Серебряная маска

Я закрыл дверь в свою комнату и, обернувшись, выжидательно посмотрел на ребят. — А теперь будьте добры объяснить, какого чёрта вы решили пропихнуть Лоу в академию? После той экскурсии прошла неделя. По словам Адама, Скэриэл поправлялся и уже задумывал убить мистера Эна. Я же всё никак не мог поймать ребят для серьёзного разговора. Но благодаря очередному проекту по истории у меня наконец это вышло. — Ну, мы думали, что ты будешь не против, — пожал плечами Оливер с невинным видом. — И с чего вы это взяли? — недовольно пробурчал я, скрестив руки на груди. — Ну, по-моему, твой отец топил за права полукровок и всё такое, — продолжал прикидываться дурачком Брум, а я на это лишь нахмурился. Уж что-что, но Уильям Хитклиф явно был бы против обучения полукровки в академии. — Если он состоит в оппозиции, это не значит, что… — начал было я, но меня перебил Леон. — А мы говорим не про Уильяма Хитклифа, — Кагер слегка улыбнулся, и по моей спине прошли мурашки. — Правила приёма полукровок ввёл непосредственно Лукиан Берко, а он, в свою очередь, и является твоим отцом. — Он слегка наклонил голову и с интересом посмотрел на меня. — Или мы ошибаемся? Я замер, не в силах пошевелиться. Твою ж мать. — Как? — только и смог спросить я, глядя на парней, которые лучезарно улыбались, радуясь, что загнали меня в угол. Оливия шокированно смотрела на всех нас. Судя по всему, парни не посвятили её в курс дела. — Я удивлён, что ты забыл, что единственная лаборатория в Ромусе, которая занимается анализами родства и всем в этом духе, принадлежит мне, — невинно пожал плечами Кагер. Я чуть не стукнул себя по лбу. Как я мог забыть об этом? — Считай, поступление Лоу в академию — наша маленькая месть, — продолжил Оливер. — Даже если Гедеон тебе и не родной, но всё равно кто-то должен нести ответственность за слив фото. — А я мстил за то, что ты тронул Клива, — хмыкнул Леон. — Но как вы поняли, что второй образец — это Лукиан? — нахмурившись, спросил я. Пазл упорно не хотел складываться в голове. — Сделали ещё один анализ, — хмыкнул Оливер. — Те образцы, что ты просил, помнишь? — я кивнул. — Так вот, я немного отхватил и для себя. Когда Леон сообщил мне, что Гедеон слил мои фото, он ещё и сказал, что ты инкогнито в его клинике запросил несколько тестов ДНК. Мы просто сложили пазл и повторно сделали тест. — И когда вы взяли у меня образец? — нахмурившись, спросил я. — На том занятии от Леона, — хмыкнул Брум. — Понятно всё с вами, — устало вздохнул я и упал на кровать. Теперь, когда ребята узнали мою тайну, я не чувствовал облегчения. Наоборот. Теперь нам предстояло переосмыслить все наши планы. После всей заварушки в Запретных Землях я окончательно понял, что не могу покинуть страну, как раньше желал. У наследника Берко не было такой возможности — и не будет. Я принадлежал этой стране всегда и всегда буду принадлежать. Только вот поддержат ли меня ребята? Выкинут ли так просто из головы план, который мы строили годами? — Что дальше? — неожиданно для меня спросил Оливер. — В смысле? — я приподнялся и посмотрел на друга. — Что дальше делать будем? — повторил Брум и улыбнулся. — Ваше императорское высочество. — Вы серьёзно? — я не верил собственным ушам. — А ты всерьёз думал, что мы бросим тебя разбираться со всем этим дерьмом в одиночку? — Оливия недовольно поджала губы. — Я согласен с близнецами, — хмыкнул Леон. — Да и тем более не думаю, что мы бы смогли на самом деле покинуть страну. — Вы хотите устроить революцию? — я сам не верил, что задаю этот вопрос. — Ну да, — всё ещё улыбался Оливер. — Эти земли принадлежат тебе, а Совет старейшин — просто кучка оккупантов. — Наши родители же в Совете, — нахмурился я. — Ну мы же не будем их убивать, — покачала головой Оливия. — И, если честно, мне надоела фраза «чистота крови — чистота помыслов». — Мне, если честно, тоже, — улыбнувшись, сообщил я им.