Услышь меня

Прощаться не было никакого смысла, ведь больше у четы Грейнджер не существовало дочери. И вообще, он стали Уилкисами, во что поверили после заклинания Гермионы. Она вложила им в головы не только бездетность, но и желание переехать как можно дальше, например, в Австралию, куда часто путешествовали уже долгие годы, но никак не решались сменить место жительства. Гермиона решила, что ей лучше не знать, куда именно, тогда опасность будет меньше. Но куда ей было идти теперь, когда сердце разрывалось на кусочки, а мысли в голове пребывали в хаосе, который и авада не угомонила бы. Точно не к Эдриану - он пропал. К Драко? Глупо, девушка подозревала, что её там встретит с распростертыми объятиями Реддл. «Удивительно, как быстро я стала воспринимать своими друзьями слизеринцев, а не тех, с кем прошла огонь и воду», - заметила она, сделав шаг в сторону парка. Нужно было тщательно подумать.  Поттер отпадал, потому что он сам в плену у Дурслей, как это бывало каждое лето. Оставалась только Нора Уизли. Странный вариант, но рабочий, однако, Гермиона полагала, что не знает, как добраться до дома рыжего семейства. Аппарировать не умела, патронусом тоже пока не овладела... - Сова! - поразилась собственной недогадливости. Вытащила из сумки пергамент, написала пару строк, затем взяла крылатого почтальона и крепко-накрепко привязала письмо к её лапке. Попросила жалостливо, - лети быстрее, очень тебя прошу! Девушка очень надеялась на то, что её послание хотя бы прочитают, программа максимум - чтобы забрали. Чемодан подвинула к себе поближе, сумку положила на колени, устроилась на скамейке поудобнее, откинувшись спиной на спинку и приготовилась ждать. Пока сова долетит до Норы, пока Молли решит, что делать, не меньше часа пройдет, не стоило тратить свои силы понапрасну. Здраво рассудив, что сегодняшний день будет тяжелым во всех отношениях, Гермиона пыталась поймать несколько минут относительного спокойствия. То, что расспросы будут, она не сомневалась, и теперь продумывала свои почти-правдивые ответы на весьма-каверзные вопросы. Полуденное солнце приятно пригревало, и Грейнджер успела немного расслабиться, подставляя его лучам лицо. Волосы разметались по дереву спинки, пара листов с дерева слева упало ей на лоб. Максимальное умиротворение - так называл Малфой-младший подобное состояние, правда, обычно он его испытывал, поиграв в квиддич, затем приняв душ и упав в постель, пахнущую лавандой. Да, именно с такими подробностями поведал, слегка увлекшись. Мимо, жужжа, пролетела пчела.  И раздался характерный для аппарации хлопок. Девушка нехотя приоткрыла глаза и увидела стоящую рядом с ней, всего в паре метров, Молли Уизли. Почему-то Гермиона не сомневалась, что явится именно она. Артур Уизли, по её мнению, человеком был мягким, иногда даже слишком, и все решения в семье принимает именно его супруга. «Такое называется «подкаблучник», хорошо, что мои родители - равноправные партнеры», - и снова стало больно от того, что Венделл и Джин не помнят собственного ребенка.  - Дорогая, как же так, я не думала, что ты захочешь на этих каникулах быть с нами, - воскликнула нечто непонятное рыжеволосая ведьма.  Гермиона порадовалась тому, что не стала сообщать всю правду о том, что сделала. Она знала, что Молли не осудит, но, наверно, высшие силы удержали. После всего, что произошло в этом году между Грейнджер и Уизли, девушка и на его семью стала смотреть чуть иначе. Например, вспомнилась первая встреча в Косом переулке четы Грейнджер и родителей Рональда. То, как они отреагировали на магглов, еще тогда покоробило юную волшебницу - будто на животных в зоопарке пришли попялиться, а не за покупками к школе. Но сейчас другого выхода не было, надо принимать ту помощь, что имеется.  - Мы этим летом живем в другом месте, - заключила Молли её в объятия и неслабо так встряхнула, словно плюшевую игрушку.  - А где? - лучший способ показать, что ты не опасна, это сыграть в дурочку, как наставлял Драко.  - В доме Сириуса, но он скрыт чарами, поэтому тебе нужен пропуск, - напустив на лицо одухотворенное выражение, вещала Уизли.  «Интересно, а сам-то Сириус как отнесся к вторжению в его владения?», - Гермиона попыталась вспомнить все, что Малфой ей рассказывал о магических жилищах. Драко из тех, кто любит поболтать о своих преимуществах, а наличие поместий, доменов и подпространств явно было преимуществом. Он не раскрывал всех секретов, но из пламенной речи девушка помнила самое главное: дома магов это их крепости, в них вхожи только те, на кого настроена кровная защита Рода.  - В наш менор раньше прямой доступ имели только четыре человека: maman, papá, я и Эдриан, как воспитанник. Все остальные входили с разовым разрешением, и каждый раз для этого надо было напитывать магию кровью. Как ты понимаешь, дело это весьма хлопотное. Эх, - вздохнул парень, - теперь поместье наверняка превратится в проходной двор. - Отчего? - поинтересовалась тогда Гермиона. Слизеринец посмотрел на нее странно, и она сразу же всё поняла. - Извини. А теперь выяснилось, что Сириус открыл доступ к своему дому как минимум семье Уизли, а это уже с десяток человек. Секретный дом не такой уж секретный.  - Возьми меня за руку, дорогая, - приказала тем временем Молли, протягивая к ней свою ладонь.  Девушка послушалась, не стоило вызывать подозрений. Мир вокруг нее свернулся в воронку, засосал внутрь, прокрутил, словно через мясорубку, чтобы выплюнуть на ничем не примечательной площади. Ряд домов, потрепанных и обветшалых, располагался за фонтаном без воды, прямо через неширокую улицу.  Молли достала из кармана клочок бумаги и протянула его Гермионе. «Площадь Гриммо, 12», - непонимающе прочитала она, а затем пергамент загорелся и обратился в пепел, осевший на её ладонях. Девушка подняла взгляд на место, откуда донесся внезапный скрежет, и увидела, как два дома стремительно сжимаются, истончаются, а магглы в них даже ничего не ощутили. Между домами одиннадцать и тринадцать появился еще один, узкий, как пенал, и даже с одного взгляда становилось понятно - здесь обитали темные маги. Фасад был выкрашен черной краской, с другой стороны окон виднелись темные шторы, а на двери висел молоток в виде черепа. Что ж, Блэки как всегда оправдывали репутацию своего рода. От одной мысли, что Гермионе придется не только войти, но и жить там, стало дурно.  - Ну что же ты, деточка, - проворковала Уизли, заходя на крыльцо. - Не стесняйся, все тебя уже ждут. Не стесняться? Ждут? «Кто?» - логично подумала Грейнджер. Желания погостить у Блэка все еще не возникло. Ей стало по-настоящему страшно.  - Гермиона, заходи, - уже с нажимом потребовала Молли, и с ее лица исчезла любая доброжелательность.  Пришлось подчиниться. Не у фонтана же спать, не так ли? Девушка сделала пару робких шагов вперед, загнанно дыша, чувствуя себя добычей. А потом собралась с силами и вошла в темный коридор. Дверь за ней захлопнулась с глухим звуков.  - Грязные отродья! Мерзкие предатели крови! - раздался пронзительный крик откуда-то сбоку. - Осквернители дома!  - Заткнись, старуха! - в тон неизвестной рявкнул знакомый голос. Это был Сириус. Он вышел из-за поворота, ткнул палочкой в нечто, что Гермиона опознала, как магический портрет. Визг затих, когда драпировка опустилась на него. Мужчина посмотрел на девушку, - ну, здравствуй, Гермиона. Как я вижу, ты уже познакомилась с моей матушкой.  - Это твоя мама? - тупо переспросила она. Если так, то становилось понятно, в кого последний представитель рода Блэк пошел характером. - Она очень... - Впечатляющая, ага, - хрипло хохотнул Сириус. - Проходи, пока она снова не очнулась.  Хозяин дома провел ее внутрь по нескольким коридорам прямо до кухни. Войдя в более или менее освещенное помещение, Гермиона наконец смогла сделать вывод - о доме не заботились долгие годы. Она еще не видела спален или гостиной, но кухня своим видом была прямиком из прошлого столетия, если не позапрошлого: большую часть комнаты занимал огромный котел, висящий над огнем, сейчас в нем что-то булькало; у стены припостился стол с множеством следов от ножа на поверхности, будто о разделочных досках никто здесь не слышал; с противоположной стороны находились шкафы с посудой за мутными от грязи и копоти стеклами. На потолке подпалины, а пол липкий от многолетней грязи. Странно, что Молли не навела порядок, на её кухне, как помнила Грейнджер, хоть и царил хаос, но стояла идеальная чистота. Или же, раз дом не её, то можно и в свинарнике готовить? Некстати Гермиона снова вспомнила Драко с его поучениями. - Я издеваюсь на твоим дружком рыжим не из-за того, что он Уизли, хотя и из-за этого тоже, но по большей части из-за него самого. Присмотрись к нему, Грейнджер, и поймешь сама, - блондин постукивал пальцем по столу в библиотеке, объясняя причины неприятия Рона. - Сравни его с другими из рыжего выводка. Билл работает в Гринготтсе, а ведь гоблины предпочитают не подпускать людей к банку. Чарльз в Румынии возится с драконами: дело опасное, но прибыльное. Персиваль не успел закончить школу, а уже при Министре. Близнецы с их талантом к изобретениям. Джиневра, мелкая еще, но уже сейчас видно ее магический потенциал. Ты бы видела, какой она отменный Летучемышиный сглаз послала на Забини, когда он пошутил про голых девушек. И Рональд: ленивый, неопрятный, тупой, уж извини за выражение. Ему что, лень лишний раз рубашку постирать? Или салфетку использовать во время еды? Как так получилось, что другие дети Уизли воспитанные, а он словно тролль вылезший из пещеры? - сощурился Драко в презрении.  Его слова начали обретать под собой основу не только из размышлений, но и из реальности. Вот же она, грязь под ногами. Стараясь переступать осторожно, Гермиона добралась до ближайшего стула и, осмотрев его, все-таки рискнула присесть.  - Чаю? - добродушно предложил Сириус, не спеша сесть рядом. Примостился у стола, посматривая на заварочный чайник и пару пузатых чашек с цветочками на стенках. Грейнджер кивнула, хотя в другое бы время не рискнула здесь не только есть, но и пить, во избежание пищевого отравления. Блэк налил ее горячего, исходящего паром, напитка и поставил чашку перед гостьей. - Я рад тебя здесь видеть. «Еще было бы иначе», - не без злорадства хмыкнула про себя Гермиона. Беседы с Малфоем и правда на многое открыли ей глаза, например, на магического крестного Гарри. Сириус Блэк, потомок благороднейшего, хоть и темнейшего, древнего рода, может, и не заслужил двенадцать лет Азкабана, но вот пару месяцев в компании дементоров - вполне.  - Как законный наследник своего рода Блэк должен был выполнять обязанности, которые сам на себя и взял - быть крестным. Это значит всеми способами заботиться о подопечном, защищать его, учить. Что мы видим? Поттер оказался у магглов и совершенно ничего не знал о магическом мире, пока в него не попал, вот и вырос таким, таким... - попытался подобрать подходящее, а не оскорбительное слово, о чем его просила Гермиона, - оторванным от реальности! Снейп бы, если увидел, что я веду себя подобно твоему дружку, прописал бы мне розог. Просто из-за любви и заботы о моем будущем.  Почему Сириус вместо того, чтобы забрать Гарри из руин дома и отвезти его к себе, выбрал вариант погнаться за скользкой крысой Петтигрю? Не вспомнил ни про погибших друзей, ни про их-его сына-малютку, а навострил палочку на предателя. Куда смотрел в тот вечер Дамблдор? Люпин, как было известно, тоже мог бы повлиять на приятеля. Гермиона ответов на свои вопросы не находила, сколько бы не размышляла, даже беседы с Драко не помогли ей разложить информацию по полочкам. Те же чистокровные были для нее понятнее, чем творимые Блэком дела.  - Я тоже рада здесь оказаться, Сириус, - солгала, не моргнув и глазом. - А что это за место? - еще один глупый вопрос, чтобы окончательно усыпить чужую бдительность и заодно отвести тему разговора от себя.  - Раньше это было семейным домом Блэков, теперь же здесь штаб-квартира Ордена Феникса! - гордо, как будто это была его заслуга, сказал черноволосый мужчина.  За последний момент помимо воли зацепилась. Сириус живет не в пещере, а волосы все такие же грязные и спутанные, как и в прошлом году.  А еще она задалась вопросом: разве Сириус не Блэк? Тогда почему он говорил так, словно не является частью семьи? Наверно, что-то ТАКОЕ отразилось на её лице, потому что Блэк пояснил: - Моя дражайшая матушка выжгла меня с семейного гобелена, когда я сбежал в шестнадцать лет из дома, - ни капли сожаления в голосе, никаких сомнений за собственный проступок. Ох, слышал бы его Драко, наверно, ухохотался бы. - Но сейчас мне некуда пойти, пришлось вернуться сюда. Удивительное по своей лицемерности заявление. Значит, как сбегать от матушки, так это легко, попрать всю её заботу, а Гермиона не сомневалась, что о Сириусе заботились, потому что чистокровные своих редких детей берегут, а как припекло, так можно и прийти в тот дом, что ты всей душой ненавидишь. Девушка поняла, почему портрет так громко и грязно ругался - Сириус не только не оправдал надежд родителей, но и опозорил их самым отвратительным способом.  - Тут из обитателей я да Кикимер, старый домовик, но скоро прибудут все Уизли, и иногда будут приходить люди на собрания. Среди них Снейп, - сплюнул мужчина прямо на пол. Гермиона аж опешила. Видать, чистый Сириус только по крови, а не по повадкам. Вот, подходящее слово, повадки - как у собаки. - Так что тебе не долго тут в одиночестве быть, не волнуйся. Ты можешь выбрать любую комнату, правда, - почесал голову, и девушка чуть не скривилась, - там не слишком убрано.  - Ничего, у меня есть волшебная палочка, - не смогла сдержаться от легкого ехидства.  *** Гермиона проснулась рано, как каждый день в предыдущие три недели. Солнце сквозь плотные гардины в комнату не проникало, поэтому первое заклинание, которое она выучила, чтобы не быть в темноте - заклинание множественного света. Маленькие шарики повисали на разной высоте в пространстве, создавая уютный и теплый свет, при этом спать не мешали, наоборот, помогали девушке, потому что дом Блэков будто жил собственной жизнью со всеми этими бесчисленными скрипами и шепотками во мраке коридоров.  Она привычно потянулась, но из кровати вылезать не спешила, лишь облокотилась о подушки и взяла с деревянной тумбочки книгу, которую умудрилась стащить из библиотеки, когда вездесущий Кикимер шлялся где-то на верхних этажах. «Священные 28 семей Магической Британии» - было выведено почти выцветшими от времени золотыми буквами с завитками на черной кожаной обложке, автором значился некто Картемус Нотт, видимо, дальний родственник Теодора Нотта. Эту книгу Грейнджер захотела прочитать, еще когда Малфой впервые её упомянул, но также он добавил, что те хранятся только в библиотеках тех самых двадцати восьми семей, и меноры не покидают никогда. Гермионе же выдалась уникальная возможность прочесть столь редкий том, жаль, что после стирания памяти родителей.  Она уже успела прочитать про Малфоев, самих Ноттов, Пьюси (особенно внимательно, чтобы понять своего друга-не-совсем-друга) и даже про Уизли. Нет, Гермиона знала, что те чистокровные, но, если верить книге, они стояли на одном уровне с теми же Малфоями. Возникал вопрос: почему их материальное состояние так сильно разнилось, словно небо и земля. Что за Нора вместо менора? И почему они такие плодовитые?  - Посмотри на большинство наших чистокровных сверстников, они одни наследники в семье, за редким исключением, например, сестер Патил. Такое ощущение, что на нас наложили проклятие, как считает моя матушка, - со всей серьезностью сообщил очевидный факт Драко, - это странно.  Странностей теперь в жизни Гермионы хватало. Вот и сегодня, дочитав запланированную главу и сделав пометки по ней, чтобы потом задать вопросы Малфою, она поднялась с кровати, сделала легкую зарядку, разрабатывая заспанные мышцы, оделась и принялась за ставшую привычной уборку. В отличие от остальных, поселившихся в этом странном доме, не могла девушка жить в грязи и пробираться через паутину, только для того, чтобы выпить чашечку кофе и позавтракать. У нее был простой план, один день - одна комната. Как оказалось, в Блэк-хаусе комнат достаточно, чтобы занять её как минимум до каникул, как максимум - и на следующих тоже. Ей мечталось снова здесь оказаться, ведь это было бы равно доступу к библиотеке. Да и не была та самая уборка такой уж проблемой, как она сказала Сириусу - волшебство никто не отменял. Учитывая, что находилась в доме волшебника, Надзор был не страшен.  - Гермиона, снова ты этим занята? - недовольно спросил Рон, проходя мимо малой гостиной. Сегодня у Грейнджер по плану был самый большой шкаф для разбора.  - Это никуда не денется, а нам тут еще больше месяца жить, - недовольно заметила девушка, раскладывая книги по стопкам. В одной были те, что можно прочесть, в другой более обветшалые экземпляры, в третьей - те, что, возможно, еще реально восстановить. Знания прошлых поколений Гермиона не хотела терять, в отличии от хозяина дома. - Рональд, если не умеешь пользоваться палочкой, то возьми у Кикимера метелку. У тебя в спальне бы очень понравилось Арагогу.  - Мы скоро в Хогвартс поедем, - возразил рыжий, присев на диван. Заляпанный чем-то нелицеприятным. Гермиона поморщилась. - Там есть домовики. Девушка поняла, что все её слова бесполезны. А какой смысл их тратить на того, кто дальше стола с едой ничего не видит? Правильно, никакого. Поэтому она вернулась к сортировке. «Тайны наитемнейших созданий, кои созданы были некромантами проклятущими», - прочитала название фолианта, сохранившегося лучше остальных. Ее она отправила в особую стопку, четвертую, ту, что планировала на какое-то время присвоить, чтобы почитать. «Потом верну», - клятвенно обещала себе, жадно поглядывая на добычу. По сути и воровством не считала, ведь Сириусу было глубоко плевать на собственное наследие, он вещи и вещицы, что достались ему от предков, чуть ли не мешками выбрасывал. Наверно, именно поэтому с Кикимером Грейнджер нашла общий язык, не смотря на то, что он упрямо продолжал звать ее грязнокровкой - они оба стремились сохранить как можно больше.  К полудню девушка обычно заканчивала с уборкой и наконец позволяла себе поесть. Пару раз попробовав стряпню Молли, начала готовить для себя сама. Да, Уизли умела из минимального набора продуктов создать шедевры, но все они были на вкус Гермионы жирными и слишком калорийными, она же привыкла к кашам, свежим овощам и простому отварному мясу. И никакого сладкого, чтобы зубы не портить - как говорили родители.  Пара яиц уже сварилась, и Грейнджер остудила их одним взмахом волшебной палочки, быстро очистила и положила к уже порезанным огурцу и помидору, заправила салат оливковым маслом и устроилась за дальней частью обеденного стола.  Вокруг стояли шум и гам, и она еле сдерживала стойкое желание наложить над своим местом заклятие заглушки. Не могла этого сделать, потому что лишь за столом можно было услышать много чего интересного, обрывки информации. На собрания Ордена Феникса несовершеннолетних не пускали. Вот еще один вопрос - что за орден-то такой, если Гермиона о нем раньше ничего не слышала и не читала. За четыре года нахождения в мире волшебства, гриффиндорка четко усвоила, что информация и знания это сила, которая способна выиграть любое сражение. Она читала и книги, и выпуски «Ежедневного Пророка» за прошлые годы, но нигде не было ни строчки, ни словечка об Ордене Феникса. Магия, да и только. Но было слишком любопытно, чтобы так просто отступить. - Кикимер, - поднявшись на чердак, позвала Грейнджер домовика шепотом. - Кикимер, я здесь. - Маггловская хозяйка пришла к Кикимеру, - привычно заворчал он, хлопая огромными кожистыми ушами по собственной макушке. - Что надо хозяйке Гермионе? Даже Сириуса он не называл хозяином, что-то это да значило. - Мне надо связаться с Драко Малфоем, но я не знаю, как это сделать, чтобы не привлечь лишнего внимания, — кратко обрисовала проблему. - Хозяин Драко - чистокровный волшебник! Из древнего и славного рода! Хозяин Драко - хороший выбор друга, - а затем добавил тихо, - или жениха. Кикимер отнесет письмо, если хозяйка его напишет.  *** «Дорогой Драко!  Надеюсь, с тобой и твоими родными все в порядке. Со мной, увы, всё сложнее. Надеюсь увидеть тебя в новом учебном году и многое обсудить.  Пока же у меня есть вопрос, ответ на который я не нашла в библиотеке Блэк-хауса. Знаешь ли ты что-нибудь об Ордене Феникса?  С нетерпением буду ждать ответа, его ты можешь передать с Кикимером, ему можно верить. Твоя подруга, Г.Д.Г.» *** «Дорогая подруга,  твое письмо стало приятной неожиданностью. Право слово, лучшее, что я мог пожелать за последний месяц.  Дела у семьи терпимые, хоть и безрадостные. Орден Феникса - фикция под эгидой Дамблдора. Девиз у них такой: «Боремся с темными магами!».  Наверно, они не в курсе, что большинство Пожирателей Смерти маги светлые.  Не стоит твоего внимания. Мне больше интересно, как ты оказалась в семейном доме Блэков, ведь даже моя матушка, по крови Блэк, пройти не смогла. Способ обмениваться письмами одобряю, хоть твой домовик и странный. Жду с нетерпением твоего следующего послания. С уважением к той, кто промышляет воровством древних книг, Д.Л.М.» *** Когда диалог через письма наладился, Гермиона почувствовала себя в разы лучше, она перестала быть такой одинокой в доме, наполненном людьми. Каждое утро она получала письмо от Малфоя, а вечером писала ответное. Кикимеру же явно нравилось играть в почтовую сову, слоняясь меж двух меноров.  - Хозяин Драко хороший! Хозяин Драко умный! Хозяин Драко умеет держать себя в руках! - с восторгом вещал старый домовик, в очередной раз появляясь перед Гермионой. - Кикимер доволен сыном хозяйки Нарциссы, из хозяина Драко выйдет правильный Лорд Малфой. - глянул с интересом на Грейнджер. - Магглорожденная хозяйка должна присмотреться к нему. Дети получатся и красивыми, и умными.  Кикимер - сводник, кто бы мог подумать? И не такой уж поборник чистокровных идей, раз сватает её, магглорожденную, наследнику Малфоев. Это было...приятно.  Дни снова потекли с привычной скоростью, и вот уже Гарри Поттера доставили от Друслей к Блэку. «Словно уголовника, под конвоем», - хмыкнула Гермиона, увидев взъерошенного приятеля. С одного взгляда было понятно - Поттер не просто злился, он был в ярости, готовой сжечь всех вокруг. В коридоре еще держался, но стоило подняться наверх (Гермиона так и не поняла, при чем тут она), как Избранный высказал свое недовольство. - Вы мне ни слова не написали! - возмущался, тряся руками с сжатыми ладонями в кулаки. - Ни одного письма за весь месяц! - Но, Гарри, Дамблдор не велел, - попытался оправдаться сподвижник Поттера, Рон, - вдруг письмо бы перехватили? Допустим, сама Грейнджер банально забыла. Стоило Гарри выйти из круга её друзей, и она уже не задумывалась о его благополучии. Ей было волнительнее за Эдриана и Драко, чем за того, кто разучился слушать разумные доводы. - Что это за место?! - вкинул первый вопрос парень.  - Блэк-хаус, дом благороднейшего и темнейшего рода Блэк, - ответила Гермиона.  Рон странно на нее посмотрел, словно ждал совсем другой фразы. Но она продолжала молчать. - Штаб-квартира Ордена Феникса, - ничего не дождавшись, гордо произнес рыжий. И за какой же вариант схватился Поттер? Конечно же за второй. - Что за Орден такой? - повернулся к Рону, выглядя уже менее злым. - Чем он занимается? - Борьбой с Волан-де-Мортом, - вскочил на любимую тему Уизли.  - Сколько человек в Ордене? - Мы знаем человек двадцать, тех, кто регулярно бывает здесь, но их точно больше.  - Я никого не знаю, - возмутилась теперь уже Гермиона, но терпеть откровенную ложь она не хотела и не могла. Банально не за чем. И не собиралась впутывать себя в то, что не понимала. Зато наблюдать за реакцией Рона и Гарри на её слова было довольно...любопытно. Гнев на лице рыжего отразился в виде ярко-красных пятен не то смущения, не то стыда на щеках, он надулся, взял побольше воздуха в легкие, наверно, готовясь кричать. Поттер же, на удивление, задал логичный вопрос: - Но ты же здесь живешь уже месяц. Как ты можешь никого не знать? - и глянул так, что Гермионе показалось, что вот сейчас ее слова могут попасть на благодатную почву. - Ну что ты, - сладенько пропела девушка, прищурившись. - Я знаю Сириуса, он регулярно упивается у камина. Знаю его чудную матушку, кричащую с портрета, стоит его задеть. Знаю милашку Кикимера, для которого все люди вокруг это грязнокровки и предатели крови, - «Прости, Кикимер», - извинилась перед домовиком мысленно. - Тебя, Рональд, знаю, как и твою семью. Иногда вижу профессора Снейпа, тот тоже мне известен. - Но Орден Феникса..! - вновь попытался вставить слово рыжий.  - Ничего не знаю. Нас на собрания не пускают! - категорично, так, чтобы у Поттера и сомнений не осталось об её отношении ко всему этому. - Мы же несовершеннолетние, - передразнила она Молли. - Но зачем они здесь, если нас не пускают? Мне тоже еще семнадцати нет, - непонимание отразилось на лице черноволосого парня.  - Ордену Феникса надо было где-то собираться, у нас много людей, - пустился в объяснения Уизли, но Гарри снова его прервал. - Ты сказал, что видел от силы человек двадцать. И разве не логичнее было бы собираться в Норе, а не в доме разыскиваемого преступника, сбежавшего из Азкабана?  Поттер задавал правильные вопросы, чем несказанно порадовал подругу. Гермиона была готова расцеловать и заобнимать его на радостях. Неужели за неполный прошедший месяц успел поумнеть? Резкое преображение, но девушка не могла не радоваться.  *** Гарри Поттер считал себя человеком простым. Несчастливое ли детство сыграло свою роль или же постоянные неприятности в Хогвартсе, но у него никогда не было времени задумываться над тем, что происходит с ним самим, а не с его окружением. Для него вообще всё было до определенно момента более или менее понятно: вот Гермиона и Рон - друзья, профессор Снейп, с такой ненавистью смотрящий на него - враг; Малфой - тоже. На занятия надо ходить, в Большом Зале трапезничать, в спальне факультета - спать.  Четвертый курс обучения стал для Гарри самым настоящим испытанием. Он, как и все, с нетерпением ждал Турнира Трех Волшебников, хотел провести хотя бы один год в спокойствии, быть как все. Ага, разбежался. Если Поттер не идет к проблемам, то проблемы идут к нему сами.  Идиотский кубок вспыхнул четвертый раз и выплюнул пергамент с его именем. На секунду парень оглох и ослеп от той ярости, что его охватила, затем восприятие вернулось в норму, и оказалось, что в Большом Зале и правда стоит оглушительная тишина.  - Гарри Поттер! - вновь повторил директор Дамблдор.  События закрутились с дикой скоростью, но все, что в первые дни своего чемпионства вынес из ситуации парень, так это то, что все люди вокруг него те еще лжецы. Например, Рон. Уизли клялся и божился годами, что они настоящие друзья, а сейчас взял и просто бросил, банально позавидовав. Гермиона поддержала, но пребывала в каких-то своих мыслях. Тогда Поттер не осознавал, что именно она ему осталась подругой, а не подпевалой великого героя.  Первое испытание, Святочный Бал, второе испытание, третье.  Смерть Седрика Диггори и возрождение Волан-де-Морта - снились ему в кошмарах.  А еще у Поттера появился огромный вопрос к своему здравомыслию. Последние недели перед каникулами он вещал о сражении с Реддлом, собирал сторонников, вел себя, как сумасшедший. Стоило вернуться в дом Дурслей, как его резко попустило, будто морок спал. И он все никак не мог понять, что это за помешательство было.  Странно. Так можно было назвать все в жизни  Гарри Поттера.  Странно было оказаться младенцем на крыльце дома Петуньи Дурсль. Странно узнать в одиннадцать лет, что ты волшебник, хоть давно и подозревал, что ты не такой, как другие. Странно спасать магический мир от возрождения Волан-де-Морта ребенку.  И странно, что он не замечал и не задумывался раньше. Даже стыдно стало за то, как повел себя с Гермионой, а ведь она всегда говорила искать совет в книге, если появляются сомнения. А он что делал? Летал на метле, играл в плюй-камни да дерзил Снейпу. Библиотека была местом скучным. «Ага, там же Темного Лорда на затылке мадам Пинс не встретишь», - выговаривал самому себе парень, целиком и полностью осознавая собственный идиотизм. Прав был профессор зельеварения, называя его этим словом из года в год. Но как перестать быть идиотом, если своеобразное мнение у людей о нем уже сложилось? Гарри, сколько не думал, не мог разрешить поставленную им самим перед собой задачу.  Так и сидел тупо на Тисовой улице, стараясь лишний раз не высовываться. Высунуться пришлось, когда пара дементоров чуть не выпили из Дадли душу. Патронус на них - и Поттера ждет слушание в Министерстве. Видимо, права была тетя, когда называла Поттеров семьей уголовников.  Теперь он стоял перед Гермионой и пытался услышать именно то, что она говорила, а не додумывать за нее. Мрачность дома Сириуса не располагала.  - Так что же это все-таки за Орден? - повторил вопрос Гарри, посмотрев на Рона. - Я из твоих объяснений ничего не понял. Хотя, знаешь, день был долгий, я, пожалуй, спать пойду. - Но мама приготовила праздничный ужин! - Уизли вскинулся, словно ему пару пощечин отвесили. - В честь моего возможного заключения в Азкабан? Спасибо, лучше поголодаю, - презрительно ответил он и ушел на поиски хоть какой-нибудь комнаты. Гермиона нагнала его уже на пошатывающейся от старости лестнице, схватила за предплечье, привлекая к себе ближе. - Куда бы ты не отправился, там везде будет грязь. Давай я помогу? За последние недели поднаторела, - предложила она, взглянув робко. Гарри присмотрелся повнимательнее и понял, что не только с ним произошли некоторые изменения, точнее с их характерами. Гермиона выглядела другой. Он и раньше замечал за подругой, что она отличается от остальных гриффиндорок, но теперь получил доказательство этому. Во-первых, Грейнджер смотрела на него с вечным вопросом раньше, теперь, словно разочаровавшись, отводила взгляд. Во-вторых, в её глазах застыла какая-то непонятная никому, кроме нее, холодная тоска. И, самое главное, в-третьих: напрямую к Рону девушка не обращалась. Все три пункта стоило прояснить.