Обращение (Альфабитс-3)

– Послушайте, мистер Уильямс, или нам лучше звать вас Стив? Мы с напарником прилетели сюда, в Спокан, вовсе не для того, чтобы обсуждать с вами погоду. Да, идет дождь, и это отстойно. Спасибо, что спросили. Не хочу быть грубым, но мы болтаем уже полчаса, а вы так и не ответили ни на один наш вопрос. Вот лагерь, к примеру. Что вы можете о нем рассказать? Я быстро терял терпение. Мы с Оззи проделали весь этот путь, чтобы допросить этого перевертыша-оцелота, а не выслушивать увертки. И он до сих пор даже не признал, что посещал тот лагерь, где он, предположительно, пропал десять лет назад. Оззи поднял руку. – Не обращай внимания на моего напарника, Стив. Гизмо становится немного агрессивным, когда голоден, а еда в этом веганском ресторане не совсем подходит нашим волкам. Послушай, я понимаю, что ты не хочешь говорить о прошлом. Но нам это в некотором роде необходимо, дружище. Ты можешь хотя бы подтвердить, что ты – это взрослая версия мальчика, известного как Эстефан Васкес? Стив покачал головой. – Послушайте, я бы никогда не согласился на это интервью, если бы понял, что вы не из STAHP. Никто не должен был связывать меня с моим прошлым. Я рассказал об этом в STAHP только из-за этой подпольной се... – Стив внезапно осекся и замолчал на полуслове. Я был рад, что тайно записывал эту встречу на свой телефон. – Простите, подпольной чего? И что это за «стоп» (STAHP), о котором вы говорите? – Оззи попытался заставить Стива открыться, но тот выглядел дерганым. Он оглянулся через плечо, а затем снова посмотрел на нас. – Простите, господа. Прошу прощения за потраченное время, но нам действительно не стоит разговаривать. Если меня увидят на встрече с людьми из другой организации, STAHP может меня просто кинуть. Я им многим обязан и должен внести свой вклад в дело перевертышей. Если вам нужны ответы о каком-то чокнутом сектантском лагере в захолустье, вам придется найти кого-то другого. До этого я качался на задних ножках стула. Теперь я с глухим стуком опустил их на пол и в возбуждении наклонился над столом. Мое сердце забилось чаще теперь, когда правда начала всплывать наружу. – А теперь смотрите: мы упоминали летний лагерь, но мы ни словом не обмолвились о том, что он находится в захолустье. И в наших документах ничего не сказано о том, что это часть какого-то чокнутого культа. Как мы, по-вашему, должны разыскивать пропавших детей, если никто не хочет говорить? Стив встал, схватил куртку со спинки стула и надел её, качая головой. – Я и так сказал достаточно. Послушайте, я обеими руками за помощь перевертышам. Но вы когда-нибудь задумывались, что, возможно, те, кого вы ищете, сами не хотят, чтобы их нашли? Может быть, они сбежали в лучшую жизнь. Если ваша организация хочет им помочь, вам следует сосредоточиться на закрытии этого лагеря. Не то чтобы я знал это наверняка, я просто предполагаю. Я встал и шагнул вплотную к нему. – Видите, вы снова говорите так, будто знаете чертовски много о лагере, о котором, по вашим утверждениям, не знаете ничего. Простите, если я кажусь подозрительным, но мой волк чует ложь за версту. Оззи потянул меня за руку, пытаясь заставить отступить. – Остынь, Гиз. Стив имеет право на свои секреты. Если его не беспокоит то, что где-то пропадают дети или, возможно, пропадут в будущем, то, я бы сказал, это вопрос к нему и его совести. Глаза Стива фанатично блеснули, когда он развернулся и ткнул пальцем в сторону Оззи. – Моя совесть чиста, придурок. Вы ничего не знаете об этом лагере и о том, почему любому, кому удалось сбежать, стало только лучше. Послушайте, я сказал всё, что мог. Если вам нужны ответы, просто изучите информацию о лагере и организации, которая его финансирует. Прежде чем мы успели ответить, он нырнул в толпу большой компании, проходившей мимо нашего столика, и скрылся из виду. Оззи обиженно надулся ему вслед. – Я играл роль доброго копа. С чего это он вдруг обозвал меня придурком? Это было не очень вежливо. Я закатил глаза. – Пошли. Вернемся в номер и перегруппируемся. Нам в любом случае нужно связаться с командой и сообщить, как всё прошло. Может, после этого раздобудем нормальной еды. Проходивший мимо официант выглядел оскорбленным, услышав последнюю часть моей фразы. Я бросил один взгляд на индейку из тофу на тарелках, которые он нес, и не нашел ни единой причины извиняться. В смысле, еда говорила сама за себя. ***** – Что ты сейчас делаешь? Я думал, мы уходим искать нормальный стейк, а не торчать в сети. Оззи, пахнущий свежестью после душа, вышел из ванной в другой одежде. Его волосы были еще влажными, пока он разглядывал себя в зеркале. – Сначала совещание, помнишь? И прежде чем ты спросишь... нет, задница в этих штанах не кажется толстой. Да, рубашка заправлена ровно. Что касается ужина – дай мне еще пять минут. Я уже отправил наш отчет, пока ты мылся, но у меня остался еще один пункт в повестке, прежде чем собрание закончится. Я закатил глаза на прихорашивания Оззи и снова уставился в экран компьютера. Оззи подошел и опустился на колено рядом со мной у паршивого стола в мотельном номере, где я расположился. Он понимающе ухмыльнулся. – О, черт. Что ты опять задумал, Гиз? И что более важно – почему я об этом не знаю? Я хмыкнул и развернул окно, которое просматривал. – У них сейчас как раз командное собрание, да? Так зацени. Я настроил планшет твоего брата так, чтобы на нем крутилось порно в духе всплывающих окон старых времен. Какой бы файл он ни пытался открыть, будет всплывать только очередной порно-стрим, который я настроил. И я говорю не об обычном ванильном порно. Я про «паппи-плей», «золотой дождь» и парней в подгузниках, сосущих соску у своих «папочек». В общем, тот вид кинка, который держат при себе в тематических группах, а не светят перед коллегами. Глаза Оззи округлились, после чего он протянул кулак, чтобы стукнуться со мной костяшками. – Уважение. Не могу дождаться, чтобы увидеть выражение его лица. Это будет эпично. – Знаю, да? Честно, я бы тянул жребий, над кем подшутить, пока нас нет, но твоему брату обязательно нужно было меня взбесить. Я покачал головой, всё еще раздумывая, достаточно ли этого, чтобы отплатить ему за то, что он взял – и сломал – мой любимый дрон, когда шпионил за омега-братством, чья территория примыкала к его участку. В смысле, парню всего-то и нужно было, что попросить, и я бы сам всё устроил. Хотя бы ради возможности посмотреть отснятый материал. Но просто взять его без разрешения – это свинство. А позволить какому-то пьяному студенту сбить его бейсбольной битой – это вообще позор. Оззи начал было что-то говорить, но замолчал, когда Паттон коснулся своего планшета. Проклятье, мне стоило запастись попкорном для такого момента. Оззи издал сдавленный звук, когда Пирс попросил Паттона открыть файл на другого воспитанника лагеря, которого выследил Сай. Оззи пришлось зажать рот рукой, когда Пирс включил большой экран, чтобы остальная команда тоже могла видеть. Я подавил смешок и заговорил в гарнитуру: – Да, Паттон. Давай, покажи нам этот файл, бро. Раз уж у нас с Оззи в Спокане ничего не вышло, может, у парня из Портленда найдется больше ответов. Это ведь всё в том файле, верно? – я отключил микрофон и покатился со смеху, когда лицо Паттона стало мертвенно-бледным. Оззи наклонился и щелкнул по моему микрофону, чтобы иметь возможность говорить. Я поразился тому, насколько официально и спокойно он умудрялся звучать, несмотря на смешинки в глазах, подкалывая брата и при этом притворяясь обеспокоенным работой: – Поторапливайся, Паттон. Тяп-ляп, маляры-собаки. Брось волку кость. Мы с Гизмо еще не ели. А у вас там уже что, почти девять вечера? Я уверен, Пирс и Сэм хотели бы поскорее попасть домой к семьям. Я ценю, что вы собрались на эту видеоконференцию ради нас, но у меня в животе урчит. Я поднял палец и одними губами произнес: «Смотри». – Да, чувак. Давай, открывай. Что так долго? Оззи прав. Я так голоден, что мой желудок готов вывернуться наизнанку. Давай я помогу, если ты не знаешь, как подключиться к большому экрану. Может, я сделал систему слишком заумной для тебя? – я нажал пару клавиш на клавиатуре, и экран планшета Паттона вывелся на большой монитор в комнате на обозрение всей команде. Мы с Оззи снова стукнулись кулаками, прежде чем он заговорил нарочито ужаснувшимся тоном: – Паттон. Чувак. Это не круто! Ты заставляешь нас ждать ужина и не отпускаешь команду в такой час, пока сам смотришь, как какому-то парню вставляют анальную пробку с собачьим хвостом? М-да, вот так и думай, что знаешь человека. Я не из тех, кто осуждает чужие кинки – но делай это в свободное время, песик. Команда покатывалась со смеху, пока Сайрус смотрел в камеру с понимающим видом. Он незаметно подмигнул нам, прежде чем выглянуть из-за Пирса и поймать взгляд Паттона: – Слушай, почему бы тебе не поставить видео на паузу, пока мы просматриваем файлы, чтобы мы могли закончить. Когда мы уйдем, можешь занять мой кабинет, если хочешь. У меня там есть свежий тюбик крема для рук и целая коробка салфеток. Только убери за собой потом, это всё, о чем я прошу. Пирс запрокинул голову с громким хохотом, а лицо Паттона стало ярко-пунцовым. Сэм потер лицо рукой и посмотрел в камеру. – Поскольку я почти уверен, что Паттон не имеет отношения к сегодняшней развлекательной программе, я объявляю собрание закрытым. Оззи и Гиз, идите ужинать. Забудьте про Портленд. Меняйте билеты и завтра же отправляйтесь в Западную Вирджинию. Я хочу, чтобы вы прощупали почву вокруг лагеря. Поспрашивайте местных, посмотрите, что удастся найти. Возможно, до лета там пусто, но нам нужно хотя бы изучить местность. Жду отчетов каждый вечер, но делайте всё возможное, чтобы разузнать, что там к чему. Сай начал было говорить что-то о правильных методах наблюдения, но я перебил его на полуслове: – Эй, Сэм. У нас есть бюджет на это дело? Потому что с парой рабочих дронов я найду куда больше, чем опрашивая горожан или следя за передвижениями в лагере. Дроны могут пробраться туда, куда мы не сможем. Вообще-то я как раз присмотрел новую облегченную модель на воздушной подушке с многоугольными камерами, которая даст мне обзор в триста шестьдесят градусов на весь лагерь и прилегающую территорию. Сэм покачал головой. – Ты знаешь месячный бюджет своего отдела, Гиз. Если сможешь это провернуть, не вылетая за рамки бюджета, – дерзай. Если потребуется больше, мне нужно будет веское обоснование, а не просто рассказы о том, круто это или нет. Ладно, мы закругляемся. Вы двое – идите ужинать. Поговорим завтра вечером, когда доберетесь до Западной Вирджинии. Он хлопнул ладонью по столу, словно судейским молотком, встал и помахал в камеру. Я закрыл ноутбук и снял гарнитуру. Оззи уже вскочил и направился к двери, прежде чем я успел хотя бы подняться. Услышав, как у него урчит в животе, я чуть лучше понял причину такой спешки. Сделав себе мысленную пометку прицениться к дронам, пока мы будем ждать заказа, я последовал за ним за дверь. Хороший сочный стейк сейчас и вправду казался отличной идеей.