В Тени Неба

Глава 44

Культ Трех Миров уже много лет находился в упадке. И хотя его имя всё ещё было на слуху, и время от времени он умудрялся совершать какие-то злодеяния, за последние десять лет эта секта окончательно утратила своё былое влияние. Поэтому напряжённая и гнетущая атмосфера царила лишь внутри Истинного Альянса Бессмертных, а в большей степени — только в Отделе Плывущих Облаков. Разумеется, приказ о розыске Культа Трех Миров уже был спущен сверху, и различные силы, как явно, так и тайно, начали действовать. Но, по крайней мере, внешне Город Бессмертных ничуть не изменился, разве что у людей появился новый повод для сплетен за чашкой чая. Бывший инспектор Отдела Плывущих Облаков, старина Лю, в этот день окончательно сдал все свои полномочия и по-настоящему ушёл в отставку. Его чувства были смешанными: в них было и разочарование, и радость. Радость — потому что служить в Истинном Альянсе Бессмертных было заветной мечтой и лучшим выбором для большинства практиков из сект, особенно для учеников малых и средних сект. Здесь у них появлялся шанс получить лучшие ресурсы, лучшие возможности и уважение, которого им так не хватало в обычной жизни. А разочарование — потому что за всё это, конечно же, приходилось платить. Часто им приходилось проливать пот и кровь, а порой и рисковать жизнью. С выходом в отставку всему этому приходил конец. У старины Лю в Отделе Плывущих Облаков было не так много знакомых, но несколько приятелей всё же нашлось. В этот день они собрались, чтобы проводить его. К сожалению, молодой человек по имени Бянь Чжэ, на которого он возлагал большие надежды, уже несколько дней как покинул Город Бессмертных по долгу службы и не смог проводить его в последний путь. Старина Лю был немного опечален, но выпить и посмеяться со старыми братьями из Отдела Плывущих Облаков тоже было очень приятно. Путь почти пройден, многое увидено и понято, поэтому и в словах стало меньше опаски. Напившись, он в хмельном угаре даже позволил себе сказать полушутя-полусерьёзно несколько слов одной из своих начальниц, которая зашла его проведать, — слов, которые он никогда бы не осмелился произнести в трезвом уме. Эта начальница была женщиной, обычно строгой и суровой, но в тот вечер она лишь отмахнулась с улыбкой, не придав его словам значения. Зато все остальные за столом изменились в лице и смотрели на старину Лю как на диковинку, не решаясь вставить ни слова. Старина Лю что-то почувствовал, но хмель ударил в голову, и он не сразу сообразил, в чём дело, поэтому решил не забивать себе этим голову. Когда же он окончательно протрезвел, было уже следующее утро — время покидать Город Бессмертных. В то утро старина Лю, сидя на кровати, покрылся холодным потом. Он спешно собрал свои вещи и пулей вылетел из города, не смея задержаться ни на мгновение, позабыв даже о договорённости с другими старыми братьями, которые собирались прийти его проводить. К счастью, по пути из города с ним не случилось никаких происшествий. Похоже, та женщина по прозвищу «Черная Вдова» на удивление не рассердилась. Старина Лю мысленно благодарил судьбу за удачу и одновременно корил себя за глупость: всю жизнь был осторожен, а под старость, перед самым уходом, совершил такой идиотский поступок. С такими смешанными мыслями он миновал величественные городские ворота Города Бессмертных и постепенно удалялся. На оживлённой и людной дороге за городом царило спокойствие, люди сновали туда-сюда. В этом шуме, когда издалека вдруг донёсся пронзительный крик, многие даже не сразу поняли, что произошло. Но были и те, кто слышал этот крик и во время последующего расследования смог его в точности воспроизвести. В то обычное утро, последнее, что прокричал спешно покидавший город старина Лю перед своим внезапным исчезновением, было: — Кровавая Иволга… Однако простым смертным была неведома истина: в Отделе Плывущих Облаков Истинного Альянса Бессмертных, любимая подчинённая Истинного Владыки Тяньланя, обладавшая огромной властью и известная даже в масштабах всего Альянса глава зала, была женщиной по имени Сюэ Ин, по прозвищу Кровавая Иволга. … На рассвете Дин Дан и Лу Чэнь проснулись. Больше не говоря ни слова, Дин Дан быстро покинула хижину. Лу Чэнь проводил её до развилки, но дальше спускаться с горы не стал. Он молча смотрел на удаляющуюся спину девушки. Что же с ней случилось на горе? Почему прошлой ночью она выглядела такой хрупкой и беспомощной? Чего она боялась: Лу Чэня, смерти или чего-то иного? Больше она ничего не сказала, а Лу Чэнь больше не спрашивал. Жизнь быстро вернулась в своё спокойное русло. Или, по крайней мере, на поверхности казалось, что ничего не изменилось, и дни, как и прежде, сменяли друг друга. Дин Дан больше не приходила к Лу Чэню. Те слова, что она произнесла дрожащим голосом в ту тёмную ночь, казалось, были лишь ночным бредом, беззвучно растворившимся на ветру. Лу Чэнь продолжал жить в одиночестве, изредка заходя в маленький трактир у подножия горы, чтобы выпить, но большую часть времени проводил в своей хижине. Каждый день он пытался заново начать своё совершенствование, но врождённые качества его возрождённого Божественного диска Пяти Элементов были слишком плохи. Путь перерождения оказался необычайно трудным, духовной энергии в его теле было ничтожно мало, и каждый день приносил лишь крошечный прогресс. Но Лу Чэнь не отчаивался. Напротив, он упорно продолжал идти вперёд по дороге, которую когда-то уже прошёл. Что же до тёмной стороны Божественного диска, то с той самой ночи он больше к ней не прикасался. Потому что, вспоминая ту сцену во мраке, Лу Чэнь отчётливо ощущал, что, по крайней мере, в тот момент, когда тьма бушевала сильнее всего, у него возникло смутное чувство потери контроля над своим разумом или телом. А та чёрная духовная энергия, судя по двум попыткам, почти наверняка была связана с убийствами и смертью. Лу Чэнь не чурался крови и не боялся тьмы — в его прошлые, молчаливые годы они были его постоянными спутниками. Однако сила, которую можно было обрести лишь через убийства и смерть, всё же выходила за пределы его нынешних моральных границ. К тому же, было ещё одно незначительное, но важное обстоятельство, которое заставляло Лу Чэня подсознательно держаться на расстоянии от этого тёмного Божественного диска. Это был котелок со странным, прокисшим мясом кролика. … — Старина Лю мёртв. Снаружи палило солнце. В маленьком трактире было прохладнее, но ненамного. Со лба старины Ма непрерывно стекал пот. Он вытирал его полотенцем, наполовину прикрывая лицо, и ровным тоном сообщил Лу Чэню: — Как он умер? — Исчез в день отъезда за восточными воротами Города Бессмертных. Кто-то слышал крик, но его так и не нашли. А когда обнаружили, старина Лю был уже трупом, брошенным в Лесу Черных Сосен за западными воротами. Тело было наполовину объедено дикими зверями. Лу Чэнь немного помолчал и спросил: — Это дело рук демонического культа? Старина Ма вздохнул, отложил полотенце и сказал: — За последнее время в Отделе Плывущих Облаков погибло уже два инспектора. То, что Чжан Цзюпина убил демонический культ, — это точно. А вот со стариной Лю пока неясно, на его теле следов вмешательства культа пока не обнаружили. К тому же…