Правила Габриэля (Эскорт-1)

Мышцы Гейба горели от ударов, которые он обрушивал на боксерскую грушу, но он не останавливался и даже не замедлялся. Ему нужно было еще несколько точных попаданий, чтобы боль притупилась, и он снова смог дышать. Он игнорировал Райли: он знал, что если признает её присутствие, она останется, а он этого не хотел – тогда она станет его «отдушиной». Нет, он не причинит ей физической боли, но он использует её так же, как всех тех других женщин, и это разрушит её, потому что он видел – она неравнодушна к нему. Ему следовало бы просто вывалить ей всё: кто он такой и чем занимается, и тогда она бы сама ушла. Но он не хотел видеть в её глазах отвращение. Он прервался лишь на миг, чтобы смахнуть пот с глаз, и снова принялся за грушу. При виде матери всё вернулось тяжелой волной, и он почувствовал удушающую вину. Гейб осознал, что последние несколько дней почти не вспоминал о ней, потому что все его мысли поглотила Райли. Мать выглядела слабее, чем когда-либо, но когда он отказался дать ей денег, она превратилась в фурию и швырнула в него стакан с водой. Он ожидал этого, поэтому легко уклонился. Когда Гейб предложил отвезти её обратно в рехаб, она начала неистово кричать о том, что там её не понимают, что он её не понимает. Эту сцену они разыгрывали столько раз, что он сбился со счета. У неё всегда был виноват кто-то другой, но только не она сама. Через пару дней она вернется и будет вести себя так, будто всё это происходит впервые. Если бы он только мог перестать надеяться, что финал этой сцены когда-нибудь изменится, возможно, это не было бы так больно. Черт. Гейб чувствовал этот отчетливый персиковый аромат даже с другого конца комнаты. Он так и не понял: то ли это духи, то ли шампунь, то ли просто запах её кожи. Впрочем, неважно – она всё равно не задержится здесь надолго. – Райли, тебе нужно уйти. Девушка стояла молча, её прекрасные глаза были полны тревоги. Он еще несколько раз ударил по груше, а затем поймал её на обратном ходу, останавливая. – Черт возьми, Райли, просто проваливай! Я не хочу, чтобы ты здесь была! Он увидел, как она вздрогнула от его тона, но не сдвинулась с места. Гейб почувствовал, как просыпается желание, а его доминантная сторона берет верх, требуя заставить её подчиниться. Подавляя тьму внутри себя, он зубами стянул одну боксерскую перчатку, затем снял вторую и уронил их на пол. Его движения были намеренно медленными и расчетливыми – это пугало сильнее, чем если бы он швырнул их через всю комнату. Не сводя глаз с Райли, он медленно двинулся на неё, и темная часть его души возликовала, когда она отступила на несколько шагов. Когда Гейб сократил дистанцию, она уперлась спиной в дверь, но не сделала попытки ни уйти, ни остановить его. – Я сказал тебе уходить, – прорычал он, запирая её в кольцо своих рук. Её голова стукнулась о дверь, когда он приблизил свое лицо к её лицу на расстояние в несколько дюймов. – Нет. Его внутренний зверь рвался наружу, желая сломить её, заставить подчиниться, сдаться полностью. Гейб хотел, чтобы она умоляла его дать ей хоть малую часть того, что он мог. Нет! Она не такая, как остальные, а он – не те извращенные люди, что ломали её, пытаясь вылепить из неё кого-то другого. Они должны были защищать её и любить за ту уникальную личность, которой она является, – они должны были беречь её и лелеять её добрую, щедрую натуру. Они должны были из кожи вон лезть, чтобы вызвать её улыбку или услышать свет в её смехе. Он не будет таким, как они, – он не станет навязывать ей свои пороки только ради того, чтобы получить облегчение. Мужчина отстранился от неё – и физически, и мысленно – и начал отходить. – Гейб, – позвала Райли так тихо, что он не смог не обернуться. Её пальцы медленно расстегивали верхнюю пуговицу блузки. У него перехватило дыхание, когда она перешла ко второй, затем к третьей. Её глаза были прикованы к нему; она закончила с пуговицами и развела края ткани, открывая кружевной черный бюстгальтер. Его взгляд метнулся к её глазам, и он увидел там уязвимость. Гейб мог бы прекратить это прямо сейчас одним жестоким словом; одним комментарием о её фигуре или нехватке уверенности, и всё было бы кончено – ему бы никогда больше не пришлось бороться с собой рядом с ней. – Брось рубашку на пол. Облегчение разгладило её черты, а дыхание сбилось, когда она выполнила приказ. – Распусти волосы. – Девушка потянулась вверх, чтобы снять резинку, и он наблюдал, как при этом движении приподнялась её грудь. Пряди шелковистых волос рассыпались по плечам, закрывая соски, которые начали твердеть под тканью. Ему не терпелось взять инициативу в свои руки, но то, как она беспрекословно выполняла его волю, подняло его желание на совершенно новый уровень. – Брюки. Он видел, как она набрала в легкие воздуха, собираясь с духом, и расстегнула брюки. Когда она потянула вниз молнию, он сказал: – Последний шанс всё прекратить, Райли. Но она даже не заколебалась: сняла штаны и уронила их на пол рядом с рубашкой. «Ублюдок», – подумал он о себе, но собирался взять то, что она предлагала. – В спальню. Живо. – Если её и задела холодность его тона, она этого не показала. Внутри него что-то переключилось, и он устал бороться. Когда она проходила мимо, он выставил руку, чтобы остановить её, но не коснулся. – Ты помнишь мои правила? – Она кивнула. – Иди ложись на кровать и жди. ****** Райли глубоко вздохнула, услышав, как в ванной выключилась вода. Он скрылся там несколько минут назад, даже не потрудившись проверить, выполнила ли она его приказ. Страх и предвкушение боролись за контроль над её телом, пока она лежала в белье поверх его покрывала. Мысль предложить себя Гейбу даже не приходила ей в голову, когда она входила в квартиру, но когда она увидела, какой пытке он подвергал себя, избивая боксерскую грушу, её сердце разрывалось за него. Инстинкт подсказывал ей, что он не станет делиться подробностями того, что произошло с его матерью, поэтому она не спрашивала. Но она также не могла оставить его одного в этом состоянии. Снять одежду было риском, и она до сих пор не была уверена, проистекало ли его согласие из истинного желания или из жажды контроля. Она не могла притвориться, что понимает, почему ему так важно доминировать в сексе, но это не имело значения – ему это было нужно, и она готова была это дать. Нутро подсказывало, что он не причинит ей боли, но она подозревала, что он испытает на прочность все её границы. Райли также знала, что завтра наступит новый день, и то, что сейчас произойдет, скорее всего, сотрет в пыль ту хрупкую дружбу, которую они начали строить. Гейб вышел из душа и вошел в спальню, на мгновение застыв, когда увидел её, распростертую на кровати. Райли догадалась: он думал, что она струсит и сбежит. Что-то вспыхнуло в его глазах, и всё его тело напряглось. На нем были только спортивные штаны, и даже её неопытный взгляд мог разглядеть эрекцию сквозь тонкую ткань. Она отчаянно искала в его глазах того Гейба, в которого уже была влюблена больше чем наполовину, но его там не было. Этот человек был чужаком в прекрасном теле Гейба, который смотрел на неё так, будто она была своего рода вызовом. Но Гейб был где-то внутри, и, возможно, он к ней вернется. Мужчина подошел к комоду и вытащил что-то из верхнего ящика. Пока он там копался, взгляд Райли упал на татуировку, занимавшую большую часть его спины. Это было старое, узловатое дерево с длинными, иссохшими, безлистными ветвями. Рисунок был потрясающим; она видела, что он расположен так, что когда Гейб стоит, вытянув руки по швам, татуировка на его бицепсе становится продолжением одной из ветвей. Поискав несколько секунд, он повернулся к ней, и когда она увидела, что у него в руках, ей пришлось заставить себя лежать совершенно неподвижно. Ремень. Длинный, из черной кожи с серебристой пряжкой. Он приближался к ней медленно; он давал ей шанс отступить. Райли напряглась, когда он опустился рядом с ней. – Подними руки над головой. – Голос мужчины был бесстрастным, почти пустым. Она закрыла глаза, надеясь, что её инстинкт – тот, что твердил о «её» Гейбе, – не подвел её, и подняла руки. ****** Что-то внутри Гейба смягчилось, когда он увидел, как она подняла руки. У него было время остыть в душе, пока он смывал пот после тренировки. Часть его не хотела давать Райли времени передумать, но другая часть желала, чтобы она сбежала. Вид девушки, лежащей на его кровати, такой беззащитной, пронзил что-то в его душе, но он упрямо проигнорировал это чувство и выудил единственный ремень, который у него был. Когда он был с клиентками, он всегда заставлял их приносить свои собственные средства фиксации – будь то нейлоновые чулки, шарфы или даже обрывки веревок. Ожидание и необходимость носить с собой предмет, который отнимет у них контроль, усиливали их желание в десять раз еще до того, как он входил в комнату. Его рутина также включала то, что он велел сделать Райли – лечь на кровать. Обычно он заставлял их раздеваться полностью, но какая-то часть его хотела закончить раздевать Райли самостоятельно. Он решил, что может немного отойти от своего сценария и всё равно дать девушке то, в чем она так отчаянно нуждалась. Он осторожно обернул ремень вокруг её запястий и затянул достаточно туго, чтобы Райли не могла высвободить руки, но не настолько, чтобы повредить её нежную кожу. У него не было возможности привязать ремень к изголовью кровати, поэтому он наклонился и прошептал ей прямо в ухо: «Оставь их там», а затем скользнул кончиками пальцев по внутренней стороне её предплечий. Девушка судорожно вздохнула и задрожала. Его пальцы убрали длинные пряди светлых волос, частично скрывавшие её грудь, коснулись сосков и двинулись дальше вдоль всего её тела. Гейб замер, подолгу изучая её плавные изгибы. Она была идеальна во всех своих округлостях, а её бледная кожа под его пальцами ощущалась как шелк. Снова подняв руки к её груди, он оценил её тяжесть, а затем начал играть с сосками сквозь ткань бюстгальтера. Гейб улыбнулся, вспомнив, насколько она там чувствительна. Склонив голову, он осторожно омыл каждый сосок языком, а затем втянул правый в рот. Она выгнулась навстречу и застонала. – Ты доверяешь мне, Райли? – Он знал, что не должен был спрашивать об этом. Он контролировал ситуацию, и не имело значения, доверяет она ему или нет, но он лгал сам себе, и он это понимал. Все те другие женщины доверяли ему, потому что они платили за уверенность в своей безопасности. У Райли не было способа узнать это наверняка. – Да. – Его мышцы расслабились, теперь он мог продолжать. Если бы она сказала «нет» или если бы он заподозрил ложь в её «да», ему пришлось бы остановиться. Он залез в тумбочку рядом с кроватью и достал ножницы. Её глаза расширились при виде них, но она не шевельнулась. Наверное, это выглядело странно – хранить их там, но они оказались под рукой чисто случайно: он использовал их, чтобы срезать лохмотья наполнителя с матраса, который Эбби со своим дружком распотрошили, когда громили его квартиру. С помощью ножниц он аккуратно разрезал лямки бюстгальтера Райли с обеих сторон, затем одним движением разрезал его посередине. Обычно его клиентки уже были обнажены к тому моменту, когда он приступал к связыванию, поэтому мысль снять лифчик с Райли до того, как надеть ремень, даже не пришла ему в голову. Вот это действительно было отклонением от привычного сценария. Бросив ножницы обратно в тумбочку, он полностью сосредоточился на остатках ткани. Резким движением он сорвал последние клочки белья и бросил их на пол. Его взгляд задержался на темных розовых сосках, которые, казалось, становились еще тверже под его пристальным вниманием. Он больше не мог сдерживаться, прекратил попытки действовать медленно и, поддавшись порыву, наклонился, чтобы ощутить их вкус. ****** Райли выгнулась, почувствовав, как его губы смыкаются на её соске. Гейб всосал его в рот, лаская кончиком языка, а затем проделал то же самое с другим. Она заерзала, борясь с путами, которые не давали ей коснуться его. Когда его язык заскользил вниз между её грудями к животу, Райли закрыла глаза и попыталась просто чувствовать, потому что наблюдать за тем, что он с ней делает, было слишком невыносимо. – Открой глаза, – резко приказал Гейб и перестал прикасаться к ней, пока она не послушалась. Его темная голова склонилась над её животом, полные губы замерли прямо над пупком. Убедившись, что она следует его инструкциям, мужчина погрузил язык в её пупок, а затем продолжил спускаться к трусикам. Она ожидала, что он замедлится или остановится, но нет; его опытные руки стянули белье прямо на ходу, а его рот оторвался от её кожи лишь на мгновение, чтобы перекинуть ткань через ступни. Гейб покрывал поцелуями кожу её бедер, а затем провел губами по лобковой кости. Она видела, как он поднял взгляд, проверяя, смотрит ли она на него; его глаза потемнели, прежде чем он лизнул её клитор. Она вскрикнула, но не отвела глаз. Одной рукой Гейб приподнял её бедра, чтобы плотнее прижаться губами к ней, а другой обхватил её грудь и сжал сосок. Зрение начало затуманиваться, когда по телу побежали искры электричества. Мужчина, должно быть, почувствовал, что она уже на грани, потому что отстранился и отпустил её грудь. Он усмехнулся на её стон разочарования, обдав её чувствительный бутон горячим дыханием. Райли почувствовала, как его пальцы исследуют её, а затем тупой кончик одного из них толкнулся внутрь. Когда он ввел второй палец, она ощутила укол боли, который быстро сменился чем-то другим – теплым и пульсирующим. Шея затекла от попыток сохранить угол обзора, чтобы видеть его, и в конце концов она сдалась, уронив голову на кровать. Она почувствовала, как его пальцы скользнули назад, и внезапно один из них коснулся складчатой кожи её ануса. Это казалось чем-то чужим и запретным, но чем больше он ласкал её там, тем сильнее её ноги приподнимались и раздвигались, давая ему лучший доступ. Она чувствовала, как он втирает её собственную влагу в это отверстие, и затаила дыхание, когда он погрузил кончик пальца в узкую ложбинку. Она напряглась от чувства жжения, но он не стал давить глубже. – Когда-нибудь я возьму тебя здесь, – мягко прошептал он, прежде чем снова прильнуть губами к её клитору. Он ласкал этот узел нервов снова и снова, и она чувствовала, как его палец погружается в неё всё глубже. Трепет зародился в позвоночнике и начал расходиться волнами каждый раз, когда его язык описывал медленный круг. Она вскрикнула от фрустрации, когда он остановился. – Гейб, пожалуйста! – Мужчина на мгновение напрягся, когда она назвала его по имени, но секунду спустя прижался языком к её входу. Погружая язык внутрь, он выводил палец из ануса, и возвращал его обратно, когда убирал язык. Напряжение внутри неё нарастало, пока он поддерживал этот размеренный ритм входа и выхода. Её руки искали хоть какую-то опору, за которую можно было бы ухватиться, потому что ей безумно хотелось потянуться вниз и прижать его к себе. Он сделал последнее движение языком и отстранился. Когда он вывел и пальцы, она почувствовала пустоту; ей хотелось умолять его наполнить её снова. Прежде чем она успела произнести слова, его язык начал жадно терзать её клитор, а два пальца погрузились во влагалище, где её тесный жар буквально всосал их в себя. Через несколько секунд она уже кончала, выкрикивая его имя, пока оргазм разрывал её изнутри. Тело Райли выгибалось и металось; она почувствовала, как одна из его рук сжалась на её предплечьях, которыми она, должно быть, начала двигать. Когда пик удовольствия начал спадать, он осторожно вывел пальцы и сделал несколько успокаивающих движений по клитору. Когда он потянулся за презервативом в тумбочку, она попыталась поймать его взгляд, но он не смотрел ей в лицо. Её страсть начала остывать, пока она наблюдала за его теперь уже механическими движениями. Она была слишком потеряна в оргазме, чтобы понять, был ли он с ней в этот момент духовно, но теперь видела точно: того Гейба, который был ей нужен, здесь не было. Он встал, стянул спортивные штаны и раскатал презерватив по всей длине. Он показался ей огромным, и Райли охватила паника при мысли о том, как сильно эта часть процесса всегда ранила её в прошлом – а Пол не был и вполовину таким крупным, как Гейб. Гейб всё еще не встретился с ней взглядом, и когда он пробормотал: «Перевернись», частичка её души внутри просто умерла. ****** Крики наслаждения Райли всё еще эхом отдавались в его ушах, пока он натягивал презерватив на свой изнывающий член. Она так сильно сжимала его пальцы, что Гейб чуть не кончил прямо на месте. Её чудесный клитор пульсировал под его языком, и когда она дернула связанными руками, чтобы схватить его, он на секунду замер, прежде чем перехватить их. Ласки её ануса не входили в его планы, но когда он увидел эту нежную складчатую кожу, не смог устоять. Его самоконтроль окончательно дал трещину, когда он погрузил палец в эту узкую ложбинку, где её собственное возбуждение служило единственной смазкой. Гейб был потрясен до глубины души – он не должен был получать от этого физического удовольствия; всё должно было быть сосредоточено на Райли. Ему просто нужно было войти в неё и закончить это – он мог бы дать ей больше, но ему нужно было продержаться еще совсем немного. «Я не кончу в неё», – твердил он себе снова и снова, приказывая ей перевернуться. Он не мог запятнать её своей тьмой. Не дав ей возможности самой сменить позу, он навис над ней и начал переворачивать девушкусвоими руками. – Гейб… – Отчаяние в её тихом голосе заставило его вскинуть взгляд и посмотреть ей в глаза. – Гейб, мне нужно, чтобы ты вернулся ко мне. Он заколебался, глядя на её тело. Он уложил её на бок, руки всё еще были связаны. Гейб собирался взять её сзади, но то, что он увидел в её глазах, остановило его. Что она имела в виду – «вернулся к ней»? Он же здесь, он заботится о ней. Но на самом деле – нет. Он был так сосредоточен на своем отчуждении, что напугал её. Она была новичком в этом; её прошлый опыт приносил лишь боль. С чего он взял, что может просто свалить её в одну кучу со своими клиентками – опытными женщинами, которые точно знают, чего просят? В самом начале он мог лгать себе, что она – просто очередная интрижка, но теперь он знал: это неправда. Ничто в Райли не было похоже на его клиенток, и ничто не подготовило его к встрече с ней. Сможет ли он дать ей больше и при этом сохранить дистанцию, чтобы суметь отпустить её утром? Она смотрела на него – без страха, но и без восторга. Он понял: она приняла бы его любым, лишь бы он был рядом, и это смирило его гордыню. Он мог дать ей больше. И он даст. Гейб уложил её на спину и опустился на колени между её разведенных ног, чтобы дотянуться до её рук. Расстегнув пряжку ремня, он осторожно освободил её запястья и растер их, проверяя, хорошо ли циркулирует кровь. Он опустил взгляд и увидел в её глазах разочарование. – Мы не останавливаемся, – выдохнул он. Он завел её руки за голову, расположив их так, чтобы локти были разведены в стороны, а не вытянуты вверх. – Правила прежние, – мягко добавил Гейб, отпуская её запястья и чуть отстраняясь. Райли едва заметно кивнула. Она расслабила ладони, раскрывая их навстречу воздуху, но не позволила себе ни единого лишнего движения. Гейб прильнул к её шее, оставляя медленные, дразнящие поцелуи и постепенно спускаясь к плечу. Он подался вперед, чувствуя, как она послушно разводит ноги еще шире, позволяя его бедрам оказаться вплотную к ней. Его ладони накрыли её грудь, и большие пальцы принялись ласкать соски. Они мгновенно отозвались, становясь твердыми; он кожей ощутил, как Райли окончательно обмякла, буквально погружаясь в матрас, когда его губы присоединились к этой игре. Он не спешил, несколько минут изучая ласками её тело, пока она снова не затрепетала от нетерпения. Влага её желания омывала его, и Гейб начал медленно водить головкой вверх-вниз по самому входу, при каждом движении едва задевая клитор, доводя её предвкушение до предела. Он опустил руку к её клитору, а затем ниже, чтобы проверить, готова ли она его принять. Желание обожгло каждый нерв Гейба, когда он почувствовал, насколько она влажная. Он согнул одну её ногу и ввел головку члена внутрь. Её тело обхватило его, как тиски, хотя он едва вошел. Гейб поднял взгляд, чтобы встретиться с ней глазами, и увидел, что она наблюдает за тем, как соединяются их тела. Заметив его взгляд, девушка не отвела глаз, пока он медленно погружался глубже в её гостеприимное тепло. Её губы приоткрылись, и с каждым его толчком, уводящим его в самую глубину её тела, из её груди вырывались тихие всхлипы. – Ты такая красивая, – надломленно прошептал он. Гейб почувствовал, как её внутренние мышцы сжались от этих слов, и больше не смог сдерживаться, вонзаясь в неё до самого конца. Он застонал, когда она инстинктивно подалась бедрами вверх ему навстречу. Внезапно Гейб поймал себя на том, что сжимает её запястья в своих ладонях – не для того, чтобы удержать, а потому что ему самому нужна была опора. Когда он вошел так глубоко, как только мог, то спросил: – Ты в порядке? Райли казалась слишком ошеломленной, чтобы говорить, но он не видел в её глазах ни боли, ни дискомфорта. Когда она кивнула, он вышел и снова скользнул внутрь. Влажное скольжение её тела приветствовало его, и он повторил движение. Она откинула голову на подушку и начала двигать бедрами в такт его толчкам. Он почувствовал, как её пальцы ласкают его ладони, и с удивлением заметил, что уже не просто держит её за запястья, а переплел их пальцы. Контраст их кожи был идеальным: светлое и темное, мягкое и твердое. Она была совершенством. А он – нет. Он понимал, что в итоге причинит ей боль, как и все остальные в её жизни, и не мог это остановить. Она уже привязалась к нему – он чувствовал это в её прикосновениях, в том, как её тело затягивало его в себя. Гейба обдало холодом, и он понял: нужно заканчивать, пока она не осознала, что с ним происходит. Он начал вбиваться в неё снова и снова, жесткими толчками вжимая её тело в изголовье кровати. Она высвободила одну руку, чтобы упереться в дерево над головой и создать себе точку опоры. Гейб перехватил свободную руку и начал безжалостно ласкать её клитор в такт своим движениям. Он снова вернул контроль над своим телом и эмоциями, сосредоточив всё на её разрядке. Он заставил себя игнорировать слезы, катившиеся по её щекам, когда в последний раз глубоко вошел в неё и сильно надавил на клитор. Пока она содрогалась в его руках, Гейб замер и наблюдал, как её тело сдается захлестнувшему его наслаждению. Когда Рали затихла, он осторожно вышел из неё; его член всё еще пульсировал от нереализованной нужды. Её тело было удовлетворено: глаза Райли закрылись, когда он оставил её и скрылся в ванной. ******* Райли сразу почувствовала, как исчезло его тепло, но решила, что он просто пошел выбросить презерватив. Она чувствовала себя совершенно обессиленной и уже готова была провалиться в сон, когда услышала приглушенные звуки из ванной. Соскользнув с кровати, Райли нашла на стуле толстовку Гейба, натянула её и подошла к двери. Она уже подняла руку, чтобы постучать, но замерла. Из-за двери доносились стоны и характерные хлопки. Осторожно приоткрыв дверь, она попыталась осознать увиденное. Гейб стоял в душевой кабине, но вода не текла. Зеркало в ванной давало идеальный обзор: мужчина крепко сжимал свой эрегированный член и яростно, быстро дрочил, зажмурив глаза. Он простонал её имя, и через мгновение всё закончилось. Прошло несколько секунд, он стоял, опустив голову, а затем внезапно резко развернулся и откинул крышку унитаза. Его полные ужаса глаза встретились с её взглядом за секунду до того, как его вырвало. Райли закрыла дверь и прислонилась к стене, чувствуя, как её сердце разрывается на части, слушая его надрывные рвотные позывы. Желчь подступила к её собственному горлу. Обливаясь слезами, она бросилась искать свою одежду. В гостиной она дрожащими руками пыталась застегнуть пуговицу на брюках. Послышался шум слива воды, затем заработал кран, и она поспешно сорвала с себя толстовку, натягивая блузку. Она всё еще стояла спиной к нему, возясь с пуговицами, когда услышала шаги. – Это было не из-за тебя. И это всё? Это должен был быть тот магический ответ, который всё объяснит? Она повернулась к нему, всё еще борясь с пуговицами. Увидев её слезы, он в отчаянии запустил пальцы в волосы, а затем резко опустил руки. Она вздрогнула. – Черт возьми, Райли, я же говорил тебе, что я конченый! Почему ты не могла просто оставить всё как есть? Она прижала ладонь ко рту и повернулась к выходу, но он обхватил её сзади. – Прости меня. – Он поцеловал её в шею и прошептал: – Прости, – прямо в её кожу. Тяжелые рыдания сотрясали её тело, он сжал объятия сильнее, продолжая шептать извинения. Он развернул её к себе, и она уткнулась лицом в его обнаженную грудь, заливая её новыми слезами. – Клянусь Богом, Райли, то, что произошло там, в ванной, не имеет отношения к тебе или к тому, что ты делала. Ты была идеальна. – Ей удалось немного взять себя в руки, но слезы продолжали течь, потому что она боялась его следующих слов. Она знала, что сейчас наступит конец тому, что даже не успело начаться. Она понимала это еще когда шла к нему, но сейчас это было в сто раз больнее. – Милая, у меня внутри, где-то глубоко, что-то сломано. Я сам этого не понимаю, так что не проси меня объяснять. – Он заставил её поднять подбородок, чтобы заглянуть в её красные, опухшие глаза. – Я думал, что смогу дать тебе этой ночью что-то особенное... думал, этого будет достаточно, но ты заслуживаешь гораздо большего. Он поцеловал её в лоб, и боль пронзила её насквозь – это было прощание. Она положила руку ему на затылок и притянула его голову к себе так, чтобы их губы оказались в считанных дюймах друг от друга. – Мне так жаль, Гейб. Я просто хотела дать тебе то, в чем ты нуждался. – Она нежно коснулась его губ своими, а затем выскользнула из его рук и покинула квартиру.