И так каждые выходные

В субботу Гарри еле дождался, пока закончится обед. Он кивнул друзьям и поспешил к теплице. Рон и Гермиона проводили его недоумённым взглядом. На их памяти ещё ни один человек так не стремился отбывать наказание. Гарри сам не знал, почему он так торопился – явно не потому, что ему нравилось проводить несколько часов, работая и думая над своим поведением. Нет, причина заключалась в чём-то другом. Или ком-то? Да, стоило признать, что за прошедшую неделю Гарри успел соскучиться по Малфою. По разговорам с ним, по его коротким, быстрым взглядам, по почти-улыбке, трогающей его тонкие губы. В обычные дни Малфой продолжал игнорировать Гарри, но теперь тот знал, что это лишь притворство. Гарри даже пытался подыгрывать ему! Он специально не смотрел в его сторону и не обращал на себя внимание, ведь знал, что уже в выходные сможет пообщаться с Малфоем. Вдохновлённый и окрылённый, Гарри стоял возле теплицы, выглядывая фигуру слизеринца среди деревьев. Когда он наконец показался на тропинке, Гарри спешно поправил кофту и попытался пригладить непослушные волосы – разумеется, безуспешно. – Привет, – Гарри искренне улыбнулся. – Здравствуй, – Малфой даже не удостоил его взглядом, только коротко кивнул. Гарри удивился тому, как сухо прозвучало приветствие, но не придал этому особого значения. Наверняка Малфой потеплеет к середине отработки. Спраут отперла теплицу и ободряюще улыбнулась. – Продолжайте работать в том же темпе, и, может быть, у меня получится уговорить профессора Слагхорна сократить наказание. Малфой кивнул и быстро зашёл в теплицу. Он снова устремился в самый конец. Гарри растерянно улыбнулся профессору и пошёл вслед за слизеринцем. – Сегодня убираем растения, да? Малфой вздохнул, потом повернулся и ответил: – Ты можешь разбирать мусор на столе. Я справлюсь один. – Давай я помогу, – Гарри сделал шаг вперёд и потянул свисающую с перекладины лиану на себя. Та упала на землю с глухим звуком. Малфой поморщился. – Поттер, – он посмотрел прямо глаза. – Занимайся столом. Ты слышал, что сказала Спраут. В его серых глазах не было ни намёка на какую-то теплоту – только холод и вежливая отстранённость. Это сбивало с толку. Что успело произойти за эту неделю? – Ладно, как скажешь, – пробормотал Гарри и отступил к покосившемуся столу. Работая, он то и дело бросал на Малфоя короткие взгляды, но тот не смотрел в ответ, хотя – Гарри был уверен – чувствовал заинтересованность гриффиндорца в себе. Вскоре Гарри предпринял новую попытку достучаться до Малфоя. – Не хочешь отдохнуть? У меня есть пара шоколадных лягушек, – осторожно предложил он. Малфой замер, напрягся – Гарри заметил, как он сжал в кулак левую ладонь – и только потом каким-то надтреснутым голосом ответил: – Я не устал. И я не люблю сладкое. Гарри чувствовал, что Малфой чего-то не договаривает, и это беспокоило его сильнее, чем должно было. Может, он заболел? Гарри видел его в коридорах и на совместных занятиях – он выглядел вполне здоровым и в меру весёлым. Так почему он так вёл себя сейчас? – Будь по-твоему, – Гарри закусил губу, но его голос оставался спокойным. – Как твоя неделя? – Работай молча, Поттер, – оборвал его Малфой. Гарри нахмурился. Такой откат в их отношениях ему совершенно не нравился. Правда, что такого принесла эта неделя, что Малфой резко понизил градус доброжелательности по отношению к нему? Однако он не стал спорить, лишь послушно вернулся к работе. Через некоторое время Гарри поймал себя на том, что перекладывает одну и ту же вещь с места на место. В мыслях плотно засело поведение Малфоя – оно напоминало Гарри о начале лета. Тогда Малфой тоже был язвительным и колким, не подпускавшим к себе никого. Но он ведь просто боялся! Что же пугало его сейчас? Не мог же это быть их разговор на прошлой неделе, ведь так? Гарри выдохнул и снял перчатки – руки в них запотевали и становились неприятно влажными. Он присел на перевёрнутое ведро и уставился на Малфоя. Гарри ждал, что тот повернётся и начнёт ругать его за безделие, но слизеринец никак не реагировал. Пожалуй, Гарри слишком много думал о Малфое. В конце концов он поднялся и принялся за работу с новыми силами. Стоило подумать о чём-нибудь другом – например, о предстоящем матче с Рейвенкло. Идея была замечательной. Так он и поступил. Проблема была в том, что квиддич как феномен появился в его жизни исключительно благодаря Драко Малфою, а потому мысли Гарри неизменно возвращались к слизеринцу. Злой на то, что у него не получается отвлечься, Гарри начал разбирать гору мусора, скопившуюся на столе. Куски фанеры и кирпичей, побитые стёкла и горшечные черепки, ручки от ржавых садовых инструментов подмигивали Гарри, словно издевались, и тот ощупывал их и с садистским удовольствием бросал в большой холщовый мешок. А потом что-то резануло его по ладони. Стало неприятно и больно – непонятно. – Мерлиновы кальсоны, – выругался Гарри и посмотрел на дощечку, которую держал в руках. Из нижней её части выглядывало ржавое острие гвоздя. – Поттер, я же попросил: молча, – отозвался с другого конца теплицы Малфой. – Да погоди ты, я, кажется, порезался. Быстро опухающая рана, из которой тонкой струйкой вытекала тёмная кровь, его совсем не радовала. Он надавил на ладонь, но кровь просто потекла сильнее. Малфой возник рядом через пару мгновений. Он сморщился, осматривая порез. – Чем ты поранился? Гарри кивнул в сторону дощечки. Слизеринец брезгливо взял её двумя пальцами. – Какой же ты идиот, Поттер. Работать в перчатках тебя не учили? Дай сюда руку. – Погоди, я вытру кровь, – Гарри собирался было оторвать кусок ткани от футболки, но под ужасающимся взглядом Малфоя стушевался и протянул ему ладонь. – Ты хоть представляешь, сколько грязи на твоей одежде? – Малфой не удержался от комментария, а потом взял руку Гарри в обе ладони, нахмурился и сосредоточенно что-то зашептал одними губами. Словно зачарованный, Гарри наблюдал, как кровь останавливается, а рваные края раны затягиваются. Через минуту о порезе напоминало лишь лёгкое жжение и розоватая полоса на коже. Малфой тут же отдёрнул руки и за одно мгновение оказался в нескольких шагах от Гарри. – Спасибо, – искренне поблагодарил Гарри, разглядывая ладонь. – Не знаю, как ты это сделал, но ты действительно профессионал. – Учти, что рана не поверхностная, так что может остаться шрам, – пробормотал Малфой. – Хотя тебе, пожалуй, не привыкать. Он отвернулся и хотел было вернуться в свой угол, но Гарри мягко позвал его: – Малфой. Когда тот замер, Гарри подошёл ближе и положил ладонь ему на плечо. Малфой дёрнул бровью, но руку не сбросил. – Правда, спасибо. Садись отдыхай. Беспалочковая магия требует много сил, я знаю. – Много ты знаешь, Поттер, – слизеринец отвёл взгляд. Гарри усмехнулся и убрал руку. – Думаю, ничего страшного не случится, если ты немного побездельничаешь. Позволь мне доделать твою работу. На его лице застыла тёплая, почти нежная улыбка. Малфой махнул рукой. – Что угодно, только оставь меня в покое. Оставшееся время отработки Гарри работал молча. Он чувствовал, как Малфой следит за ним исподтишка и как тёплое ощущение в животе, зародившееся неделю назад, разгорается, поднимается выше, к лёгким, оплетая рёбра. Спраут пришла вскоре после инцидента с ранением. Она осмотрела теплицу хозяйским взглядом, похвалила парней за работу и вернула им палочки. Малфой схватился за свою так, словно от этого зависела его жизнь. На входе в замок они остановились – До завтра, – Гарри улыбнулся и кивнул в сторону большого зала. – Не напорись больше на гвоздь, – пробормотал Малфой и быстро зашагал к лестнице, ведущей в подземелье. Кажется, стоило поговорить с Гермионой.