Золотой телец

Лето следующего года выдалось в Москве аномально жарким, но на 45-м этаже башни «Федерация» царила ледяная прохлада кондиционеров. Катерина Юдина сидела в кожаном кресле, закинув ноги в туфлях от известного бренда на стеклянный стол. От той испуганной «замарашки» из Жигулёвска не осталось и следа. Теперь это была холёная хищница с безупречным каре, холодным взглядом и манерами светской львицы, которая знает цену каждому своему слову. Её личное подразделение внутри «Сильвер Филд» получило дерзкое название «Highway to Hell». Катерина сама выбрала его, иронично подмигивая Никите: «Если уж мы ведём их в пекло, то сделаем это с комфортом и на высокой скорости». Никита теперь был для неё не богом, а скорее старшим партнёром, наставником, чьи методы она не просто усвоила, а усовершенствовала. — Отлично, Максим. Твоё решение зайти на «бизнес-пакет» — это лучшая инвестиция в твоё будущее, — Катерина лучезарно улыбнулась в камеру ноутбука, завершая очередной видеозвонок. — Ссылка на оплату у тебя в мессенджере. У тебя ровно пятнадцать минут, чтобы подтвердить свою серьёзность. Жду скриншот. Она захлопнула крышку макбука и с наслаждением потянулась. Ещё 120 тысяч в копилку «Хайвея». Её комиссия — уже не жалкие крохи, а солидный куш. Полгода просеяли их окружение, как сито. Слабые, вроде Лики из Мытищ или тех, кто вовремя прозрел и понял, что их развели, отвалились сами собой. Кто-то ушёл с долгами, кто-то — с проклятиями, но Катерине было плевать. «Естественный отбор», — любил повторять Никита, и она была с ним согласна. О Диме Давыдове она не вспоминала месяцами. Он перестал писать ещё в Новый год. Наверное, доучивается на своего географа, считает медь в кармане и планирует поход в лес. Его жизнь казалась ей теперь далёким, забавным сном из другой реальности, где люди верят в искренность и едят суп по расписанию. Ей было абсолютно всё равно, жив он или нет, нашёл ли кого-то или всё ещё хранит её старое фото. В её мире чувства не имели ликвидности. Она подошла к панорамному окну. Москва под её ногами плавилась от зноя, машины казались крошечными жуками. — Юдина, ты сегодня в ударе, — Никита вошёл в кабинет, бросив на стол свежий отчёт. — Курицын доволен твоими показателями. Говорит, пора масштабировать «Хайвей» на регионы. Мы начинаем новую стратегию — региональное развитие. Что нам Москва? Мы будем править Россией!!! Катерина обернулась, поправляя золотые часы на запястье. Те самые, о которых она мечтала, оформляя свой первый микрозайм. — Регионы? — она усмехнулась. — Да, пора показать им, как выглядит настоящий успех. Начнём с Поволжья. Там много голодных до красивой жизни. Она чувствовала себя на вершине мира. Кредиты были закрыты новыми кредитами, которые гасились взносами новых «адептов». Пирамида «Сильвер Филд» росла, и Катерина Юдина была одной из её главных граней. Она была довольна собой. Она была на своём месте. Никита стоял у окна, победно оглядывая панораму Москвы, которая теперь казалась им тесной. Он обернулся к Катерине, и в его глазах горел нехороший, лихорадочный блеск . — Юдина, Москва — это пройдённый этап. Тут все зажрались, все пуганые. Там в областях люди голодные, там за слово «бизнес» и фото из Сити они почку продадут. Начинаем агрессивную экспансию. Твоя задача — поднять все старые связи. Пиши всем «своим». Тем, кто тебя знал замарашкой. Пусть умоются от твоего успеха и несут бабки. Катерина, не колеблясь ни секунды, открыла список контактов. Память услужливо подкинула лицо Риты Спиридоновой — той самой одноклассницы, которую она встретила в «Магните» перед отъездом. «Рита, привет! Помнишь меня? Я сейчас расширяю свой бизнес на Поволжье. Ищу надёжных партнёров в регионах. Доход от 300к, обучение в Сити. Тебе, как старой знакомой, даю приоритет. Интересно?» — пальцы Катерины летали по клавиатуре, чеканя скрипт. Ответ пришёл через пять минут. Короткий и холодный, как пощёчина: «Кать, привет. Видела твои фото. Нет, спасибо, я этим не интересуюсь. У меня всё хорошо, учусь, мне хватает. Удачи». Катерина презрительно фыркнула и заблокировала Риту, даже не дочитав. «Дура. Так и сгниешь в своём Жигулёвске», — подумала она, поправляя дорогой браслет. В этот момент дверь кабинета распахнулась, и вошёл Павел Курицын. Он выглядел необычно собранным, даже резким. За ним тенью следовал Никита, чьё лицо внезапно стало напряжённым. — Внимание всем! — голос СЕО разрезал тишину офиса. — У меня важные новости. Стратегия меняется. Мы через три дня съезжаем из Сити. Полностью. В офисе повисла мёртвая тишина. Катерина замерла, её сердце пропустило удар. Как это — съезжать? Сити был их кожей, их главным аргументом, их святилищем. — А... куда мы, Павел? — голос Катерины прозвучал чуть выше обычного. — В другую башню? В «Око»? Курицын подошёл к её столу и опёрся на него руками, глядя прямо в глаза. Его улыбка была хищной и странно торжествующей. — Нет, Катенька. Мы едем в поле. Ближе к народу, к тем самым голодным кошелькам, о которых говорил Никита. Мы переносим штаб-квартиру и начинаем турне. Наша первая точка — город Энгельс. Саратовская область. — В Энгельс? — переспросила она, чувствуя, как внутри всё холодеет. — Но почему туда? — Потому что там нас ещё не знают, — отрезал Курицын. — Там рынок пустой, а доверие — безграничное. Мы снимем там лучший офис и выжмем этот город досуха. Мы — команда! Собирайте вещи, Юдина. Москва подождёт. Настоящие деньги сейчас текут на периферии. Никита кивнул ей, подавая знак: «Не спорь». Катерина посмотрела в окно на сверкающие башни, которые ещё вчера казались её крепостью. Теперь ей предстояло сменить шёлк на пыль провинциальных дорог, но отступать было некуда. Она уже была частью этой машины, и машина взяла курс на Энгельс.