Африканские сны Зимнего Солдата

Было построено другое селение. Сказал он: я не люблю девушку, ибо она ходит по земле. Девушка ушла.- Сказал он: я буду находиться наверху пока не умру. И было сказано: тогда оставайся там наверху. И он пас скот своих. Он творил те чудеса, которые творил сначала.

Бонгопа-Камагадхлела, африканская сказка

Как и многие другие Стив и Баки оба жили во временном комплексе, на скорую руку возведенном на территории разрушенной базы Мстителей, но поговорить смогли лишь ночью накануне того дня, когда Стиву предстояло вновь отправиться в прошлое, чтобы вернуть камни бесконечности и молот Тора. Стив сам нашел его на крыльце, где Баки сидел и курил, потому что не хотел засыпать, опасаясь даже гадать, что теперь может ему присниться. Стив с усталым вздохом сел рядом с ним, и Баки тут же протянул ему свою сигарету. Стив взял и благодарно затянулся. — Завтра я уйду, Бак, — тихо сказал он. Баки похолодел. Он был словно в ловушке. Он снова не понимал, что реально, а что нет. Где сны, а где настоящий мир. Потому что настоящий мир просто не мог состоять из всей этой белиберды из прыжков во времени, пророчеств, магов и инопланетян. — Так будет лучше. Поверь мне. Лучше для всех, — упрямо продолжил Стив, когда Баки ничего не ответил. — Я больше не могу здесь. Баки попробовал улыбнулся. Получилось невесело: — Не поздновато тебе учиться сбегать? — Я хочу туда, где все просто, — обреченно признал Стив и его плечи незнакомо поникли. — Я хочу туда, где все будет правильно. «К Пегги», с горечью продолжил в своих мыслях Баки, но ему было слишком жалко Стива, чтобы говорить это вслух. Его прошлые сны подсказывали ему подождать еще немного и верить Стиву. — Иди, если тебе это нужно, — сказал Баки. — Я буду счастлив за тебя, если ты там найдешь свое счастье. — Вот так? — тихо спросил Стив, и в его голосе Баки почудилась почти что обида. — Не хочешь со мной? — Ты говоришь это сейчас не всерьез, — укорил его Баки, а потом забрал у Стива сигарету и втянул тепло и вкус его губ с фильтра. Он слишком любил этого человека. — Иди, куда считаешь нужным, Стив. Просто, если что, знай, что когда я жил в Ваканде один, я каждый день ждал тебя. В Ваканде, Стив, тепло круглый год, чудесные люди и козы, хорошая охота и невероятное огромное небо. — Баки запрокинул лицо вверх и погрузился в свои неверные воспоминания, улыбнулся им: — Там снятся очень яркие сны. — Спасибо, Баки, — тихо сказал Стив. — Я тоже желаю тебе счастья. Он встал и растворился во тьме. «Мужчины всегда уходят», вспомнил Баки. На следующий день у платформы они обнялись и обменялись глупыми фразами, как когда прощались перед войной, зная, что расстаются, возможно, уже навсегда. Когда через пять секунд Стив не вернулся, и Беннер и Сэм принялись панически ругаться и пытаться починить установку, Баки просто повернулся и пошел прочь от платформы и берега реки. Он уже чувствовал в воздухе знакомый манящий запах. Темная фигура ждала его возле одного из старых деревьев. Глубокий капюшон худи и черные очки скрывали лицо не хуже, чем густая рокерская борода. — Ты быстро, — чувствуя, как улыбка невольно растягивает ему губы, сказал Баки. — Едва дотерпел, — признал Стив, шагнул к нему и вопросительно заглянул в лицо, спрашивая разрешения, а потом так неистово крепко обнял Баки и жадно прижал его к себе. — Больше никакого бреда, пожалуйста, — прошептал Баки. — Больше никаких долбанных пророчеств и путешествий во времени. Стив прижал его еще крепче, и впервые за бесконечно долгие последние несколько дней Баки вдруг ощутил, как мучительное напряжение отпускает его мышцы. — Обещаю, — сказал Стив и добавил: — Я купил нам ранчо в Вайоминге. Полторы тысячи акров земли с домом. Лошади, козы. Свой участок реки. Теперь нас ждет только унылая и скучная жизнь. — Золотой лев решил остепениться? — у Баки слегка кружилась голова, он все еще не мог поверить, что все вдруг налаживается. — Я просто хочу вернуть тебя себе, Баки, — серьезно ответил Стив, и Баки вдруг очень ясно увидел, что для него действительно миновало еще пять лет. Стив пять лет верил и ждал, чтобы сегодня предложить ему это ранчо. — Ох, мне кажется, ты судишь обо всех по своей Мадлен, не сумевшей устоять перед ковбоем, — проворчал Баки, но подался вперед и поцеловал Стива в щеку под левым глазом, а потом сказал: — Впрочем, не так уж ты и не прав. Я уже готов соблазниться. — Если так, то поцелуй меня, чтоб я поверил в то, что это не сон, — наконец улыбнулся Стив. — Хорошо, только тебе придется точно так же постараться со своей стороны, — согласился Баки. Что ж, целовался Стив лучше всех на свете: неуклюже, слюняво, без всякой техники, но с таким чувством, что в груди у Баки будто снова загорелось маленькое солнце Ваканды. Будто наконец-то что-то важное в мире встало на положенное ему место.

Конец