В Тени Неба

Глава 40

Лу Чэнь шёл своей дорогой и, поравнявшись с большим деревом акации, замедлил шаг. Сначала он бросил взгляд на его корни, а затем с улыбкой подошёл к большому камню и обратился к сидевшему там старому рыбаку: — Старина Юй, как сегодня улов? Поля соломенной шляпы Старины Юя съехали набок, он не проронил ни звука. Лу Чэнь, заранее знавший ответ, улыбнулся ещё шире и присел на корточки рядом со Стариной Юем. — Я вот что скажу, Старина Юй, сидеть тут и ждать у моря погоды — по-моему, это не выход. Старый рыбак молчал, лишь бросил на него безразличный взгляд. Лу Чэнь, не обращая на это внимания, с улыбкой продолжил: — Может, сменим место для рыбалки? Старина Юй нахмурился: — И куда же идти? Лу Чэнь указал на далёкую вершину горы и с усмешкой сказал: — Пойдём к Озеру Дракона на горе. Там вода глубокая, дождей много, глядишь, и найдёшь свою большую рыбу. Старина Юй растерянно покачал головой: — Гора слишком высокая. И откуда рыбе взяться на горе? Лу Чэнь рассмеялся и уже собирался сказать ещё пару слов в пользу своей идеи, как вдруг краем глаза заметил, что поплавок на воде резко дёрнулся. От неожиданности Лу Чэнь и Старина Юй вздрогнули. За столько времени все уже привыкли к тому, что в этом ручье, казалось, никогда не поймать рыбу. Неужели… сегодня что-то изменится? Мгновение спустя Старина Юй и Лу Чэнь вскочили на ноги и, суетливо перекрикиваясь, принялись тащить удочку. Однако через несколько мгновений, когда леска была вытащена, они оба уставились на крючок, на котором висела обычная маленькая рыбка размером с ладошку. Она была чуть крупнее тех серых рыбёшек, что плавали в ручье, и смогла заглотить наживку, но до звания «большой рыбы» явно не дотягивала. Они переглянулись. Через мгновение Старина Юй с каменным лицом снова сел, а Лу Чэнь, пожав плечами, взялся за рыбку, чтобы снять её с крючка, и проговорил: — Что ж, даже такая рыба — редкость. Может, в будущем и правда появится шанс… На полуслове голос Лу Чэня внезапно оборвался. В тот самый миг, когда его ладонь сжала тело рыбки, которая отчаянно извивалась и билась, пронзённая крючком, но не в силах вырваться, внезапно из ниоткуда возникла странная аура. Необъяснимо холодная и смертоносная, она проникла в его меридианы и каналы ци. Почти в то же мгновение Лу Чэнь почувствовал, как в его Даньтяне и Море Ци что-то содрогнулось. Божественный диск Пяти Элементов резко проявился, тут же перевернулся, и тёмная аура хлынула во все стороны, словно ревущие злые духи, словно рычащая тьма. Непроглядная чернота поглотила всё. — Шлёп! Рядом раздался глухой звук. Старина Юй обернулся и увидел, как маленькая рыбка выпала из рук Лу Чэня и тяжело шлёпнулась на землю. Крючок, который был у неё во рту, почему-то выскользнул, но при этом вонзился в тело, пронзив брюшко насквозь. Рыбка несколько раз дёрнулась и подпрыгнула на земле, быстро теряя силы, а затем затихла навсегда. Старина Юй нахмурился и, посмотрев на Лу Чэня, сказал: — Эту рыбу всё равно есть нельзя, зачем убил? Лучше бы отпустил. Сказав это, он отвернулся, снова насадил наживку и забросил удочку, продолжая рыбачить. Лу Чэнь молча стоял за спиной старого рыбака. Прошло довольно много времени, и даже Старина Юй уже начал было удивляться, когда наконец услышал позади себя внезапно ставший низким и медленным голос Лу Чэня: — Ты прав, я слишком сильно сжал. Старина Юй удивился и, обернувшись, посмотрел на Лу Чэня. Но его лицо было как обычно, выражение — спокойным, казалось, ничего необычного не произошло. Старик лениво отмахнулся от него и снова устремил взгляд на воду. Лу Чэнь постоял ещё немного, а затем развернулся и ушёл. Он не пошёл дальше в деревню, хотя до трактира Старины Ма было уже рукой подать. Он сменил направление и снова пошёл к чайной горе, вернувшись в свою хижину у её подножия. Перед тем как войти, он взглянул наверх, на чайную гору. На умиротворённых склонах не было ни души. Куда сейчас забрела Дин Дан, было неизвестно. Возможно, она пробиралась по какой-то горной тропе. Вернувшись в хижину, Лу Чэнь молча сел на кровать и, опустив голову, погрузился в раздумья. Он шаг за шагом прокручивал в памяти только что произошедшее, не упуская ни малейшей детали, ни единого движения, ни одного ощущения. Выражение его лица постепенно становилось холодным, а взгляд — более острым и ясным. Казалось, он о чём-то смутно догадывался. Спустя некоторое время он вдруг встал и направился к двери. В то же мгновение пальцы его правой руки, опущенной вдоль тела, слегка согнулись и разогнулись, и через миг из рукава бесшумно выскользнул и лёг ему в ладонь короткий чёрный меч. Снаружи сияло солнце, небо было ясным. Он слегка прищурился, огляделся, и, немного подумав, направился вверх по склону чайной горы. На горе было тихо. Кроме шелеста чайных деревьев на ветру, почти не было слышно других звуков, лишь изредка доносилось пение птиц из глубины леса. Чайная гора не была ни величественной, ни необъятной, но диких зверей на ней хватало. Просто за долгие годы люди освоили передний склон для выращивания чая, и большинство птиц и зверей покинули эти места, уступив их человеку и переселившись выше в горы или на задний склон. Лу Чэнь шёл с коротким чёрным мечом в руке. Лезвие было тусклым и совершенно не отражало свет, сдержанное и глубокое, но его остриё было невероятно тонким. Рука его была твёрдой и спокойной, но почему-то казалось, что сам клинок едва заметно дрожит и трепещет — не от страха или боязни, а от волнения, словно после долгой разлуки, будто он не видел своего хозяина много лет. Даже этот короткий меч, казалось, чего-то жаждал. Мужчина обводил взглядом окрестности, медленно продвигаясь вперёд. Неизвестно когда, но лицо Лу Чэня стало совершенно бесстрастным. Примерно на полпути к вершине лес стал ещё тише, но на этой высоте щебет птиц вокруг, казалось, стал громче. На некоторых высоких деревьях можно было даже заметить белок. Внезапно впереди резко зашевелились кусты, и оттуда показалась серая голова — это был обычный для здешних гор серый кролик. Его рот непрерывно двигался, будто он что-то жевал, при этом он настороженно оглядывался по сторонам. И тут он увидел Лу Чэня, стоявшего на горной тропе неподалёку. Это был мужчина с мягкими чертами лица, спокойным выражением, и в тот миг в уголке его губ, казалось, даже промелькнула нежная улыбка. Очевидно, та ледяная и смертоносная аура, что ещё недавно смутно ощущалась от него, внезапно бесследно исчезла.