Новые начала/New beginnings

Изуку и Хитоши наконец-то добрались до U.A., чтобы сдать вступительные экзамены. Здания оказались невероятно высокими, отполированными и пугающими в свете раннего утра, а у главных ворот гудели десятки студентов, подающих надежды. Они договорились — Изуку будет сдавать экзамены как для геройского курса, так и для аналитического. Школа разрешала каждому кандидату подать заявку максимум на два курса, хотя U.A. позаботился о том, чтобы содержание каждого экзамена было строго раздельным. Изуку не собирался проходить на геройский курс, однако, после нескольких недель тренировок с Хитоши, ему показалось неправильным оставлять парня разбираться с этим в одиночку. Он хотел быть рядом с Хитоши, и, кроме того, их причуды проявлялись лучше всего, когда они были вместе. Тем не менее, его сердце колотилось как барабан. Он шел чуть позади Хитоши, прикрываясь им как щитом, когда мимо проходили группы студентов. И все же, когда кто-то поворачивался и здоровался с ними, именно Изуку заставлял себя сделать шаг вперед и ответить. Хитоши ясно дал понять, что не хочет, чтобы кто-то обвинял его в «жульничестве» из-за того, что он не был знаком с ними, и Изуку неохотно с ним согласился. — Нет, правда, — Прошептал Изуку всего несколько минут назад, нервно сжимая руки, — Это ты должен был говорить, ты… э-э… более собранный, у тебя меньше шансов запнуться, меньше шансов… — Именно поэтому ты будешь первым, кто заговорит, если кто-нибудь спросит, — прервал его Хитоши, его голос был спокоен, но взгляд тверд. — Если они подумают, что я использую тебя как своего рода уловку, все закончится, не успев начаться. Мне не нужны оправдания, Мидория. Я хочу победить сам. Изуку пытался протестовать, но в конце концов сдался с нервным смешком. — Тогда… Я сделаю это. Я буду говорить. Только… только не удивляйся, если я буду заикаться или говорить глупости. — Ты не будешь, — сказал Хитоши, и хотя его тон был ровным, уголки губ слегка изогнулись — самая близкая к заверению вещь, которую он смог выразить. Теперь, когда они прошли дальше в экзаменационный зал, Изуку чувствовал, как каждая нервная мысль жужжит у него в голове. Он крепко сжал ремешок своей сумки, его зеленые глаза бегали по другим ученикам. Некоторые уже потягивались, другие что-то бормотали себе под нос, остальные оценивали проницательными взглядами. Изуку, тем временем, сосредоточился на контроле своего дыхания. Его причуда — теперь она была другой. На тренировках он научился активировать её двумя различными способами: либо через быструю физическую связь с Хитоши, либо через ошеломляющий всплеск эмоций, достаточно сильный, чтобы перерасти в инстинкт. И то, и другое имело свое применение, но за это тоже приходилось платить. А впереди экзамен… ему нужно было поступать аккуратно. Тем не менее, он дал обещание. И он не собирался отступать. Хитоши шел спокойно, засунув руки в карманы, не обращая внимания на любопытные взгляды учеников вокруг. Изуку, однако, не мог не съежиться, когда чей-то взгляд задерживался на нем слишком долго. Нервы у него были на пределе, но каждый раз, когда кто-нибудь подходил заговорить, он выпрямлялся, неуверенно улыбался и отвечал. Это была не совсем смелость — это была преданность. Потому что, если кто-то будет плохо думать о Хитоши из-за него, он не сможет себе этого простить. Изуку не мог поверить в свою удачу. Они с Хитоши не только сидели рядом на письменной части, но и, вопреки всему, сам экзамен был… легким. Подозрительно лёгким. Его карандаш двигался быстро, заполняя ответы, вычеркивая пару строк, делая пометки на полях на всякий случай. Один, два, три раза он просматривал свои вопросы, убежденный, что где-то должен быть скрыт какой-то подвох. Но ничего. В аналитической секции даже была специальная программа для решения задач — именно такая, которая заставила его мозг работать с энтузиазмом. Он с радостью погрузился в чтение, рисуя маленькие диаграммы в углу страницы. И все же, подняв глаза, он замер и понял, что завершил тест. Закончил. Слишком рано. Нет, нет, нет, это неправильно. Я не могу закончить первым. Это выглядело бы высокомерно или, что еще хуже, как будто я поторопился и все испортил. О боже, что, если я неправильно прочитал всю вторую страницу? Что, если— Внезапно чья-то рука легла на его экзаменационный лист. Изуку чуть не подскочил со своего места. Он поднял широко раскрытые глаза и увидел стоящего перед его столом мужчину с усталым видом, волосы которого беспорядочными прядями падали на лицо. Его глаза были полуприкрыты, но смотрели зорко, несмотря на усталость, и оружие захвата — или это был шарф? — было накинуто на его плечи. Герой. Профессиональный герой. Погодите. Погодитепогодитепогодите — это Сотриголова. Сотриголова. Он тут? В U.A.? Преподает ли он здесь? Проводит ли он вступительные экзамены? По какому предмету? Приносит ли он в класс свое оружие для захвата? Сотрудничает ли он с отделом поддержки по изготовлению специального снаряжения? Как он справляется с напряжением глаз, вызванным его необычной причудой? О, это потрясающе, это невероятно, это — Поверх его экзаменационной работы была положена сложенная бумага. Изуку моргнул, быстро приводя в порядок мысли. Он взглянул на записку и прочитал написанное торопливым почерком: Если ты закончил, ты можешь переходить к следующему тесту. Просто сдай это. Мужчина не проронил ни слова. Лицо Изуку вспыхнуло, но он поспешил собрать свои задания и передать их. — С-спасибо, сэр! — быстро прошептал он, голосом более взволнованным, чем ему хотелось бы. Сотриголова лишь коротко кивнул ему, словно принимая благодарность, но не придавая ей особого значения. Затем, легким движением руки, он предложил Изуку следующий комплект экзаменационных работ. Изуку инстинктивно поклонился, чуть ли не роняя их в процессе, а потом вернулся на своё место. Его руки слегка дрожали, когда он раскладывал новые задания, сердце бешено колотилось в груди. Окей. Сосредоточся. Сосредоточься, Изуку. Это потрясающе — ты смог лично увидеть одного из своих любимых подземных героев, но тебе также нужно проявить себя. Сейчас не время фанатеть. Сейчас речь идет о том, чтобы попасть в U.A. , и, кроме того, позже ты сможешь написать анализ его стиля боя, тактики, контрмер для его причуды, описать физику его шарфа— Он оборвал себя на полуслове глубоким вздохом, щёки его покраснели. Затем он решительно снял колпачок с ручки и начал свой аналитический экзамен — та часть этого дня, которую он ждал с нетерпением

***

Письменные экзамены наконец-то закончились, и Изуку почувствовал, что снова может дышать. Его рука болела от того, как сильно он сжимал ручку, а мозг все еще гудел от вычислений и анализа. Теперь, сидя в автобусе, который вез их на тренировочное поле В, он с тяжелым вздохом облегчения откинулся на спинку сиденья. Он был особенно благодарен судьбе за то, что оказался в одном автобусе с Хитоши. По-видимому, произошла путаница в оформлении документов. Кто-то зарегистрировал Изуку так, как будто он учился на дому, а не в государственной средней школе, что, согласно системе UA, технически означало, что он и Хитоши не должны были знать друг друга. Из-за этой ошибки персонал не отметил их как друзей, которые, возможно, пытались жульничать, и поэтому Изуку разрешили сдавать те же экзамены, что и Хитоши. Это было странно… И возможно даже стыдно… Но Изуку был слишком облегчен, чтобы ставить всё это под сомнение. По крайней мере это означало, что он не будет проходить через всё это в одиночку. Автобус с грохотом остановился, и все начали выходить. Желудок Изуку скрутило в узел, когда он увидел массивные ворота, ведущие на тренировочную площадку. Его нервы были на пределе — он то и дело теребил пальцы, разминал их и хрустел костяшками. У него сдавило грудь, и он подумал, что, возможно, его стошнит еще до начала экзамена. Шинсо, который стоял позади него, заметил. Не проронив ни слова, он вытянул свою ладонь между тревожными руками Изуку. Тепло поразило Изуку, но в то же время вывело его из состояния нервозности. Он моргнул, глядя на Хитоши, в чьих спокойных фиолетовых глазах читался лишь слабый намек на веселье. Прежде чем Изуку успел что-либо сказать, над тренировочной площадкой разнесся громкий голос Сущего Мика: — ВЫ ГОТОВЫ, ЭКЗАМЕНУЕМЫЕ?! От громкости звука Изуку чуть не выпрыгнул из своей кожи, но вместо этого он крепче сжал руку Хитоши, вцепившись в нее так, словно это был единственный якорь, который у него был. Его сердце стучало, отдаваясь в ушах, и он не был уверен, принадлежала ли эта смелость ему самому или исходила от поддержки его друга. И тут двери со скрипом начали открываться. Изуку не стал ждать. Он бросился вперед, как только появилось свободное пространство для маневра. Решение было инстинктивным, почти безрассудным, но оно казалось правильным. Хитоши, стоявший рядом с ним, тоже не колебался — он бросился за ним, не задавая вопросов. Внезапное их движение привлекло внимание других экзаменуемых. Многие замерли, ожидая формального отсчёта. — НЕ СТОЙТЕ СТОЛБОМ! — В голосе Сущего Мика зазвучала насмешка. — ТАМ, СНАРУЖИ, ЗЛОДЕИ НЕ ЖДУТ ОБРАТНОГО ОТСЧЕТА! ГЕРОИ НЕ ГОТОВЯТСЯ — ОНИ ДЕЙСТВУЮТ! Этого выговора было достаточно, чтобы привести в движение остальную группу, но к тому времени Изуку и Хитоши уже были впереди, вбежав бок о бок на тест. Первые роботы пришли раньше, чем ожидалось, громыхая по улице, как гиганты в доспехах. Изуку не терял времени даром. Его причуда вспыхнула, в то время как невидимые нити силы набросились на ближайшую машину, сковывая ее конечности ровно настолько, чтобы нарушить её ритм. — Сейчас! — Крикнул Изуку. Хитоши не терял времени даром. Пока Изуку удерживал их в неподвижности, Шинсо рванулся вперед, оказавшись на расстоянии выстрела. Его тренировка в обращении с тупым оружием принесла свои плоды — он ничего не принес на экзамен, при этом полагаясь лишь на чистую силу, и мощным ударом ноги врезал по грудной панели первого робота. Металл прогнулся, цепи питания заискрили, и робот опрокинулся. Он перевернулся в воздухе и сильно ударил локтем по голове второго, ломая его оптические сенсоры. Третий с визгом вырвался на свободу, вырываясь из пут Изуку. Изуку нахмурился — его причуда дернула сильнее, мерцающие нити туже обвились вокруг ног. Робот споткнулся, дав Хитоши достаточно времени, чтобы подпрыгнуть и сокрушить его шлем решающим ударом. Их движения были безупречными. Там, где Изуку создавал ловушки, Хитоши уничтожал роботов. Там, где Хитоши промахивался, Изуку перенаправлял угрозу. Но на экзамене главное было не в комфорте. Раздался резкий сигнал тревоги, когда появилось еще больше машин, и полдюжины маленьких, проворных двухочковых бросились врассыпную через улицу. Их пилы зажужжали, когти заскребли по бетону, когда они нацелились на рассеянных испытуемых. — Справа! — Изуку закричал. Он сделал выпад, и с ловкостью поймал одного из быстро движущихся роботов в середине прыжка. Он швырнул его на землю, кряхтя от усилий. Хитоши бросился вперед, опустив пятку, чтобы размозжить ему голову. Но двое других пронеслись мимо, загнав в угол нервного мальчика с дрожащими руками. У Изуку сжалось сердце — не раздумывая, он бросился к ним, причудливые нити щелкали, как кнуты. Они обвились вокруг туловищ роботов и отбросили их в сторону, прежде чем мальчик успел пострадать. — Ты в порядке?! —быстро спросил Изуку. Мальчик неуверенно кивнул, и Изуку указал на более светлую улицу. — Направляйся в ту сторону! Там меньше роботов! Мальчик с благодарностью заковылял прочь. Тем временем Хитоши справился сразу с тремя, его движения были резкими и точными. Он увернулся от замаха, развернулся и ударил кулаком по слабому суставу. Посыпались искры. Он схватил свободную руку и использовал ее как импровизированное оружие, описывая широкую дугу, чтобы поразить двух других. К тому времени, как Изуку перегруппировался, они с легкостью набрали по меньшей мере семнадцать очков. Но ни один из них не замедлился. — Все еще дышишь? — Пыхтел Хитоши, вытирая пот со лба. Изуку ухмыльнулся, несмотря на жар, обжигающий его легкие. — Все еще стою. Они продвигались все глубже в псевдогород. С каждым разом причуда Изуку становилась все ярче, щупальца обвивались вокруг конечностей, скручивались, сгибались, смыкались в замок. Он начал думать не только о том, как сдержать роботов, но и о том, как вывести их из строя стратегически — подтягивать их ноги внутрь, чтобы Хитоши мог покончить с ними одним ударом, или отклонять их головы в сторону, чтобы один робот столкнулся с другим. Синхрон не просто работал — он рос. А потом земля затряслась. С разрушенных крыш посыпалась пыль, когда появился колоссальный нулевой робот, возвышающийся над ними всеми. Среди испытуемых раздались вздохи и крики. Его массивная рука взмахнула и проломила ряд зданий, словно они были бумажными. Изуку застыл на мгновение. Победить эту тварь было невозможно. — Тоши… — Я знаю. — Тон Хитоши был острым. Он схватил Изуку за запястье и дернул его за собой. Они не атаковали. Они не тратили энергию впустую. Вместо этого они двинулись к попавшим в ловушку испытуемым. — Помоги мне разобраться с обломками! — Крикнул Изуку. Его причуда сработала, подняв обломки стен ровно настолько, чтобы ученики могли выползти наружу. Хитоши собрался с силами и принялся разгребать обломки, когда Изуку отвлекся. Вместе они вытащили двух девушек и направили их в безопасное место. — Продолжайте двигаться! — поторопил их Изуку, уже устремляясь к другой группе. Вокруг них царил хаос. Испытуемые бросились врассыпную, спасаясь от сокрушительных шагов ноль-очкового. Но Изуку и Хитоши остались на месте, их сердца бешено колотились, руки болели, а причуды были напряжены до предела, когда они вытаскивали на свободу незнакомца за незнакомцем. Когда, наконец, зазвонил таймер, сигнализируя об окончании, Изуку рухнул на колени, пот стекал по его лицу. Он посмотрел на Хитоши, который тяжело прислонился к нему, прижавшись щекой к кудрям Изуку. — Твоя судьба… быть моей почетной подушкой, — пробормотал он, наполовину серьезно, наполовину издеваясь. Изуку расхохотался, пораженный абсурдностью ситуации. — Тогда ты — мое одеяло, Тоши. Они вышли из университета с усталыми улыбками, но с легкими сердцами, тяжесть испытания сменилась чем-то почти радостным. Их ждал дом — квартира Изуку, где его мама уже дала свое благословение на их «ночевку». Это было прекрасное завершение дня, который был ошеломляющим, пугающим и странным… прекрасным.