазами и отвисшей челюстью. Внезапно Саске улыбнулся — реальность побега наконец-то дошла до его сознания — и слегка помахал ей своими связанными руками, прежде чем потерять ее из виду в толпе. В один момент они бежали по густому лесу прочь от дороги, ведущей из города, а в следующий Курама слегка споткнулся, остановился и огляделся по сторонам широко распахнутыми, удивленными голубыми глазами. Увидев, что Саске остановился и с любопытством смотрит на него, он нахмурился. — Э-э... — Мы сбежали, — сказал ему Саске, уже привыкая к дезориентации Наруто после одержимости демоном. — Вообще-то, мы всё еще в процессе побега, — многозначительно добавил Саске. Наруто, по-видимому, тоже привыкал к тому, что Курама перехватывает контроль, и на удивление легко воспринимал происходящее. — Ты свободен? — просто спросил он. — Очевидно. А затем глаза Наруто сузились за мгновение до того, как он отвел кулак назад и врезал Саске прямо в челюсть. Излишне говорить, что Саске совершенно этого не ожидал; он отшатнулся на несколько шагов, прежде чем смог остановиться, выпрямиться и хмуро посмотреть на Наруто. — Почему-то я думал, что ты будешь более счастлив, — пробормотал Саске. Наруто выглядел злым ровно две секунды, прежде чем по-настоящему осознал внешний вид Саске, а также кровь, просачивающуюся сквозь его рубашку, и, казалось, почти мгновенно пожалел о содеянном. — Ты в порядке? — Лучше, чем ожидал, раз уж я не мертв. Это ты попросил лиса сделать это? Наруто на мгновение выглядел сбитым с толку, а затем искренне удивился. — Поверить не могу, что он реально это сделал! — Тогда приму это за «да». — Не пойми меня неправильно, но почему? Он реально тебя ненавидит. В смысле, я пытался попросить о помощи, но у меня сложилось впечатление, что он не хочет. Я в шоке, что он передумал. Саске не был уверен, как ответить. Он знал почему: Курама сам ему сказал. Но хотел ли он рассказывать об этом Наруто? Он рассудил, что вреда от этого не будет. Даже если бы он промолчал, Наруто мог бы и без его помощи прийти к тому выводу, к которому его подталкивал Курама. Поэтому Саске решил, что Наруто сможет принимать более правильные решения, зная всю картину. — Не думаю, что у него осталось много сил. Он решил, что если окажется полезным, ты можешь снова начать подпитывать его природной энергией. — Значит, не потому, что он хотел спасти тебя? — спросил Наруто, по-видимому, уже зная ответ на этот вопрос. — Очень в этом сомневаюсь. Мы можем обсудить это позже? Ты, возможно, не осознаешь, но мы только что сбежали с моего суда. Предлагаю продолжать побег. — А, точно. Идти-то можешь? — Будет хуже, если не смогу. Заметем следы, попетляем немного, а потом попытаемся найти, где залечь на дно. Но сначала одно: с какого хрена ты меня ударил? Наруто почти улыбнулся. — Я же обещал, что врежу тебе, а я люблю сдерживать обещания. Примечания: Итак, еще одна большая глава, да еще и с щепоткой экшена. Я знаю, что вся эта история с Джуро могла показаться немного лишней, но мне нужен был кто-то, кто мог бы быстро и по фактам объяснить ситуацию Наруто, чтобы он понял: суд — дело безнадежное. А также чтобы он услышал от кого-то со стороны, что Амая, возможно, не такая уж милая девочка, как он думал. Изначально большая часть всего этого должна была произойти в Главе 3, и теперь вы понимаете, почему она получилась слишком длинной. Я до сих пор не уверена, придется ли мне делать 6-ю главу. Я очень стараюсь не сливать воедино то, что раньше было главами 4 и 5, потому что тогда получится реально долго, да и информации будет слишком много. С помощью тщательной редактуры и переноса парочки моментов в Часть 16 я, возможно, справлюсь, но не узнаю этого наверняка, пока не начну наносить последние штрихи. Узнаете, когда я опубликую следующую проду. Так что с Джуро мы вроде как закончили. Он в любом случае был второстепенным персонажем, но свою цель выполнил. Я почти уверена, большинство из вас понимают, что с Амаей мы, вероятно, еще не закончили, но из этой части она пока выбывает. В следующей главе мы будем разбираться с эмоциональными последствиями этой недавней маленькой эскапады, так что спишемся тогда! До скорого, Dash. Ответы на отзывы без подписи – Duelle – Ха-ха, да, я получила кучу интересных реакций на слова Саске о том, что Наруто не будет стонать вполовину так же громко :D Эти стервозные разборки было невероятно весело писать. Что ж, я очень рада, что вы всё-таки решили оставить отзыв, и огромное спасибо за то, что рассказали, что именно вам нравится в истории — вы подарили мне много счастливых улыбок! Спасибо! FN88 – Вы, наверное, перечитывали это больше раз, чем я сама :) Обожаю слышать, что историю хочется перечитывать, особенно если при повторном прочтении открывается что-то новое — это потрясающий комплимент. Эту историю писать особенно весело, потому что у меня есть уйма дополнительного времени на то, чтобы подвести героев к чему-то и подробнее объяснить каждую ситуацию и развитие их отношений. Огромное спасибо, что поделились своим отзывом, вы даже не представляете, как я это ценю :) L – Ха-ха, я так и думала, что вам понравится, как Саске ставит Амаю на место, лол. Roro237 – Ну, как вы уже прочитали, Наруто в основном пришлось раскошелиться на кругленькую сумму, и в итоге всё, что он за это получил — это информация. Взрывоопасная симпатичная принцесса? Ха-ха, ну да, под это описание действительно подходит как Амая, так и Саске, лол. Спасибо, Роро! Abiranz – Это странно, но самое трогательное, что мне когда-либо говорят люди — это то, что уведомление об обновлении истории или само чтение сделало их день лучше. Особенно если день у них не задался. Знание того, что я заставила кого-то улыбнуться, делая это, окупает всю работу с лихвой; и еще круче то, что я как-то умудряюсь достигать этого, занимаясь тем, что мне самой нравится. Простите, звучит, наверное, странно, но я всегда больше всего радуюсь, когда мне говорят, что моя история заставляет улыбаться во время стресса или грусти. Так что да, стервозные разборки, похоже, стали всеобщим любимцем (и моим тоже, если уж на то пошло). С нетерпением жду возможности написать еще больше таких разборок в будущем, лол. У меня никогда не было особых предпочтений насчет того, кто из них двоих пассив. Мне нравятся оба варианта, и обычно в своих текстах я люблю, когда это работает в обе стороны (свитчи). Но, конечно, кто-то должен быть первым, однако я не хочу пока спойлерить ;) Буду очень рада снова увидеть ваши отзывы, Эбби! Sora – Спасибо, Сора. Что ж, Амаю мы пока на какое-то время оставим в покое, но раунд второй ждет нас в обозримом будущем, это я вам обещаю :D Guest – Вы абсолютно правы. Поскольку у них состоялся разговор о сексе, плюс добавляется убийство в Адессе, название части (The Deed / Деяние) отсылало к обоим этим «деяниям» :) Devilish – Любимый? Вау! *краснеет* Огромное спасибо! У меня просто в голове не укладывается, что мой фик спровоцировал обсуждения еще и с вашими друзьями. Ха-ха, вот бы они могли стать «особенными» друзьями и в манге, лол. Думаю, я, возможно, немного не справилась с тем, чтобы передать, почему Наруто был так шокирован, потому что было еще несколько человек, которые, как и вы, задавались вопросом, не слишком ли Наруто наивен. Дело не в том, что он считал Саске неспособным на такое — в конце концов, он убивал и раньше, как вы и сказали, — но Наруто только-только начал выстраивать дружеские отношения с новым, более мягким Саске, который не особо походил на того почти безумного Саске из прошлого. Ну, по крайней мере, в этом заключался первоначальный шок. Позже он просто ненавидел саму мысль о том, что Саске мог сделать нечто подобное ради него. И вы правы, Наруто действительно любит видеть в людях лучшее, и когда дело касается Саске, он закрывает глаза на многие прошлые и потенциальные злодеяния просто потому, что хочет верить: Саске теперь другой, и ему снова можно по-настоящему доверять. Так что в этом смысле мне хотелось, чтобы Наруто был изрядно потрясен, если вы понимаете, о чем я. О нет, ничуть не грубо! Спасибо за вопрос :) Guest (Отзыв на Главу 18) – Ага, это ведь Наруто его искушал. Я на самом деле начала понемногу выстраивать это напряжение еще после того, казалось бы, невинного поцелуя в щеку в 3-й Части. Но да, Саске тоже, возможно, немного потерял голову в моменте у Морио. Это уж точно заставило его задуматься о весьма интересных вещах. Спасибо, и надеюсь, у вас тоже будет замечательный день :)