Услышь меня

Быть отщепенцем ему никогда не нравилось. Вначале несчастливое детство, затем волшебный Хогвартс с таким же несчастливым периодом юношества. Первый друг и первая любовь в одном лице выбрала не ЕГО. Единственное, что радовало, это любимое зельеварение. В них Северус Снейп находил небывалое успокоение и возможность показать себя. Каждый раз, когда получалось сварить нечто, не поддающееся даже опытным мастерам, он ощущал превосходство над ними. Полукровный безродный заморыш оказался на редкость талантливым в делании зелий. Именно этим он и привлек к себе внимание Лорда Волан-де-Морта.  Первые месяцы на службе у зла Снейп не задумывался, в какое дело идут его зелья. Варил увлеченно, иногда и ночами, отринув сон как атрибут совершенно ненужный. Ему нравилось закапываться в древние редкие фолианты, ища лучший способ использовать тот или иной ингредиент, воодушевляло часами стоять над котлами, помешивая варево. Безумие своего Лорда он заметил в самый страшные момент жизни - в ночь, когда была убита чета Поттеров, и их сын остался сиротой. Потом он долго винил себя за слепоту, поклявшись на руинах особняка беречь сына возлюбленной.  Одиннадцать лет ничего не слышал о мальчишке, знал только, что тот живет с занудой и ханжой Петуньей, его родной тетей. А затем Гарри Поттер поступил на первый курс Хогвартса, и служение Темному Лорду показалось мужчине цветочками по сравнению с тем, в какие приключения влипало черноволосое проклятье. Да, звал он его именно проклятьем, но не был уверен, за что же оно ему досталось. Поттер был копией своего отца: наглый, заносчивый, ехидный и...жестокий. Последнее качество особенно сильно пугало Снейпа, повидавшего на своем веку ни один пожирательский труп. Еще совсем ребенок, зеленоглазый мальчик, умело манипулировал чужими чувствами. Его это было умение или нет, но вскоре у будущего героя появилась свита: гениальная Грейнджер, смелый до одурения младший мальчишка Уизли, будущая невеста - Джинни, пара исследователей и разработчиков - Фред и Джордж. В покровителях ходили точно Уизли-старшие, псина Блэк и, как ни странно, профессор Макгонагалл, спускающая любые промашки звездному ученику по тормозам. Кем был в этой игре Дамблдор: марионеткой или кукловодом, Снейп так и не понял. Такой расклад его пугал, особенно, если учесть, что в последний год Поттер пошел в разнос, а в в конце Третьего Испытания успел смотаться на кладбище на свидание с Темным Лордом и вернуться. Невридимым. Способен ли подросток, пусть и неординарный, уйти от заклятий волшебника куда более сильного и опытного? Северус справедливо сомневался. Закончив с кашей, мужчина в очередной раз за последнюю неделю посмотрел на своего крестника, сидящего за столом с остальными слизеринцами. Тот бросал странные взгляды в сторону стола гриффиндорцев. На кого? Первый ответ: на Поттера. У них было многолетнее противостояние, на протяжении которого с переменным успехом побеждал или один, или второй. Для человека, прожившего почти тридцать пять лет, видевшего жизнь, это скорее походило на долгую прелюдию к чему-то большему, чем настоящая вражда. Будь Поттер чуть умнее, например, в свою мать, и в друзьях бы у него оказалась фигура Малфоя, грозящая стать влиятельной в ближайшем будущем.  Рональд Уизли? Он выдался самым странным у четы рыжих: глупый, ленивый, неопрятный...Перечислять Северус мог бы бесконечно, но, как и Драко, считал его кем-то вроде флоббер-червя - авось пригодится амеба аморфная в каком-нибудь деле, а до того момента не обращать внимания.  Оставалась Грейнджер, вечная копна кудрявых волос и слишком много вопросов по любой теме. Не будь та выскочкой, Снейп, быть может, даже рассмотрел её с точки зрения учитель-ученик, но постоянно подскакивающая на стуле с поднятой вверх рукой, девчонка раздражала профессора невероятно сильно. И он знал, что Драко эта девочка тоже бесила, прям до пены у рта, однажды даже попытался проклясть, но не совсем вышло, зато смеялся до коликов в животе на втором курсе, когда Гермиона правильно сварила оборотное зелье, но взяла неправильный волос, и получилась интересная кошка.  - Грязнокровка, как она есть! - возмущался Малфой-младший, когда Грейнджер в очередной раз демонстрировала полную оторванность от магического мира, не смотря на то, что являлась его частью. - А я полукровка, и что? Мне сейчас надо обидеться? - усмехался криво зельевар. Драко же горячечно извинялся. - Ты самый лучший, крестный. Умный, - мужчина кивал, - красивый, - вот это уже вызывало сомнения, - талантливый! Самый молодой Мастер Зельеварения в Британии за последние двести лет!  Северусу стоило бы его остановить, но, погрязший в чужих интригах, запутавшийся в паутине секретов, он просто хотел получить свои толику чужой любви и настоящего тепла. Только этот белобрысый мальчик и мог их дать, причем искренне.  Тем временем, слизеринец снова посмотрел воровато на чужой стол. И Снейп смог-таки проследить траекторию взгляда. Замер на долгую минуту, показавшейся вечностью. Драко пялился на ту самую «грязнокровку», и не так, как если бы продумывал новый план по чужому унижению, а заинтересованно. «Вот и приплыли. Пока я следил за Поттером, явно упустил кое-что важное», - хмыкнув про себя, мужчина отставил ополовиненный кубок с тыквенным соком и поднялся из-за стола преподавателей. Надо было написать письмо Люциусу, сова слетает быстрее, чем Снейп сам во всем разберется. *** - Ну, может, это просто подростковая блажь, - непроницаемая маска на лице Малфоя-старшего не дала ни единой трещины, когда он встретился с соратником и услышал о странностях, творящихся с его единственным сыном. - Дракоша всегда был увлекающимся ребенком, - с нежной улыбкой произнес он, вспоминая детство сына, - видать, ваша Грейнджер тот еще ребус. Пока не разгадает, не отступится, ты же знаешь. Сев, я не думаю, что об этом стоит волноваться. Пусть дети хоть немного побудут детьми, - мягко пожурил друга. - Расскажи это Пьюси и его левой руке с меткой, - заметил Снейп недовольно.  Эдриан был ему близок, не как сын, но как, может быть (?), племянник. Мальчик, рано оставшийся без родителей и поддержки, напоминал ему самого себя, такой же одинокий и неприкаянный. И слишком талантливый. Настолько, что собственный дар медленно и уверенно убивал Пьюси годами, а потом вдруг затих. Северус не понимал как так. А потом увидел, как подросток смотрит на Грейнджер, и стало очевидно - сила любви, как говаривал Дамблдор. Но то, что было спасением для Эдри, с таким же успехом может стать падением в бездну для Драко. Снейп хотел защитить их обоих, но не знал как, именно поэтому и привлек к делу Люциуса. - По магии Эдриан совершеннолетний, не только маг, но и Лорд. Даже если бы мы попытались его отговорить от служения милорду, все равно бы не смогли препятствовать, не имели бы права. Сев, он отлично держится, я тебе скажу. Было уже несколько собраний, и каждый раз поражаюсь хладнокровию этого мальчика. Если это тот способ, каким он хочет защитить своих близких, значит, он уже просчитал все вероятные исходы, - улыбка у Люциуса получилась вымученной. Волновался он и за своего сына, пытаясь отгородить от участи его друга. - Так что о Драко не волнуйся, пусть он лучше за девчонкой бегает, чем по поручениям Темного Лорда. Сев, ты сам-то как справляешься? Искреннее участие в голосе собеседника тронуло сердце Снейпа. Он вообще был падок на чувства, жаль только, что не позволял их себе проявлять ни в коем виде. Один раз растворившись в любви к Лили Эванс, получил потрясающий жизненный урок - держать свое сердце закрытым на тысячи замков. Больше слабостей зельевар себе не позволял. - Сев, ты же видный мужик: умный, что Мерлин, при деньгах, да и симпатичный. Вот только не надо морду кривить от правды, - Малфой-старший усмехнулся, зная, какие его мысли одолевали. - Уверен, поклонницы у тебя есть, но ты их кандидатуры рассматривать не хочешь. Глупо, Снейп, очень глупо. Все мы не молодеем. Вон, у тебя у самого сын мог бы с Драко учиться, были бы друзьями, а ты все нос воротишь. Песню «найди себе пару» Люциус заводил регулярно и был весьма настойчив в том, чтобы наконец друг задумался и окольцевал какую-нибудь ведьму. Видать, не терпелось на носатых и черноволосых мелких поглазеть. Самое смешное для Северуса было то, что жена Люца поддерживала супруга в его идеях.  - Да, сейчас, конечно, самое время жениться. Чтобы милорду было больше шансов надавить на меня. Жена, ребенок - и все заложники, - теперь Снейп разозлился по-настоящему. Больше, чем за себя, он боялся за других, невинных людей. - Люц, хватит! Любовь не появляется только из-за желания её заиметь. У меня все мысли сейчас совсем о другом. Окстись. И Люциус промолчал в очередной раз. Северус же, вернувшись в свои покои в Хогвартсе, лишь задумчиво почесал рыжего уродливого книззла, нагло устроившегося на его коленях. *** - Гермиона, ты должна нам помочь, - снисходительно сказал Гарри, усевшись рядом с подругой в гостиной факультета. Волосы у него, как всегда были встрепаны, мантия мятая, но в глазах уверенность в том, что говорит. Девушка насторожилась. В последнее время гениальных идей Поттер подкидывал столько, что успевай разгребать последствия. Может, жаркий июнь так сильно в голову бил, может, встреча с Реддлом что-то в мозгу подростка повредила, а, может, и слава запоздало изменила чужое сознание, но Гермиона уже устала думать над тем, что в очередной раз ее приятель замыслил.  - Должна? Кому? - ехидно перекинула вопрос обратно. За последнее время Грейнджер многому научилась у Малфоя, например, как ПОЧТИ вежливо отбрить того, с кем не хочешь вести беседу. Слизеринец будто специально тренировал Гермиону, изводя своими шуточками, которые звучали теперь куда добрее, но все равно оставались издевками. Ей даже нравилось. - Мистер Поттер, лично я никому ничего не должна. - Друзья всегда должны друг другу, - уверенный в своих словах, Гарри даже не заметил, как искривились губы подруги. - Волан-де-Морт возродился! Мы все обязаны бороться против него.  Снова-здорово. Она уже устала. - Мы - дети. И мы должны только учиться и развлекаться, вон, бери пример с Рона, поиграй в плюй-камни, - кивнула в сторону рыжего, которого как раз окатило густой коричневой жижей, - видишь, как ему весело? И ни о каких Темных Лордах не думает, - сама того не заметив, оговорилась Гермиона, но исправляться не стала. В мыслях научилась, пора и вслух тренироваться.  Поттер выпучил глаза, как жаба Невилла, явно шокированный. - Гермиона! - вскрикнул он. - Гарри! - в тон ему ответила она.  - Его так Пожиратели называют!  - Метку показать? - не выдержав, предложила гриффиндорка. - Я же не на занятия хожу, а на собрания Ближнего круга, ага. Что за бред, Поттер, - прошипела змеей, - что с тобой вообще творится? Взгляд парня остекленел, словно по нему ударили конфундусом. И девушка шестым чувством поняла, что не от шока Гарри окаменел. Стараясь не привлекать внимания, она медленно поднялась со своего места, подошла к приятелю вплотную, помахала перед его лицом руками, но отклика не получила. «Какого черта?!», - пронеслась в голове мысль. - «Придется действовать жестко». Достала палочку из кармана и, не раздумывая больше, направила её на парня.  - Эннервейт! - почти шепотом.  Не помогло. - Эннервейт! Мерлин тебя дери!  Осознанность приходила к Поттеру медленно. Он встряхнулся, словно собака, повел плечами, скидывая оцепенение. И начал заваливаться на бок. Его вес на себя приняла девушка, тоже едва не упав. Подвела к креслу, помогла сесть.  - Ты как? - глупый вопрос, но другого придумать не смогла, все еще находясь в шоке.  - Странно, - встрепенулся и вновь заговорил, как будто не выпадал из реальности, - Гермиона, ты должна нам помочь! По второму кругу идти девушка не хотела, поэтому, отговорившись, вышла из гостиной, направляясь туда, где обычно находила в последнее время ответы - к Малфою.  Они и впрямь теперь встречались каждый день по утрам в библиотеке. Еще до того, как остальные обитатели замка просыпались, Гермиона со слизеринцем многое успевали обсудить. Она его просвещала насчет всего маггловского, особенно парня интересовала техника, он же рассказывал о традициях волшебников, о значении подношений на праздники и законах магии. Так девушка узнала об Йоле и Годовом Колесе, о фамильярах и много еще о чем. Именно Малфой помог ей принести первый подарок в честь солнцестояния Магии, правда, смеялся очень долго, наблюдая за чужими неуклюжими действиями.  Грейнджер и не думала, что с Драко можно дружить, ну не производил он нужного впечатления, теперь же она готова была признать, что ошибалась. Это было на удивление легко сделать.  Спеша в библиотеку, девушка надеялась, что парень там, ведь иначе бы пришлось искать в подземельях, вход в которые для нее заказан. Бежала, не смотря по сторонам, оттого сталкивалась с другими учениками, но даже не извинялась. Настолько ее всполошило поведение Поттера, было в нем что-то подозрительное.  - Мисс Грейнджер, осторожнее! - мадам Пинс разгневанно раздула ноздри, когда всегда аккуратная студентка снесла полку с книгами. - Вы не в зоопарке!  - Простите, мадам, - взгляд Гермионы был направлен на тот самый стол. Слава Моргане, Малфой за ним сидел, почитывая книгу, - ДРАКО! - настолько была возбуждена, что даже по имени к нему обратилась. Впервые. Садиться не стала, зависнув над парнем. - Проблема! Огромная! - Грейнджер, что я тебе говорил про прилюдное  проявление эмоций? - закатил глаза Драко. - Тихо и спокойно! - четко отрапортовала. Пришлось взять себя в руки, сделать глубокий вдох и выдох. - Все-все, не истерю. Драко, мне правда нужен твой совет, - парень указал на стул, и она села.  - Так-то лучше. Ты - леди, а не обезьяна. Вещай, - милостиво дал позволение.  - Есть ли заклинания или зелья, которые оказывают долгое воздействие на человека? Что-то из разряда подчиняющих чужой воле, - вопрос сформулировался легко, и Гермиона надеялась, что получит на него ответ. Малфой задумчиво повел плечами. Несколько минут молчал, затем достал из сумки пергамент, перо и чернильницу, разложил их перед собой и начал писать. Короткие строки говорили о том, что тезисно.  - Мы с тобой до этой темы еще не дошли, но, окей, - вставил словечко, которому его сама же Гермиона и научила, - можно разобрать её сейчас. Если ты помнишь, о чем говорил профессор Снейп на первых занятиях, то все зелья делятся на три типа: разрешенные, условно разрешенные и запрещенные без одобрения Министерства Магии. Все зелья, влияющие на волю, относятся к последним, даже Феликс Фелицис. Заклинания делятся на два типа: простые и непростительные. Это смешно, но непростительных только три, одно из них - ИМПЕРИУС - подчиняет чужой воле, но ненадолго, нужно постоянное обновление чар. Итого, что имеем? Проще использовать зелья, чем заклятие. А теперь, Грейнджер, колись, кого там опаивают, что ты так всполошилась? Хотя, стой, - поднял руку, - я сам попробую угадать. Святой Поттер? - и улыбнулся так ехидно, что Грейнджер чуть не выругалась. Но успела вспомнить лекции Драко и промолчала. По её взгляду он все и понял. - Угадал, да.  - Он себя странно вел, но я не обращала внимания. Хороша подруга. Как некоторое время назад, во время первой встречи, парень снова взял её за руку, но теперь Гермиона не стала её вырывать.  - Это ты святая, а не он. Терпеть Поттера четыре года — подвиг, поверь мне. И с чего вдруг вывод, что на него влияют? - Малфой поставил точку на пергаменте и вновь перечитал его, явно сопоставляя с мыслями.  - На протяжении года Гарри неуловимо, но менялся. Однако, после возрождения Темного Лорда, - Драко глянул на нее удивленно, - странности превзошли все рамки. Сегодня наступила кульминация: он вдруг замер, отключился от реальности, и даже эннервейт не с первого раза помог, а потом он, как ни в чем ни бывало, завел диалог сначала. Драко, что делать? - Пока ничего. Грейнджер, ты не думаешь, что опаивают Поттера не только в этом году, а вообще несколько лет, просто ты раньше не замечала? Давай, припомни все его странности. В том-то и дело, что их было слишком много. С самой первой встречи Гарри не вел себя так, как обычно ведут дети. Тогда Гермиона списывала все на несчастливое детство и сиротство, но может ли она согласиться с этим сейчас? Нет, не может.  - Мордред подери, а знаю ли я вообще его? - поражено выдохнула девушка, - Малфой, он ведь может быть совсем не таким, каким я его считала.  Блондин не стал утешать, понимая бесполезность этого занятия. Когда рушится привычный мир, человеку надо дать время переварить все, прежде чем раздавать советы.  - Бывай, Грейнджер, еще увидимся. Шли сову, если соскучишься, — махнул рукой на прощание Драко. Последний день в Хогвартсе, прощальный пир, и до осени они не увидятся точно. Гермионе предстояло тяжелое лето, полное размышлений, а потом, если она придет к правильным выводам, то и поиска решений, которые никому не навредят.  Осталось пережить один день.