Вечное Рождество

«Перестань волноваться, Генри!» — упрекнул Эйб. Он подошёл к Генри, который рассеянно смотрел в одну из витрин антикварного магазина. Магазин был празднично украшен. Стены были увешаны мишурой, а в одном из углов комнаты стояла наряженная рождественская ёлка. Генри вздохнул: «Как я могу перестать волноваться, зная, что Адам где-то там?» Генри повернулся к сыну. Эйб вздохнул. Несколько недель назад в больнице, где находился Адам, случился пожар. К сожалению, Адам погиб в огне и с тех пор не появлялся. Это сводило Генри с ума. «Слушай, Генри, — сказал Эйб. — Скоро Рождество, и тебе нужно отдохнуть. Тебя ведь всё равно пригласили на рождественскую вечеринку. Почему ты всё ещё здесь?» «А что, если Адам вернётся, когда я уйду? Я не смогу жить спокойно, если он сделает тебе что-нибудь». «Генри, со мной ничего не случится. К тому же Адам мне не причинит вреда». «Откуда ты это знаешь?» «Помнишь, как он дал мне книгу с именами моих биологических родителей? Ту, из Освенцима». Генри утвердительно кивнул. «Думаю, он дал мне это, потому что чувствует со мной какую-то связь, ведь мы оба пострадали во время войны. Не думаю, что он причинит мне вред, Генри». Эйб видел, что Генри начинает сдаваться. «И кроме того, разве Джо не будет на вечеринке?» Генри уступил: «Хорошо, Эйбрахам. Я пойду». Генри сделал паузу: «Вечеринка проходит на окраине города. Я буду довольно далеко от дома». «Пап, мне почти семьдесят. Думаю, я смогу позаботиться о себе». «Хорошо, хорошо, ты победил. Я пойду». «Лучше поторопись, — предупредил Эйб. — Уже почти пять часов. Разве вечеринка не начинается в шесть?» Генри улыбнулся Эйбу, взял пальто и быстро надел один из своих фирменных шарфов. «Тогда до встречи», — сказал Генри.

***

Генри не соврал, когда сказал, что вечеринка проходила на окраине города. Он ехал в такси почти два часа. Они достаточно далеко отъехали от города, и такси двигалось по гравийной дороге. За последний час Генри почти не видел зданий и понимал, что уже довольно далеко от дома. Он надеялся, что с Эйбом всё в порядке. Когда солнце начало садиться, пошёл снег. Генри улыбнулся. Он любил снег. Внезапно перед кабиной выскочил большой олень. Водитель такси резко затормозил и попытался объехать опасность, но он не привык ездить по гравийной дороге, поэтому машина с пугающей скоростью заскользила по гравию. Такси слетело с дороги и врезалось прямо в дерево с той стороны, где находился Генри. Ветка каким-то образом пробила стекло при ударе о дерево и вонзилась Генри в живот. Генри скончался мгновенно.

***

Генри возродился и, жадно вдохнув воздух, тут же наполнил легкие водой. Он закашлялся и потянулся к поверхности, но почувствовал, что что-то преграждает ему путь. Генри не мог дышать и утонул. Он очнулся, но на этот раз задержал дыхание. Он потянулся к поверхности и наткнулся на что-то твердое и холодное. Лед. Он оказался в ловушке под замерзшим прудом. Он изо всех сил стучал по льду, но не смог его пробить, прежде чем снова утонул. Этот адский цикл продолжался, казалось, целую вечность, но на самом деле мог длиться и несколько часов. Генри понятия не имел, сколько времени он провёл в ловушке подо льдом. Спустя, как ему показалось, целую вечность, он наконец вырвался из воды, упав на лёд. Он ахнул от удивления и облегчения. «Это за то, что ты запер меня в собственном теле», произнес голос. Генри почувствовал, как что-то холодное, металлическое и шершавое пронзило ему горло. Он смог лишь издать удивленное бульканье, прежде чем снова умереть. Генри снова вынырнул из воды и почувствовал, как кто-то вытаскивает его. Затем его накрыли одеялом. Генри резко повернулся лицом к своему убийце и/или спасателю. «Адам!» - воскликнул Генри. «Иди к костру», — сказал Адам, указывая на костер на краю замерзшего пруда. Генри открыл рот, чтобы возразить. «Не будь дураком!» сказал Адам. Генри не мог понять, злится ли он, раздражен ли или и то, и другое. «Ты умрешь от переохлаждения, если не придешь.». Генри понял, что Адам прав, и быстро направился к костру вместе с ним. Когда они подошли к костру, Адам подошёл к лежащей рядом сумке, достал сухую одежду и передал её Генри. «Надень это», приказал Адам. Генри явно замерзал. Он неудержимо дрожал и изо всех сил цеплялся за одеяло, накрывавшее его плечи, но все же остановился и с опаской посмотрел на одежду, которую ему протянул Адам. «Зачем ты это делаешь?» задыхаясь, спросил Генри. «Надень это, иначе умрешь». Генри неохотно взял одежду из рук Адама и надел её. Полностью одевшись, он завернулся в одеяло и сел как можно ближе к огню. Генри наблюдал за Адамом, пока тот пытался согреться. Адам держал в руках длинную чёрную пилу со странной рукояткой, которая отходила от лезвия примерно на пару сантиметров. Генри сразу опознал её как орудие убийства, совершенного ранее. «Что это?» спросил Генри, кивнув на странную пилу. Адам сел напротив слегка дрожащего Генри, расположившись возле него у костра. «Это ледоруб. Удивлён, что у тебя его нет, Генри». «Зачем мне ледоруб?» «Чтобы не оказаться в ловушке под замерзшим прудом, как это случилось с тобой только что». Генри смотрел в огонь. Ему это никогда не приходило в голову. Он нахмурил брови и посмотрел на Адама. «Как ты меня нашел?» спросил Генри. «У нас есть проклятье, которого нет ни у кого другого, Генри. Нравится нам это или нет, у нас много общего». «Ошибаешься!». «Мы оба бессмертны, Генри. Кто ещё из твоих знакомых по-настоящему тебя понимает?». «То, что мы оба бессмертны, ещё не значит, что у нас много общего!». "О, а я думаю иначе", - сказал Адам своим жутко холодным тоном. - «Знает ли кто-нибудь из твоих друзей, каково это видеть, как умирают все, кого они любят? Знает ли кто-нибудь из твоих друзей, каково это видеть, одни и те же сценарии повторяющиеся снова и снова, только в другое время? Знает ли кто-нибудь из твоих друзей, каково это устать от этого мира? Знает ли кто-нибудь из твоих друзей, каково это быть старым? Знает ли кто-нибудь из твоих друзей, каково это по-настоящему хотеть умереть?». Генри пытался что-то сказать, но не мог произнести ни слова. Он пристально смотрел на Адама, но Адам лишь смотрел в огонь. «Я никогда не стану таким, как ты», - наконец сказал Генри. Адам поднял взгляд от огня, и то, что увидел Генри, поразило его. На лице Адама читались печаль, пустота, даже страх и полная безнадежность. Это длилось всего секунду, прежде чем Адам вновь обрел свое обычное спокойное, собранное и слегка отрешенное выражение лица. Прежде чем Адам успел ответить, Генри сказал: «Я хочу домой». Последовала долгая пауза, и Генри не был уверен, что Адам его услышал, пока Адам не сказал: «Очень хорошо». Адам встал, схватил ледоруб, взял сумку и начал подбрасывать снег в огонь, пока тот не погас. «Следуй за мной», сказал Адам и не дожидаясь ответа Генри, быстро направился прочь. Генри поспешно последовал за ним. Адам повёл Генри по дороге к старому синему пикапу. Адам положил сумку и ледоруб в кузов. Он открыл дверь и сел за руль. Генри быстро перешёл на другую сторону машины и сел на пассажирское сиденье. Адам завел машину и поехал обратно в Нью-Йорк. Примерно через пятнадцать минут, вопреки всем своим усилиям, Генри заснул. Адам печально взглянул на Генри, прежде чем снова перевести взгляд на дорогу. Генри был еще молод. Он не пережил всей боли, трудностей и горя, которые пережил Адам. Генри был еще очень молод и невинен почти как ребенок для Адама. Адам знал, что вся эта боль и страдания дадут о себе знать Генри, как когда-то дали о себе знать Адаму. Адам не хотел, чтобы это случилось. Генри был единственным человеком в мире, похожим на него. Когда Адам узнал о существовании ещё одного бессмертного, это был первый раз за много-много лет, когда он почувствовал надежду. К сожалению, его стремление найти Генри, вероятно, разрушило их шансы на хорошие отношения. Адам вздохнул. Ранее Генри спросил его, как тот нашел Генри, и Адам уклонился от ответа. Причина, по которой он не ответил, заключалась в том, что Адам всегда знал, где Генри, и Адам знал, что Генри воспримет это плохо. Адам был одинок две тысячи лет но он никогда больше не будет одинок. Генри никогда даже близко не приблизится к тому одиночеству, которое испытывал Адам. Другая причина, по которой Адам не ответил Генри, заключалась в том, что он не хотел признавать, что чувствует с Генри связь, которой никогда раньше не испытывал. Он чувствовал, что по какой-то причине должен защищать Генри что он должен быть рядом, когда Генри споткнется. Почти как отец, но скорее как брат. Он просто чувствовал к Генри некую защиту, которую не мог объяснить. И, возможно, Генри мог бы помочь и Адаму. Генри был еще молод; возможно, его радость и невинность помогут Адаму обрести счастье, которое он потерял много лет назад. В конце концов, когда Адам узнал о существовании Генри, он снова почувствовал надежду. Адам позволил себе еще раз взглянуть на Генри. Тот мирно спал в одежде Адама, все еще плотно завернутый в одеяло. Адам завидовал его невинности и, как ни парадоксально, юному возрасту. Для Адама Генри все еще был очень молод. Грузовик наехал на что-то на дороге, отвлекая внимание Адама от Генри. Они проехали знак на грунтовой дороге, предупреждающий водителей о возможном появлении оленей в этом районе. До Нью-Йорка оставалось еще несколько часов, времени у них обоих было предостаточно.

***

«Генри, мы приехали». Генри открыл лаза. Он увидел Адама, смотрящего на него сверху вниз с водительского сиденья грузовика. Он в панике сел, и воспоминания о предыдущем дне нахлынули на него. Генри огляделся; они стояли через дорогу от антикварного магазина Эйба, но что-то было не так. Снаружи стояла полицейская машина, и Генри видел, как Джо и Эйбрахам разговаривают. Генри открыл дверь машины. «Генри, подожди!» сказал Адам. Генри недоуменно посмотрел на Адама и открыл рот, чтобы что-то сказать, когда Адам вышел из грузовика. Генри вышел из грузовика и увидел, как Адам что-то достает из кузова. Адам подошел к Генри и передал ему ледоруб. «С Рождеством, Генри». Генри молча смотрел на ледоруб и поднял глаза, увидев Адама, идущего к водительской стороне грузовика. Генри воспользовался этим моментом, чтобы уйти, и перешёл улицу, направившись прямо к Джо и Эйбу. Адам наблюдал, как Генри поздоровался со своими друзьями. Они ответили на его приветствие с удивлением и облегчением. Вероятно, Генри провёл под льдом несколько дней. Джо и Эйб бросились к Генри и обняли его. Все они улыбнулись, когда расстались. Джо заметила Генри с ледорубом в руках. Она что-то спросила у него, и Генри жестом пригласил их войти внутрь. Когда Джо и Эйб входили в магазин, Генри в последний раз взглянул через улицу. «С Рождеством, Адам!»