Серебряная маска

В дверь постучались, и раздался тихий голос Лоры. — Господин Готье, мистер Кагер прибыл. — Спасибо, сейчас спущусь. Я ещё раз оглядел комнату, удостоверился, что нигде нет вещей, способных смутить меня, например, разбросанных несвежих носков под кроватью или нижнего белья, торчащего из приоткрытого шкафа. Не хотелось давать Оливии лишний повод для шуток. В гостиной Леон неловко переминался с ноги на ногу у камина, не зная, куда деть руки — то ли запихнуть их в карманы лёгкого пиджака, то ли взять оставленную на столике книгу, чтобы хоть чем-то скрасить ожидание. Леон был прекрасным актёром, поэтому прекрасно отыгрывал неуверенность. Этакий нежный принц или белая роза, которая чуть что может сломаться. Так о нём порой писали журналисты, а он прекрасно этот образ держал. — Привет, — негромко проговорил я. — Не хочешь сока или чая? — Привет, — с улыбкой ответил Леон. — Нет, спасибо. — Сейчас приедут близнецы. И я присоединился к нему в неловкой позе, мало чем отличающейся от его собственной. Стояли мы как два истукана, ещё не хватало начать обсуждать погоду или последний футбольный матч в этом сезоне. Нам было привычнее общаться вне стен моего дома, где не было много ушей. Раздался звонок, от которого мы вздрогнули, словно никого не ждали. Лора торопливо прошла мимо нас, направляясь в холл. Через долгие минуты, показавшиеся мне вечностью, в гостиной появились близнецы Брум. Оливер шёл первым, радостно улыбаясь нам. На нём тоже был пиджак, но нараспашку, в отличие от Леона. Волосы выбились из укладки. Оливер выглядел так, словно его только что известили о том, что он должен быть у меня дома. — Привет! Простите за опоздание, — проговорил Оливер, заправляя прядь светлых волос за ухо. — Ничего, — ответил я, но замолчал, увидев Оливию. Она была в зелёном платье до колен, распущенные волосы украшали аккуратно вплетённые зелёные ленты. «Лесная нимфа», — пронеслось в голове. Она виртуозно дурила окружающих и иногда даже нас. Порой я и Леон забывали, что она с лёгкостью может вспороть человеку брюхо ножом для писем. От Оливера мы слышали, что однажды такое было. — Всем добрый день, — кивнула Оливия максимально элегантно. — Добрый, — кивнул я в ответ, затем откашлялся и предложил: — Чай, кофе, может, сок? Лора стояла поодаль в ожидании указаний. — Нет, спасибо, — ответил Оливер. — Если можно, стакан воды. Оливия повернулась к Лоре, отчего та смутилась и уставилась в пол. Хотя я знал ответ, многие девушки, в особенности полукровки, чувствовали себя неотёсанными и ущербными по сравнению с ней. То, с какой величественной грацией ходила порой Оливия, смущало даже меня. А уж для обычных полукровок Оливия казалась чем-то таким возвышенным, что они боялись даже смотреть на неё. Скорее всего, не увидев, как она с наслаждением вгрызается в жареные свиные рёбра и запивает это всё пивом, я бы тоже на неё так смотрел. И в какой-то другой вселенной тоже бы, как и все эти парни, был бы влюблён в неё. Мы поднялись наверх в полной тишине. И я, и они совершенно не знали, о чём говорить. Да, мы были одной командой, но обсуждать наши тёмные дела у меня дома было бы глупой идеей. В дверь постучали, и вошла Лора с подносом, на котором стоял высокий стакан воды и лежали салфетки. Оливия потянулась за стаканом и вежливо поблагодарила Лору. Когда мы уселись, каждый взял себе по листу бумаги и ручке, и мы устроили мозговой штурм. — Как насчёт того, чтобы рассказать о Людовике XVI? — спросил Леон без малейшего интереса. — Он скучный, — ответил Оливер. — Почему? — Леон принялся рисовать цветы на листе. — Ну, как тебе сказать. Мне не нравится Людовик XVI, он трус, который сначала не мог усмирить своих приближённых, а когда запахло жареным, попытался сбежать от народа. — То, что он тебе не нравится как личность, не значит, что он скучный, — вставил я. Леон улыбнулся мне в знак благодарности. — Я рассчитывал, что мы возьмём кого-нибудь поинтереснее: Марата или Робеспьера. — Как тебе Мария-Антуанетта? — ехидно спросила Оливия у брата. — Пожалуйста, никаких королев, Ви. Оливия недовольно шикнула, а я и Леон неодобрительно покосились на мальчика. — Ой, да бросьте вы, — фыркнул парень. — Это всего лишь прозвище. — Ты сам знаешь, что это не так, — поджав губы, ответила девушка. — Тебе нужно лучше контролировать свой язык. Не хотелось бы, чтобы в один из дней ты его лишился. — Может, проект сделать о Дантоне? — прервал я их разборки. — Дантон? — Оливер задумчиво уставился на меня. — «Разве можно унести Родину на подошвах своих башмаков?» Давайте про Дантона, он интересный. — Дантон так Дантон. Мне не принципиально, — откликнулся Леон. — Я не очень люблю политику. — Я не против, — согласилась Оливия. — Всё равно они все закончили одинаково — на эшафоте. Мы принялись обсуждать честолюбивых героев, исторических личностей, говорить обо всём и ни о чём. Я вспомнил Александра Македонского, чьё честолюбие и гордость заставили его превзойти сначала отца, а затем и Геракла. Оливер напомнил про комплексы Гитлера, несостоявшегося художника, но тщеславного диктатора. Леон поделился историей про Нуриева, который после побега из СССР выступал по всей Европе. — Давайте вернёмся к проекту, — спустя час предложил Леон. — О! Кагер удивлённо посмотрел в сторону открытого окна, и я мысленно уже представил, что могло его удивить, точнее, кто. Довольный Скэриэл наблюдал за нами. Только вот его для полной картины здесь и не хватало. Если так подумать, именно в этот момент в моей комнате собрались самые опасные люди Запретных земель и, возможно, нашей страны. — Мисс, позволите войти? — вежливо спросил он у Оливии, сидевшей ближе к окну. Она издала испуганный писк и отскочила к брату. Лоу, не смущаясь, влез в комнату в напряжённой тишине. Мои одноклассники ошарашенно переглядывались. Все идеально отыгрывали чистокровных детишек, которые до этого момента никогда не видели полукровок. — Скэриэл не жалует двери, — проговорил я, когда тот предстал перед нами во всей красе. — Всем привет, у вас тут собрание юных чистокровных? — весело усмехнулся Лоу. — Это Скэриэл Лоу, он мой друг, — начал я и, повернувшись к нему, добавил: — Прости, я забыл тебе сказать, что сегодня работаю над проектом. — Привет, я Оливер Брум, а это моя сестра Оливия. Не растерявшись, Оливер подошёл и протянул руку. Скэриэл с довольным видом принял рукопожатие. — Очень приятно. — Взаимно, — ответила Оливия. — Меня зовут Леон Кагер, — представился парень и тоже протянул руку парню, внимательно разглядывая полукровку, будто не знал о нём всю его подноготную. Уж кто реально не отыгрывал интерес, так это Оливер, которому Адам, скорее всего, все уши прожужжал, как он ненавидит Лоу. — А как ты забрался? — спросил Оливер. — Хочешь, покажу? — Давай. Они со Скэриэлом подошли ближе к окну. — Оливер иногда ведёт себя как маленький ребёнок, — тепло улыбнулась Оливия, наблюдая за тем, как её брат и Скэриэл выглядывают из окна, при этом Скэриэл активно жестикулировал, объясняя весь процесс таинственного попадания в мою комнату. — Мне кажется, что это не совсем хорошая идея, — озвучил мои мысли Леон. Я же стоял и смотрел на парней, недовольно поджав губы. Вот так среди белого дня вылезать из моего окна было не просто плохой идеей, а идиотской. Особенно если один из них — мой якобы друг-полукровка. Да, я хотел побесить отца и брата, но не так открыто. Давать им повод наказывать меня я не желал. В это время Скэриэл вылез из окна, и, к нашему удивлению, Оливер последовал за ним. — Ты куда? — испуганно крикнула Оливия. — Он говорит, что это безопасно, хочу проверить. Давай с нами? — Я в платье, — нерешительно возразила она. — Тогда в другой раз. Готье, ты уже так поднимался? — Не было необходимости. К себе домой я могу попасть и через дверь. — Но так веселее, — парировал Оливер. — Леон, ты с нами? — Нет, спасибо, мне и тут хорошо, — улыбнулся Кагер. — Мы вернёмся минут через пять, — крикнул он и скрылся из виду. — Оли, жди меня! Мы втроём бросились к окну и наблюдали за тем, как Скэриэл проворно спустился вниз и по пути объяснял Оливеру, куда ставить ногу и за что цепляться рукой. — Сумасшедшие, — вздохнула Оливия. — Ему лишь бы довести меня до нервного срыва. — Не только тебя, но и всех нас, — недовольно пробормотал я. — Как думаешь, что ему от нас всех нужно? — спросила она меня, поглядывая на парней. — Мне тоже это интересно, — как можно тише ответил я ей. — В левом ящике чёрная папка, там вся информация. Я не знал, что он заявится ко мне, поэтому могу отдать её тебе. Этот любопытный нос любит залезать в мои шкафы. — Какая щедрость, — так же тихо хмыкнула девушка. — Передашь под видом доклада. Вы, мальчишки, совершенно беспечны в таких вопросах. На днях, например, мне пришлось смывать в унитаз марихуану, потому что Оливер совершенно забыл, что прислуга раз в месяц устраивает ген уборку. Я тихонько захихикал, представив, если бы девушку спалили за этим занятием. В это время Оливер очутился на земле и победоносно улыбнулся нам. Оливия помахала ему рукой. Леон показал большой палец. Когда Скэриэл и Оливер взбирались на второй этаж, подъехал автомобиль Кевина. Сегодня я планировал весь день пробыть дома, и Кевин вызвался отвезти Сильвию за покупками. — Мистер Брум! Что происходит? — испуганно раздалось снизу. Сильвия в спешке выбралась из салона. Уверен, ей открылась прекрасная картина: любимый сын мистера Брума на пару с полукровкой, от которого Сильвия, мягко говоря, не в восторге, покоряют окна второго этажа. — Твою ж мать, — ударил я по лбу ладонью. Вот этого я и боялся. Спасибо, Оливер, спасибо, Скэриэл. — Всё в порядке! — крикнул я, когда Оливер последним влез в окно. — Всё под контролем! Растерянная Сильвия не сдвинулась с места и даже не потрудилась закрыть дверцу автомобиля. Кевин стоял позади и сдержанно улыбался. Очутившись в комнате, Оливер расхохотался, а Скэриэл довольно посмеивался, словно оба по меньшей мере покорили Эверест. Им оставалось только победоносно поразмахивать флагом, а затем водрузить его на моей кровати. Дальше мы обсуждали проект, при этом Оливер устроил Лоу целый блиц-вопрос, явно пытаясь вывести того из себя. Но полукровка держался спокойно, а я ещё раз восхитился его стойкостью. Мне очень импонировал Лоу в обеих его ипостасях. Мне нравилось, каким он был нежным и вдохновлённым с Готье Хитклифом и каким безбашенным и угрожающим в Запретных землях. Только вот он был опасен. Диких животных не держат дома, как кошку или собаку: их либо отстреливают охотники, либо держат в клетке. После обсуждения всего ребята разъехались, а Скэриэл, дав мне ключ от своего дома, тоже покинул мою комнату, оставив меня в одиночестве.