Не Хочу быть Героем

Арнольд зашёл в лабораторию Кляйнера, когда там никого не было. Он хотел взять какие-нибудь запчасти для своего проекта, но вместо этого увидел её. Машина времени. Большая, металлическая, с мигающими огнями и гудящими приборами. — Ух ты! — выдохнул он. Он позвал остальных. Детей, учителей, всех, кто был в лагере. Томас, Аликс, Барни и Кляйнер не в счёт — они были заняты своими делами. Арнольд не стал их звать. Зачем? Они бы всё равно запретили. — Это реально машина времени? — спросил Лео, разглядывая конструкцию. — Похоже на то, — ответил Арнольд. — Кляйнер говорил, что работает над чем-то подобным. — И что, она работает? — Сейчас узнаем. Он нажал на кнопку. Машина загудела, засветилась, и перед ними открылся портал. Синий, мерцающий, с запахом озона. — За мной! — крикнул Арнольд и шагнул внутрь. Дети переглянулись. Перси пожал плечами и пошёл следом. За ним — Сиссабель, Тату, Хлоп-хлоп. Лео, Тиг, Мила, Редьяра, Куба, ЛиЛи. Али, Бао, Ния, Вася, Соня. Рэй, Чит, Мартик. Все, кто был в лагере. Даже Харзы увязались. Они открыли глаза. Город был живым. Не руины, не пепел, не пустота. Живые улицы, живые люди, живые огни. Вдалеке возвышалась цитадель — целая, нетронутая, с горящими огнями. — Ого! — выдохнула Сиссабель, задрав голову. Они стояли на окраине Сити-17. Вокруг ходили граждане — в синей одежде, с потупленными взглядами. Стены Альянса, плакаты, камеры. ГэОшники с электрошоковыми дубинками. — Это Сити-17, — сказал Арнольд. — Каким он был до разрушения. — А Фримен? — спросил Лео. — Где он? — Где-то здесь. Он только что прибыл. Они пошли по улице. Люди шарахались, но не останавливали. ГэОшники косились, но не трогали. Цитадель нависала над ними, бросая длинные тени. — Странное место, — сказал Бао. — Жуткое, — добавил Тиг. — Но интересное, — заметила Алиса. Они дошли до площади. Там стояла статуя, изображающая человека с чемоданом. Вокруг сновали люди, кто-то читал газеты, кто-то стоял в очередях. — А что здесь делают дети? — спросила Хлоп-хлоп. — Учатся, — ответил Арнольд. — Или работают. Или просто выживают. — Как мы, — сказал Рэй. — Не совсем. У них нет Альянса, который их охраняет. У них есть Альянс, который ими управляет. — А какая разница? — Большая. Одних защищают, других — контролируют. Они пошли дальше. Улицы становились уже, дома — выше. Цитадель росла, закрывая небо. — Надо найти Фримена, — сказал Арнольд. — Он должен быть где-то здесь. — А зачем? — спросил Чит. — Чтобы посмотреть, каким он был. До того, как стал героем. — А он был другим? — Да. Он был учёным. Обычным учёным, который открыл портал. — И который спас мир, — добавил Лео. — И который спас мир, — кивнул Арнольд. Они шли по городу. Время шло, но они не замечали. Вокруг был чужой мир, который когда-то был домом для тех, кто теперь жил в Белой роще. И они хотели увидеть его. Запомнить. Понять. Что такое война. Что такое мир. Что такое жизнь. Которая продолжается. Даже когда кажется, что она кончилась. Даже когда страшно. Даже когда больно. Она продолжается. И они были частью её. Сегодня. Сейчас. Навсегда. Или не навсегда. Как знать. Как знать. Они шли по улице. Сити-17 кипел жизнью — чужой, подчинённой, механической. Граждане в синей форме брели по тротуарам, не поднимая глаз. ГэОшники с электрошоковыми дубинками стояли на перекрёстках, сканировали толпу. Вдалеке возвышалась цитадель — серая, огромная, давящая. Вдруг динамики на столбах ожили. Голос диспетчера — ровный, механический, без намёка на эмоции — разнёсся по улице. — Вниманию наземных сил. В сообществе найден нарушитель. Код: окружить, клеймить, усмирить . Дети замерли. Лео схватил Милу за руку. Тиг прижал уши. Рэй посмотрел наверх, на динамики. — Что это значит? — спросил Роберт, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Это Альянс, — ответил Арнольд, тоже глядя на динамики. — Они кого-то ищут. — Нарушителя? — переспросила Сиссабель. — Да. Того, кто не подчиняется правилам. — А если найдут? — Тогда объявят код «собрать, окружить, задержать». Или хуже — «отсечь, обнулить, подтвердить» . — Это значит… — Это значит, что человека либо арестуют, либо убьют на месте. Из ближайшего переулка выбежал человек. Грязный, в разорванной одежде, с дикими глазами. Он огляделся, увидел детей и побежал к ним. — Помогите! — крикнул он. — Они меня найдут! Из-за угла выскочили двое ГэОшников. Электрошоковые дубинки в руках, на лицах — маски. — Гражданин, вы обвиняетесь в несоответствии второго уровня и антиобщественной деятельности первого уровня, — произнёс один. — Силам ГО, обвинительный код: долг, меч, выполнять . Человек упал на колени. — Я ничего не делал! Я просто шёл домой! — Гражданин, теперь вы угроза обществу пятого уровня. Немедленно прекратить уклонение и выслушать приговор . ГэОшник поднял дубинку. Человек закричал. — Не смотрите, — сказал Арнольд, закрывая Рэя. — Но мы должны… — Ничего вы не должны. Здесь это норма. Удар. Крик. Тишина. Человек лежал на асфальте, не двигаясь. ГэОшники перешагнули через него и пошли дальше. — Граждане, бездействие преступно, — объявил голос из динамика. — О противоправном поведении немедленно доложить силам ГО . Дети стояли, не в силах пошевелиться. Лео сжимал кулаки. Мила плакала. Рэй смотрел на человека, который не двигался. — Почему никто не помогает? — спросил Чит. — Потому что здесь так принято, — ответил Арнольд. — Здесь все боятся. Даже мы. — А Фримен? — спросил Бао. — Он ведь здесь. Он должен быть где-то рядом. — Он придёт, — сказал Арнольд. — Он всегда приходит. Но не сегодня. Сегодня он только прибыл. Он ещё не знает, что здесь творится. — А мы знаем, — сказал Лео. — Да, — кивнул Арнольд. — Мы знаем. Они пошли дальше. Улицы были пустыми, только редкие граждане спешили по своим делам. Вдалеке снова зазвучал голос: — Вниманию отряда гражданской обороны, обнаружено уклонение от надзора. Отреагировать, изолировать, допросить . — Быстрее, — сказал Арнольд. — Нам нужно уйти с главных улиц. Они свернули в переулок. Здесь было темно, пахло сыростью и мочой. На стенах висели плакаты: «Альянс защищает», «Повиновение — залог безопасности», «Не думай — слушай». — Жуткое место, — сказал Тату. — Это Сити-17, — ответил Арнольд. — Каким он был. Каким он будет, если мы не остановим Альянс. — А мы сможем? — спросила Хлоп-хлоп. — Не знаю, — честно ответил Арнольд. — Но попытаться стоит. Они вышли на другую улицу. Впереди показалась станция метро. Арнольд указал на неё. — Там безопаснее. Там меньше патрулей. Они вошли в метро. Эскалаторы не работали, лампы мигали. Внизу было темно, но тихо. — Долго нам здесь быть? — спросила Алиса. — Пока не стемнеет, — ответил Арнольд. — А потом пойдём искать Фримена. — А если мы его не найдём? — Найдём. Он всегда там, где нужен. Они сели на ступеньки. Ждали. Слушали. Голос из динамиков слышался, но далеко. Здесь, в метро, было тихо. И почти безопасно. — Странное место, — сказал Рэй. — Странное, — согласился Арнольд. — Но мы здесь ненадолго. — А потом? — Потом вернёмся домой. В Белую рощу. К своим. — А если не сможем? — Сможем, — сказал Арнольд. — Должны. Они ждали. Тишина сгущалась, темнота давила. Где-то наверху слышались шаги патруля. Но они не спускались. Они не знали, что здесь кто-то есть. Пока не знали. Из темноты метро вышла девушка. Короткие волосы, лёгкая куртка, пистолет на поясе. Аликс Вэнс. Но не та, которую они знали. Без шрамов, без усталости в глазах, без тяжёлых воспоминаний. Она смотрела на них настороженно, но без враждебности. — Кто вы? — спросила она. Дети переглянулись. Лео шагнул вперёд. — Мы… путешественники. Из другого времени. — Другого времени? — Аликс подняла бровь. — Да. Мы пришли из будущего. Оттуда, где Альянс почти уничтожен. — Почти? — переспросила Аликс. — Значит, ещё не до конца? — Не до конца, — ответил Арнольд. — Но мы боремся. — И вы пришли в прошлое? Зачем? — Чтобы увидеть, каким всё было. Чтобы понять. — Понять что? — Как вы жили. Как выживали. Как не сдавались. Аликс помолчала. Оглядела их. Дети, учителя, звери из разных миров. Странная компания. — Вы не похожи на комбайнов, — сказала она. — И на ГэОшников тоже. Но я не знаю, верить ли вам. — Мы не враги, — сказал Рэй. — Многие так говорят. — Но мы правда не враги. Аликс подошла ближе, посмотрела на Рэя. Маленький львёнок с красным треугольником на лбу смотрел на неё доверчиво. — Ты ребёнок, — сказала она. — Дети не должны быть на улице в такое время. — Мы ищем Фримена, — сказал Лео. — Гордона Фримена. — Гордона? — Аликс удивилась. — Откуда вы его знаете? — Из будущего. Он герой. — Герой, — повторила Аликс. — Он пока не герой. Он просто учёный, который сбежал из Чёрной Мезы. — Но он станет героем, — сказал Бао. — Возможно. Но сейчас он в бегах. Комбайны ищут его. — Мы поможем, — сказал Арнольд. — Мы знаем, где он будет. — Откуда? — Мы уже видели эту историю. Мы знаем, что произойдёт. Аликс смотрела на них долго. Потом кивнула. — Хорошо. Я провожу вас. Но если вы обманете… — Не обманем, — сказал Лео. — Тогда идём. Она повела их через подземные переходы, мимо патрулей, мимо камер. Везде были плакаты, динамики, голоса. — Внимание, граждане, — звучало сверху. — Ожидайте проверки документов. — Не обращайте внимания, — сказала Аликс. — Они просто пугают. — А если проверка? — спросил Чит. — Тогда бежим. Они вышли к старому зданию. Аликс открыла дверь, пропустила их внутрь. — Здесь безопасно, — сказала она. — Здесь мы прячемся. — Кто — мы? — спросила Сиссабель. — Сопротивление. Внутри было темно, но тепло. Пахло хлебом и дымом. Несколько повстанцев сидели у стены, чистили оружие. — Это дети, — сказала Аликс. — Из будущего. — Из будущего? — усмехнулся один. — Бывает же. — Они ищут Гордона. — Гордона? Он сейчас в городе. Мы ищем его. — Мы знаем, где он будет, — сказал Арнольд. — На станции. Он поедет в Нова-Проспект. — Откуда вы знаете? — Мы уже видели. Повстанцы переглянулись. — Ладно, — сказал главный. — Проверим. Если правда — поможем. Если нет… — Не обманем, — сказал Лео. Они сели у стены, ждали. Аликс принесла воду, хлеб. — Ешьте, — сказала она. — Скоро ночь. А утром пойдём на станцию. — Спасибо, — сказал Рэй. — Не за что, — ответила Аликс. Она села рядом, смотрела на них. — Странные вы, — сказала она. — Из будущего. С животными. С детьми, которые не боятся войны. — Мы боимся, — сказал Лео. — Но мы не сдаёмся. — Как мы, — сказала Аликс. — Как вы, — кивнул Лео. Они сидели в темноте, слушали, как за стеной гудит город. Голос диспетчера, шаги патрулей, крики. И ждали утра. Которое придёт. Обязательно. И принесёт с собой новые встречи. Новые опасности. Новые надежды. Которые не умирают. Даже здесь. В этом городе. В этом времени. В этой войне. Которая ещё не кончилась. И которая когда-нибудь кончится. Но не сегодня. Не сейчас. Сегодня они были живы. И это было главное. Для них. Для Аликс. Для всех, кто верил. — Это всё как-то скучно, — сказал Арнольд, оглядывая серые улицы Сити-17. — Давайте посмотрим, что будет, если отправиться на несколько дней вперёд. — На несколько дней? — переспросил Лео. — Ты уверен? — А почему нет? Машина времени уже настроена. Кляйнер говорил, что можно менять дату. Арнольд подошёл к панели управления, повернул несколько рычагов. Машина загудела, засветилась ярче. Портал открылся снова. — За мной! — крикнул он и шагнул внутрь. Дети переглянулись. Перси пожал плечами и пошёл следом. За ним — остальные. Они открыли глаза. Вокруг было темно. Горели красные лампы, где-то гудели механизмы, пахло металлом и озоном. Везде были трубы, кабели, металлические панели. — Где мы? — спросил Рэй, оглядываясь. — Не знаю, — ответил Арнольд. — Но похоже на… — Цитадель, — закончил за него Лео. — Мы внутри цитадели. Они стояли в огромном зале. Своды уходили вверх, теряясь в темноте. Везде мигали огни, слышалось гудение машин. В центре зала вращалось что-то огромное, похожее на ядро. Голос системы разнёсся по залу. Механический, холодный, без эмоций: — Тревога, тревога, тревога! Все замерли. — Тревога: зарегистрирован нарушитель. — Что это значит? — прошептала Сиссабель. — Зарегистрировано вмешательство в программу ядра. Начать диагностику. Начать диагностику. Резонансная сингулярность, резонансная сингулярность. — Не нравится мне это, — сказал Тату. — Всеобщая тревога: внутренним группам стабилизации открыть автоклавы. — Автоклавы? — переспросил Чит. — Что это? — Внимание: защитные поля отключены. — Процесс стабилизации ядра прекращён. — Нарушения работы автоклавов и защитных полей. Голос замолчал. Тишина стала давящей. Только гул машин и редкие вспышки света. — Что это значит? — спросил Тасман. — Это значит, — ответил Арнольд, — что Альянс в панике. Кто-то проник в цитадель. Кто-то нарушил их планы. — Фримен, — сказал Лео. — Это Гордон Фримен. Они пошли дальше. Коридоры были узкими, стены — из металла. Везде горели красные лампы, отбрасывая кровавые тени. Слышались шаги, но никого не было видно. В конце коридора они увидели их. Существа стояли вдоль стен, неподвижно, как статуи. Они были похожи на скелеты — тощие, с ампутированными конечностями, с какими-то приборами на глазах. Их кожа была бледной, почти прозрачной. Они смотрели в пустоту, не мигая. — Кто это? — спросил Леон, отступая на шаг. — Сталкеры, — ответил Арнольд. — Кто? — переспросил Рэй. — Сталкеры, — повторил Арнольд. — Люди, которых Альянс поймал и отправил на переработку. Им ампутировали конечности, вживили в глаза приборы, заставили работать на цитадель. Они не чувствуют боли, не чувствуют страха. Они просто… существуют. — И они всё ещё люди? — спросила Алиса. — Были когда-то, — ответил Арнольд. — Теперь — нет. Сталкеры не двигались. Они стояли, смотрели в пустоту, ждали. Чего — никто не знал. Может, приказа. Может, смерти. Может, просто конца. — Идёмте, — сказал Арнольд. — Нам нужно найти выход. Они пошли дальше. Сталкеры остались позади. Но их образ застыл в памяти — тощие фигуры, бледная кожа, пустые глаза. — Это ужасно, — сказала Хлоп-хлоп. — Это Альянс, — ответил Арнольд. — Они не видят разницы между людьми и машинами. Для них мы все — ресурс. — И мы хотим победить их? — спросил Тату. — Мы должны, — ответил Лео. — Иначе мы станем такими же. Они вышли к лифту. Арнольд нажал кнопку. Двери открылись. — Заходите, — сказал он. Они зашли. Лифт поехал вверх. Голос системы снова зазвучал: — Внимание: зарегистрирована утечка энергии. Всем отрядам подготовиться к ликвидации угрозы. — Быстрее, — сказал Тасман. Лифт остановился. Двери открылись. Они выбежали в коридор. Везде горели красные лампы, слышались крики. — Сюда! — крикнула Аликс (та, которая была с ними, из будущего, но они не знали, как её звать, потому что не встречали раньше). Они побежали. Сзади слышались шаги — тяжелые, ритмичные. — Комбайны! — крикнул Барни. — Не останавливайтесь! — заорал Томас. Они выбежали на платформу. Внизу текла лава, вверху гудели механизмы. — Прыгаем! — крикнул Арнольд. Они прыгнули. Один за другим. Приземлились на платформу, покатились, встали. — Живы? — спросил Лео. — Живы, — ответил Рэй. Сверху слышались крики комбайнов. Но они не спускались. — Уходим, — сказал Арнольд. Они побежали к выходу. Голос системы зазвучал в последний раз: — Тревога: нарушители покинули периметр. Всем отрядам: преследование отменяется. Они выбежали на улицу. Город был пуст. Только ветер гонял пепел. — Мы выбрались, — выдохнул Чит. — Пока да, — ответил Арнольд. — Но машина времени всё ещё там. — Вернёмся? — спросил Лео. — Вернёмся, — кивнул Арнольд. — Но не сейчас. Они пошли к порталу, который светился в конце улицы. Синий, мерцающий, ведущий домой. — Что это было? — спросила Сиссабель, когда они шли. — Это была цитадель, — ответил Арнольд. — Какая она есть. Какая она будет, если мы не остановим Альянс. — А сталкеры? — спросил Рэй. — Сталкеры — это те, кто не успел. Или не смог. Или не захотел. — Мы успеем? — спросил Чит. — Не знаю, — ответил Арнольд. — Но попытаемся. Они вошли в портал. Синий свет ослепил на секунду. А потом они оказались в Белой роще. У костра, среди своих. Аликс стояла у входа в лабораторию, скрестив руки на груди. Её лицо было спокойным, но в голосе чувствовался металл. — Берёте наши вещи? — спросила она. — Положите на место! Дети замерли. Арнольд, который как раз доставал из шкафа какой-то прибор, медленно опустил руку. — Мы… мы просто смотрели, — сказал он. — Смотрели? — Аликс подошла ближе. — Без спроса? Без разрешения? — Мы не хотели ничего ломать, — сказал Лео. — Это не важно. Важно то, что вы взяли чужое. — Мы положим, — сказал Рэй, поднимая с пола какую-то деталь. — Положите, — кивнула Аликс. — И больше никогда не трогайте то, что вам не принадлежит. — Хорошо, — ответил Арнольд. Он вернул прибор на место, закрыл шкаф. Дети разошлись, кто куда. Аликс осталась стоять у двери, смотрела им вслед. — В следующий раз, — сказала она, — я сообщу Кляйнеру. — Не надо, — сказал Арнольд. — Мы поняли. — Надеюсь. Она повернулась и ушла. Дети переглянулись. — Она строгая, — сказал Чит. — Она права, — ответил Лео. — Мы не должны брать чужое. — Даже если интересно? — спросил Рэй. — Даже если интересно. Они сели у костра, смотрели на огонь. Аликс стояла у окна лаборатории, смотрела на них. Ей было жалко детей, но она знала: если не запрещать, они начнут брать всё подряд. А это могло привести к беде. Которой никто не хотел. Ни она. Ни дети. Ни те, кто верил, что они могут измениться. И они изменятся. Рано или поздно. В этом мире или в следующем. Как знать. Как знать.