Неполный мир

***

Сначала ощущение было почти обманчиво мягким. Тепло медленно разлилось по венам, будто жидкость, которую она ввела, не несла в себе угрозы, а наоборот — пыталась укутать её изнутри, притупить тревогу, усыпить бдительность. На долю секунды Риане даже показалось, что она ошиблась, что всё это — лишь игра воображения, и ничего страшного не произойдёт. А затем пришла боль. Не постепенно, не осторожно, а резко и беспощадно, словно кто-то изнутри разорвал её тело на части. Она согнулась, вцепившись пальцами в край стола так сильно, что побелели костяшки, но это не помогло. Боль не имела формы, не поддавалась контролю и не отступала — она нарастала, заполняя каждую клетку, каждую мысль, каждое дыхание. Риана зажмурилась, пытаясь удержаться в реальности, но тело уже не подчинялось. Дыхание сбилось, стало рваным и поверхностным, сердце колотилось так сильно, что отдавалось в висках тупыми ударами. — Чёрт… — выдохнула она, но голос сорвался, превратившись в хрип. Следующий импульс боли оказался сильнее предыдущего. Он прошёлся по позвоночнику, поднялся к голове, и в этот момент Риана не выдержала. Крик вырвался сам, резкий и отчаянный, разорвав тишину лаборатории. Мир начал расплываться. Контуры предметов дрогнули, свет стал слишком ярким, почти болезненным, а затем всё исчезло.

***

Боль не отступала, но перестала быть хаотичной. Она будто обрела направление, превращаясь из разрушающего потока в нечто целенаправленное, почти осмысленное. Риане казалось, что её не просто ломают — её переписывают. Когда мир снова сложился воедино, он оказался холодным и металлическим. Она лежала, прикованная к жёсткой конструкции, и холод от металла впивался в кожу, пробираясь глубже, туда, где боль уже давно стала постоянной. Воздух был сухим, стерильным, пропитанным запахом препаратов и чего-то едва уловимо горького. Люди в белых халатах не спешили. Их движения были точными, экономными, лишёнными эмоций. Они работали, не торопясь, как работают с чем-то, что не может ни уйти, ни отказаться. — Показатели нестабильны, — произнёс один из них, не глядя на неё. — Значит, усилим воздействие, — спокойно ответил другой. Риана попыталась что-то сказать, но голос не подчинялся. Она ощущала своё тело обрывками: боль — да, холод — да, но где заканчивается она и начинается это место, понять было невозможно. Когда игла вошла в вену, она уже знала, что будет дальше. Её тело выгнуло, мышцы свело, и мир на секунду исчез в крике, который она даже не услышала — только почувствовала, как он разрывает её изнутри. И именно в этот момент всё оборвалось. Прозвучали выстрелы — резкие, короткие. Кто-то закричал. Кто-то упал. Металл на руках дрогнул — кто-то сорвал с неё ремни. И затем она ощутила — чьи-то руки, такие тёплые, сильные, настоящие. Риана с трудом подняла голову и увидела его — Ксандр. Он выглядел иначе, чем она привыкла его видеть. Не холодным, не отстранённым — собранным до предела, напряжённым, словно держал в себе что-то, что не позволял выплеснуться. — Смотри на меня, — тихо сказал он, освобождая её, — я вытащу тебя. И в этом голосе не было приказа. Только уверенность, за которую можно было зацепиться. Она смотрела. Верила. И держалась.

***

Когда реальность снова изменилась, она уже не сопротивлялась. Земля под ногами была неровной, воздух — тяжёлым, пропитанным пылью и гарью. Где-то вдалеке слышались крики, но они казались приглушёнными, будто отделёнными от неё невидимой стеной. Перед ней стояло существо. Оно было опасным — это понимание пришло мгновенно, без анализа. Но вместе с этим пришло и другое чувство, куда более странное. Узнавание. Сущство было огромное, искажённое, с вытянутыми конечностями, когтями и пастью, полной острых зубов. В его глазах плескалась ярость и готовность убивать. Это был сатир, Риана узнала его из описания в учебнике по истории. Риана медленно выпрямилась, ощущая, как внутри поднимается не страх, а что-то иное — глубокое, тяжёлое, как сила, которую слишком долго держали под замком. Она подняла руку. Это движение не требовало решения. Оно было естественным. — Стой, — произнесла она спокойно. Существо замерло. Но не потому что испугалось, а потому что услышало и подчинилось. Внутри неё что-то откликнулось, перевернулось, и на долю секунды Риана почувствовала не просто власть, а связь — прямую, глубокую, лишённую границ. Она могла заставить его двигаться, могла направить, а могла уничтожить. И именно это осознание заставило её резко опустить руку. — Нет, — тихо сказала она. Связь оборвалась. И мир снова треснул.

***

Следующее воспоминание сменило предыдущее так резко, что она не успела даже осознать переход. Губы — теплые, мягкие. Запах свежести и чего-то морского. Девушка приоткрыла глаза — перед ней стоял Макс Керроу. В военной форме, с привычно спутанными волосами, а его лицо было расслаблено, глаза закрыты. Риана лежала на спине на жесткой крыше под открытым звездным небом, а мужчина нависал над ней. Его прикосновения были осторожными, почти бережными, словно он боялся её сломать или причинить неудобство. В этом поцелуе не было давления или жёсткости — только тихое, искреннее чувство, от которого внутри становилось спокойнее и уютнее. Но это длилось недолго. Мир снова изменился. Теперь губы были другими — жёсткими и требовательными. На контрасте с прошлым поцелуем, Риана почувствовала, как в её душе все затрепетало от напора. Запах сменился на вишневый с древесными нотками. Риане не нужно было открывать глаза, чтобы понять кто перед ней. Ксандр ван Хейс. Только он целовал её так собственнически. Его поцелуй не спрашивал, не ждал ответа — он забирал, подчинял, заставлял чувствовать сильнее, чем хотелось. Риана чувствовала, как подчиняется ему, как тает в его настойчивых руках. Внутри всё перепуталось, смешалось и сломалось. Но почему-то в голову девушки пришла странная мысль. — Мм, с двумя парнями одновременно, Ри, — подумала она, — так держать. И мир снова рассыпался на миллион осколков.

***

— Риана! Слышишь меня? Резкий удар по щеке вырвал её из темноты. Она закашлялась и резко вдохнула, словно впервые за долгое время смогла вдохнуть по-настоящему. Над ней нависал Октавиан Кейвар. Он был так близко, что она чувствовала его дыхание. Его лицо было напряжённым, бледным, взгляд — острым и сосредоточенным. Он быстро осматрел её, оценивая состояние, как будто просчитывал последствия. — Сколько ты ввела? — спросил он коротко. Риана попыталась ответить, но не смогла. Губы не слушались, язык казался чужим, тело отказывалось подчиняться. Кейвар тихо выругался. Риана слегка удивлено посмотрела на него, Октавиан никогда не позволял себе такого при ней. В следующее мгновение, мужчина поднял её на руки, уверенно и слишком легко, как будто делал это не в первый раз. Риана уткнулась лбом в его плечо, чувствуя, как мир снова начинает расплываться. И странное дело — рядом с ним стало спокойнее. Казалось Кейвар может защитить её от всего. Голова девушки работала словно в тумане, как будто кто-то переставлял слайды в кинопроекторе. Белые стены. Звёздное небо. Салон машины. Его лицо. Его руки. А затем её разум окончательно сдался и погрузился в спасительную темноту.

***

Сознание возвращалось медленно, будто кто-то нарочно не позволял ей вынырнуть сразу. Сначала пришло ощущение тепла — мягкого, обволакивающего, непривычного после той боли, через которую она прошла совсем недавно. Затем тишина — не глухая и давящая, как в лаборатории, а живая, спокойная, почти уютная. Риана приоткрыла глаза. Свет был приглушённым, рассеянным, он не резал зрение, а ложился на предметы мягко, словно не хотел тревожить. Потолок был незнакомым. Линии — слишком аккуратными, пространство — слишком продуманным, чтобы быть случайным. Она моргнула несколько раз, пытаясь собрать картину: комната, чужая, но уютная. Риана медленно приподнялась, опираясь на локти. Тело всё ещё было слабым, движения давались с усилием, но боли, той самой, не осталось. Лишь остаточная тяжесть и странная, тянущая пустота внутри. Она опустила взгляд — и замерла. На ней была ночная рубашка. Тонкая, светлая, из мягкой ткани, которая едва касалась кожи. Это точно была не её вещь. Ни по стилю, ни по ощущению. Риана провела пальцами по ткани, и в этот момент по коже пробежала едва заметная дрожь. — Интересно, — тихо произнесла она, — я сама переоделась или мне помогли? Ответа, разумеется, не последовало, но странное ощущение не ушло. Будто к ней уже прикасались и от этой мысли внутри что-то неприятно сжалось… и одновременно откликнулось. Дверь открылась без стука. Риана подняла взгляд. Октавиан Кейвар. Он вошёл спокойно, без спешки, будто знал, что она уже очнулась. И на секунду она поймала себя на мысли, что не сразу его узнала. Он выглядел иначе. Без привычной безупречности. Волосы чуть растрёпаны, на нём простая тёмная майка и свободные штаны. Ни пиджака, ни идеально выверенного образа, к которому она привыкла. Он выглядел… живым, простым и это было очень неожиданно. Кейвар подошёл к кровати и поставил на тумбочку чашку. — Кофе, — сказал он спокойно. Риана не сразу ответила. Она смотрела на него, изучая, словно видела впервые. — Я никогда не видела тебя таким, — произнесла она наконец. Кейвар едва заметно усмехнулся. — И не должна была. Она чуть склонила голову, не отрывая от него взгляда. — Это твоя квартира? — Да. — И ты всех своих… гостей сюда приносишь? Он посмотрел на неё чуть внимательнее, но в его взгляде не появилось ни раздражения, ни холодности. — Только тех, кого не хочется оставлять умирать на полу лаборатории. — Как заботливо, — тихо усмехнулась она. Риана потянулась к чашке, обхватывая её пальцами. Тепло фарфора отозвалось приятным ощущением, возвращающим в реальность. Она сделала большой глоток и в этот момент снова почувствовала это. Такое лёгкое, почти незаметное ощущение… Как будто что-то внутри неё отзывается на него. Риана нахмурилась, слегка опуская взгляд. — Ты что-то со мной сделал? — спросила она вдруг. Вопрос прозвучал спокойно, но в нём не было лёгкости. Кейвар не ответил сразу. Он стоял чуть в стороне, внимательно наблюдая за ней. — Я не дал тебе умереть, — произнёс он наконец. — Это я уже поняла, — спокойно сказала она. — Я спрашиваю не об этом. Тишина повисла между ними и Риана подняла на него взгляд и на секунду ей показалось, что он что-то решает, словно думал сказать или нет. Но в следующую секунду выражение его лица стало прежним — собранным, непроницаемым. — Твоя реакция на препарат, который ты себе ввела, была нестабильной, — ответил он ровно. — Мне пришлось вмешаться. — Вмешаться… — медленно повторила она. Слово зацепилось, такое нейтральное, повседневное. Риана чуть прищурилась. — И что это значит на практике? Он сделал шаг ближе и в этот момент она снова почувствовала это странное ощущение. Как будто пространство между ними стало плотнее. — Это значит, что ты сейчас в сознании, — тихо сказал он. — И можешь разговаривать. — Ты уходишь от ответа, — спокойно заметила она. — Я даю тебе тот ответ, который тебе сейчас нужен. Риана усмехнулась, но в этом не было веселья. — Как удобно. Она сделала ещё один глоток кофе, пытаясь удержать равновесие внутри себя. Но чем дольше он находился рядом, тем сильнее становилось это ощущение — тяга, навязчивая, нелогичная. — Как ты меня нашел? Откуда ты знал, что я в лаборатории? — Риана посмотрела на Кейвара с подозрением. Мужчина едва заметно напрягся, брови сошлись на переносице. — Я ждал тебя у университета после занятий, но не дождался. — он сложил руки на груди, — я вошел внутрь и уточнил в канцелярии, может кто-то обращался к ним за ключами. Он усмехнулся. — Конечно, Риана Рейн не могла удержаться от соблазна и не посетить лабораторию. Риана резко поставила чашку обратно на тумбочку. — Это ненормально, — сказала она уже тише. — Что именно? — спокойно спросил он. Она посмотрела на него прямо. — То, что ты следишь за мной. Она немного помялась и добавила: — И то, что я сейчас чувствую. Кейвар не отвёл взгляда. — А что ты чувствуешь? Риана на секунду замолчала, будто подбирая слова, которые не раздражали бы её саму. — Тебя, — призналась она наконец. Тишина стала глубже. Он чуть склонил голову, рассматривая её. — Это ожидаемо, — сказал он тихо. — Нет, — резко ответила она. — Это не ожидаемо. Она поднялась, несмотря на слабость, и сделала шаг к нему. — Я не должна чувствовать это так. Теперь расстояние между ними сократилось, довольно быстро и резко. Риана замерла и в этот момент отчётливо поняла: это не просто эмоция. У них словно была связь. Это было странно… Но… она не хотела от неё отказываться. — Что ты со мной сделал? — тихо спросила она. На этот раз в её голосе не было ни сарказма, ни игры. Только желание правды. Кейвар смотрел на неё внимательно и долго. И в его взгляде впервые появилось что-то… опасное. Его взгляд скользнул по хрупким плечам, по линии ключиц и ниже до груди. Риане захотелось прикрыться, но она заставила себя стоять ровно. — Я помог тебе выжить, — ответил он. И снова — ни слова лишнего. Риана усмехнулась, но уже устало. — Ты ужасный собеседник. — Зато честный. — Ты сейчас врёшь, — спокойно сказала она. Он не стал спорить и это было хуже любого ответа. Риана отвела взгляд, пытаясь собраться. Но внутри всё уже было не так, как раньше. Она чувствовала его, даже когда не смотрела. — Где мои вещи? — она разорвала их зрительный контакт и оглядела комнату. — Я купил тебе новые. — Мне нужны мои вещи, — Риана нахмурилась и подозрительно посмотрела на мужчину. Он вдруг подошел ближе, нарушив все допустимые границы и притянул девушку к себе. Дыхание зашлось, взгляд его холодных глаз был невыносимо притягателен. Хотелось раствориться в нем без остатка, как таблетка. — Я хочу тебя. — просто прошептал Кейвар. Риана невольно сглотнула и ошарашено смотрела на мужчину. Слышать прямо в лоб о его желаниях было очень странно и не укладывалось в голове. Кейвар всегда был закрытой книгой: очень выдержанным, недоступным. — Я не могу не думать о тебе, ты сводишь меня с ума, Риана. — продолжил он и его рука потянулась к лямке ночной рубашки, непоколебимым движением опуская ее ниже. — Окт… — девушка почувствовала, как её внутренняя тяга к Октавиану усилилась и она почти не могла сопротивляться, — Окт… давай не будем переходить черту. Ее слова были ложью, все ее существо хотело этого. Но она не могла так поступить, это не она — это ее состояние так обманывает ее. Она надавила на грудь мужчины, чтобы отодвинуться от него. Но Кейвар не дал ей отстраниться, он властным движением прижал ее теснее к себе и погладил ладонью по пояснице, заставляя расслабиться. Громкий стук в дверь прозвучал так резко, что буквально разрезал пространство, в котором они находились, словно ножом. Риана вздрогула, словно кто-то поймал её за руку за преступлением, которое она совершала. Стук не был похож на вежливое предупреждение или осторожную попытку обозначить своё присутствие — в этом звуке чувствовалось требование, напряжение и почти открытый вызов. Кейвар медленно отстранился, хотя его рука ещё на мгновение задержалась на её талии, будто он не сразу решил отпустить её окончательно. Это прикосновение, едва заметное, но ощутимое, отозвалось внутри Рианы странным откликом, который ей самой был неприятен. Она сделала шаг назад, восстанавливая между ними дистанцию, однако внутреннее напряжение никуда не исчезло. Напротив, оно стало острее, болезненнее, словно её резко выдернули из состояния, в которое она почти позволила себе провалиться. Стук повторился, на этот раз сильнее, настойчивее, как будто человек за дверью уже не собирался ждать. — Открой, — раздался голос. Этот голос был глухим, напряжённым и сдержанным, но именно это сдерживание и выдавало настоящую силу эмоций, стоящих за ним. Риана замерла. Она узнала этот голос мгновенно, без малейших сомнений. Кейвар коротко выдохнул, словно уже заранее понимал, чем всё закончится, и направился к двери без спешки, но в его движениях появилась собранность, почти холодная готовность к тому, что произойдёт дальше. Он открыл дверь. На пороге стоял Ксандр ван Хейс. Его взгляд был тёмным, напряжённым до предела, в нём не было ни удивления, ни растерянности — только жёсткая, сосредоточенная решимость. Он не выглядел человеком, который пришёл за ответами. Он выглядел так, словно уже сделал выводы и теперь лишь проверяет, насколько они совпадут с реальностью. — Где она? — спросил он без всякого приветствия. Кейвар не ответил сразу. Он лишь слегка сместился в сторону, освобождая проход, и этого движения оказалось достаточно. Риана сделала шаг вперёд. Она не анализировала, не просчитывала, не пыталась выбрать правильный момент — просто вышла в дверной проём, будто её что-то подтолкнуло. Она стояла босиком, в тонкой ночной рубашке, с растрёпанными волосами и ещё не до конца ясным взглядом, в котором всё ещё отражались последствия того, что она пережила. Ксандр посмотрел на неё. И на мгновение действительно замер. В его взгляде мелькнуло нечто сложное, почти болезненное, как краткий сбой, будто картина перед ним не совпала с тем, что он ожидал увидеть. Его взгляд медленно скользнул ниже — по тонкой ткани, по открытым плечам, по расстоянию между ней и Кейваром. И в этот момент он сделал вывод, совершенно не правильный, но достаточно очевидный в этой ситуации. Его челюсть напряжённо сжалась. — Понятно, — тихо, сквозь зубы произнёс он. Риана нахмурилась и сделала шаг вперёд. — Ты… — Но он уже отвернулся. Без крика, без резких движений, без попытки выяснить или услышать объяснение. И именно это отсутствие реакции оказалось болезненнее любой вспышки эмоций. Он просто развернулся и пошёл прочь. — Ксандр, стой, — резко сказала она, делая ещё один шаг за ним. Он остановился, но не обернулся, будто уже заранее решил, что не хочет видеть её лицо. — Я не собираюсь играть в это, — произнёс он ровно, однако в его голосе отчётливо чувствовалась сдержанная, почти холодная ярость. — Делай, что хочешь. — Ты не понимаешь, — ответила Риана, и в её голосе впервые прозвучало раздражение. — Я понимаю достаточно, — перебил он, и теперь в его тоне появилась жёсткость. — Даже больше, чем хотел бы. Она сжала пальцы, чувствуя, как внутри поднимается злость. — Ты правда думаешь, что всё так просто? На этот раз он обернулся. И посмотрел на неё долго, тяжело, так, словно пытался увидеть что-то за словами. — Нет, — тихо сказал он. — Я думаю, что всё ещё хуже. Тишина, которая повисла между ними, стала почти ощутимой. Кейвар стоял за её спиной и не вмешивался, но именно это молчаливое присутствие раздражало Риану сильнее всего. — Тогда хотя бы попробуй спросить, — сказала она тише. Ксандр усмехнулся, коротко и безрадостно. — А ты бы ответила? Она не ответила сразу. И этого оказалось достаточно. Он увидел это и понял. — Вот именно, — сказал он спокойно. Он сделал шаг назад, отдаляясь. — Разбирайся с этим сама, Рейн. И просто ушёл. На этот раз без остановки. Где-то внизу хлопнула дверь подъезда, и этот звук окончательно закрепил произошедшее. Риана стояла неподвижно ещё несколько секунд, пытаясь осознать, что именно сейчас произошло, а затем медленно выдохнула. — Прекрасно, — тихо произнесла она. — Просто идеально. Она провела рукой по лицу, стараясь привести мысли в порядок, но внутри всё оставалось спутанным: Ксандр, Кейвар, воспоминания, связь, ощущения, которые она не могла контролировать. И самое неприятное заключалось в том, что она больше не могла чётко отделить свои настоящие чувства от того, что было навязано ей извне. — Ты доволен? — резко спросила она, не оборачиваясь. — Он сделал выводы сам, — спокойно ответил Кейвар. Риана резко повернулась к нему. — Потому что ты создал для этого идеальную ситуацию. Он не стал отрицать. И это оказалось хуже любого признания. Она смотрела на него уже без растерянности, без сомнений — только с холодным пониманием. — Ты не просто вмешался, — тихо сказала она. — Ты играешь. — Я просчитываю, — ответил он. — Нет, — покачала головой Риана. — Ты манипулируешь. Она сделала паузу, не отводя взгляда. — И сейчас ты зашёл слишком далеко. Кейвар сделал шаг к ней. Но на этот раз она не осталась на месте. Она быстро отступила. Впервые. — Не подходи, — произнесла она тихо, но твёрдо. И именно в этот момент она почувствовала изменение. Связь никуда не исчезла. Но перестала быть односторонней. Теперь она ощущала её иначе — как будто влияние больше не шло только от него к ней. Как будто она тоже начала на него воздействовать. Или так было всегда? Риана медленно выпрямилась, и на её губах появилась едва заметная усмешка. — Похоже, ты не учёл одну вещь, — сказала она. Кейвар внимательно посмотрел на неё. — Какую? Она чуть наклонила голову. — Я тоже умею играть и манипулировать.

***

Риана вышла на улицу медленно, будто каждое движение требовало отдельного усилия. Воздух оказался прохладным, свежим, но не принёс облегчения. Напротив — он обнажил всё, что происходило внутри. Тело всё ещё было её, но чувства— уже не до конца. Она остановилась у края тротуара, сжимая пальцы в кулак, словно пыталась вернуть себе контроль через физическое усилие. И в этот момент она почувствовала новое ощущение — чье-то движение, тяжёлое тело, инстинкт, голод. Она резко вдохнула и открыла глаза. Улица осталась прежней. Машины, люди, свет фонарей — всё было на месте. Но теперь она знала. Это было не воспоминание — это было то, что происходит в настоящем времени. Она медленно выпрямилась. — Значит, это все правда, — тихо произнесла она. Это был не вопрос — а факт. В груди что-то сжалось — от осознания. Она больше не искала ответы — все было уже ясно. И где-то, очень далеко или, наоборот, слишком близко, что-то откликнулось. Риана медленно выдохнула и впервые за всё время не попыталась от этого отстраниться. — Хорошо, — сказала она почти шёпотом. На её губах появилась едва заметная улыбка. — Тогда начнём заново.