Спасительный свет

Шторм на Камино бушевал с неистовой силой, скрывая в пелене дождя и брызг две десантные капсулы, которые бесшумно вошли в океан в паре километров от Типока-Сити. Тяжелые волны поглотили аппараты, и спустя минуту две фигуры в гидрокостюмах начали восхождение по техническим опорам одной из жилых платформ. Энакин, тяжело дыша, выбрался на технический ярус. На нем была броня клона, заблаговременно добытая в стычке на нижних уровнях Корусанта. Шлем скрывал его лицо, а поддельная идентификационная карта служила идеальным пропуском в исследовательский центр клонирования. — Я на позиции, Шпилька. Как слышно? — прошептал он в комлинк, проверяя магнитную подошву сапог. — Слышу тебя, Скайрокер. Вентиляция здесь узкая, но я уже над сектором С-4, — отозвался голос Асоки, приглушенный скрежетом металла. — Двигайся к грузовому лифту. Я отключу сенсоры через десять секунд. Асока ловко скользила по узким шахтам, используя Силу, чтобы двигаться абсолютно бесшумно. Добравшись до узла связи, она аккуратно вырезала световым мечом небольшое отверстие в решетке и спрыгнула вниз. Два клона-охранника даже не успели обернуться — Асока мгновенно вывела их из строя точными ударами по нервным узлам. — Путь свободен. Подключаюсь к камерам, — она быстро застучала по клавишам терминала. — Энакин, на следующем повороте два патрульных. Подожди, пока они пройдут... Теперь вперед. Левая дверь, код 7-3-9-4. Энакин шел по коридорам, чеканя шаг, как образцовый солдат. Сердце колотилось: мимо проходили десятки клонов, тех кого он считал соратниками. Теперь они были безжизненными деталями в механизме Сидиуса. Наконец он вошел в зону инкубации. Огромные стеллажи с капсулами, в которых плавали эмбрионы, светились призрачным голубым светом. Энакин подошел к главному терминалу исследовательской лаборатории и вставил инфо-кристалл. — Я внутри, — выдохнул он. — Начинаю поиск. Экран заполнился каскадом данных. Энакин лихорадочно листал зашифрованные файлы, пока не наткнулся на папку с грифом «Особые протоколы "Альфа"». — Асока... я нашел. Здесь всё, — его голос дрогнул. — «Приказ 66». Описан как «превентивная мера против измены джедаев». А вот и данные по чипам... Ингибиторный биочип L-типа. Вживляется на стадии эмбрионального развития, третий этап созревания. Данные на экране показывали детальные схемы мозга клона с крошечным инородным объектом в области виска. — Тут есть технические спецификации, — продолжал Энакин, быстро копируя файлы. — Частоты нейронного подавления, дозировки седативов... Асока, здесь написано, что чип активируется голосовой командой через зашифрованный канал связи. — Копируй всё, Энакин! — напряженно ответила Асока. — У нас гости. Я вижу на мониторах отряд, который движется в твой сектор. Каминоанцы заметили аномалию в системе. — Еще секунду... — Энакин смотрел, как полоса загрузки медленно ползет к 100%. — Есть! Данные у меня. Он выдернул кристалл и как ни в чём ни бывало пошёл к выходу. — Уходим, Асока. Теперь у нас есть возможность вернуть клонов. Мы вернем им свободу. Секретное убежище на планете внешнего кольца освещалось лишь тусклым светом голографического проектора. Мейс Винду, заложив руки за спину, внимательно изучал схемы и протоколы, добытые Энакином и Асокой на Камино. Синие чертежи головного мозга, прошитой био-органическими нитями чипа, казались ему воплощением абсолютного зла. — Он подготовился на все возможные случаи, — негромко произнес Винду. — Нам следовало проявить осторожность в отношении армии ещё в начале войны. — Мы знаем, как их извлечь, магистр, — Энакин сделал шаг вперед, указывая на технические спецификации. — Но это теория. Нам нужно проверить это на практике. Мы должны знать, вернется ли личность клона после удаления, или чип выжигает сознание навсегда. Спустя несколько часов челнок вышел из гиперпространства на самой окраине сектора Арканис — далеком аванпосте, который Империя едва успела занять. Здесь, на заправочной станции у границы нейтрального космоса, патрулировал небольшой отряд 501-го легиона. Операция была молниеносной. Используя Силу для маскировки, Энакин и Асока оглушили двух дозорных, отставших от основной группы. Прежде чем патруль успел поднять тревогу, джедаи уже были в воздухе, унося пленников в нейтральную систему. Корвет Бейла Органы, дрейфующий в пустоте между звездами, превратился в полевой госпиталь. В стерильном боксе на операционном столе лежал первый клон. Его броня была снята, а голова зафиксирована медицинскими захватами. Энакин, Винду и Асока стояли за прозрачным экраном, наблюдая за действиями медицинского дроида серии 2-1B. — Начинаю сканирование лобной доли, — монотонно произнес дроид. — Объект обнаружен. Глубина залегания — 4 миллиметра. Био-интеграция составляет 85%. Асока сжала кулаки, глядя на бледное лицо солдата. — Сила, пусть это сработает... — прошептала она. — Активирую лазерный скальпель, — продолжил дроид. — Ввожу нейролептический блокатор. В тишине операционной слышалось только мерное пищание мониторов. Лазерный луч тонко, как волос, рассекал ткани. Магистр Винду не сводил глаз с приборов, его лицо оставалось непроницаемым, но в Силе он чувствовал невероятное напряжение Энакина. — Захват биочипа завершен. Извлекаю, — дроид медленно вытянул крошечный, пульсирующий темным светом объект, похожий на засохшее семя. Как только чип покинул тело, на мониторах резко изменился ритм мозговых волн. — Состояние стабильное. Когнитивные функции восстанавливаются, — сообщил автомат. Спустя несколько минут клон тяжело вздохнул и открыл глаза. Сначала в них была та самая механическая пустота, но затем зрачки расширились, и в них отразилось чистое, человеческое смятение. — Генерал?.. Командор Тано?.. — голос солдата был хриплым. Он попытался подняться, но бессильно упал на подушку. — Что... что я наделал? Храм... Мы атаковали... я не мог остановиться... Энакин прижал ладонь к стеклу, чувствуя, как внутри него что-то надламывается. — Это был не ты, солдат. — Личность не стёрта, — Мейс Винду медленно кивнул, и в его взгляде впервые за долгое время блеснула надежда. — Технология работает. Значит надежда ещё есть. Асока закрыла глаза, и её обкатила волна облегчения. У них в руках был ключ к разрушению армии Сидиуса. Прошло несколько месяцев изнурительной партизанской войны. Тени былой Республики сгущались в самых темных уголках Внешнего Кольца, где на скрытых базах Бейла Органы рождалось истинное Сопротивление. Удалось невозможное: из-под носа у Империи были вырваны десятки бойцов-клонов. Коуди, Джесси, бойцы 212-го и 332-го — те, кто еще вчера исполнял безжалостный приказ, теперь сидели в кают-компаниях, приходя в себя от кошмара. Магистр Йода и Оби-Ван через зашифрованные каналы смогли собрать горстку уцелевших мастеров, среди которых была и Шаак Ти, чудом выбравшаяся из пылающего Храма. Но сегодня всё внимание было приковано к одной операционной. На столе лежал капитан Рекс. Его лицо, иссеченное шрамами былых сражений, было непривычно бледным. В стерильном боксе медицинский дроид 2-1B настраивал лазерные излучатели. За защитным стеклом застыли те, для кого этот клон был больше, чем солдатом. Энакин стоял, скрестив руки на груди, его взгляд был прикован к мониторам. Рядом Асока едва заметно дрожала, сжимая кулаки — Рекс был её верным другом и видеть его в таком состоянии было физически больно. Магистр Шаак Ти сохраняла стоическое спокойствие, её присутствие в Силе действовало как успокаивающий бальзам. Коуди, уже прошедший через это и избавившийся от своего чипа, стоял поодаль, его лицо выражало глубокую концентрацию и сочувствие брату. — Начинаю процедуру локального нейро-сканирования, — монотонно произнес дроид. — Объект зафиксирован в левой лобной доле. Ввожу седатив. Монитор выдал резкий сигнал. Рекс вздрогнул, его пальцы судорожно сжались. Асока закрыла глаза и потянулась к Рексу через Силу, направляя ему волну уверенности и поддержки. Она шептала про себя: «Вернись к нам, Рекс. Это приказ... твоего друга». Дроид активировал микро-захваты. — Идет процесс отделения био-интегрированных нитей. Глубокое залегание в тканях. Риск повреждения коры — 12%. Коуди сделал шаг к стеклу, его голос звучал глухо. — Давай, брат. Вырви эту дрянь. Не дай ей победить тебя. В операционной воцарилась звенящая тишина, прерываемая лишь ритмичным писком пульсометра. На экране было видно, как тончайшие иглы дроида подцепили серый, пульсирующий нарост. Один рывок — и чип был помещен в стазис-контейнер. Ритм сердца Рекса мгновенно стабилизировался. Дроид наложил быструю регенерационную повязку. Спустя десять минут клон открыл глаза. Они больше не были затуманены той страшной, холодной дымкой «Приказа 66». В них отразился свет ламп, а затем — узнавание. — Генерал?.. — Рекс попытался сглотнуть, его голос был едва слышным хрипом. Он медленно повернул голову, фокусируя взгляд на Асоке. — Командор... Асока... я... Асока не выдержала и вбежала в бокс, как только гермодверь открылась. Она схватила его за руку. — Ты здесь, Рекс. Ты с нами. Рекс прикрыл глаза, и по его щеке скатилась одинокая слеза. — Я помню... Корусант... убежище... я пытался бороться, но голос в голове... он был громче моей воли. Коуди подошел к койке и положил руку на плечо брата. — Теперь этот голос замолчал навсегда, Рекс. Добро пожаловать обратно. Энакин подошел последним. Он не сказал ни слова, но его короткий кивок сказал Рексу всё необходимое. — Отдыхай, капитан, — произнес Энакин. — Скоро нам предстоит нелёгкая работа.