В Тени Неба

Глава 47

Озеро Дракона, позади чайной горы. Берег озера. Юноша был красив и элегантен, девушка — прекрасна и обворожительна. Они должны были быть идеальной парой, созданной небесами, но сейчас, по неведомой причине, они гневно смотрели друг на друга, о чём-то яростно споря. Девушкой была Дин Дан, а юношей — Ли Цзи, который несколько дней назад поступил в Секту Тысячелетия, чтобы совершенствоваться на пути Бессмертных. В этот миг Дин Дан выглядела несколько потрёпанной. На её одежде и рукаве виднелись следы борьбы, причёска растрепалась, и изящная прядь волос спадала на белоснежную щеку. Ли Цзи, казалось, не пострадал, но его брови были плотно сдвинуты, а лицо искажено гневом. Он пристально смотрел на Дин Дан и, с трудом сдерживая ярость, прорычал: — Почему, почему, почему?! К чему все эти разговоры? Разве я не говорил тебе уже несколько раз? С тем, чтобы привести тебя на гору и принять в секту, нельзя торопиться, нужно действовать постепенно! Дин Дан холодно усмехнулась, её взгляд был острым, как лезвие ножа. С ненавистью в голосе она ответила: — Этим ты обманешь разве что призраков. Когда ты брал мои духовные камни, то всё расписывал в лучшем свете. Обещал, что как только поступишь в Секту Тысячелетия, сразу же заберёшь меня, и мы вместе пойдём по Великому Пути. Прошло всего несколько дней, а ты уже отказываешься от своих слов? Лицо Ли Цзи на мгновение посинело от злости. — Думаешь, это так просто? Не я один всё решаю. К тому же, не так давно старейшина Сюй из нашей секты пал от рук демонического культа. Сейчас вся секта, от верхов до низов, кипит от возмущения и выслеживает проклятых убийц. Как я могу в такое время заводить разговор об этом? Выражение лица Дин Дан ничуть не изменилось, она лишь холодно усмехнулась: — Красиво говоришь, но я тебе что, деревенская дурочка? Я уже всё разузнала. Секта Тысячелетия в этом деле совершенно беспомощна, им оставалось лишь доложить Истинному Альянсу Бессмертных и просить их взять расследование на себя. Теперь, после похорон старейшины Сюя, в Секте Тысячелетия больше нет никаких ограничений. Разве ваш почтенный глава секты не принял на днях нового ученика? Лицо Ли Цзи застыло, и на мгновение он потерял дар речи. Дин Дан прикусила губу и, топнув ногой, сказала: — Если ты упорно отказываешься, тогда верни мне те духовные камни. И, как мы договаривались, добавь недостающую тысячу, чтобы я сама могла испытать удачу у Зеркала Оценки Бессмертных. Смерть или жизнь, Бессмертная или смертная — я положусь на волю небес! Ли Цзи сжал кулаки, его лицо побагровело. — Я… Откуда у меня сейчас столько духовных камней? Дин Дан долго смотрела на него, а затем произнесла: — И так нельзя, и эдак не получается. Теперь ты один вступил на путь Бессмертия, и перед тобой светлое будущее, а я прозябаю в этой глухой деревушке, каждый день терпя насмешки и сгорая от нетерпения в надежде увидеть тебя хотя бы мельком. Ты хоть представляешь, каково это? На последних словах глаза Дин Дан покраснели, наполнились влагой, и по щекам покатились слёзы. Ли Цзи, стиснув зубы, лишь повторил: — Я же сказал, с этим делом нельзя торопиться. Дай мне ещё немного времени. Дин Дан вытерла глаза. Глядя на выражение лица Ли Цзи, она, сама не зная почему, постепенно смягчилась. В её взгляде появилась пронзительная тоска, и она тихо прошептала: — Милый Ли, милый Ли, неужели ты и вправду не понимаешь моих чувств к тебе? Ли Цзи опустил голову и молчал. Дин Дан шагнула к нему. — Ты мне понравился с первого взгляда. Когда ты нарисовал для меня те картины, я уже мечтала провести с тобой всю жизнь. Ради тебя я готова на всё, ты знаешь? — она тихо плакала. — Я хочу стать Практиком, но ещё больше я хочу быть с тобой. Чтобы мы вместе совершенствовались, обрели свободу и вечную жизнь, став парой бессмертных возлюбленных. Хорошо? Ну, хорошо же… Говоря это, она протянула руку, взяла ладонь Ли Цзи и прижала к своей груди, с мольбой глядя на него. Ли Цзи поднял голову. На его лице сменялись самые разные чувства: нерешительность, трепет, радость, тоска, печаль, страх и что-то ещё — всё это промелькнуло за одно короткое мгновение. От её ладони исходило тепло женского тела и знакомое ощущение мягкой кожи. Внезапно его взгляд похолодел. Глядя Дин Дан прямо в глаза, он ледяным тоном спросил: — Сколько мужских рук ты вот так держала? Тело Дин Дан резко дрогнуло, словно её вмиг бросили в ледяную пропасть. Даже её рука в одночасье стала холодной. Она отступила на шаг, но тут же замерла — Ли Цзи перехватил её ладонь и крепко сжал. Он широко распахнул глаза, и выражение его лица почему-то стало свирепым. Он шагнул вперёд, вплотную приблизившись к Дин Дан, и впился в неё взглядом, острым, как лезвие, словно пытаясь проникнуть в самые глубины её души. Даже его слова в этот миг звучали так же безжалостно: — А со сколькими мужчинами ты спала до меня? Дин Дан затряслась всем телом. Её лицо стало белым как полотно, губы непрерывно дрожали, грудь тяжело вздымалась, но она, казалось, не могла вздохнуть. Лишь слёзы безудержным потоком лились из глаз. Она отчаянно замотала головой, глядя на Ли Цзи, но не могла вымолвить ни слова. Ли Цзи стиснул зубы, и его красивое лицо исказилось. Он гневно посмотрел на Дин Дан, затем резко отшвырнул её руку и прорычал: — Ты, шлюха, зачем ты обманула меня! Дин Дан, пошатнувшись, отступила на несколько шагов. Заливаясь слезами, она закричала: — Это не так! Я искренне люблю тебя, я правда хочу прожить с тобой всю жизнь… — Кто захочет прожить с тобой всю жизнь! — оборвал её Ли Цзи. Его глаза, казалось, налились кровью, и, скрипя зубами, он выплюнул: — Такая низкая и бесстыжая женщина, как ты, шлюха, готовая лечь под любого, ещё смеет мечтать о пути Бессмертных? Катись прочь! Дин Дан, казалось, больше не могла стоять на ногах и рухнула на землю. На её лице не было ни кровинки. Глядя на Ли Цзи, она, словно в бреду, пробормотала: — Ты… как ты можешь так говорить? Когда ты просил у меня деньги, когда говорил мне все эти сладкие слова, ты был не таким. Ли Цзи пнул ногой лежавший рядом камень, и тот, пролетев по воздуху, с плеском упал в Озеро Дракона. Казалось, душа его сейчас тоже была полна ярости. Он указал на Дин Дан, не в силах сдержать гнев, словно смотрел на смертельного врага, и громко крикнул: — Почему ты тогда не сказала мне всё начистоту? Ты проложила мне путь этими грязными деньгами, но на самом деле всё это было ради себя, не так ли?! Дин Дан горько усмехнулась. Глядя на этого мужчину, она оставалась бледной как бумага, и слёзы не переставали течь, но её взгляд, казалось, стал немного яснее. Среди всей этой боли она спокойно смотрела на Ли Цзи и тихо произнесла: — Милый Ли, я помню, как ты с большой радостью взял те деньги и проложил себе путь на небеса.