Почему бог смерти от меня не отстанет

Эма мчалась вперёд, ведомая неугомонным смехом учеников профессора Хенетьюза, сердце её трепетало от восторга. Наверное, со стороны она выглядела как абсолютная безумица: семь утра, здравый смысл послан ко всем чертям, а глаза горят непоколебимой решимостью! Но ей это чертовски нравилось. О, как сладко ныли мышцы после такой пробежки! Стоило ли оно того? Ещё как! Пара кругов сегодня – и никаких угрызений совести перед соблазнительными эклерами матушки с ванильно-малиновой начинкой, шоколадной лягушкой или чем-нибудь столь же безумно вредным. Первые недели, когда она впервые направилась к детям профессора Хенетьюза, Сириус Блэк и Поттер смотрели на неё с полным недоумением, гадая, одолеет ли она пятнадцать кругов. Но когда Эма, раз за разом, с дерзкой улыбкой бросая вызов Сириусу, просила инструктора прибавить нагрузку, до них дошло: эта девчонка одержима! С тех пор они появлялись лишь на отработку наказания по утрам. Вот и сегодня: она, трое детей и два несчастных штрафника. «Что это вы в воскресенье такие унылые были?» — с ходу бросила Эма, пробегая мимо. «И почему меня не позвали?» Эме Грей тоже было интересно сходить в Запретный лес, но одна она туда ни за что не пойдёт. Отец с детства твердил, что безопасность превыше всего, и глупо тратить жизнь на секундное удовольствие. Конечно, с детьми в лесу был инструктор Чхве, и если бы её пригласили, она бы согласилась. Но одной нет, ей ещё своя жизнь дорога. А если отец узнает, то её ждёт лекция на пару часов и наказание. Нет уж. А он узнает, ибо врать она не умеет, особенно родителям. «Тренировка прошла слишком легко. Можно сказать, скучно. Зря только время потратили и одежду испачкали», — отозвался Он. «Да, она совсем не прошла плохо?» — подтвердил Хонг. «Мы думали, будет сложно пройти чащу, а оказалось, даже слишком легко. И чего все ученики туда рвутся?» Блэк и Поттер не верили своим ушам. Для них Запретный лес был интересен, полон тайн: там были кентавры, пауки, и, если смотреть издалека, можно было увидеть единорогов. А эти дети говорят, что ничего интересного. Штрафники едва не свалились от осознания, что они — единственные адекватные маги в этой компании. Кто, чёрт возьми, будет ныть о слишком лёгкой тренировке? Нет, теперь они знали, что такие есть. Тогда какого чёрта эта девушка, когда её приглашали в команду по квиддичу, послала капитана и сказала, что не занимается спортом? Ах, она не занимается "тупым спортом" — была её формулировка. Но чем бег отличается в её мире от тупого квиддича? Эма не любила командные игры, а квиддич вообще считала игрой на удачу, где остальные игроки — просто подтанцовка ловцу. И если с волейболом, баскетболом и другими у неё были просто сухие отношения, то к квиддичу, в котором всё зависело от удачи, она относилась с презрением. Да, её тогда взбесил капитан, напирая, что она хорошо летает и должна стать загонщиком. В бешенстве она выпалила, что не занимается тупым спортом. Да, так считала игру, где все старания команды идут прахом из-за снитча. Если бы он стоил сорок баллов, игра была бы более логичной. Но на самом деле, до Хогвартса она занималась плаванием. Но так как в озере водились тёмные твари, она ни за что туда не полезет. Лучше уж бегать, тем более в этом году было с кем. В прошлом году она из-за своих слов, что не занимается спортом, отказалась им заниматься, боясь, что к ней снова перестанет уделять внимание капитан. А так как она не была командным игроком, предпочитая быть одиночкой, в этом году в Хогвартсе появились два новых профессора и новый урок развития тела. И дети одного из них, которые занимались тренировками с их помощником Кейлом, и она напросилась к Он, Хонг, Раон. Хотя чаще занимались Он и Хонг, Раона она видела только на утренних пробежках и рядом с профессором. Эма кивнула, а потом, с детской непосредственностью, выпалила: «А почему ваш отец никогда не тренируется?» Ей правда было интересно, ведь в профессоре всё кричало о военной выучке. Но он никогда не занимался с детьми, кроме инструктора Чхве. Дети уставились на неё с грустью. «У него проблемы со здоровьем», — это была оговорённая легенда для Кейла, который хотел быть бездельником, но из-за одного приставучего бога смерти он никак не может добиться этой жизни, — тихо сказали они. Эма тут же поняла, что ляпнула не то, и поспешила сменить тему. «Вас после тренировки не было видно! Мы в город сгоняли, на аттракционах покатались, потом в ресторан заглянули. Так здорово было с отцом побыть!» — вдохновенно тараторил Раон. Эма понимающе улыбнулась. Она и сама от отца не отлипала, когда тот наконец возвращался с заданий. «Скорее бы домой», — прошептала она, мечтая о встрече с папой. «Инструктор Чхве, вы не знаете, что у нас будет на практическом занятии через неделю?» — Мечник — поход в лондонский музей. Эма кивнула: да, это хороший выбор, чтобы впервые вывести магов в город, думала девушка. — «Инструктор, а вы любым мечом умеете драться?» Чхве кивнул. Он, конечно, предпочитал одноручный меч, но мог работать любым. — «А я смогу пользоваться рапирой?» Эма с детства мечтала научиться ей пользоваться. Она когда-то прочитала книгу о принцессе с алой рапирой, что вела войско в бой; та мечта всё ещё жива. Мечник окинул девушку пристальным взглядом: очень высокая, выше всех одноклассников, и она ещё не сформировала костяк полностью. Сейчас ей тринадцать, рост уже 179, а через несколько лет добавится ещё сантиметров пять-десять. «Для твоих лет ты слишком рослая, а через два-три года ты, скорее всего, будешь выше сантиметров на пять-десять. Тебе просто будет неудобно работать таким оружием, как рапира, тебе не хватит размаха, чтобы хорошо атаковать противника. Скорость в рапире важна, а ты склонна очень много думать. Когда сражаешься с рапирой, ты почти должна действовать на инстинктах, а не на размышления полсекунды — это всё время, что есть. Рапира — довольно сложное оружие в своей элегантности. Тоже меч даёт времени от 5 до 10 секунд. Тебе бы больше подошёл двуручный меч, ну или хотя бы одноручный». Девушка кивнула, она догадывалась, что рапира — не её инструмент. Мальчишки слушали диалог. Они только закончили свои пятнадцать утренних кругов, а им ещё и вечером столько бежать. Во всём виноват профессор Кейл, наказавший их за ночную вылазку после отбоя. «Раз вам не спится, господа, у меня есть прекрасное средство от бессонницы: завтра тридцать кругов с профессором Чхве». Но лучше бегать, чем писать в его кабинете всё, что вы прошли. И если на уроке он объяснял коротко и понятно, то когда он отправляет вас не к Чхве, а в свой кабинет, то вопросы надо разбирать от начала до конца с обязательными тремя примерами в разных ситуациях. Так что никто не горел попасть к нему в немилость. Хотя когда он рядом со своими тремя детьми, никто не поймёт, что он тиран. Нет же, надо было сбегать из общежития в тот день, когда патрулированием школы занимается Алый демон. Профессор Хенетьюз ненавидит ночное патрулирование и всегда злится в этот день.