25 Глава. Цепь рвётся.
6 июня 2026 г., 18:42
Шаман всё ещё смотрел на меня.
— Теперь ты действительно можешь слышать духов.
Он стоял неподвижно, но воздух вокруг него стал гуще. Костёр трещал. И каждый его щелчок теперь звучал в моей голове так отчётливо, будто кто-то шептал прямо в ухо.
Я медленно поднялся.
И понял: лес больше не молчит.
Где-то далеко плакала вода.
Под корнями деревьев что-то шуршало.
А за пределами света костра стояли тени.
Духи.
— Это твой дар? — спокойно спросил я.
— Не мой, — ответил он. — Мир всегда так звучал. Просто люди его не слышат. Теперь будешь.
Болотница смотрела напряжённо.
— Не верь ему. Он всегда берёт больше, чем отдаёт.
Шаман перевёл на неё взгляд.
— А ты всё ещё здесь. Я не держу тебя. Я лишь показал болоту, как тебя удержать.
Тишина стала тяжёлой.
Я подошёл ближе.
— Значит, ты можешь это изменить.
Он прищурился.
— Могу. Но зачем? Духи должны быть привязаны. Иначе будет хаос.
Болотница отвернулась.
Я молчал.
Потом тихо сказал:
— Или ты просто не хотел отпускать её. Ты говорил, что проверял меня. Теперь моя очередь.
Я поднял руку.
— Уходи.
Сила поднялась внутри холодной волной.
Шаман дёрнулся.
В его глазах впервые появилась тревога.
Я шагнул вперёд.
Толкнул его — не руками.
Волей.
И он исчез.
Как будто его вырвали из мира.
Костёр вспыхнул.
И снова стало тихо.
Я поднял нож.
Смыл кровь в чёрной воде болота.
Развернулся.
И пошёл к машине.
К рассвету вышел к дороге.
Переоделся.
Сел за руль.
До магазина — три часа.
Я купил красную ткань, соль, мёд в сотах, мясо.
В первой деревне взял святую воду и полынь.
К вечеру вернулся.
Машину оставил в лесу.
К трём ночи снова стоял у болота.
На сухом островке развёл костёр.
Нашёл плоский камень.
Омыл его и накрыл красной тканью.
Поставил мёд.
Положил полынь.
Кусок мяса бросил в огонь.
Святой водой обошёл болото.
Я проваливался в грязь.
Падал.
Но шёл.
Шептал.
Вернулся к костру.
Соль.
Нож.
Кровь.
Смешал.
Поджёг полынь.
Дым ударил в лицо.
Я продолжал:
— Болотница... дух воды и мглы... Я тебя не держу. Уходи из тьмы. Цепь рвётся. Путы спадают. Воля — твоя. Иди на восток... где свет... где земля... С миром — в мир.
Полынь — в огонь.
Руку — в воду.
Я ушёл.
Не оборачиваясь.
Через час снова сидел у костра.
Чайник выкипел.
Банка треснула.
Я развёл огонь заново.
— Ро... — спокойно сказал демон. — Жалко старика. А ты ради него сырое мясо грыз.
Шорох травы.
Запах болота.
Она стояла у костра.
Я протянул ей кашу.
Она села напротив.
Я налил ей воды.
Себе — кофе.
Демон протянул:
— Забавно. Её кормишь. Погостнице помогаешь. Полудницу освобождаешь. Навку спасаешь. А я тут просто фоновый персонаж.
Я молча протянул Болотнице мёд.
— Ещё трое суток, — сказал я. — И болото отпустит.
Она попробовала.
Глаза стали светлее.
— Я видела всё... зачем?
— Потому что могу.
Демон хмыкнул:
— Скромно.
Ночи шли.
Мы сидели у костра.
Она рассказывала.
Я делился едой.
С каждым днём она менялась.
На третий день — снова обряд.
Соль.
Вода.
Кровь.
Я знал — она рядом.
Когда вернулся, банка мёда была пустой.
Она стояла передо мной.
Я опустил руку в воду.
Подошёл.
Коснулся её лица.
— Ты свободна.
Я протянул ей последний мёд.
Но она не ушла.
Я сел.
Закурил.
Она села рядом.
— Я думала, уйду... — тихо сказала она. — Но не хочу. Мне нравится быть рядом с тобой.
Демон фыркнул:
— О нет. Только не это.
— Что? — нахмурилась она.
— Да так... коллекция пополняется. Навка. Полудница. Теперь ты. Роберт, ты случайно не собираешь гарем?
— Заткнись, — тихо сказала она.
— О, какие мы нежные... — продолжил демон. — Навка тоже сначала так говорила.
Болотница посмотрела на меня и сказала:
— Ты мне нравишься, Роберт.
Демон тяжело вздохнул и уже серьёзно произнёс:
— Всё, началось. Навка его утопит. Полудница сожжёт. А эта, наверное, утянет в болото. А виноват, конечно, буду я.
