Сакура в снегу

***

И поля и горы -

Снег тихонько все украл...

Сразу стало пусто.

Найто Дзёсо

***

Лёжа под одеялом юноша обхватил свою больную голову. После встречи с Дио он спешно вернулся в комнату и пытался успокоится, но ничего не получалось. Иностранец будто вывернул его душу наизнанку, распотрошил и плюнул. Следы от его рук будто вязкая субстанция прилипли к телу. Нориаки показалось, что от него воняет Дио, что иностранец оставил на нем свои метки. Приближение утра не предвещало ничего хорошего, скоро вернётся Джотаро, нужно что-то делать. Мысль о том, что придется совершать какие-то действия, заставили мозг проиграть произошедшие ранее события. — Укради для меня исследования Куджо. Не те что мы делаем с ним вместе, а его личные. Я знаю он хранит их где-то в своих покоях, — утирая кровь платком сказал Дио. — Зачем они тебе? — поинтересовался Нориаки. — Выдам за свои, для чего же ещё. То что мы делали все эти месяцы, конечно, тоже хорошая работа. Но твой «муженек» был неосторожен и проговорился мне, что у него где-то в закромах лежит более прибыльная работа. Я вернулся сегодня ночью как раз для того что бы найти ее. Но, думаю, у тебя получится узнать где тайник Джотаро гораздо быстрее меня. Он часто говорил о тебе. Видимо, души в тебе не чает «Наоки». Кстати, как тебя зовут на самом деле? — бесстыдно спросил мужчина. — Не твоего ума дела, — рявкнул юноша. Его имя уж точно не для услады ушей этого мерзавца, — Твои слова расходятся с твоими действиями. Говоришь, что пришел что бы найти тайник моего мужа, а сам полез ко мне. — Ох, вижу кто-то вжился в роль. «Тайник моего мужа», — передразнил Дио. Нориаки шикнул и прикусил свой язык, — Изначально, моим планом был только тайник, но увидев тебя здесь, каюсь, не сдержался. Думал, что ты захочешь мимолётного увлечения. Но ты оказалась с сюрпризом, признаю, я шокирован. Но я не хочу сдаваться, — мужчина сделал шаг к юноше, — Мне нет дела до того, мужчина ты или женщина, мое предложение все ещё в силе. Я мог бы устроить тебе незабываемую ночь. — И слышать не желаю, — оттолкнув мужчину Нориаки бросился к лестнице и уже преодолев половину ступеней спросил, — Мне нужно только добыть для тебя его работы и ты сохранишь мою тайну? — Ну да. Раз спать со мной ты не хочешь, то только это, — с обидой сказал иностранец, — После этого я уеду, а ты можешь дальше обманывать «своего мужа» сколько влезет. Но не думаю, что он это оценит. Услышав это Нориаки вернулся в свою комнату. Боясь, что иностранец пойдет за ним, он подбежал к своей подушке и выудил из наволочки кухонный нож. Он стащил его с кухни ещё в свою первую неделю пребывания в поместье. Тогда он до ужаса боялся, что однажды ночью Куджо все-таки захочет исполнения супружеского долга. Кусая губы юноша сжимал нож, обращённый к двери. Металл блестел в его руках поджидая свою жертву, но Дио так и не появился. Отбросив оружие в сторону Нориаки улёгся в постель и стал думать, тогда то его голова и начала болеть. Утро незаметно подкралось к юноше и он с трудом поднялся. Уснуть у него так и не получилось. Пройдя мимо чайного столика, на котором стояло зеркало он невольно остановился. Макияж смазался, а прическа растрепалась, нужно было срочно все поправить. Смыв старую косметику с лица, он спешно схватил кисти и принялся рисовать себе новое лицо. Нежное и милое лицо его сестры быстро отразилось в зеркале на смену уставшему лицу Нориаки. Юноша смотрел в зеркало, видел там женщину и слова Дио снова пронеслись в его голове. — Ты можешь дальше обманывать «своего мужа» сколько влезет. Но не думаю, что он это оценит. Да, обман ни приведет ни к чему хорошему. Нориаки и так слишком долго водил Джотаро за нос. И не только Джотаро, он обвел вокруг пальца всех родственников и слуг. Он настолько привык за это время быть женщиной, что перестал даже воспринимать свое лицо без макияжа. Юноша совершенно забыл кто он такой. Осталась лишь пустая оболочка, что дрожит от страха и продолжает поправлять макияж. Взяв зеркало в руки Нориаки продолжал разглядывать свое лицо. Он больше не видел в отражении себя, только свою сестру. Девушка улыбнулась, подмигнула ему и сказала. — Мой блестящий план удался Нориаки. Все прошло даже лучше, чем я ожидала. — Ничего не удалось, Наоки. Ты говорила, что я смогу сбежать, но я не смог, а теперь заперт в твоей личине, с чувствами к мужчине, который любит тебя, а не меня, — ответил Нориаки отражению. — Все не так страшно, ты преувеличиваешь, — девушка надулась, — И любит он совсем не меня. Он даже не знает меня, он знает и любит тебя — Нориаки. — Он даже имени моего не знает. — Ну так скажи ему свое имя. Откройся ему и может он примет тебя, — улыбнувшись сказала девушка. — Мне нет дела до того, мужчина ты или женщина, мое предложение все ещё в силе. Я мог бы устроить тебе незабываемую ночь. Фраза иностранца, которая заставила пропустить удар сердце Нориаки, снова всплыла в сознании. Стоя там в коридоре и слушая болтовню Дио, он был рад, что вокруг полное отсутствие света. В темноте иностранец не видел, что лицо юноши чуть порозовело после слов о том, что кому-то еще кроме него может быть не противно делить постель с мужчиной. Но делить её с Дио Нориаки уж точно не собирался. — Думаешь, он примет меня? — смущённо спросил юноша у сестры. — Этого я знать не могу, но попытаться стоит. Не вешай нос раньше времени, братец, — ещё раз улыбнувшись отражение блеснуло и в зеркале снова отразился Нориаки. Тряхнув головой прогоняя дымку фантазий, юноша снова посмотрел на себя в зеркало. И тогда ему стало противно. Противно от своей ничтожности, от своего вранья и внешности. Ему надоело быть женщиной, он хотел быть собой. Внутри, там где-то глубоко, он мужчина, ни как ни женщина или кто-либо другой. Чувство злости на себя овладело юношей и он с размаху бросил зеркало куда подальше. Стекло со звонком разбилось, но на этом Какёин не остановился. Вслед за зеркалом полетела косметика, женские кимоно юноша рвал голыми руками и топтался по ним не разбирая. Шкатулка с украшениями перевернулась осыпая пол блестяшкаки. Жемчужные бусы зацепились за рукав Нориаки, но он даже не подумал их пожалеть. Махнув рукой он швырнул их прямо в стену, нить порвалась и жемчужины разлетелись по полу мелодично постукивая. Юноше стало жарко и он открыл окно запуская в комнату промерзлый воздух. На шум прибежала Морико. Девушка распахнула дверь в комнату и увидев погром ахнула. — Госпожа, что вы делаете? — из-за раскиданных осколков девушка побоялась войти. — Мой муж ещё не вернулся? — удивительно спокойно, даже для себя спросил Нориаки. — Из-за погоды господин задерживается, — растерянно приложив руку ко лбу девушка продолжала смотреть на Нориаки. — А Дио Брандо, где он? — Он сказал, что вернулся ночью и попросил не беспокоить его в течении дня, ведь он хочет выспаться, — пролепетала девушка, а после спросила, — Госпожа, мне позвать лекаря или кого-нибудь ещё? Чем я могу Вам помочь? — Сегодня все слуги получают от меня выходной и ты тоже Морико — строго ответил юноша, — Кто останется в поместье получит наказание, иди передай всем. — Да-да, хорошо, госпожа, как скажите, — обескураженная девушка закивал головой. И решив не гневить свою госпожу побежала исполнять поручение. Всего через пол часа поместье пустовало, все слуги покинули дом. Нориаки прошёлся по дому и убедившись, что в доме не осталось ни кого кроме него и иностранца, что отсыпался в своей комнате снова поднялся наверх. Остановившись у двери в свою спальню, он хотел было войти, но в последний момент передумал и подошёл к двери ведущей в спальню Джотаро. Она была закрыта, но стучаться в нее не имело смысла. Хозяина все равно нет дома. Поэтому юноша без стеснения сам открыл дверь и прошел внутрь. Оглядевшись, он провел рукой по корешкам книг, что пылились в шкафу. Посмотрел на свою когда-то подаренную мужчине картину. Джотаро повесил ее на стену так, что неважно в какой части комнаты ты стоишь, ты все равно её видишь. Мысленно улыбнувшись этому Нориаки прошел к столу и сел в кресло своего мужа в ожидании него.

***

Никто из слуг не открыл дверь своему господину. Но тот и не стал терять времени на разборки и сам открыл дверь. Скинул обувь и теплую накидку на пол, сейчас его не заботило ничего, он очень спешил. Из-за снега путь занял гораздо больше времени, поэтому вернулся домой Джотаро не утром, как планировал. А уже во второй половине дня, когда до сумерек оставалось совсем немного. Он задержался, поэтому очень нервничал из-за этого. Ноги несли его к любимой, что должна была ждать его возвращения. Подбегая к двери в ее спальню он остановился. Захотелось ворваться в комнату прямо так, но приличия не позволяли. Поэтому Куджо осторожно постучал. Но ответа не последовало. Тогда он повторил стук, но тишина за дверью продолжалась. Не выдержав мужчина распахнул дверь и зашёл в комнату. Разбросанные по комнате вещи и распахнутое окно, из которого летел снег не предвещали ничего хорошего. Осколки разбитого зеркала отразили серьезное лицо Джотаро, когда тот прошел мимо. Подойдя к окну он выглянул наружу, но не увидел ничего кроме океана. Закрыв ставни, он ещё раз обвел комнату глазами и заметил нож. Маленький серебряный почти, что игрушечный он валялся возле постели. Мужчина напрягся, но чуть выдохнул, когда увидел что нож был чистым. Да и нигде в комнате не было крови. Ещё раз оглядев комнату Куджо не стал задерживаться и так же быстро как и зашёл покинул ее. Выскочив в коридор мужчина уже хотел было позвать слуг, но вдруг заметил, что дверь в его комнату открыта. Подойдя к ней он прислушался. Но вокруг всё ещё было тихо. Осторожно открыв дверь до конца он заглянул внутрь. Девушка сидела в его кресле прикрыв глаза, но услышав звук открывающейся двери резко распахнула их и поднялась на ноги. — Наоки, что ты здесь делаешь? Что произошло в твоей комнате? Ты не поранилась? — Джотаро подбежал к своей жене и заключил в крепкие объятия. Уткнулся носом в ее розовые волосы вдыхая нежный аромат цветов. Стоило Нориаки только увидеть мужчину как на его глазах начала собираться влага. А когда он ещё и обнял его, то слезы обрушились фонтаном. Стекая с щек они пропитывали ткань темно-синего кимоно на плече Джотаро. Повиснув на мужчине он всхлипывал и мелко дрожал в его руках. А Куджо поглаживая юношу по спине шептал, о том что все в порядке. Но ничего не было в порядке. — Джотаро, нам нужно поговорить, — робко сказал Какёин, чуть отстраняясь от мужчины и заглядывая ему в глаза. — Ты уверена, что хочешь поговорить именно сейчас? Может быть приляжешь? — утирая слезы с бледных щек спросил мужчина. — Да, нам нужно поговорить именно сейчас, — пытаясь придать своему виду серьезности юноша прекратил опираться на «мужа», — Прикрой, пожалуйста, дверь это личный разговор. Мужчина отпустил Нориаки и удостоверившись, что тот самостоятельно стоит подошёл к двери. Выглянул в коридор, но там было пусто. Плотно закрыв дверь он развернулся и снова посмотрел на свою жену. Девушка выглядела такой разбитой, обнимала себя за плечи и была ужасно бледна. Куджо подошёл к ней и тогда она сказала. — Джотаро, дай мне слово, что ты выслушаешь меня до конца. — Наоки, обещаю, что ни разу не прерву тебя и не смею заговорить пока ты сама не позволишь мне этого, — мужчина протянул руку к лицу Нориаки. Тот поднял голову и будто выстрелил своим взглядом в Куджо. Тело его застыло, он понял, то что он сейчас услышит не просто слова. Опустив руку так и не коснувшись нежного лица, мужчина кивнул, показывая что готов слушать. И Нориаки начал свой рассказ. — На самом деле мое имя вовсе не «Наоки», — заправив челку за ухо сказал юноша, — Меня зовут — Нориаки. Джотаро чуть нахмурился, «Нориаки» где то он слышал это имя. Но в это мгновение, как бы он не старался вспомнить не получалось. Увидев замешательство на лице Куджо юноша продолжил. — Наверное, лучше всего будет не только рассказать, но и показать. Подойдя к ширме он чуть отодвинул её открывая вид на таз с водой для умывания. Такой же как стоял в его комнате. Ледяной водой он умыл лицо с размазанным макияжем и шею. А после вытер их рукавом кимоно и посмотрел на Джотаро. Тот сразу же стал пристально разглядывать лицо своей «жены». Сердце его пропустило удар. Он уже видел это прекрасное лицо не испорченное макияжем. Снова вернувшись к мужчине и встав на расстояние вытянутой руки от него, Нориаки начал развязывать пояс своего одеяния. Джотаро нервно сглотнул и хотел было остановить юношу или хотя бы отвести взгляд, но не смог сделать ни то, ни другое. Его заворожили длинные пальцы, что медленно касались складок на одежде. Когда верхнее одеяние было сброшено и юноша снова посмотрел на Джотаро, тот подумал что на этом все. Мужчина хоть и не выказал ни единой эмоции, в душе будто почувствовал разочаровании. Все таки чуть смутившись он опустил свой взгляд вниз, смотря себе под ноги. Но в следующую секунду Нориаки дёрнул пояс нижнего одеяния и распахнул его. Глаза Куджо округлились, когда из под одежды на пол прямо к его ногам упали какие-то тряпки. С опаской подняв свой взгляд, он посмотрел на место откуда они вывалились и чуть приоткрыл рот. Сбрасывая остатки ткани Нориаки полность выставил себя на показ. Подтянутое юношеское тело предстало перед Джотаро во всей красе. Стройная талия, на которой выделялась линия пресса, сильные руки, что прятались в рукавах кимоно и в довершение этой неземной красоты между ног его «жены» красовался длинный розоватый член с выступающими на нем венами. Куджо нервно сглотнул, но взгляд отводить не спешил. Ещё раз посмотрев на половой орган «Наоки» он не сдержался и нарушив свое обещание не перебивать свою жену, сквозь зубы сказал. — Прикройся. Нориаки поднял одежду с пола и снова надел её. Тряпки что играли роль его груди так и остались валяться где-то у ног Джотаро. Теперь мужчина смотрел на молодого юношу, в которого превратилась его жена и сердце его бешено билось. Он не знал, что и сказать, поэтому просто продолжал стоять ожидая объяснения. И юноша дал их ему. Он рассказал все как на духу. И про долги родителей и про возлюбленного его сестры. Про ее план и письмо от отца, в котором тот отрекся от своих детей. А после рассказал про Дио. Рассказывая про его домогательства Нориаки заметил как Джотаро сжал сначала челюсть, а потом и свой кулак. Он рассказал про план англичанина по воровству исследований Куджо. И мужчину прорвало, он сорвался с места и чуть не сломав дверь вырвался в коридор. Юноша последовал за мужчиной. Уже стоя перед дверью в комнату блондина Джотаро на секунду взглянул на Какёина. — Что ты хочешь сделать? — Увидишь. Распахнув дверь в комнату Дио, мужчина ворвался в нее и сразу же схватил его за волосы. Идеальная укладка растрепалась под гнетом сильной руки. Джотаро впечатал сидящего за письменным столом мужчину, лицом в него. — Джотаро, что случилось? — Дио закряхтел пытаясь рассмотреть Куджо, но вдруг заметил испуганного Нориаки, — Ааа, сам рассказал или это Джотаро тебя спалил? — не отрываясь от созерцания видоизмененной «Наоки» протянул Дио. Куджо ещё сильнее прижал голову мужчины к столу и сказал: — Ты хотел украсть исследования. — Тебя сейчас заботит только это, Джотаро? Твоя «жена» оказалась мальчишкой с хуем, а ты переживаешь за какую-то мелочь, — облизнувшись сказал англичанин. — Ты хотел украсть мои исследования. — Ох, вижу твоя «женушка» и про меня тебе рассказала. Тонешь сам — топи другого. Да, «госпожа»? — криво улыбнувшись сказал Дио. Продолжая держать Брандо за волосы Джотаро дёрнул его на себя заставляя встать. Сопротивляться у англичанина не получалось, поэтому он как послушный пёс на поводке поплёлся за мужчиной, который потащил его в свою комнату. Швырнув Дио на пол перед своим письменным столом мужчина выдвинул один из ящиков и достал из него кипу сплетённых бумаг. — Эй, это же наши с тобой исследования, что ты собираешься делать? — подскакивая на ноги спросил Дио. А Джотаро помахав ими перед иностранцем распахнул окно и выбросил их прямо в океан. Исписанные листы разлетелись во все стороны. Но в конечном итоге преодолев разные траектории, они все оказались в океане. Черные волны похоронили под собой работу нескольких месяцев без возможности, что либо вернуть. — Что ты наделал? — оттолкнув Джотаро в сторону, Дио высунулся из окна чуть не упав в него. Смотря как листы тонут он схватился за голову портя свою укладку окончательно и выпалил как на духу, — Быть ты проклят Джотаро и «жена» твоя тоже. Вы оба молодцы, оставили меня ни с чём! Можете радоваться, вы добились своего. А на радостях можете ещё и потрахаться. Он, конечно, не женщина, но я знаю что мужики тоже в себя член принимать могут. От моего он отказался, но твой, наверное, примет с огромным удовольствием и не подавится. Удар в челюсть и Дио отлетел на несколько метров, из его рта потекла кровь. — Убирайся из моего дома сейчас же, — сквозь зубы сказал Джотаро, — И не смей появляться мне на глаза. Заскулив точно псина иностранец захлебываясь в своей крови бежал из поместья, а после и из страны. Нориаки наблюдавший за всем этим с ужасом смотрел на своего «мужа». А когда Дио оставил их в комнате одних, юноша подошёл к мужчине сзади. Руки обвили сильное и натянутое как струна тело. Уткнувшись своим лицом в спину Джотаро, Нориаки прикрыл глаза и сказал. — Я люблю тебя, Джотаро. Прости, что я не женщина, с которой ты мог бы построить семью. Но может у нас могло бы, что-то получится? Тяжело вздохнув мужчина убрал руки юноши со своего тела. Обернувшись он увидел Какёина, который с мольбой смотрел на него. Молодой лик, что уже был обременен жизненными трудностями вызывал у Джотаро противоречивые чувства. Куджо отстранено смотрел на него и не знал, что делать. Помасировав левой рукой свою переносицу, мужчина устало прикрыл глаза и сказал. — Я думаю тебе стоит уйти, — серьезно ответил Куджо. Ни надежды, ни благосклонности не было в его голосе. Он свёл свои брови вместе и добавил, — Я скажу всем, что «Наоки» уехала на лечебные источники на не определенный срок. А после придумаю и как нибудь разведу нас. — Я противен тебе? — опустив взгляд в пол спросил юноша, смотреть на мужчину он больше не мог. — Покинь мой дом. Более ничего не сказав Джотаро снова развернулся к окну. Разъяренные волны бились об скалы, а ветер колыхал деревянные оконные ставни и волосы мужчины. Тень пролегла на лице Куджо, он смотрел на то как бушует вода там внизу, и чувствовал как бушует сердце в его груди. Продолжая стоять изваянием, он услышал как юноша вышел из комнаты и закрыл дверь. Комнату окутал холод, но холод был не из-за открытого окна.

***

Забежав в свою спальню Нориаки закрыл дверь и сполз по ней вниз. Он разрыдался. Разрыдался так как не рыдал ни разу в жизни. Такое жуткое порожигающее изнутри чувство обиды он не испытывал даже когда родной отец отрекся от него. Тогда он знал, что сможет выстоять. Но сейчас был полностью разбит. Он обманул Джотаро и страшно поплатился за это. Каким же глупцом он был, когда подумал, что мужчина примет его. Слезы продолжали литься не давая даже дышать. Нориаки чувствовал себя посмешищем, шутом выставленным своей сестрой на потеху публики. В моменте обвинив во всех своих бедах сестру, его захватило чувство злости. Но в следующую секунду он снова почувствовал себя ничтожеством. Это ведь именно он остался и не сбежал, это он влюбился в мужчину, в которого влюбляться было запрещено. Это он обманывал своего возлюбленного, это он сам виноват во всех своих проблемах, но ни как не его сестра. Утирая слезы рукавом, юноша понял что больше не может здесь оставаться. Ни одной «его» вещи не было в комнате госпожи Куджо, которую он столько времени занимал. Поэтому выйдя из нее он направился на первый этаж. Прошел через кухню в общую комнату, что была предназначена для слуг и стал рыться в шкафах. Найдя там старенькое, но довольно приличное чёрное кимоно и теплую накидку он быстро скинул женское верхнее одеяние. Надел на себя найденное, а одежду «госпожи» вернул в ее комнату. На дверь Куджо он старался не смотреть. Снова спустившись вниз Нориаки обулся и хотел было уже открыть дверь, когда его окликнули. — Куда ты пойдешь? — спросил Джотаро, спускаясь с лестницы. — Я не знаю. — Вот возьми это. Вынужденный обернуться юноша посмотрел на то, что протягивал ему мужчина. Увесистый кошелек напомнил Нориаки о его положении. Он ведь собирался уйти из поместья совершено без денег, он даже не додумался прихватить из комнаты парочку украшений, что он мог бы продать. — Спасибо, но я не возьму их. Я не хочу снова обременять тебя, — юноша снова хотел повернуться и открыть дверь, что бы покинуть наконец-то этот дом, но мужчина схватил его за руку. Вложил в бледную ладонь кошелек и сказал. — Я сказал «возьми». Мне ведь не послышалось или ты рассказал мне о том, что твоя семья отреклась от тебя. Все это время ты жил на моем попечении и собственных заработках денег не имел. Значит сейчас ты уходишь без гроша в кармане. Или я о чем то не знаю? Просвети, — продолжая сжимать руку юноши говорил Куджо. Он смотрел на эту руку и вспомнил как целовал ее когда-то. В горле застрял ком и он отпустил Нориаки. — Ты прав, у меня ничего нет, — положив кошелек в рукав кимоно юноша посмотрел на свою руку. Мужчина слишком сильно сжал нежную кожу и теперь она горела. Нориаки вспомнилось, как горели места поцелуев, что оставил на ней Куджо. Он поднял взгляд и посмотрел на него. Их взгляды встретились и оба поняли, что думают об одном и тоже. Нориаки покраснел, а вот Джотаро нахмурился. Испугавшись такой перемены в лице, юноша осторожно сказал. — Прощай, Джотаро. — Прощай, Нориаки. За дверью ноги утонули в снегу, холодный ветер кусал открытые участки кожи и бил по лицу снежными хлопьями. Нориаки шел не разбирая дороги, а в его голове все крутилась фраза: «Прощай, Нориаки».