Правила Габриэля (Эскорт-1)

Ох, как же она влипла. Райли нервно сжимала руки на коленях, пока они в тишине ехали домой с рынка. Они гуляли почти два часа, заходя во все лавочки и киоски. Она увидела, как перебрасываются рыбой, послушала уличных гитаристов, а количество невероятно красивых букетов из живых цветов просто поразило её воображение. Сама по себе девушка бы тоже получила удовольствие, но присутствие Гейба – его защищающая рука на её спине, когда они пробирались сквозь медленно движущуюся толпу – делало всё это в сто раз лучше. Его огромное теплое тело прижималось к ней сзади, когда он наклонялся рассмотреть что-то, на что она указывала, а когда она убегала чуть вперед, его глаза неизменно следили за ней. Они выпили кофе и спустились к набережной, где даже увидели нескольких тюленей, резвящихся у облепленных ракушками свай пирса. Больше всего Райли удивило то, как Гейб начал показывать разные здания на горизонте, рассказывая об их истории и первоначальном назначении. Оказалось, он был очарован архитектурой – темой, которая её никогда не интересовала. Но слушая страсть в его голосе, когда он объяснял, почему те или иные здания выглядят именно так, она завороженно слушала. И еще какая-то частичка её души безвозвратно отошла ему. Вернувшись в грузовик, девушка то и дело поглядывала на часы. Они будто издевались над ней, напоминая, что с Гейбом остались считанные драгоценные минуты, потому что, как только они приедут, всё вернется в зону «просто соседей». Может, ей стоит сказать, что она хочет попробовать подружиться? Это ведь лучше, чем ничего, верно? Они могли бы иногда пить кофе или даже сходить в кино. Райли только начала обдумывать, как лучше завести об этом разговор, как вспомнила всех тех женщин, что пялились на него на рынке. Большинство делали это тонко, но некоторые открыто флиртовали, явно не считая Райли хоть какой-то конкуренцией. Сможет ли она действительно выдержать зрелище того, как он однажды ответит какой-то из них взаимностью? Сможет ли она дружелюбно говорить «привет» своему приятелю Гейбу, видя, как он прощается с любовницей у дверей своей квартиры? Девушка почувствовала реальную боль в груди от этой картины, возникшей в голове, и поняла, что ответ отрицательный. – Райли, – вдруг услышала она рядом, и поняла, что Гейб о чем-то её спросил. – Что? – глупо переспросила она. – Я спросил, нужно ли тебя всё еще забросить к Маку. – Э-м, нет, спасибо. Просто домой, пожалуйста. – Он выглядел облегченным и снова сосредоточился на дороге. Через несколько минут Гейб нашел место для парковки, и вот они уже поднимались по лестнице. Райли вставила ключ в замок и распахнула дверь. Она обернулась и заставила себя улыбнуться. Почему ей вдруг стало так холодно? – Спасибо за сегодня, Гейб. За Нелл, за рынок, за всё. – Пожалуйста, – ответил мужчина. Он стоял перед своей дверью, но не спешил открывать её, и то, как он смотрел на неё, заставляло Райди чувствовать себя жуком на предметном стекле под микроскопом. – Пока, Гейб, – выдавила она, прежде чем скрыться внутри. Девушка прислонилась спиной к двери и сдержала подступившие слезы. «Так лучше», – уверяла она себя. Она лишь надеялась, что её сердце усвоит это поскорее, потому что сейчас было больно до чертиков. ****** Разрываясь между основной работой и тремя забронированными клиентками, Гейб за следующую неделю довел себя до изнеможения. Если добавить к этому тот факт, что он спал всего по несколько часов в сутки, становилось ясно, почему он выглядел как «ходячий мертвец». Это заметили даже парни на стройке: он начал совершать глупые ошибки, которые либо тормозили проект, либо, что еще хуже, ставили под угрозу безопасность бригады. Ему нужно было взять себя в руки. От матери не было ни слуху ни духу, что было странно: Гейб был уверен, что деньги у неё уже закончились, и она либо придет умолять о займе, либо натворит что-то, за что попадет в тюрьму. Будто этого было мало, его мозг решил крутить образы Райли на бесконечном повторе. Его сбивало с толку то, какой грустной она выглядела после их последнего дня вместе, и он никак не мог понять – почему. Судя по его частым звонкам Нелл («проверкам»), Райли вовсю осваивалась на новом месте. Она была вежливой, исполнительной, быстрой, а её приветливость и дружелюбие сделали её любимицей клиентов – и вовсе не в том смысле, как это было у Мака. Он не разговаривал с ней с того самого дня и не был уверен, то ли она его избегает, то ли он её. На самом деле Гейб видел девушку всего один раз, когда был на пробежке и приближался к их дому. Райли заметила его, когда выгружала продукты из машины. Она так быстро схватила пакеты и взлетела по лестнице, что он даже оглянулся по сторонам, проверяя, не гонится ли за ней кто-то, прежде чем понял – она убегала от него самого. Его сеансы с клиентками проходили плохо, по крайней мере, для него. Клиентки, как всегда, получали именно то, за что заплатили. Он же, напротив, продолжал представлять Райли, доставляя удовольствие каждой женщине, а когда всё заканчивалось – воображал в душе, что это её тесное, влажное тело ласкает его член, а не его собственная рука. Но прошлым вечером случился новый поворот. Трахнув клиентку до беспамятства, он ушел в ванную отеля, чтобы привести себя в порядок, и его накрыло чувство стыда. Он каким-то образом умудрился втянуть милую, прекрасную, невинную Райли в это грязное, извращенное дерьмо. И прямо там, в роскошной ванной отеля, пока клиентка спала в соседней комнате, его буквально вырвало в унитаз. Эрекция исчезла, но отвращение к себе осталось. Сейчас была почти полночь субботы, и вместо того чтобы пойти выпить с Шейном, как обычно, он остался дома, пытаясь довести свое тело до изнеможения, чтобы хоть немного поспать этой ночью. Он только что закончил работу с грушей и сделал пару подходов со штангой, когда услышал робкий стук в дверь. Гейб осторожно опустил вес, вытер пот со лба полотенцем и пошел открывать. ***** У Райли едва челюсть не отвисла, когда Гейб без рубашки, покрытый тонким слоем пота, открыл дверь. Его волосы были влажными и взъерошенными, и всё, о чем она могла думать – это как запустить в них пальцы. На его теле почти не было волос, поэтому девушка отчетливо видела рельеф каждой мышцы. Она наконец-то смогла рассмотреть татуировку на его руке: это были переплетенные тонкие ветви деревьев. Ей показалось, что там есть и какая-то надпись, но времени рассмотреть не было – он прокашлялся, привлекая её внимание. Черт, опять попалась на том, что пялится. – Привет, – пробормотала она. – Привет. – Я не отвлекаю? – А, нет, я просто тренировался. – Он провел полотенцем по шее, и её сошедший с ума мозг невольно отметил, как сексуально это выглядит. – Я принесла тебе пирог. – Райли подняла бумажный пакет. – Нелл снова испекла лимонный с меренгой, и там еще кусочек «Французского шелка» – Нелл сказала, это твой любимый. Вместо того чтобы забрать пакет, он распахнул дверь шире. – Заходи, – сказал мужчина тем самым голосом, от которого «тают трусики». Девушка переступила порог и подождала, пока он закроет и запрет дверь. – Хочешь остаться ненадолго и помочь мне съесть этот пирог? «Да». – Нет, это для тебя… мне пора. – Пожалуйста. – Опять это чертово слово. Райли гадала, знает ли он, какой властью над ней обладает, произнося его. В конце концов она кивнула, и он широко улыбнулся. Она не могла не заметить, каким усталым он выглядит. – Я сейчас быстро прыгну в душ. В холодильнике есть напитки – угощайся. – Когда Гейб повернулся, она увидела огромную татуировку у него на спине, но он скрылся в ванной прежде, чем она поняла, что там изображено. Услышав шум воды, она прошла на кухню и поставила пакет на стойку. Постеснявшись без спроса искать тарелки в его шкафах, она просто нашла в холодильнике банку газировки, открыла её, сделала глоток и принялась осматривать гостиную. Мебели было немного, и она выглядела еще старше, чем её собственная. Телевизора не было, зато на полках стояло несколько книг, и еще пара лежала на кофейном столике. Райли пробежала глазами по названиям – в основном детективы и триллеры, но было и несколько книг по архитектуре. На стенах не было ни картин, ни безделушек, но в квартире было чисто, а стены выглядели свежепокрашенными. Райли перешла в столовую и толкнула его тяжелую боксерскую грушу, удивившись тому, сколько усилий потребовалось, чтобы просто сдвинуть её с места. Глядя на скамью для жима, девушка легко представила, как он лежит там, поднимая все эти немыслимые веса. В голове промелькнула дерзкая картинка: она на этой скамье вместе с ним. Райли посмеялась над собой – раньше у неё никогда не было такого живого, сексуального воображения. В подростковом возрасте она тайком проносила в родительский дом любовные романы, взятые в библиотеке, но они все были довольно невинными. Её бывший был единственным мужчиной в её жизни, и секс с ним совсем не походил на то, что она себе представляла. Он не забывал часто напоминать ей, что она в этом не сильна. Даже в конце, когда она застукала его с другой, он переложил вину на неё, заявив, что «пытался всё наладить», но её тело просто «недостаточно его заводит». Этот придурок намекал, что если бы Райли поработала над своей внешностью, всё могло бы быть иначе. Она содрогнулась, вспомнив, что произошло после того, как она высказала всё, что думает о его «предложении». Райли услышала, как шум воды в душе стих. Минуту спустя Гейб пересек коридор, направляясь из ванной в спальню; на его бедрах было обернуто лишь маленькое белое полотенце, подчеркивающее его невероятный зад. Девушка сделала еще один долгий глоток газировки и опустилась на диван – единственное место, где можно было присесть. Она услышала, как он вышел из спальни и прошел на кухню. Погремев там чем-то, он вошел в гостиную, сел рядом и повернулся к ней лицом. В руках он держал одну тарелку с обоими кусками пирога и протянул ей одну из двух вилок. – Подумал, что можем съесть вместе, – сказал он, принимаясь за «Французский шелк». Его волосы были еще мокрыми; похоже, он просто расчесал их пальцами. На нем были джинсы и темно-синяя футболка. Великолепные большие ступни были босыми. – У Нелл самые лучшие пироги, – пробормотала она, проглотив кусочек лимонного. – Если когда-нибудь выпадет шанс попробовать её печенье – не упускай его. Она делает лучшее в мире печенье с шоколадной крошкой. В закусочной Нелл его не продает, но если попросишь вежливо, она состряпает его специально для тебя. – Ты давно её знаешь? Гейб помедлил, словно осознавая, что, делясь личным, они заходят на территорию «дружбы». – Когда я рос, мы какое-то время жили в доме по соседству с ней и Питом. – Мы? – Моя мама и я. Мы переехали, когда мне было около двенадцати, но я случайно встретил Нелл и Пита в их закусочной, когда зашел туда с университетскими приятелями на первом курсе UW. – Он переключился на другой пирог, и она сделала то же самое. – UW? Это Вашингтонский университет? – Ага. – А что ты там изучал? – Архитектуру. Но я не окончил; пришлось бросить в середине выпускного курса. – Он не стал развивать тему, и Райли не спрашивала, чувствуя, что это болезненный вопрос. – Твоя мама всё еще живет здесь? – Его рука замерла на долгое мгновение, прежде чем он откусил еще кусочек пирога. Когда он прожевал, но так и не ответил, Райли добавила: – Извини, это не моё де... – Она зависимая. – Райли промолчала: «извини» здесь казалось неуместным. – Это началось, когда мне было девять. Врачи выписали ей обезболивающие после того, как она повредила спину в автокатастрофе. Она подсела довольно быстро, и вскоре потеряла работу, нам пришлось съехать из дома. В итоге она перешла на героин, потому что он намного дешевле, а кайф примерно такой же. – Райли увидела, как его рука сильнее сжала тарелку. Его тон мог казаться безразличным, но было очевидно, как больно ему об этом говорить. – Тебе не обязательно рассказывать, если не хочешь, – мягко сказала она. Райли коснулась пальцами его руки, которая, казалось, вот-вот раздавит тарелку. От её прикосновения Гейб, похоже, слегка расслабился. – Она объявляется время от времени, и я кладу её в рехаб. Обычно через пару недель она уходит и снова оказывается на улице. Когда у неё заканчиваются деньги, она заявляется сюда, и если меня нет дома, то берет всё, что плохо лежит, чтобы заложить в ломбард. Райли вспомнила сломанную дверь, которую он чинил в день их знакомства. – Так она вламывается к тебе? Он пожал плечами. – Не волнуйся, она делает это только с моим жильем. У меня осталось не так много вещей, которые она могла бы забрать, – сказал он, обводя рукой квартиру. – Так что я надеюсь, она скоро бросит это дело. Тот замок, что я поставил, должен быть довольно надежным. – Ты когда-нибудь заявлял на неё в полицию? – Он просто покачал головой, и она закрыла тему. – А как насчет твоих предков? Это от них ты бежишь? – спросил Гейб. – Я не совсем бегу, скорее начинаю всё сначала. – Но ты не хочешь, чтобы они знали, где ты. На этот раз настала её очередь пожать плечами. Аппетит начал пропадать, поэтому она положила вилку на тарелку и сложила руки на коленях. – Я просто не хочу давать им шанс уговорить меня вернуться. У них есть способы заставить меня чувствовать себя… – Она не знала, как это сформулировать, чтобы не выглядеть полной неудачницей. – Ты начинаешь сомневаться в себе, когда они рядом, – закончил он за неё. Райли кивнула. – Я была помолвлена и разорвала помолвку перед отъездом. Гейб перестал есть после её признания. Какой идиот позволил такой, как она, уйти? – Что произошло? – мягко спросил он. – Я поняла, что он меня использует. Мои родители – телевангелисты. – Это вроде тех проповедников по телевизору, которые исцеляют людей, неспособных ходить? – спросил он с явным любопытством. – Не совсем настолько безумно, но они ультраконсервативны, и у них много последователей. Мой бывший жених в политике, и он решил, что если получит их поддержку, то обретет целый электорат, который однажды поможет ему занять кресло губернатора, а может, и Белый дом. Конечно, я не понимала этого, пока не застукала его в постели с другой женщиной. – Она опустила остальные детали той ночи, потому что признаться Гейбу в том, что наговорил ей бывший, было бы слишком унизительно. Гейб отложил еду, выглядя напряженным и злым. – Думаешь, он пустится за тобой в погоню? – Нет, сомневаюсь, – ответила Райли, хотя, честно говоря, не была в этом уверена. Той ночью её бывший проявил себя с очень мерзкой стороны. – Он причинил тебе боль? Господи, у Гейба что, есть какой-то секретный декодер, позволяющий читать её мысли? Раз уж она зашла так далеко, стоит договорить до конца. – Он ударил меня в ту ночь, когда я его застукала. На следующий день я уехала – никто не имеет права поднимать на меня руку. – Гейб одобрительно кивнул и доел последний кусочек пирога. – Гейб, можно тебя кое о чем спросить? – Конечно. – Почему ты перестал приходить в закусочную на ланч? Нелл говорит, ты бывал там каждый день, иногда и на ужин заходил. Это из-за меня? ***** Гейб хотел солгать ей, но после той честности, которую она проявила, просто не смог. – Отчасти. Я решил, что тебе будет проще освоиться, если меня не будет рядом. Он услышал её печальный вздох. – Я знаю, ты не хочешь дружить, Гейб, и я уважаю это. Я не настолько навязчива, чтобы докучать тебе, если ты придешь к Нелл поесть или повидаться с друзьями. – девушка опустила глаза на свои руки. – О чем ты говоришь? – спросил он, заранее зная, что ответ ему не понравится. – Я взрослая девочка, Гейб. Ты был очень мил, и я знаю, что в баре ты так поступил, потому что ты защитник по натуре, но я не собираюсь искать в этом скрытый смысл. Или в этом, – сказала Райли, указывая на теперь уже пустую тарелку, стоящую на диване между ними. – Я не уйду отсюда с мечтами о том, что мы «приятели» или типа того. – Приятели? – недоверчиво прошептал он. Девушка сидела перед ним такая невинная, не зная, что похоть начала разливаться по его животу в ту самую секунду, как он открыл ей дверь. Когда она коснулась его руки, сочувствуя рассказу о матери, его член начал твердеть, и ему пришлось не раз сменить позу, чтобы унять почти физическую боль, которую причиняли теперь слишком тесные джинсы. – Шейн – мой приятель, – начал он, осторожно переставляя тарелку с дивана на стол и не сводя с неё глаз. – Пит – мой приятель, даже Нелл – мой приятель. – С каждым разом слово «приятель» звучало всё резче. – Я знаю, я это и пытаюсь сказать... – Она осеклась, когда он рывком прижал её к подлокотнику дивана, нависая сверху. – Ты права, я не хочу, чтобы ты была мне «приятелем», потому что я не мечтаю ночь за ночью о том, как мои друзья сжимаются вокруг моего члена, кончая снова и снова. – Райли ахнула от его слов, и он воспользовался её секундным замешательством, чтобы вжать девушку в диван еще сильнее, накрыв своим телом. Её бедра идеально приняли его ноющий от возбуждения член. – Гейб? – Как его звали? – Кого? – Твоего бывшего. – Пол. Гейб уткнулся лицом в её шею и вдохнул. Да, она всё еще пахла персиками. Напоминая себе, что нужно сохранять контроль, он снова посмотрел ей в глаза. Райли замерла, но её раскрасневшаяся кожа и тяжелое дыхание выдавали, как сильно она заведена. – У вас был секс? – Райли кивнула. – Как часто? – Несколько раз. – Тебе нравилось? – спросил он, притягивая её бедра ближе к своим. Это движение заставило девушку лечь на спину, и он почувствовал, как её ладони сжали его предплечья. Она ответила, лишь качнув головой. – Почему не нравилось? Райли помедлила и тихо произнесла: – Было больно. – Каждый раз? – мягко уточнил Гейб. – Да. Он видел, что она борется со слезами, и ему нужно было вернуть её в настоящий момент. Гейб провел правой рукой по одному из её сосков. Когда тот затвердел, она вскрикнула, и он проделал то же самое с другим. – Ты кончала? – Что? – выдохнула она. – Он доводил тебя до оргазма? Райли снова покачала головой. Он продолжал ласкать её грудь, так что его не удивило, что она не ответила вслух. – А когда-нибудь вообще? – Снова отрицательный жест. Его пальцы скользнули вниз к её животу. Он должен был дать ей это, но сначала – убедиться, что она понимает условия. – Я могу сделать так, что ты кончишь. Ты этого хочешь? Взгляд девушки затуманился, она долго не отвечала, но он почувствовал, как её пальцы крепче впились в его руки. Её прикосновение уничтожало те крохи самообладания, что у него остались. Когда она наконец кивнула, он почувствовал, как его тело словно расслабилось. Гейб сам не понимал, почему для него было так важно её «да» – ведь всё это было не ради него или его удовольствия. Как бы ни нравилась ему эта женщина, он знал, что не сможет отдать ей всего себя в этой близости. – Я не буду трахать тебя сегодня. – Он заметил мимолетную вспышку разочарования, но она промолчала. – Если мы сделаем это, то по-моему, и ты будешь следовать моим правилам. Она напряглась, но спросила: – Каким правилам? – Тебе нельзя меня трогать, и я не буду тебя целовать. – Она задеревенела и попыталась вырваться, но он удержал её своим весом. – Райли, у меня есть причины, и они никак не связаны с тем, насколько ты мне желанна. – Когда она успокоилась, он понял, что угадал: девушка решила, будто он запрещает касаться себя из-за отсутствия влечения. Он взял её руку и опустил на свой эрегированный член. Позволив себе несколько секунд наслаждения, Гейб наблюдал, как она неуверенно поглаживает его сквозь джинсы. Затем он резко убрал её руку, перехватил вторую и левой ладонью прижал обе её руки над головой. – Я был со многими женщинами, Райли, и у меня одни и те же правила для всех – я не могу это объяснить, но мне это нужно, чтобы дать тебе это. Ты понимаешь? – Да, – тихо и грустно сказала она, но больше не пыталась высвободиться. – Я хотел бы пообещать, что после этого мы останемся друзьями, но я не знаю, правда ли это. Я сломлен, Райли, и я не хочу, чтобы ты была рядом с этим дерьмом. – Гейб оцепенел, увидев, как по её щеке скатилась слеза. Всё становилось слишком серьезным; ему нужно было сосредоточиться на цели. – Ты всё еще хочешь этого, Райли? – Она кивнула. – Я хочу услышать это. – Да. Гейб содрогнулся от того доверия, которое она ему сейчас оказала. Его правая рука всё еще покоилась на её животе, и он задрал её футболку, чтобы почувствовать кожу. Она была такой нежной, как он и предполагал... как он и мечтал. Девушка вздрогнула от его прикосновения. – Руки не убирай, – приказал он, спускаясь ниже, чтобы исследовать её кожу своим языком. Его пальцы перебирали её соски, пока он погружал язык в её пупок. Она выгнула спину, но послушно не шевелила руками. Гейб не думал, что это возможно, но его член стал еще тверже; он безумно хотел освободить его из тесных джинсов, но знал: если он это сделает, то уже не сможет удержаться и не войти в неё. Он задрал её футболку, обнажая грудь. Он ласкал её сквозь ткань бюстгальтера и покрывал поцелуями её живот. Дойдя до лифчика, он оттянул чашечку ровно настолько, чтобы высвободить сосок. То же самое он проделал со второй грудью, и когда его губы наконец сомкнулись на набухшей плоти, Райли застонала и попыталась сильнее вжаться грудью в его рот. Обхватив её левой рукой за спину и плечо, он прижал её обратно к дивану, удерживая так, чтобы она не могла приподняться. Он лизнул второй сосок, а затем втянул его в рот. Почувствовав, что её руки задвигались, он оторвался от её груди и поймал её взгляд – теперь её глаза были цвета грозового неба. – Если понадобится, я тебя свяжу, – предупредил он, взглянув на её руки. При этой мысли в голове вспыхнула новая волна похоти, и какая-то его часть подмывала сделать это в любом случае, но Райли быстро вернула руки в положение над головой. Ослабив хватку на её плече, Гейб немного отстранился, чтобы рассмотреть девушку – Твой бывший говорил тебе, как красиво твоё тело? Она покачала головой. – Твоя грудь такая полная и мягкая. Она настолько чувствительная, что я мог бы довести тебя до оргазма, просто посасывая её. – Её глаза потемнели еще сильнее, губы приоткрылись. Его захлестнуло внезапное желание поцеловать её, что шокировало его самого, но Гейб отогнал эту мысль. Она не была для него игрушкой для экспериментов. К тому же он не думал, что вынесет разочарование, если поцелуй станет еще одним доказательством его порочности и окажется пустой тратой времени. Гейб позволил своим рукам скользнуть по её бокам к бедрам. Он обхватил их и крепко прижал большие пальцы, чтобы она чувствовала этот контакт сквозь джинсы. – Твои бедра идеального размера, за них так удобно держаться. Я мог бы сжимать их изо всех сил, вбиваясь в тебя, и не бояться, что сломаю. – Гейб приподнял её, поглаживая ягодицы. – А если бы я перевернул тебя, я бы смотрел, как эта потрясающая задница выталкивается мне навстречу, принимая каждый мой толчок. Твои волосы такие густые и длинные – я мог бы обмотать их вокруг запястья пару раз, пока беру тебя сзади. – Он видел, что одни только его «грязные разговоры» уже наполовину довели её до пика. – Гейб, пожалуйста, – взмолилась она, явно не до конца понимая, о чем просит. Ему следовало бы дисциплинировать её, научить, что она может говорить только тогда, когда он задает вопрос, но он этого не хотел. Ему нравилось слышать её голос, охрипший от желания. Это действовало на него так же, как если бы она ласкала его член. Гейб снова навис над ней, перенеся вес на одно колено, чтобы между их бедрами было пространство для маневра. Он не спеша расстегнул пуговицу на её джинсах, наслаждаясь тем, как её тело дрожит, когда потянул вниз молнию. Гейб чувствовал, что его член уже влажный от предэякулята, и понимал, что его самоконтроль на пределе – нужно заканчивать, иначе он нарушит обещание не трахать её. Вместо того чтобы снять с неё джинсы, он просунул руку внутрь и начал ласкать её сквозь ткань трусиков. Она напряглась, когда он коснулся её клитора через влажный материал. – Ты совсем промокла, – пробормотал он, опустив глаза, чтобы наблюдать за своей рукой под её штанами. Сделав еще несколько движений, он приподнял руку, пробираясь под ткань белья. Похоть прошила его насквозь, когда он понял, что там ничего нет – Райли либо делала эпиляцию, либо брилась. Пока он описывал пальцами медленные круги вокруг её клитора, Гейб поднял взгляд, чтобы увидеть её реакцию. Её голова была запрокинута, глаза закрыты. Ей требовалось большее. Большим пальцем он несколько раз резко провел по её клитору, одновременно исследуя вход средним. Её соки оросили кончик его пальца, и он не смог удержаться, чтобы не толкнуться внутрь. Райли вскрикнула и выгнула бедра. Гейб заметил, как её руки дернулись, словно желая схватить его. Он понимал, что она слишком далеко ушла в своем экстазе, чтобы осознавать свои действия, поэтому левой рукой пригвоздил её запястья к дивану. Он растянулся на ней всем телом, чувствуя каждую дрожь. – Тебе хорошо, Райли? Он знал ответ, но жаждал услышать, как её голос, охрипший от желания, ласкает его. – Да, это так хорошо. Пожалуйста… – Она снова плакала, всё еще не открывая глаз. Гейб усилил нажим большим пальцем и погрузил средний в неё на всю длину. Девушка заерзала под ним, требуя большего, поэтому он добавил второй палец, а затем прильнул губами к её обнаженному соску. Райли закричала, и он почувствовал, как всё её тело натянулось, словно струна. Он сделал два резких движения, согнув пальцы внутри неё, и одновременно прикусил сосок – в этот миг она взорвалась. Её тело раз за разом выгибалось ему навстречу. Она стонала, пока оргазм затапливал её сознание; он продолжал ласкать её, едва не прикусив себе язык от того, как её мышцы судорожно сжимали его пальцы. Прошло несколько мгновений, прежде чем её тело начало расслабляться. Он «спускал» её медленно, успокаивающе слизывая языком крошечный след, оставленный зубами на соске. Ослабив давление на клитор, Гейб осторожно покинул её тело. Её глаза были открыты, Райли наблюдала за ним и шумно втянула воздух, когда он слизнул её влагу со своих пальцев. Жар всё еще пульсировал в нем, но Гейб уже чувствовал, как подкрадывается характерный холод. Нет, в этот раз дело было не в деньгах, но он собирался уйти от неё точно так же, как уходил от любой своей клиентки. Ведь если он останется здесь, на диване, она начнет думать, что это было нечто большее, чем просто секс. Она, должно быть, почувствовала его отчуждение, потому что напряглась под ним и высвободила руку. Отпустив её, Гейб отодвинулся, давая ей сесть, и наблюдал, как девушка поправляет одежду. Ему нужно было, чтобы она ушла, но в то же время он хотел затащить её в кровать и повторить всё сначала. – Райли... Она подняла руку, призывая его замолчать, и покачала головой. – Не надо, Гейб. Это было… – Она глубоко вздохнула. – Это был самый невероятный опыт в моей жизни. Спасибо. Он напрягся от её слов, а она одарила его ироничной улыбкой. – Не волнуйся, я не слышу звона свадебных колоколов или чего-то в этом роде – я услышала то, что ты сказал раньше. – Райли встала, собираясь уходить, и он поднялся следом. Всё пошло совсем не так, как он ожидал. Она казалась слишком… спокойной по поводу того, как всё закончилось. Гейб не знал, что сказать – обычно именно он был тем, кто уходит. Как ни странно, он хотел, чтобы она спорила с ним, расспрашивала, но она этого не сделала. Открыв дверь, он заставил себя не прикасаться к ней. – Спасибо за пирог, – сказал он довольно нелепо. Она усмехнулась. Уже закрывая за ней дверь, он замер, услышав её тихий голос: – И, Гейб… я не думаю, что ты «сломленный». И на этом она ушла.