Падший Покровитель

Время летело незаметно. К шести вечера у меня была первая встреча по продаже квартиры. И чёрт его знает — повезло мне или всё уже просто было решено без меня, — но квартира им понравилась. Мы договорились на завтра: документы, подписи, оплата. Всё решалось слишком легко. Будто я уже не здесь. Последнюю ночь я проводил уже не в своей квартире. Ближе к девяти я доехал до вокзала и купил билет в один конец. Десять часов прямого рейса. Домой вернулся ненадолго — собрать вещи, книги, остатки жизни, которые ещё можно было унести в руках. На столе рядом с кроватью лежало кольцо. Я взял его между пальцев. В голове было пусто, но я точно знал: безымянный палец правой руки ждёт его. Натянул кольцо, медленно прокрутил. Оно село идеально. Я знал — это его место. У двери уже стояли рюкзак и чемодан. В ванной я впервые за долгое время побрился, словно сбросил с лица несколько лишних лет. Потом лёг на кровать. Долго смотрел в потолок. Сон не шёл. Два часа ночи. Я повернулся на бок и машинально провёл ладонью по пустому месту рядом. Нос уловил терпкий, сладковатый запах духов — родной и чужой одновременно. Я закрыл глаза. Воспоминания накрыли вспышками: как мы собирали эту кровать, как она смеялась, давая советы. Шрам заныл. Я сильнее сжал простыню. Я сижу на полу с книгой. Она — за моей спиной. Её пальцы медленно перебирают мои волосы. Я беру её за руку, прижимаюсь губами к ладони. Она наклоняется ко мне. Я знаю, что она что-то говорит, но слов не слышу. Только держу её руку крепче, будто этого достаточно. Боль в груди вспыхивает резко, до темноты в глазах. Картина меняется. Она сидит на краю кровати. Я — на полу, спиной к ней. Её ладони ложатся мне на плечи. Снова темнота. Она рядом. Почти осязаемая. Её пальцы скользят по моим плечам, задерживаются у шеи, легко касаются скул. Я подаюсь ближе, будто тепло можно удержать телом. Прижимаюсь лбом к её коленям, медленно провожу ладонями по её ногам — бережно, почти молитвенно, словно пытаюсь запомнить не тело, а само ощущение её рядом. Мои руки накрывают её ладони. И тогда у самого уха звучит шёпот. Знакомый. Чужой. Не её. — Роберт, мой хороший… достаточно. Пора возвращаться. — Нет… — шёпот срывается в крик. — Пожалуйста… Резкая темнота. Холод. Грудная клетка горит болью. Я смотрю вниз — футболка пропитана кровью. Закрываю глаза. Голова тонет в тумане. Я засыпаю беспокойно, на границе между сном и явью. Усталость не ушла. Голова гудела. Холодный душ, кофе без сахара, сигарета — до жжения в груди. Привычный ритуал. В восемь утра я вышел из квартиры. В агентстве меня уже ждали. Пара формальностей. Удобно — прямо в офисе стоял банкомат. Я закинул деньги на карту, доехал с новыми владельцами до моей бывшей квартиры, отдал ключи, забрал оставшиеся вещи и вышел, не оглядываясь. Через час — самолёт. Я зашёл в кафе. Ко мне подошла девушка лет двадцати пяти, с усталой, но тёплой улыбкой. — Доброе утро. Вам как обычно? — Доброе… — я замялся. — Да. Как обычно? А как — обычно? Через десять минут на столе стояли две чашки кофе, круассан с молочным шоколадом и мороженое. Клубничное. Я поблагодарил её, сразу попросил счёт и оплатил. В голове метались мысли: я не люблю сладкое. Если шоколад — то только горький. Мороженое я почти никогда не ел. Почему две чашки кофе? Вторник. Девять утра. Девушка ходила по залу, поправляя столы. Я поймал себя на том, что слишком долго смотрю на неё, почти нарушая её пространство одним только взглядом. — Простите, — сказал я. — Не составите мне компанию? Вы любите мороженое? Или круассаны с шоколадом? Она помолчала, но всё-таки села рядом. К еде не притронулась. — Простите… — осторожно сказала она. — У вас всё в порядке? — В каком смысле? Она смутилась, но продолжила: — Просто… я работаю здесь уже шесть лет. Вы приходите каждый вторник и субботу. Заказываете две чашки кофе, мороженое и круассан. Сидите пару часов. Пьёте только одну чашку — и уходите. В голове закричала пустота. Я смотрел на неё, не сразу понимая смысл слов. Она заметила мой взгляд и тут же отступила: — Простите. Я не должна была… И… у вас кровь на футболке. Вы поранились? Я мягко остановил её жестом. Боль эхом отдалась под сердцем. — Всё в порядке. Наверное, просто не выспался. Угощайтесь. Я взял вещи, накинул пальто и вышел. До вокзала — три остановки. Я решил идти пешком. Курил. Мысли путались, но самая важная всё время ускользала, будто память стояла за мутным стеклом и смотрела на меня с той стороны. На светофоре я увидел девушку. Совсем молодую. Она выбежала на дорогу и шагнула прямо под машину. Я застыл. Машины проходили сквозь неё. Она смотрела мне прямо в глаза и улыбалась. И тогда знакомый голос шепнул у самого уха: — Спокойно, Ро. Она играет с тобой. Хочет утянуть. Это был её выбор. Не несчастный случай — решение. Ты ей не поможешь. Загорелся зелёный. Я перешёл дорогу. Дальше всё было на автомате: багаж, самолёт, десять часов пути, посадка. Потом — гостиница рядом с аэропортом. Я заселился на сутки. В десять утра — просмотр квартиры.