Мёльман / 멸망

      В вагоне практически искрило от напряжения. К общему гулу добавился резкий, неприятный звук — Хосок, севший позади всех вместе с девушками, отдирал скотч от кожи. Он настороженно косился на пустые наручники, брошенные возле двух кресел, явно не разделяя спокойствия остальных.       Спустя пару минут состав снова тронулся, и в окнах промелькнул истинный масштаб катастрофы. Хватило всего нескольких открытых дверей, чтобы на перрон высыпала толпа из сорока или пятидесяти заражённых. Стоило поезду набрать ход, как они бросились следом, превращаясь в размытые пятна. Вопрос о том, сколько таких тварей осталось в других вагонах и что ждёт их на следующей станции, повис тяжёлым грузом. Никто не решался озвучить его вслух, пока всё это не прервал Чонгук, решивший взять ситуацию в свои руки.       — Из хороших новостей: Хосок — проводник, у него есть рация и связь с машинистом, а у нас нашлась зарядка. До конца пути это наш единственный шанс понимать планы управления и оценивать перспективы. Хосок, расскажи, что вы видели в других частях состава? Сколько их, где самое большое скопление? Наш вагон сейчас кажется самым безопасным, но есть риск, что начальник поезда решит отцепить хвост вместе с нами.       — Риск огромный, — подтвердил проводник, наконец перестав терзать скотч на руках. — Предлагаю связаться с кабиной прямо сейчас и прояснить их намерения. А насчёт того, что мы видели по пути сюда...       — Не уверена, что в той спешке мы могли адекватно оценить обстановку, — вмешалась Хаён. Она прижала к себе Союн, которая после их забега окончательно сникла, и ласково погладила её по малиновым волосам. — Точно знаю, что в четырнадцатом и пятнадцатом их тьма-тьмущая. Но про пятнадцатый вы и сами поняли, — она кивнула на двери, которые ранее заклеили газетами.       — Там их слишком много, — тихо добавила Союн. — В четырнадцатом я успела заметить, как они набились друг на друга, там даже свободного метра нет. Скорее всего, они гнались за кем-то из соседних вагонов и все сбились в одну кучу.       — То, что они локализованы в одном месте, может сыграть нам на руку, — предположил Намджун. — В крайнем случае эти вагоны можно будет отцепить со временем.       — Не всё так просто, тогда отцепят и нас, — покачал головой Чимин. — С другой стороны к нам не подобраться, а пробираться в голову состава через эту толпу — чистое самоубийство. Да и смысла в этом сейчас нет.       — Слушайте, нам сейчас надо не только за вагоны трястись, а прикидывать, как костями шевелить после высадки. Вариант Чимина с этой его винодельней — пока лучшее, что у нас есть, если не хотим сдохнуть в первой же подворотне. Забаррикадируемся там, пересидим пик этого безумия, а там посмотрим, кто ещё из живых выплывет. В Тэгу нам выходить придётся по-любому, даже если там на перроне будет жопа. Пешком до этой крепости мы не дочапаем, значит, нужно будет раздобыть транспорт и прошибать дорогу через город.       — Давайте сначала с основных вещей: Хосок, связывайся с начальником поезда. Нам нужно понять их видение ситуации, а то, может, мы до Тэгу в принципе не дотянем, чтобы строить планы на высадку. Попробуешь?       — Да, сейчас, — Хосок вцепился в рацию, выставив нужную частоту и затаив дыхание.       Присутствующие переглядывались, и в каждом взгляде читался один и тот же вопрос: а есть ли там вообще кому отвечать? Если в кабине машиниста уже никого нет, тогда перспективы вырисовывались совсем паршивые. Состав либо на полной скорости протаранит первый же тупик в конечном пункте, либо автоматика продолжит послушно тормозить на каждой платформе, открывая двери в неизвестность.       Возникала дилемма. Если на крупных станциях состав разблокирует все выходы, это может стать их единственным шансом. Заражённые, ведомые инстинктом, просто вывалятся наружу, следуя за шумом и движением на перронах, но тем самым освободив забитые вагоны и давая группе возможность прорваться к голове поезда. Но был и другой сценарий: если города уже превратились в кипящий котёл, то каждая остановка будет лишь затягивать внутрь новых одержимых.       — Ну же, ответьте... — едва слышно прошептал проводник, сильнее сжимая пластиковый корпус прибора.       — Начальник поезда на связи, слушаю, — худшие опасения не подтвердились: в кабине всё ещё были живые.       — Это Чон Хосок, мы в шестнадцатом, вагон заблокирован, мы в безопасности. С нами выжившие из конвоя и гражданские. Какие планы по маршруту? Сувон проскочили, что дальше?       — Из Тэгу паршивые новости. Там пытались организовать коридор безопасности на подходах к вокзалу, но толпу не удержали. Военных смяли за десять минут. Техника частично перегородила пути, так что на платформу для высадки мы не заходим — это верная смерть. Приказано ползти участок на минимальной скорости, двери не открывать, чтобы не врезаться в завал и не дать этой нечисти хлынуть внутрь.       План по Тэгу потерпел фиаско. Если нельзя было выйти, значит, они заперты в этой консервной банке без права на остановку.       — В Пусан нас таким составом не пустят. Там организован единственный в стране сектор полной безопасности, армия держит периметр и развернула госпитали, но приказ командования однозначен: эшелоны с заражёнными секторами к перронам не подпускать. Если мы притащим за собой хвост из инфицированных вагонов, нас расстреляют ещё на дальних подступах к Гупо. Им не нужны смертники в карантинной зоне. Условие допуска в город — полная зачистка. В Пусан зайдёт только первый вагон, все выжившие из пятого, седьмого и вашего, шестнадцатого вагонов обязаны немедленно начать движение в сторону кабины. Общий сбор — в первом.       — Что в первом вагоне? — Чонгук перехватил рацию у Хосока.       — Первый полностью заполнен заражёнными, и в ваших интересах с ними разобраться. Если к моменту прибытия в Пусан головной сектор не будет чист — нас не примут. Сразу после прохождения Тэгу, в районе Миряна, я активирую систему автоматической расцепки. Состав будет сбрасывать секции, одну за другой, чтобы избавиться от балласта. Всё, что находится позади двенадцатого вагона, будет отсечено первым. Если к Тэджону ваша группа не закрепится в начале состава, вы останетесь на путях. У вас чуть больше часа. Конец связи.       Рация щёлкнула и замолчала. Было слышно, как Союн судорожно сглатывает слёзы, в то время как Юнги медленно поднял голову, глядя на Чонгука с немигающим прищуром.       — Ну вот и всё, приехали, блять. Винодельня отменяется. Нас официально списали в утиль, пацаны. Предлагают прогуляться по вагонам с мертвяками, чтобы отбить у них первый. Охуенный план.       — Шикарные условия, которые перечёркивают всё, о чём мы тут рассуждали, — Чимин просто пялился на свои ладони, а потом уткнулся в них лицом, глухо бурча что-то неразличимое.       — Давайте без паники, — Чонгук сам не понимал, как выпутываться. Идти по перрону через толпу или пробиваться сквозь узкое пространство — оба варианта пахли суицидом. — Мы в самом хвосте, надо как-то попасть в голову. У нас есть стволы и... — он перевёл взгляд на наёмника. — Тэхён.       — Тэхён тоже смертный, если что, — подал голос Ким, проверяя заточку ножа. — Начальник сказал, что выжившие есть в пятом и седьмом. Значит, там либо чисто, либо нежить только в тамбурах, что хоть немного облегчает задачу. Двенадцатый тоже вроде наш, Хосок подтвердил. Предлагаю рвануть до двенадцатого, а там по ситуации. Эти секции отцепят первыми, так что рассиживаться некогда. И барахло надо забирать сейчас — тащить гору железа через забитые переходы будет заданием со звёздочкой.       — Согласен с Тэхёном, — кивнул Намджун. — В этом есть смысл, если на следующей остановке на перроне не будет сплошного ковра из этих тварей.       — Есть ещё один выход, как добраться до первого, — хмыкнул Юнги. — Но эта идея вам пиздец как не понравится...       — Выкладывай уже! — Чонгук начал потрошить ящики, прикидывая, сколько боеприпасов они потянут. — Снаряги много, всё гремит, а нам бы лишнего шума не поднимать.       — С двенадцатого по первый, если попросить этого хрена в кабине чуть сбросить скорость, можно добраться вот так, — Мин ткнул пальцем в потолок. — Сечёте?       — Ты предлагаешь лезть на крышу? Ты в своём уме?! — взвизгнул Сокджин, округлив глаза.       — А что, нимфетка, проблемки? Там хоть за жопу никто не укусит, целее будешь. Ну, если за тобой Намджун не полезет. У вас там вообще как, кто кого? Он тебя? Ты его? Или по графику, посменно?       — Завались, — шикнул Сокджин, густо покраснев то ли от злости, то ли от возмущения.       — Идея с крышей — полное безумие, но если в проходах будет не протолкнуться, выбора у нас не останется. Собираемся. Живо!       — Сколько остановок до Тэджона? — Чимин машинально прошёлся взглядом по окну, но стекло лишь отражало их напряжённые лица вперемешку с кромешной темнотой.       — Ещё две, — буркнул Намджун, сверяясь с навигатором. — Пхёнтхэк и Чхонан. Обычно там стоянки долгие, но сейчас хрен знает, станет ли машинист вообще тормозить.       — Короче, расклад такой, — Юнги обвёл группу тяжёлым взглядом. — Сначала отправим двойку-тройку самых отбитых. Надо проверить двенадцатый вагон на вшивость. Пока Хосока там не было, туда мог кто угодно прорваться и двери распахнуть. Если там битком этой швали, подготовленные хоть выскочить успеют, а если попрёмся всем кагалом — сдохнем в тамбуре.       — Я пойду первым, — Тэхён поднялся, глядя в упор на Чонгука. — Вы останетесь здесь, будете прикрывать остальных. Мне в подмогу нужны Минхо и Намджун.       — А выбор не странноват? — Юнги скептически прищурился, разглядывая кандидатов. — С Намджуном ясно, габариты решают, а этот? — он кивнул на охранника. — Выглядит... ну, обычно.       — У него реакция почище, чем у вас всех, вместе взятых. Уверен, ножом орудует как бог. Я прав, Минхо?       — Шесть лет занятий филиппинскими боевыми искусствами, — коротко бросил охранник. Он шагнул вперёд и перехватил предложенный Тэхёном нож. Лёгкий кистевой бросок, лезвие крутанулось в воздухе и легло рукоятью в ладонь, обратным хватом, так быстро, что Чонгук невольно вскинул бровь. — Как-то так.       — Охренеть... Что ещё мы друг о друге не знаем?       — Я же говорил: надо было знакомиться по-нормальному, а не лясы точить, но вы это успешно проигнорировали, — наёмник покачал головой. — Выдайте ему хороший клинок. — Я только одного не пойму, — Намджун нахмурился, переводя взгляд с одного профи на другого. — Нахрена в этой компании я? Навыков у меня ноль, боец из меня как из дерьма пуля. — Юнги коротко, противно хохотнул. — Чего ржёшь?       — Да он тебя как приманку берёт, ты же шкаф, тебя издалека видно. Будешь маячить и собирать на себя всё внимание, пока эти двое будут по-тихому им бошки шинковать своими зубочистками.       — Я его никуда не пущу! — Джин подскочил, заслоняя Намджуна собой. — С какой стати вообще? Ищите другого смертника!       — Слушай сюда, дорогуша, такая логика тут не катит. Так про каждого можно ныть. Того жалко, этот калека, у того навыков нет, у этого кошка дома не доена, а твой просто здоровый. У каждого своя роль. Если начнём тут сопли жевать и всех по углам прятать, можем прямо сейчас самостоятельно отцепляться и ждать, пока нас сожрут.       — Всё нормально, Джин, я согласен. Если от меня будет польза — значит, иду, — Намджун положил руку на плечо Сокджину, успокаивая. — Я бы, по примеру Хосока, тоже себе конечности обмотал, на всякий случай. И вас это касается, — он перевёл взгляд на парней с ножами.       — Нам ни к чему. Если затянем предплечья, потеряем подвижность кистей. У нас ставка на ловкость и скорость, лишний слой только мешать будет. А вот тебе — в самый раз. Хосок, скотч остался?       — Да, в каждой секции есть запас, — проводник тут же подскочил к передним рядам и выудил целый рулон. — Тут на двоих-троих хватит. Если в тринадцатом будет чисто, заберём ещё и там.       — Ладно. Четыре минуты на сборы — и выдвигаемся. Идём налегке, — скомандовал Тэхён.       Он вёл себя как прирождённый лидер, и для Чонгука это стало скорее открытием, чем поводом для раздражения. Парень поразительно быстро адаптировался. Вчерашний смертник, приговорённый к пожизненному, Тэхён просчитывал действия на три шага вперёд, видя ситуацию полнее, чем профессиональный следователь. Чонгук, посвятивший годы изучению преступников и их психофизической подготовке, поймал себя на горьком чувстве: он, в свои тридцать два года, со всем своим опытом и званиями, сейчас ощутимо уступал этому двадцатилетнему пацану.       Хосок туго стягивал предплечья Намджуна скотчем, пока тот пытался унять дрожь в пальцах, наблюдая, как Минхо нервно перехватывает нож и вглядывается в мутное стекло. За окном уже мелькали серые постройки на подступах к Тэджону, предвещая скорую развязку. Тэхён же лишь скучающим движением ссыпал в карман запасные лезвия и стал ошиваться в тамбуре, дожидаясь момента, когда состав окончательно замрёт. Как только створки шестнадцатого вагона поползли вбок, по всему перрону эхом отозвался шум открывающихся дверей — начальник поезда сдержал слово, давая им призрачный шанс на рывок.       Намджун и Минхо вжались, пытаясь сквозь свист ветра оценить количество особей, вываливающихся из соседних секций, но Тэхён просто шагнул на платформу, даже не обернувшись. Остальным ничего не оставалось, кроме как сорваться с места вслед за ним, бросаясь в неизвестность пустого перрона.       — Минхо, как только входим — ты берёшь правую сторону, я левую. Если кого-то начинают рвать, не лезем. Помощь — только при отсутствии укуса и если нет прямой угрозы своей шкуре. Касается всех, — едва слышно.       Открыли ровно те же отсеки, о которых говорил Хосок, добавив к списку их шестнадцатый, так что новых очагов на платформе не прибавилось. Под самим перроном копошились несколько тварей, но они бестолково бились, не соображая, как взобраться выше.       Ворвавшись в двенадцатый вагон, группа присмирела: внутри было пусто, что позволило всем выдохнуть. Тэхён выждал сорок секунд, контролируя тамбуры, после чего снова высунулся в дверной проём. Он поймал взгляд Чонгука, дежурившего у входа в шестнадцатый, и коротко вскинул руку с жестом «окей» — путь был чист, остальным можно было готовиться к рывку на следующей остановке.       Как только автоматические двери сошлись, Тэхён обернулся к своим спутникам. Намджун и Минхо выглядели потерянными, пытаясь осознать, что первый этап прошёл подозрительно гладко.       — План такой: до следующей остановки минут пятнадцать, — проверяя замок на переходе. — Вместо того, чтобы высиживать здесь, предлагаю разведать одиннадцатый. Оценим, сколько там этих ублюдков. Если не больше десяти — зачистим. По пути будет тоннель, кто как видит в темноте?       — Терпимо, если привыкнуть, — отозвался Намджун, вытирая вспотевшие ладони о штаны. — А ты, Минхо?       — Вполне. Предлагаешь зайти туда втроём?       — Да. Сэкономим время остальным на случай, если по рации нам скормили не всю правду. С этим двенадцатым вагоном тоже неясно: «по двенадцатый» — это включая его или нет? Ошибёмся — останемся на рельсах смотреть, как состав улетает в Пусан. Пешком сейчас не вариант, у этих тварей пик активности. Мы, кстати, у Юнги не спросили одну важную вещь.       — Какую? — Намджун прошёл вглубь салона, стараясь не наступать на бурые пятна, расплывшиеся по некогда дорогому ковровому покрытию и обивке кресел.       — Сколько они вообще живут? Укус, превращение — это понятно. А дальше? Если они не едят и не пьют, на сколько их хватит? Спят они? Отдыхают? Какой у них вообще цикл жизнеспособности? Если они выдыхаются через сутки, нам нужно просто потянуть время. А если нет... тогда всё намного паршивее.       — Об этом стоило подумать раньше, — исполин встал у входа в тамбур одиннадцатого вагона. Переход был пуст: видимо, тот заражённый, которого здесь запирали Хосок с девушками, всё же выскочил на платформу в Сувоне. — Но явно не один день. Посмотрите, какие они активные, даже когда рядом нет живых.       Он кивнул в сторону мутного стекла двери, за которым в полумраке соседнего отсека лениво перемещались тёмные силуэты.       — Навскидку, сколько их там? — Намджун чуть пригнулся, стараясь рассмотреть детали. — Вижу как минимум семерых.       — Больше, — Тэхён прищурился. — Я насчитал двенадцать. Если мандраж бьёт, давайте я сначала уберу передних, а в следующем тоннеле добьём остальных.       — Думаю, пойдём вдвоём, — Минхо обернулся к Намджуну, оценивая его габариты. — Без обид, но вы слишком огромный для таких манёвров. Между сиденьями просто не развернётесь, будете только мешать.       — Даже не думал обижаться, ты прав. Что решаем? Скоро уже...       — Вдвоём, — решил за обоих Тэхён, наклоняясь к рычагу и осторожно приоткрывая переход. — Намджун, оставайся здесь. Твоя задача — держать дверь и не пускать лишних.       Тоннель захлопнул ловушку, мгновенно выключив обзор. Минхо на секунду дезориентировался, ощутив лишь сотрясённый воздух — Тэхён просто испарился. Когда глаза привыкли, охранник увидел его уже за дверью одиннадцатого. То, что он делал, не укладывалось в голове: парень двигался без единого лишнего звука, проскальзывая между телами в каком-то жутком темпе. Силуэт мелькал то у одного кресла, то у другого, и каждое сближение заканчивалось коротким хрустом — лезвие входило точно в кость головы. Стало не по себе от осознания, кто именно идёт с ними плечом к плечу. Профессиональный ликвидатор, для которого убийство было естественным процессом. Минхо выждал ещё минуту, боясь собственным неуклюжим шагом сбить этот смертоносный танец или выдать их присутствие лишним шорохом, подставив Тэхёна.       Наёмник выкосил почти весь вагон в одиночку, оставив лишь двоих в самом конце прохода, когда состав с грохотом вылетел из тоннеля. Свет фонарей ударил по глазам, и мертвецы наконец увидели своих палачей. Первый рванул на Тэхёна, клацая зубами в сантиметре от его горла, но тот каким-то немыслимым кульбитом подсёк ему ноги — заражённый просто рухнул лбом прямо на выставленное лезвие. Второй когда-то был стариком лет восьмидесяти. Вирус в изношенном теле вязнул: движения были мучительно медленными, инстинкты не могли заставить дряхлые мышцы двигаться быстрее.       Тэхён отступил в сторону, освобождая место в проходе для Минхо, который так и не решился пустить свой нож в дело.       — Сделай это, — одними губами выдохнул, косясь на дверь в десятый вагон.       Минхо досадливо поджал губы, шагнул к хрипящему деду и, переборов тошноту, аккуратно вогнал сталь в череп.       — Покойся с миром, — сочувственно прошептал охранник, опускаясь на корточки. Он всматривался в застывшие черты, пытаясь понять, кто на самом деле поставил точку — вирус или он сам.       — Не думай, что ты теперь убийца, — Тэхён подошёл со спины, заблокировав двери вагона. — Ты спасаешь живых, тут чуток иная математика. Этому было уже плевать.       — А тем, кого убивал ты, тоже было плевать? — Минхо сам не понял, откуда в нём взялась эта внезапная злость в ответ на спокойный тон.       — Нет, те хотели жить. Поэтому я — убийца, а ты нет, — Тэхёна этот выпад не задел.       Он лишь коротко, почти по-доброму ухмыльнулся, выпрямился и зашагал обратно к Намджуну. Тема морали была ему глубоко неинтересна, а сам Минхо перестал быть любопытным объектом ровно в тот момент, когда закончил махать ножом.       — Ты просто поразителен, — Намджун встретил наёмника широкой ладонью, без тени брезгливости сжав его плечо. — С тобой у нас и правда есть шанс дотянуть до первого живыми.       — Я бы на твоём месте губу не раскатывал, — Тэхён сбросил руку и кивнул на закрытую дверь. — В десятом их около сотни набилось. Закупорились там плотно, движения почти нет, но для нас двоих это слишком дохрена. По-хорошему, надо осесть в одиннадцатом и ждать отцепки. Попросим начальника выпустить эту ораву на волю на остановке. Хотя сомневаюсь, что перрон в следующем городе будет пустой. Там город покрупнее, наверняка толпы таких же бродят, кого с других составов выкинули.       — Что-то идея Юнги лезть на крышу уже не кажется таким уж бредом, — пробормотал Намджун, прикидывая перспективы.       — Сначала выжмем всё из наземных вариантов, а потом уже в небо полезем. Там своих «сюрпризов» хватает: поджариться на высоковольтке... Сам понимаешь.       Намджун согласно кивнул и двинулся в тамбур между одиннадцатым и двенадцатым, чтобы дождаться остальных. До остановки оставались считанные минуты и один последний тоннель.       — Раз время есть, может, по карманам и сумкам пошарим? — Минхо тоже высунулся в проход. — Вдруг что полезное найдём? Вода, еда — сейчас всё в кассу.       — И как ты это попрёшь? — Тэхён скептически выгнул бровь, оглядывая их скромное снаряжение.       — Даже если мы тут застрянем на двадцать минут, можно хоть заправиться перед дорогой. Неизвестно, когда в следующий раз жрать дадут.       — Согласен, — исполин хмыкнул, признавая рациональность предложения. — Давайте шустрить, пока тоннель не начался.       Провозившись минут пять, получили скромный улов: несколько бутылок воды, батончики, чипсы и упаковку сэндвичей. На дне одной из сумок нашёлся полноценный обед с кимчи, но резкий запах маринада заставил парней быстро его отложить — перспектива навалить в штаны в разгар боя никого не прельщала. В ручной клади на дальних полках обнаружились конфеты и контейнер с маринованными яйцами, которые ещё час назад кто-то вёз домой. Тэхён же игнорировал провизию, пытаясь найти аптечки и сумки с совсем другой целью. Его «сокровищами» стали пачки анальгетиков, антибиотики, баллончик от астмы и антигистаминные. Но настоящий клад ждал в последнем рюкзаке — набор охотничьих ножей. Наёмник восторженно выдохнул, привлекая внимание остальных.       — Ничего себе находка, — Намджун вытянул шею, разглядывая чёрные рукояти с позолотой. — Выглядят породисто.       — Это серия Хаттори Кастом, японская работа, — Тэхён бережно коснулся металла. — Ты даже не представляешь их ценность. Найти такое в багаже обычного поезда — почти нереально. Либо владелец не понимал, что держит в руках, либо это случайный подарок. Я бы такие в банковскую ячейку спрятал, а не таскал в рюкзаке.       — И в чём прикол? Я не ценитель...       — В стали и ручной сборке, это не штампованный ширпотреб. У Хаттори идеальная геометрия и материалы, за которые коллекционеры глотки друг другу рвут. Как ты и сказал, не ценителю не объяснить их ценность. Когда-то я о таких только мечтал, а получил сейчас, когда они, по сути, и не нужны. Такими ножами вскрывать нежить очень уж обидно.       — Звучит как-то паршиво, понимаешь?       — Вы все дёргаетесь, боясь, что мои навыки сыграют с вами злую шутку, — Тэхён усмехнулся, не отрывая взгляда от лезвий. — Но я повторяю: я не получаю кайфа от убийств. Тварей валить веселее, чем людей, признаю. Для меня это была такая же работа, как у вас — ловить серийников или наёмников. Просто за мою деятельность платили гораздо больше.       — И всё же, убийство есть убийство, — глухо бросил Минхо, отходя от них подальше к окну.       — И почему именно такой выбор? Почему не кражи?       — Проблемы сами меня нашли. И это был единственный предложенный выход из них. Других вариантов жизнь мне, к сожалению или к счастью, не показала.       — Не раскаиваешься?       — Ничуть, — наёмник коротко оскалился, собирая ножи в футляры. Подойдя к первым сиденьям двенадцатого вагона, он взял оставленный Хосоком скотч и, задрав край футболки, начал плотно приматывать ножны к телу вокруг талии, превращая себя в ходячий арсенал.       До следующей остановки докатились в молчании. Скверные предчувствия оправдались сполна: едва состав замедлился, стало ясно, что перрон кишит мертвецами. Они плотной массой притёрлись к дверям, надеясь прорваться внутрь, так что Чонгуку и остальным в шестнадцатом вагоне не осталось ничего, кроме как затаиться, проклиная всё на свете. Тэхён тем временем едва не упустил тамбур между двенадцатым и тринадцатым. Стоило створкам разойтись, как внутрь ломанулись «новенькие». Наёмник едва успел отпихнуть первых и заблокировать дверь, после чего принялся заклеивать стекло порножурналами, найденными в чьей-то сумке. Картинки хоть и перекрывали обзор, но угроза никуда не делась — снаружи неистово бились десятки тел. Когда поезд наконец дёрнулся и начал набирать ход, он окончательно стал похож на железный гроб.       — Идеи есть? — Минхо нервно переступил с ноги на ногу, глядя на Тэхёна. Тот не подавал признаков жизни, откинув голову на сиденье и прикрыв глаза. — У нас времени в обрез на раздумья.       — Не ори, я думаю, — отозвался тот, даже не пошевелившись.       Минхо, который был старше на целых семь лет, проглотил это резкое «ты», как нечто само собой разумеющееся. Ещё час назад он бы взбеленился от такой наглости и напомнил сопляку о субординации, но сейчас правила игры изменились. Главным здесь был Тэхён, и с этим молча согласился даже Намджун, перебирая в уме их шансы на выживание. Им нужно было как-то переправить основную группу в одиннадцатый вагон, пока состав не прибыл в Тэджон, где ситуация обещала быть в разы хуже.       — Ну что, я полез наверх? — Тэхён поднялся и принялся торопливо отматывать скотч, освобождая талию от ножей. Ползти на пузе с таким арсеналом означало либо вспороть себе брюшину при первом же рывке, либо оставить на боках глубокие вмятины от рукояток. — Вы остаётесь здесь. Если я не успею, у вас хотя бы будет время поразмыслить и придумать, как выкрутиться. По-хорошему, вам бы тоже сейчас рвануть в сторону седьмого вагона, к остальным, но твои габариты меня смущают, — он скептически кивнул на Намджуна. — Сильно сомневаюсь, что тебя там током не приложит о первую же линию.       — Я и сам в этом не уверен. Только не нравится мне, что ты один туда суёшься. Неужели нет шанса зачистить проходы до шестнадцатого?       — Исключено. Нас слишком мало, их слишком много, а тоннелей до Тэджона осталось всего два. Даже если Минхо сейчас совершит чудо и выкосит треть секции, мы просто не впишемся в тайминг. Обстоятельства против нас.       — Значит, единственный вариант — крыша?       — Да. Заодно и проверим, насколько это вообще реально в движении. Кстати, в одиннадцатом я видел труп парня, похожего на проводника. Минхо, сходи глянь, у него должна быть рация. Нужно связаться с кабиной и нашими в хвосте.       — Понял, я мигом, — Минхо, окончательно признавший авторитет наёмника, сорвался с места и исчез в переходе.       — Ты уверен, что не сорвёшься? Ты сейчас наш единственный козырь. Может, мне всё-таки попробовать?       — Времени в обрез. Из нас троих у меня возможностей больше, сам понимаешь.       — Тут сложно поспорить, — признал Намджун, чувствуя, как внутри всё сжимается от плохого предчувствия.       Тэхён взобрался по лестнице, плечом толкнул технический люк и с тяжёлым выдохом высунулся наружу. В лицо тут же ударил ледяной ночной воздух, а над головой в бешеном темпе заплясали искрящие провода. Выбравшись чуть выше, он даже хмыкнул — до контактной сети промежуток оказался больше, чем рисовало воображение. В полный рост не встать, да и самоубийц здесь нет, но занять полусидячее положение было вполне реально.       — Глянь в телефоне, сколько там сантиметров от крыши до сводов тоннеля остаётся? — крикнул он вниз.       — Можно и не смотреть, — отозвался Намджун, не сводя глаз с его ног. — На открытке зазор кажется нормальным, но в тоннелях линия проседает. Контактный провод там идёт почти впритирку к обшивке, поймаешь разряд раньше, чем успеешь нырнуть обратно.       — Другого пути нет, — принимая из рук подоспевшего Минхо рацию. — Спасибо. Так, и как эта шарманка работает? Есть спецы?       — Давай сюда, — Намджун перехватил устройство, щёлкнул тумблером, и тамбур наполнился характерным шипением. — Начальник поезда?       — Слушаю, — ответ пришёл почти мгновенно.       Тэхён тут же выхватил прибор обратно.       — Слушайте, расклад такой: я лезу по крыше за остальной группой. Какой шанс не превратиться в отбивную в первом же тоннеле?       — У ближайших пролётов запас высоты достаточный, если ползти плашмя, а вот дальше своды ниже. Мы можем немного сбросить ход до Тэджона, чтобы вы успели перебраться.       — Сделайте одолжение. Будет очень кстати. Конец связи.       Через полминуты состав ощутимо дёрнулся, замедляя бег. Тэхён ещё раз глубоко вдохнул, собираясь с духом, и начал окончательно вытягиваться наверх, растворяясь в кромешной темени.       — Я пошёл. Не натворите тут дел без меня.       — Давай, командир, — Намджун проводил его взглядом.