3.
30 марта 2026 г., 19:15
От румяного осетинского пирога чудесно пахло молодым сыром и зеленью. Аромат опутывал всю кухню, и Андрей, зайдя, почувствовал, как сильно хочет есть. Рисовал с самого утра, отключившись от всего лишнего, и, оказывается, жутко проголодался.
— Как аппетитно выглядит, Мишка! Молодец, что купил.
— А это мы с Юлькой зашли в пекарню на углу, где мост через шоссе, — Миша разулыбался чуть смущённо, явно довольный похвалой. — И она мне посоветовала взять этот пирог.
— С какой Юлькой? — чуть тарелка из рук не выскользнула.
— Да ты её не знаешь. Мы вместе с собаками гуляем.
Андрей приподнял бровь, но желание попробовать пирог быстро побороло желание съязвить или откусить Михе кончик длинного носа, и он просто взялся за еду. Ревновать к даме с собачкой, блин? Ещё чего не хватало. Миша не способен что-то скрывать за спиной. И нарочно больно делать тоже не будет, Андрей очень на это надеялся. Но почему-то пред внутренним взором очень ясно нарисовалась та женщина с кудрявой беленькой болонкой. Молодая, красивая, с ласковым взглядом по-матерински заботливых глаз.
— А какая собака у неё? Тоже спаниэлька? Наш Пёс нашёл себе подружку? — как можно беззаботнее спросил Андрей, бросая в традиционный вечерний виски лёд.
— Нет, — Миха хохотнул. — У неё мелкая эта... Как её, болонка, вроде. Они не подходят друг другу.
Она, та самая женщина, сообразил Андрей и вздохнул, но замаскировался смешком:
— Э, нет, Миш. Это фигня. У одних моих знакомых такс в лёгкую обрюхатил немецкую овчарку.
— На ступеньку залезал? Молодец такс, гигант там, где надо, — совсем разгыгыкался Миша. Андрей внезапно порадовался, что не случилось серьёзного разговора, и стал смотреть, как Мишка уплетает пирог. Всегда ему нравилось наблюдать за этим. Миха ел очень... Сексуально, что ли. Аккуратно, культурно, и в то же время с радостным аппетитом, облизывая припухлые губы. Красивый...
— Ты готов к завтрашней вечеринке? — спросил Миша, собирая в ладонь крошки.
— Я? — Андрей знал, что он поднимет эту тему, и весь день набирался терпения и мужества. — Я-то да. А ты? Ты знаешь, что там будет?
— Я внимательно прочитал анонс.
— И... Ты на всё согласен? — Андрей перегнулся к нему через стол, схватил за жирные пальцы, заговорил проникновенно: — Обмен нижними, жёсткий пет-плей, порка за любую провинность, пытки водой и электричеством. И всё это — на публику. И это лишь малая часть. Мих... Я не могу не спросить: ты уверен?
Миха побледнел, но упрямо втянул щёки и активно кивнул.
— Там ведь сработает стоп-слово?
— Конечно.
— И... Ты будешь рядом? Ну, то есть... Все будут знать, что мы реально пара?
— Абсолютно, — заверил его Андрей.
— Ну и всё тогда. В чём проблема, ё-моё, Андрей? Мы ведь были уже с тобой на кинк-пати.
— На такой — ещё нет.
Миша встал, сдвинул скрипнувший стул и быстро очутился возле Андрея:
— Значит, получим новый опыт, Князь.
— Миш...
Он не дал ничего сказать, схватился за андреевы плечи, пачкая футболку своими перемазанными пальцами, обдал сырным запахом, крепко и нежно прижал к себе. Противоречивый до жути, но такой родной, такой нужный и важный. И, если завтра будет жёсткая сессия, то сегодня...
— Кончишь без рук, как умеешь? — низко и бархатисто прошелестел над ухом быстро считавший его настроения Миша. — В спальню подымемся, Андрюш? Убери стакан, прольём.
Всё самое лучшее их взаимодействие до сих пор было здесь, в сексе: на пике обоюдного наслаждения или на кончике властного хлыста. Идеальное сочетание. Андрей прекрасно это осознавал, осёдлывая своего великолепного Мишку, и нагло сжимал ногами его крутые белые бёдра. До исступления, оплетённый по-настоящему жарким безумием, он кончил именно так, как хотел Миша, любуясь его восторгом, мышцами изнутри очень сильно обнимая крупный пульсирующий член, а потом смолк и утихомирился на его широкой груди. Теперь можно было расслабиться, закрыть глаза и мирно притвориться спящим, слушая стук его горячего сердца, и ощущая ласковые невесомые касания.
Быстро наступивший следующий день они оба провели в сладком и очень волнующем предвкушении. Миха, с утра уехавший на репетицию, уже в обед прислал неожиданно Андрею дикпик, что делал очень редко, и, хрипящим шёпотом, голосовое:
"Андрей... Я жду не дождусь вечера, смотри".
И Андрей, только-только проснувшись, безумно долго разглядывал его привставший член, крепко удерживаемый большой татуированной рукой. Возбуждение закручивалось, будто водоворот, и что-то ещё, запутанное, странное, зыбкое, совсем чуть-чуть похожее на страх, перехватывало изнутри липкой и холодной рукой.
Чтобы окунуться в вечер с холодной головой, Князь буквально заставил себя сесть за работу, созвонился с командой, отрисовал для мультфильма о маленьком вампирчике одну очень важную сцену, и встретил взбудораженного Мишу максимально спокойный и трезвый, с ровной улыбкой. Но — уже в одежде для сессии, с кожаной сбруей в руках.
Миха едва не подпрыгивал вместе с подскочившим Псом, и глаза его были совершенно сумасшедшими. Отчего он так ждёт эту бдсм-вечеринку? За что хочет себя наказать?
— Мишка, Мишка, стоп. Посмотри на меня. Вдохни. Выдохни. Сядь. На меня, на меня. Кто я сейчас?
— Х-хозяин. Мой Хозяин.
— Правильно. И я приказываю тебе успокоиться.
