Не Хочу быть Героем

Прошло несколько дней после смерти Рэя. Город не изменился. Всё те же дома, всё те же улицы, всё те же улыбки. Жизнь шла своим чередом. Кто-то смеялся, кто-то плакал, кто-то просто жил, не зная, что где-то рядом ходит смерть. В городе намечался фестиваль. Гирлянды вешали на столбы, палатки ставили на площади, сцену собирали заново. Люди готовились праздновать, забыть о страхах, радоваться. Дети бегали, взрослые разговаривали, музыка играла. Полицейские города — шериф Лабрадор, офицер Доби и офицер Папиллион — следили за порядком. Они ходили по улицам, проверяли документы, следили, чтобы никто не шумел. — Всё спокойно, — сказал шериф. — Пока да, — ответил Доби. — Надеюсь, так и будет, — добавила Папиллион. Они стояли у входа на площадь, смотрели на толпу, которая постепенно заполняла пространство. — Сегодня будет весело, — сказал шериф. — Или не очень, — буркнул Доби. — Ты всегда пессимист. — Я реалист. На пляж пришёл Томас. Он стоял у кромки воды, смотрел на горизонт. Ветер трепал его волосы, куртка хлопала на ветру. На поясе висел пистолет, на плече — КПК. Он не отдыхал. Он следил. — Если они придут, — прошептал он, — то только отсюда. С моря. Или с неба. Или из портала. Он оглядел пляж. Пусто. Только песок, вода и редкие чайки. — Пока тихо, — сказал он. Он сел на песок, достал КПК, проверил сообщения. Ничего. Тишина. — Аликс обещала, — пробормотал он. — Скоро. Но когда? Он убрал прибор, посмотрел на город. Вдалеке горели огни, слышалась музыка, смех. — Празднуйте, — сказал он. — Пока можете. Он не знал, когда Альянс нападёт. Не знал, как они это сделают. Не знал, сможет ли он защитить этот город. Но знал, что должен попытаться. Потому что если нет — они умрут все. Как Рэй. Как тысячи других. В другой войне. В другой жизни. Которая никогда не кончалась. — Я не дам им умереть, — сказал он. — Не всех. Он встал, отряхнул песок, пошёл в город. К людям, которые не знали, что их ждёт. К детям, которые верили в героев. К учителям, которые учили их добру. — Простите, — прошептал он. — Я не герой. Я просто солдат. Который не умеет проигрывать. Он скрылся в толпе, и никто не заметил его. Только полицейские проводили его взглядами. — Кто это? — спросила Папиллион. — Не знаю, — ответил шериф. — Но он нам не враг. — Откуда вы знаете? — Чувствую. Фестиваль начался. Гирлянды зажглись, музыка заиграла, люди затанцевали. Дети бегали, взрослые смеялись, старики сидели на скамейках и вспоминали прошлое. А Томас стоял в тени, смотрел на них и ждал. Ждал, когда начнётся война. Или когда она кончится. Он не знал. Но знал, что это случится. Скоро. И тогда он будет готов. А они — нет. Но он попытается их спасти. Хотя бы некоторых. Хотя бы тех, кто верит. Кто надеется. Кто не сдаётся. Никогда. Даже когда кажется, что надежды нет. Потому что она есть. Всегда. Даже здесь. В этом чужом мире. Среди чужих людей. Которые не знают, что такое война. Но скоро узнают. И тогда всё изменится. Для всех. Навсегда. Фестиваль шёл полным ходом. Гирлянды горели, музыка играла, дети бегали между взрослыми. Никто не заметил, как с окраины, из-за палаток, вышел охотник. Огромный, сине-зелёный, на трёх ногах. Он двигался бесшумно, переставляя конечности, сканируя пространство оптическими сенсорами. — Смотрите! — крикнул кто-то из детей. — Какое странное животное! Люди оборачивались, но не боялись. В этом городе видели и не таких существ. Монстры из Подземелья, говорящие звери, роботы. Охотник не казался опасным. Он просто стоял и смотрел. — Наверное, добрый, — сказала Алиса. — Или заблудился, — добавила Буся. Бао подошёл ближе всех. Ему было интересно. Он протянул руку, чтобы погладить странное существо. — Бао! НЕ ТРОГАЙ! — раздался голос сзади. Томас бежал через всю площадь, расталкивая толпу. Он видел охотника. Он знал, что это такое. — НЕ ТРОГАЙ, Я СКАЗАЛ! Бао обернулся. Поздно. Охотник ударил. Ногой, на которой сверкнул длинный чёрный шип. Удар пришёлся в живот. Бао отлетел на несколько метров, упал на землю, зажимая рану. Кровь хлынула сквозь пальцы. — А-а-а! — закричал он. Толпа замерла. Потом закричала. Люди побежали, дети плакали, взрослые пытались укрыться. Музыка оборвалась. Охотник повернулся к Томасу. Из его оптических сенсоров вылетели дротики. Острые, быстрые, с красными огоньками. Томас нырнул в сторону, перекатился, вскочил. Дротики вонзились в землю там, где он только что стоял. Взрыв. Осколки разлетелись во все стороны. Кто-то закричал снова. — Бегите! — заорал Томас. — Всем бежать! Он выхватил пистолет, выстрелил. Пули отскакивали от панциря охотника, не причиняя вреда. — Чёрт! — выругался Томас. Он побежал к охотнику, уворачиваясь от новых дротиков. Взрывы гремели за спиной, осколки царапали лицо. — Отвлеките его! — крикнул он. Никто не отвлекал. Люди бежали. Полицейские стреляли из табельного оружия — бесполезно. Охотник наступал. Томас достал КПК, набрал что-то. Экран засветился, запищал. — Аликс! Это Томас! Они здесь! Охотники! — Где? — голос сестры был напряжённым. — В городе! На фестивале! Мне нужна поддержка! — Держись! Я что-нибудь придумаю! Связь оборвалась. Томас убрал КПК, выхватил гранату. Рванул чеку, бросил. Взрыв. Охотник пошатнулся, но устоял. — Чёрт, чёрт, чёрт! — Томас побежал к сцене. — Томас! — крикнула Грейс из укрытия. — Что это? — Охотник! — крикнул он. — Уводите детей! Охотник выстрелил снова. Дротики вонзились в сцену, разорвали её в щепки. Томас отлетел к стене, ударился головой. — Вставай! — крикнул кто-то. Он встал. Кровь текла по лицу. — Я убью тебя, — прошептал он. Охотник смотрел на него своими оптическими сенсорами. Издал резкий, пронзительный звук. — Иди сюда, — сказал Томас. — Иди. Он выхватил нож. Бесполезно против панциря, но другого оружия не было. Охотник шагнул вперёд. Томас шагнул навстречу. — Стой! — раздался голос. Из толпы выбежал Леон. В руках он держал пожарный топор. — Что ты... — начал Томас. — Я помогу, — сказал Леон. Они вдвоём бросились на охотника. Томас отвлекал, Леон бил топором по ногам. Панцирь треснул, потекла светло-серая жидкость. Охотник взревел, забился, попытался уйти. — Не дай ему уйти! — крикнул Томас. Леон ударил снова. Нога подломилась. Охотник рухнул на землю. — Добивай! — заорал Томас. Леон занёс топор над головой. Удар. Панцирь разлетелся, охотник замер. Тишина. Томас упал на колени, тяжело дыша. Леон стоял над поверженным существом, сжимая топор. — Что это было? — спросил он. — Охотник, — ответил Томас. — Солдат Альянса. — Альянса? — Долгая история. — Ты нам расскажешь. — Расскажу, — Томас поднялся. — Потом. Сейчас нужно увести людей. — А Бао? — спросил Леон. — Он... — Жив, — Томас посмотрел в сторону, где лежал Бао. — Но ранен. Отвезите его в больницу. Быстро. Леон кивнул и побежал к детям. Томас остался один. Смотрел на тело охотника, на разбитую сцену, на испуганных людей. — Это только начало, — сказал он. — Они придут снова. И тогда... Он не договорил. Повернулся и пошёл прочь. Фестиваль был сорван. Люди расходились. Кто-то плакал, кто-то ругался, кто-то просто молчал. А на земле лежало тело синего монстра, истекающее серой жидкостью. И никто не знал, что это только первый. Что за ним придут другие. Что война начинается. Прямо здесь. Прямо сейчас. И никто не будет готов. Кроме одного человека. Который уже видел это. И который знал, чем всё кончится. Или не знал. Но надеялся. Как всегда. На чудо. Которое, возможно, не случится. Никогда. Все жители собрались в городе. Площадь была забита до отказа. Кошки, собаки, звери из тайги, котята-супергерои — все смотрели на сцену, где стояли Леон и Грейс. Кто-то плакал, кто-то ругался, кто-то просто молчал. — Что это было? — крикнул кто-то из толпы. — Монстр какой-то! — Нас атакуют! — Тишина! — Леон поднял руку. — Мы разберёмся. Но сначала надо успокоиться. — Успокоиться? — возмутился кто-то. — Вы видели, что он сделал с Бао? — Видели. Но паника не поможет. В этот момент загорелся главный экран города. Тот, что висел на стене мэрии. Обычно на нём показывали новости или поздравления с праздниками. Сейчас на экране появилась девушка. Короткие волосы, серьёзное лицо, форма. Никто не знал, кто это. — Граждане города, — сказала она. — Меня зовут Аликс Вэнс. Я из другого мира. Толпа зашумела. — Я здесь, чтобы предупредить вас. В ваш мир проник Альянс. Те, кто напал на вашего ребёнка, — это охотники. Солдаты Альянса. Они не одни. За ними придут другие. — Кто она такая? — крикнул кто-то. — Почему мы должны её слушать? — Не слушайте, — сказала Аликс, — и тогда вас захватят комбайны. Они ампутируют ваши конечности, и вы станете сталкерами. Или советники высосут ваши мозги. Или штурмовики прикончат на месте. Толпа затихла. — Вы думаете, что ваши суперсилы спасут вас? — продолжала Аликс. — Пока вы будете наводить свои значки и вспоминать, как пользоваться магией, вас уже расстреляют. У Альянса есть оружие. И они не шутят. — Так что же нам делать? — крикнула Грейс. — Слушаться Томаса, — ответила Аликс. — Моего брата. Он знает, как с ними бороться. Он прошёл через это. Он выжил. И он поможет вам выжить. — Не обязан я никого слушаться! — крикнул кто-то. — Тогда умрёшь, — спокойно ответила Аликс. — Или станешь рабом. Выбирай. Толпа замолчала. — Томас будет в городе. Он поможет. Но вы должны ему доверять. Иначе... — она не договорила. Экран погас. — Что теперь? — спросила Грейс. — Теперь будем ждать, — ответил Леон. — И готовиться. — К чему? — К войне. Люди расходились. Кто-то ругался, кто-то плакал, кто-то просто шёл домой, не зная, что делать. А на краю площади, прислонившись к стене, стоял Томас. Он смотрел на людей, на город, на небо, в котором зажигались звёзды. — Начинается, — прошептал он. — Снова. Он достал КПК, проверил сообщения. «Держись. Я с тобой. — Аликс». Он убрал прибор и пошёл в темноту. Туда, где его никто не ждал. И где, возможно, его уже ждали. Те, кто пришёл за ним. Из другого мира. Из другой войны. Которая никогда не кончалась. И не могла кончиться. Потому что Альянс не прощает. И не забывает. Никогда.