where you go, I'm going (so jump and I'm jumping)

Очень жаль, что всё происходит именно в тот день, ведь начинается он неплохо. Клаггор и Майло, в конце концов, вернулись в бар, и, если Майло почти сразу пришёл в норму, Клаггор был так подавлен, что у Вай защемило сердце. Она отвела его в сторону, поговорила с ним по душам, и, когда он наконец оттаял, обняла так крепко, что он рассмеялся и позволил налить ему выпить. С тех пор Вай старалась держаться к нему ближе, чтобы показать — она его не боится. И это так! Просто в тот раз, когда он– Неважно. Жизнь продолжается. Сегодня все остаются в баре до вечера, когда начинают подтягиваться посетители. Экко и Паудер сидят за своим любимым столиком возле бара, склонившись над кипой бумаг и чертежей. Вай придумала себе развлечение: всякий раз, когда Экко наклоняется к Паудер слишком близко, кладёт ей руку на спину или приобнимает, Вай смотрит на него с прищуром. Заметив её взгляд, он тут же отпрыгивает от Паудер, и Вай каждый раз с трудом сдерживает улыбку. На самом деле, она ничего не имеет против того, что Экко и Паудер явно встречаются. Паудер взрослая, и более чем способна решать сама за себя. К тому же, Вай любит Экко. Трудно представить кого-то, кто подошёл бы сестре больше. Только странно, что Паудер ничего ей об этом не рассказала. Может она думает, что Вай рассердится? Или позавидует тому, что у всех жизнь шла своим чередом, пока она гнила в тюремной камере? Как бы то ни было, Вай делает в голове заметку поговорить с ней об этом позже. Но сейчас она продолжает сверлить Экко взглядом, пока он, наконец, не смотрит на неё с вызовом и не обнимает Паудер, притягивая её к себе. Паудер, пишущая что-то в блокнот, прижимается к нему и ничего не замечает. Вай заливается смехом. Она уже выпила пару бокалов, но даже без этого ей было бы весело. Экко улыбается в ответ, и Вай наливает ему тоже. Вандер тоже где-то неподалёку, но Вай старается не попадаться ему на глаза. Теперь она стоит за барной стойкой и по большей части справляется сама, только Майло и Клаггор приходят на помощь, когда народу становится слишком много. Вай не против небольшого хаоса. Пока руки заняты смешиванием коктейлей, а голова — болтовнёй с семьёй и гостями, ей не приходится думать ни о чём другом. Уже поздняя ночь, когда в «Последнюю каплю» заходит новая компания. Их шестеро, трое мужчин и трое женщин, все по возрасту ближе к Вандеру. Они шумные и весёлые уже с порога, но всё нормально; это же бар, в конце концов. Парочка из них усаживаются за столик рядом с баром, и остальные идут к Вай, чтобы заказать напитки. Вай болтает с ними за стойкой, пока готовит заказ. Она поднимает взгляд, и вдруг за плечом женщины, стоящей перед ней, видит остальную компанию. Точнее, мужчину, которого узнала бы где угодно. Он сидит спиной к ней, откинувшись на спинку стула, и хохочет. Вай передаёт стаканы остальным, и до неё вдруг доходит, что она даже не знает его имени. Она знала его только по номеру заключённого. 1653.

_________________________

1653-й оказался в Стиллуотере на три года позже Вай. Он попал в один блок с Вай и ненавидел её с первого дня пребывания там. Вай никогда не знала, почему. Обычно она не обращала внимания на новеньких и оставляла их в покое, если только они не лезли к ней. Она не трогала этого парня, даже не смотрела в его сторону — но он обожал издеваться над ней и оскорблял её при каждом удобном случае. Она не реагировала на это до тех пор, пока однажды, когда она возвращалась в камеру, он не схватил её за волосы и не попытался швырнуть в стену. Ничего не вышло. Хотя тогда Вай была младше, скорости ей было не занимать, и у него не было шансов. Остальные заключённые в блоке громко хохотали, когда она его уложила, — и это только подогрело его ненависть. Вай это не волновало. В любом блоке хватало обид и вражды, и были другие заключённые и стражники, куда более опасные, чем этот парень. Спустя два месяца после прибытия 1653-го, в камеру напротив Вай поселили другую заключённую. Вай собиралась игнорировать и её, но женщина оказалась такой приветливой и разговорчивой, что всего за неделю завоевала её расположение. Её звали Амретта, и она была старше Вай лет на десять. Она рассказала всё о своём партнёре, как он умер годом ранее и ей пришлось воровать, чтобы прокормить детей. Когда ограбление пошло не плану, её арестовали и приговорили к трём годам заключения. К тому времени Вай уже была измучена жизнью в Стиллуотере и не доверяла никому, но Амретта уже скоро разговорила её, и она рассказала о жизни, семье и сестре. Амретта давала советы, подбадривала, и стала подругой и наставницей. Её доброта была лучшей вещью, которая случилась с Вай с тех пор, как её бросили в тюрьму. Спустя три недели после прибытия Амретты, они с Вай хлебали свою обычную мерзкую бурду. Вай рассказывала про случай, когда они с Паудер пытались приготовить ужин на день рождения Вандера, и как всё пошло наперекосяк. Амретта, хохоча, надеялась, что её дочери будут так же близки, как Вай и Паудер. 1653-й зашёл ей за спину по пути к своему столу, и, прежде чем Вай смогла что-то сказать или сделать, вытащил заточку из кармана и перерезал Амретте горло. Вай бросилась через стол, но ему удалось застать её врасплох. Она успела ударить его только раз, прежде чем охранники разняли их. Когда она вырвалась из их хватки и подползла к Амретте, то успела только увидеть, как ужас в её глазах сменяется пустотой. Когда Вай, перемазанную кровью Амретты, тащили обратно в её камеру, она заорала на 1653-го, требуя объяснений. Он рассмеялся из своей камеры: — Мне не нравилось видеть тебя счастливой. Когда её швырнули в камеру, она кричала ему вслед, на весь коридор — чтобы считал свои грёбаные дни, потому что рано или поздно она до него доберётся. Скоро, устав от постоянных попыток Вай отомстить, 1653-го перевели в другой блок. Больше она его не видела, но слышала, что он вышел на свободу через два года, когда истёк срок. И вот он здесь. Что ж. Она его предупреждала.

_________________________

Вай терпелива. Она ждёт, пока гости рассядутся за столом. Ждёт, пока они допьют свои напитки. Вежливо обслуживает других посетителей. Улыбается Клаггору, когда он приходит забрать поднос с грязными стаканами из-за стойки. — Всё в порядке? — спрашивает он, увидев её лицо. Она снова улыбается ему. — Ага! Хороший вечер. Он смотрит на неё оценивающе, но ничего не говорит и забирает стаканы. Вай поворачивается к стойке. Она ждёт, пока одна из женщин за столом не махнёт ей, чтобы попросить повторить. Вай жестом даёт понять, что сейчас принесёт новый поднос с выпивкой, и женщина отворачивается. Вай наполняет стаканы пивом и неторопливо нагружает их на поднос. Она берёт поднос и выходит из-за стойки. Подойдя к столу, она даже не пытается спрятаться за спиной 1653-го или скрыть лицо. Вай сомневается, что он узнает её. Может, если бы они ещё были в Стиллуотере, да, но он не ожидает увидеть её здесь. Вай сперва подаёт напитки всем остальным за столом, обходя его кругом, пока компания громко хохочет над шуткой, которую рассказывает одна из женщин. Она добирается до 1653-го. — Привет! — весело говорит она, подавая ему пиво. — Ты считал свои дни? Он едва ли замечает её. — А? — Ты считал свои грёбаные дни? — повторяет Вай. 1653-й застывает с рукой, протянутой к пиву. Его компания замечает, что что-то не так, и смех затихает. Вай бережно ставит поднос на стол. 1653-й поворачивается и смотрит на неё. Вай улыбается. — Нет! — орёт он и пытается вскочить со стула, но спотыкается о ножку и падает. Вай идёт следом, пока он пытается встать. Она не даёт ему далеко уйти. Ей не интересно тянуть время, всё усложнять. Не хочется устраивать спектакль. Вай хватает 1653-го за ворот рубахи и бьёт его. Она не сдерживается. Она бьёт его снова, и снова, и снова, и ещё один раз напоследок, хотя знает, что он уже мёртв. Спустя мгновение Вандер хватает её за талию и оттаскивает за стойку. Он держит её крепко, явно думая, что она снова не в себе, — но это не так. Она в порядке. — Эй, всё нормально, — говорит она и похлопывает по его руке, обвивающей талию. — Можешь отпустить. Вандер ослабляет хватку, но только затем, чтобы затолкать Вай себе за спину. Он оттесняет её к лестнице, выкрикивая указания Майло и Клаггору. В баре хаос. Вай не особо удивлена: в конце концов, она только что забила человека до смерти прямо перед его друзьями и другими гостями, но блин. Это не Стиллуотер, но это всё ещё Линии. Здесь нет никого, кому было бы чуждо насилие. Но люди кричат и бегут к выходу, и настоящие проблемы начинаются, когда друзья 1653-го перестают толпиться над его телом. Они закатили большую драму с причитаниями, и теперь, закончив с этим, они идут за Вай. Обычно её это не смутило бы. Она с лёгкостью уложит пятерых. Но что реально заставляет её сердце колотиться — её семья, бросающаяся в гущу драки. Вандер всё ещё пытается оттащить Вай к лестнице, так что она не видит, что именно происходит. Она слышит крики, грохот падающей мебели и бьющихся вещей. Она пытается обойти Вандера, но он преграждает ей путь. — Дай нам разобраться, — кричит он. — Если ты влезешь, всё станет только хуже! Вай не то чтобы согласна с этим, но Вандер продолжает то и дело оглядываться на происходящее в зале. Вай знает, что он не отпустит её, и что каждое мгновение, которое он тратит с ней, означает, что остальным приходится расхлёбывать последствия в одиночку. — Ладно! — говорит Вай и отступает. — Иди, иди. Я останусь. Вандер смотрит на неё с сомнением, но отпускает её. Он возвращается в зал, а Вай принимается бродить туда-сюда в ожидании.

_________________________

Это полный бардак. Им удаётся вышвырнуть компанию 1653-го из бара, но только после того, как один из них хорошо врезает Клаггору, а другой разносит половину бара. — Я избавлюсь от тела, — предлагает Вай, когда всех выгоняют, двери запирают, и ей разрешают вернуться. Все стоят вокруг трупа. Клаггор прижимает к виску полотенце со льдом. — Вай, пожалуйста, — устало просит Вандер. — Просто… иди в кровать. Прошу. Мы разберёмся. Вай скрещивает руки на груди. — Нет, это моя проблема. Я могу– — Неа, — бормочет Майло. — Ты сделала это общей проблемой. Ладно. Не поспоришь. — Простите, — говорит Вай. — Мне стоило вытащить его на улицу. Все оборачиваются к ней. — Или, может, не стоило убивать кого-то прямо на глазах у его, походу, очень преданных друзей? — предлагает Майло. — Вообще? Вай хмурится. — Он бы сбежал, если бы я медлила. Слушай, это не– я знаю его, он это заслужил, это не просто случайный– Паудер подходит и берёт Вай за руку. — Мы приберёмся тут, ладно? А потом поговорим. — Ладно, — соглашается Вай, — но я помогу.

_________________________

Они не дают ей помочь. Ну, не особо. Это долгая ночь. Мальчики позаботились о теле. Вай не знает, что они с ним сделали: Паудер заставляет её пойти принять душ и переодеться в одежду, не заляпанную кровью. Затем она сажает Вай на стойку, чтобы промыть и перебинтовать её разбитые костяшки. Когда Паудер заканчивает, Вай пытается вернуться в бар и помочь, но почти вся работа уже сделана. Пол вымыт, и вся мебель расставлена по местам. Вандер заделывает несколько выбоин на полу. Мальчиков всё ещё нет. Вай топчется возле бара. Когда напряжение становится невыносимым, она пробирается за стойку, чтобы налить себе выпить. — Вай, — устало говорит Вандер. — Не надо. Прошу. Вай старается наливать виски тише. — Вай. Она закатывает глаза и закупоривает бутылку. Но стопку всё равно опрокидывает. Напряжение не спадает. Когда уборка закончена и все возвращаются домой, Вай пытается объясниться. Она рассказывает про 1653-го и то, что он сделал, и все вроде бы понимают, но что-то всё равно не так. Наверное, всё дело в том, как она это сделала. По факту, он был мёртв с первого удара, потому что в Стиллуотере она не могла позволить себе промахнуться. Она умеет бить точно в цель. Вай задаётся вопросом, не боятся ли они её теперь.

_________________________

Позже она спрашивает Паудер об этом. — Боимся тебя? Нет, — говорит Паудер. Она сидит на полу в комнате Вай. — Переживаем за тебя? Да. Вай валяется на кровати. Она прислоняется к стенке и закидывает голову. — Больше это не повторится. — Дело не только в этом. Вай хмурится: — Что? Паудер отводит взгляд и ковыряет ногтем деревянные половицы. — Наверное, всё дело в том… какой спокойной ты была. После этого. После того, как убила этого парня. Ну, и выпивка. Вай пропускает первую часть. — Выпивка? Паудер поднимает взгляд: — Вай, перестань. Ты же знаешь, о чём я. — Не знаю. — Ты пьёшь без остановки! Вай скрещивает руки на груди. — Неправда. — Правда! — настаивает Паудер. — Я видела, как ты подлила что-то в кофе за завтраком, и с тех пор не останавливалась. Вай думала, что никто не заметил. — Ну и что? Паудер стонет и переворачивается на спину. — Это плохо, Вай! Очевидно же! — Вы все живёте в баре! — Ага, и никто из нас столько не пьёт! — Пау, всё нормально, — Вай пытается успокоить её. — Честно. Всё под контролем. То, что случилось сегодня, не повторится. Она не хочет обманывать Паудер, но всё равно лжёт: — Я поняла насчёт выпивки. Сбавлю обороты. Паудер проводит рукой по лицу. — Я тебе не верю. Вай вздыхает. — Я докажу, ладно? Начну завтра. — Ага, конечно. Вай закатывает глаза, и на минуту воцаряется тишина. — Хочешь покажу, над чем мы работали до того, как ты сбежала из Стиллуотера? — мягко спрашивает Паудер. — Наши планы? — Какие ещё планы? — Чтобы тебя вытащить, — объясняет Паудер. — Ну, знаешь. Наши собственные планы побега. Вай качает головой. — Нет уж, спасибо. — Почему нет? Я уверена, в этот раз всё бы сработало– — Потому что… — Вай неловко ёрзает. Ей не нравится думать об этом. — Это больше не важно, Пау. Теперь я здесь. Паудер садится: — Это важно! Я хочу, чтобы ты знала, что мы не… жили себе счастливо и спокойно, пока ты там сидела. Мы пытались, Вай, столько всего перепробовали– — Я верю! Я никогда не говорила, что не верю. — Не думаю, что веришь! Знаю, ты считаешь, что мы могли бы сделать больше. Вай качает головой: — Я не хочу больше говорить об этом. Можно просто– — У химбарона, устроившего тот побег, было намного больше ресурсов, чем у нас, — объясняет Паудер. — Я выяснила, и судя по всему, это была просто грубая сила. Серьёзно, собрать столько взрывчатки в одном месте и снести стену– — Хватит, — шипит Вай. — Я даже не понимаю, как они– — Я иду спать, — отрезает Вай и принимается расшнуровывать ботинки. Паудер пытается сказать что-то ещё, но Вай просто готовится ко сну, и в итоге та уходит.

_________________________

Вай всё же думает об этом, засыпая, хоть и пытается не думать. Она не хочет думать о том, что после всех этих лет и всех попыток сбежать, она выбралась только потому, что какой-то химбарон решил вызволить кучку своих людей. Если размышлять об этом слишком долго, становится тошно. Так что она просто ложится спать.

_________________________

Что касается выпивки, Вай не сбавляет обороты на следующий день. И на следующий тоже. И через день. После этого Вандер запрещает ей прикасаться к бару.

_________________________

Они ссорятся из-за этого. — Да ладно тебе, — стонет Вай, нависая над стойкой, чтобы привлечь внимание Вандера. — Тогда дай мне что-нибудь подешевле, я не буду брать дорогой– — Дело не в этом, — отвечает Вандер, протирая стакан, — и ты это знаешь. Вай сверлит его взглядом. — Я уже не ребёнок. Я могу сама решать– — В моём баре — не можешь, — говорит Вандер и тут же морщится. — Вандер! — шипит Паудер со своего стола. Вай оборачивается и видит, как она свирепо смотрит на Вандера, но слишком поздно. Дело сделано. А дело в том, что Вай опять забыла — она здесь не взаперти. Нет ни одной причины сидеть и ждать, пока она сорвётся и навредит родным, или пока не предоставится возможность незаметно стащить шот виски. Вся проблема в том, что у неё нет денег. Она просит их у Паудер, которая отказывается давать Вай что-либо, пока та не согласится взять её с собой. Она просит их у Экко, который косится на лицо Паудер и тут же отказывает. Она просит их у Майло, который говорит ей пойти и самой заработать грёбаные деньги. Она просит их у Клаггора, который секунду колеблется, а потом говорит, что не хочет давать деньги, которые она использует во вред себе, потому что он правда за неё волнуется. (После этого Вай обнимает его так крепко, как только может.) Ей остаётся либо найти работу, либо вспомнить, как воровать.

_________________________

Вай выходит на улицу и обнаруживает, что найти работу проще простого. Она спускается глубже, в самые трущобы Линий, и натыкается на бар, где яблоку негде упасть, а персонала явно не хватает. Бармены носятся как угорелые, и толпа злится. Это совсем не похоже на «Последнюю каплю»: там тоже бар, но атмосфера в нём куда более тёплая и дружелюбная. Это же место в шаге от большой потасовки. А это может быть весело, думает Вай. Она уже давненько не ввязывалась в хорошую драку. Вай наклоняется через стойку и кричит бармену: — Эй! Сколько заплатишь, если я помогу вам сегодня? Бармен мгновение сверлит её взглядом и возвращается обратно к толпе. — Спроси у хозяйки, — кричит он и кивает в сторону пожилой женщины, сидящей в другом углу бара. Вай пробирается через толпу и находит хозяйку. Она повторяет вопрос, и женщина смотрит на неё оценивающим взглядом. — Опыт есть? — спрашивает она. Вай пожимает плечами: — А какая разница? Я здесь, и мне нужны деньги. Женщина закатывает глаза, но жестом велит Вай пойти за бар. Вай ухмыляется и перемахивает через стойку. К её удивлению, всё складывается прекрасно. Вай отлично справляется. В «Последней капле» она едва начала осваиваться, но этот бар — такая дыра, что неважно, умеешь ты делать коктейли или подавать напитки. Главное наливать быстрее и держать толпу в узде; а она хороша и в том, и в другом. К концу ночи она подала сотни напитков, разняла одну мерзкую драку и сломала запястье какому-то типу, вцепившемуся в её руку. Толпа осталась в восторге, смеясь и глумясь над ним, и парень сбежал. Хозяйка даёт ей пачку наличных и говорит прийти завтра.

_________________________

Вай нравится новая работа и очень нравится иметь деньги. Ещё ей нравится, что с этими деньгами можно пойти куда угодно и делать всё, что ей захочется. В первую неделю работы, будучи навеселе, она заходит в пару ближайших клубов — просто посмотреть, что там происходит. Поначалу для неё это слишком. Люди толпятся, танцуют, жмутся друг к другу, перепихиваются. Огни мерцают, музыка гремит. От перегрузки у неё сразу начинает болеть голова, и она вываливается обратно на улицу. Но потом она заглядывает туда снова, и ей начинает нравиться. Проходит немного времени, прежде чем Вай полностью втягивается в новый образ жизни. Вечером она уходит на работу, торчит там до закрытия бара на ночь, затем берёт заработанное и отправляется в клуб неподалёку, который понравился ей больше всех. Место недешёвое, и обычно за ночь она спускает там почти всю зарплату, но плевать. Ей весело. То, что поначалу казалось ошеломляющим — громкая музыка, мигающие огни, переполненный танцпол — скоро начинает приносить удовольствие, а не боль. Как будто в мозгу щёлкнул переключатель, как тогда, с едой. Только в этот раз она жадно ловит каждое ощущение, каждую искру возбуждения после десяти лет темноты, холода и безмолвия.

_________________________

Сначала Вай старается возвращаться домой по ночам, чтобы семья не волновалась. Но выходит как раз наоборот. У них только появляется больше поводов злиться. — Вайолет, — говорит Вандер с просто невозможным раздражением. — Заканчивай с этим. Прошу тебя. Он сердится, потому что ещё прибирался в баре, когда ввалилась Вай. Даже она вынуждена признать, что сейчас не в лучшей форме: вспотевшая после танцев и пришибленная от количества выпитого — на работе и в клубе. Ещё она вечером немного повздорила с посетителем, и, возможно, у неё опять кровоточат костяшки пальцев. — Почему? — возмущенно спрашивает Вай, а затем спотыкается об стул, которого, можно поклясться, тут только что не было, и тяжело падает на пол. — Вот почему, — говорит Вандер, нависая над ней. — Так нельзя продолжать, Вай. — Насрать, — бормочет Вай. Она поднимается и тут же теряет равновесие, врезается в стол и снова падает. — Оставь это на утро, Вандер, — говорит Паудер откуда-то из бара. Вай даже не знала, что она тоже здесь. — Она всё равно не будет слушать в таком состоянии. — Я не могу оставить это на утро, — говорит Вандер. — До полудня у неё будет похмелье, а потом она снова уйдёт. — Я знаю, но нотации сейчас не помогут– Вай оставляет их спорить и идёт наверх. Врезавшись в очередную стену по пути к спальне, она сдаётся и ползёт до кровати на четвереньках.

_________________________

Так повторяется почти каждую ночь, неделями. Вай получает передышку только тогда, когда возвращается домой так поздно, что все уже спят, и никто не видит как она жалко и унизительно идёт, ползёт, спотыкается по пути в комнату. В конце концов это так надоедает Вай, что она просто перестаёт возвращаться домой каждую ночь.

_________________________

Первый раз она не возвращается после того, как целуется на танцполе с женщиной, которую встретила пару минут назад, и та отстраняется и спрашивает, не хочет ли Вай пойти к ней. Вай соглашается, потому что… ну, почему бы и нет? Они идут к ней домой, и это первый настоящий перепих Вай вне тюрьмы. Это великолепно. Вай везёт, что женщина мила и терпелива с ней, и только один раз говорит: — Девочка, куда ты торопишься? Это не гонка. Давай покажу. Вай остаётся у неё до утра, и к тому моменту, как она уходит и достаёт себе что-то перекусить, уже приближается начало смены — так что она идёт в бар пораньше, помочь перед открытием. Когда Вай, наконец, возвращается домой, её встречают ещё хуже. Больше криков. Больше ругани. Самое ужасное, что её родные начинают ссориться из-за Вай. Она делает только хуже. Всем.

_________________________

Вай начинает избегать «Последнюю каплю» — по крайней мере, на пару ночей в неделю. Это очень просто. На работе и в клубе ей обычно несколько раз за вечер предлагают пойти домой с кем-нибудь.

_________________________

Вай не прекращает пить, сколько бы раз её родные не читали нотации на эту тему. Вай не перестаёт лезть в драки, сколько бы раз её родные не просили об этом. Вай не бросает работу барменшей. Не перестаёт ходить в клубы. И драки становятся всё хуже.

_________________________

Всё по-настоящему рушится несколько месяцев спустя, когда ссора между расстроенным Вандером и пьяной Вай приводит к тому, что Вандер тихо говорит: — Твоя мать была бы в ужасе– — Ага, но она не скажет мне об этом, — говорит Вай, — ведь она мертва из-за тебя. Это и правда вызывает скандал. Паудер срывается, хуже, чем когда-либо на памяти Вай. Экко уносит её из бара, пока та всё ещё кричит и рыдает. Майло и Клаггор уводят Вандера, и Вай не смотрит ему вслед, поэтому даже не знает, в каком он состоянии. Сама Вай чувствует себя такой жалкой, что пропускает работу, идёт прямиком в клуб и напивается так сильно, что теряет сознание в подворотне.

_________________________

После этого она пытается сбавить обороты и с выпиской, и с клубами, но ничего не работает. Она не хочет остановиться, или не может, — но в любом случае, становится только хуже. Когда Вай дома, она всё делает не так: кажется, будто каждую минуту, пока она там, происходит очередная ссора, и всё кончается тем, что кто-то плачет или что-то ломается. Вай никогда не ненавидела себя так сильно, потому что всё, что она делает — это проёбывается. Она старается, но ничего не выходит. Она не тот человек, какой её знали раньше, и новая Вай просто не вписывается в их жизнь. Всё, чего она хочет — быть со своей семьёй, и всё, что она делает — это причиняет им боль. Они были куда счастливее до её возвращения, думает Вай.

_________________________

Спустя шесть месяцев после побега, Вай выходит из дверей «Последней капли» — и больше не возвращается.