Вне зоны комфорта

Пятого числа декабря, прямо перед самым началом зачётной недели и подготовки к первой сессии, актовый зал университета буквально ожил. Сегодня факультет психологии проводил большой День открытых дверей, совмещённый с празднованием Дня волонтёра, и это масштабное событие бесцеремонно прервало весь учебный процесс. В главном зале стоял такой гул, что услышать даже собственные мысли было весьма непросто. Сцену наспех украсили синими и белыми шарами, повязали на спинки стульев бантики тех же цветов, а на проекторе вовсю красовалась слащавая надпись «Мы строим будущее вместе!». И хотя до начала оставалось ещё полтора часа, первые ряды уже начали заполняться. За высокими окнами актового зала медленно угасал короткий декабрьский день, и на стёкла ложились первые сумерки. Помни стояла за кулисами, сжимая в руках планшет со сценарием. Ей повезло: декан лично позаботился о том, чтобы утвердить её на роль ведущей, и никакие просьбы изменить решение не принесли результата. Чёрт. Она терпеть не могла выступать перед публикой.  Ради такого случая даже пришлось достать из чемодана одежду, которую она не надевала с самого выпускного. Это было простое чёрное платье чуть выше колен, с белыми шифоновыми рукавами, почти полностью закрывающими кисти. Оно сидело на ней идеально, подчёркивая и хрупкую фигуру, и хрустально-голубые глаза.  Помни спустилась со сцены и прижалась к колонне рядом со звуковой аппаратурой. Брови нахмуренно сузились, наблюдая за происходящим в зале. Вокруг суетились однокурсники, поправляя строгие блузки и пиджаки.  Но больше всего раздражали... родители. Их приехало слишком много. Студенты то и дело выбегали в фойе, чтобы перехватить своих у входа, махали руками через весь зал, подзывая к занятым местам, и с гордостью знакомили мам и пап со своими друзьями. Обычная семейная суета, от которой Помни сильнее сжала ткань платья. Когда она вообще успела за неё схватиться? — Помни, подстрахуй! — мимо неё пулей пронеслась Рагата, пытаясь нацепить бейджик «организатор» на рубашку. — Если увидишь Скрэтча, скажи, что я заняла ему четыре кресла в пятом ряду! Помни вяло кивнула, обречённо шаркнув носком туфли по полу. В кармане коротко завибрировал телефон. Она вздрогнула, выудила гаджет и взглянула на экран. Надежда угасла так же быстро, как и появилось, стоило глазам ухватиться за сообщение, которое пришло из беседы общежития.  От родителей не было ни единого ответа.  Отправленные неделю назад приглашения так и остались проигнорированно висеть в чате с двумя синими галочками. С другой стороны, им и не нужно было отвечать, ведь реакция была очевидна. «Ты уже взрослая, Помни. Не будь эгоисткой». Помни тряхнула головой, чувствуя, как к горлу подступает ком. Ей до безумия хотелось развернуться, забиться в самый дальний угол своей комнаты, натянуть на голову одеяло и просидеть так до тех пор, пока этот дурацкий праздник не закончится. Ей не для кого было занимать место. На неё никто не пришёл бы смотреть, даже если бы она заняла весь этот зал. Джекса в этот день рядом не было тоже. Он опять ушёл куда-то с самого утра, сухо бросив на ходу, что вернётся поздно. В любом случае, ему было абсолютно плевать на все эти университетские мероприятия, так что «обязательная явка, которая повлияет на оценку по социологии» не стала для него аргументом. Тем более он не пришёл бы, даже если бы узнал, что Помни досталась такая важная роль. — Эй, — раздался сбоку резкий, чуть хриплый голос.  От неожиданности Помни выронила из рук планшет, но чужая рука ловко перехватила его за секунду до падения. Помни поспешно подняла взгляд, наткнувшись на знакомые красные волосы.   — Зубл! — просияла она, физически ощущая, что тяжесть тут же немного отступила. Помни шагнула вперёд и крепко обняла её за талию. Зубл растопырила руки, не ожидая такой внезапной нежности, но уже через секунду расслабилась. Она крепко прижала Помни к себе одной рукой, мягко похлопав по спине. — Ждала кого-то ещё? — негромко проворчала Зубл, невольно расплываясь в искренней улыбке. Она чуть отстранилась, удерживая Помни за плечо, и окинула её быстрым взглядом. — Серьёзно, выглядишь потрясно. Прямо-таки невеста.  Помни смущенно мазнула кончиком языка по нижней губе, раскачиваясь из стороны в сторону от неожиданного комплимента. — Скажешь тоже, — буркнула Помни и аккуратно забрала из рук подруги свой планшет. — Спасибо за это.  Зубл хмыкнула, засунув руки глубоко в карманы куртки.  — А ты чего тут? — неловко задала вопрос Помни. — Не думала, что тебе такое интересно. — Даже не спрашивай, — Зубл мученически закатила глаза, кивнув головой в сторону сцены. — Один придурок попросил подменить его на этой отработке. Помни сдержанно улыбнулась. — Это... очень мило с твоей стороны.  На секунду лицо Зубл озарило раздражение, будто это была не помощь близкому другу, а огромное одолжение, которое она ему делала. Её непутёвый брат вчера так отчаянно умолял ему подсобить, что в итоге ей пришлось согласиться прийти. Сам то он, наверняка слинял в какой-нибудь клуб.  — Мило? Я хочу его прибить, — она шумно выдохнула, скрестив руки на груди. — И его эти просьбы знаешь где верте-... — Я поняла! — перебила её Помни, едва не прыснув от смеха. — Не продолжай! Зубл пренебрежительно фыркнула, но послушно закрыла тему. — Кстати, раз уж я всё равно ничего не делаю, — Зубл переступила с ноги на ногу, кивая на толпу позади неё. — Твои-то где? Познакомишь?  Вся лёгкость от их разговора и секундная радость от шуток мгновенно испарились. Ответ застрял где-то в горле, и Помни вдруг стало тяжелее дышать. Она испуганно вскинула голову, пытаясь нацепить на лицо самую беззаботную улыбку, на какую только была способна. — А... они... — вымолвила Помни, чувствуя, как предательски дрогнул голос. Она поспешно отряхнула несуществующую пыль с платья, лишь бы не смотреть ей в глаза. — Они не приедут, Зубл. Да и ладно, господи! Я же не маленькая уже, чтобы меня за ручку на праздники водить. Зубл нахмурилась. Сбивчивое, чересчур эмоциональное оправдание звучало так неестественно, что весёлые искры в глазах мгновенно угасли. Она чуть наклонила голову, заглядывая Помни под чёлку. — В смысле «не маленькая»? — тихо спросила она, сделав полшага ближе. — Ты же всё равно остаёшься их дочерью. Помни судорожно вздохнула. Их дочерью? Если бы Зубл только знала, что родители не участвовали в её жизни никогда, она бы точно перестала разговаривать с ней без жалости. — Да ладно тебе, Зубл, правда, ничего страшного, — Помни предприняла последнюю попытку оправдаться, заставив себя улыбнуться ещё шире. — Я пойду выпью воды, ладно? Ещё увидимся! Она попятилась назад, едва не сбив вазу с цветами. Не говоря больше ни слова, она резко впихнула планшет со сценарием в руки проходящего мимо однокурсника, развернулась и рванула прямо к выходу.  Зубл проследила за ней глазами и понимающе выдохнула. Все кусочки пазла сложились, обрушившись на неё болезненным осознанием: к Помни никто не захотел прийти. И, судя по всему, она знала об этом заранее, но всё равно попыталась выпросить любовь.  — Вот же цирк,  — тихо выплюнула Зубл в сторону закрытой двери.

***

Тяжёлая дверь захлопнулась, отсекая Помни от шумного коридора. В библиотеке было так тихо, что  её судорожные всхлипы отчётливо отражались от заполненных книгами полок. До начала Дня открытых дверей оставалось больше часа, но в этой части здания царило обволакивающее спокойствие. Помни прижалась спиной к двери, прерывисто дыша. Она сползла вниз, уткнувшись лицом в колени. Слёзы, которые она так отчаянно сдерживала перед Зубл, теперь свободно текли по щекам, безжалостно смывая тушь.    Одиночество накрыло с головой.  — Чёрный лебедь! — внезапно раздался знакомый, дребезжащий голос. — У него нет права быть с белыми, потому что он сам не белый. Разве не ужасно? Помни вздрогнула и вскинула голову. Из-за горы справочников медленно показалась долговязая фигура в неизменном бежевом кардигане. Увидев его, Помни даже не шелохнулась. — Привет, Королёр, — хрипло вымолвила она, шмыгнув носом. Голос сорвался, и новая волна слёз подступила к горлу. Мужчина уставился на неё своими огромными расфокусированными глазами. Он долго разглядывал её чёрное платье, лицо и волосы, будто пытался вспомнить кто она. Но безуспешно. Низкое декабрьское солнце бросало сквозь окна библиотеки последние, ослепительно-яркиелучи, так что Королёр был глубоко в своём сумасшедшем состоянии. Помни давно привыкла к этому. Поэтому, обычно, их встречи случились только после заката.  Он дёрнул плечами,  подошёл ближе и уселся прямо на пол, в нескольких метрах от неё. — Ты узнаёшь меня? — спросила Помни, вновь подняв взгляд.  — А ты кто? — Королёр наклонил голову набок. Помни горько усмехнулась, понимая, что говорить с ним сейчас бесполезно. Ей отчаянно нужен был тот прежний, мудрый Королёр, способный выслушать и понять. И тут её осенило. Она перевела взгляд на его шею. Там, небрежно намотанный в несколько слоёв, покоился его старый, длинный вязаный шарф тёмно-синего цвета. Если темнота возвращала ему рассудок, то может... Стоило попробовать. Если не получится, он всё равно этого не вспомнит, так что она не будет выглядеть глупо. Помни решительно поднялась с пола. Она сделала несколько шагов и опустилась на колени прямо перед ним. Королёр даже не шелохнулся, только его глаза за толстыми линзами дернулись, уловив её движение. Она протянула дрожащие руки и аккуратно, стараясь не напугать его, потянула за край синей ткани. Мужчина послушно наклонил голову, позволяя снять с себя шарф. Помни развернула его, сложила вдвое, чтобы он совсем не пропускала свет, и сняла его очки. Девушка бережно обернула тёмную ткань вокруг его головы, завязав свободные концы сзади на слабый узел. Она отстранилась и замерла, сжав пальцы на коленях. Первые несколько секунд ничего не происходило. Он замолчал, никак не прокомментировав её действие. Ну конечно. Это было глупой затеей. Из глаз медленно вытекли слёзы разочарования. Мужчина сделал глубокий вдох.  — Ты нашла очень интересный способ выключить солнце, — раздался тихий, удивительно мягкий и абсолютно осознанный голос. Помни всхлипнула, но на этот раз — от огромного облегчения.  — Королёр...  — Привет, Помни, — он хохотнул, без колебаний выдыхая её имя. Помни не выдержала. Эмоции хлынули наружу, и она, больше не раздумывая, подалась вперёд. Девушка уткнулась лбом в его бежевый кардиган и отчаянно крепко обняла его за шею.  Он замешкался лишь на секунду, а затем бережно опустил руки ей на спину. С повязкой на глазах он не мог ничего видеть, но ему было достаточно чувствовать её дрожь, чтобы понять, как сильно она нуждалась в нём сейчас. Его большие ладони с чистой отцовской нежностью гладили её по волосам — и от этого Помни разрыдалась ещё сильнее. — Ну-ну, — тихо прошептал он, слегка покачивая её из стороны в сторону. — Ты в безопасности, всё хорошо.  Помни не думала, что этот момент ей был нужен настолько сильно. Королёр стал для неё единственной надёжной опорой. Настоящим родителем, которого у неё никогда не было. Мужчина не задавал вопросов. Не пытался вытянуть из неё причину слёз и не давил расспросами. Помни была безгранично благодарна ему за это. Его большие ладони продолжали мерно, успокаивающе гладить её по спине, пока она понемногу приходила в себя. — Они не приехали... — наконец прошептала она, немного повернув голову в бок, чтобы он услышал. — Мои родители. Опять.  Она сглотнула и поглубже вдохнула носом воздух. — Я знаю, что должна была давно привыкнуть к этому, но я всё равно надеялась. И теперь... Мной даже некому гордиться. Королёр глубоко, сочувственно вздохнул. Его ладонь мягко переместилась на её плечо, а губы дрогнули, словно он собирался сказать что-то важное, но передумал в последний момент. — Представь человека, который задумал написать книгу, — начал он, и Помни невольно замерла, ожидая продолжения. — Он не спит ночами, подбирает каждое слово, вкладывает в эти страницы всю свою душу... Он на мгновение замолчал, чтобы девушка могла поспевать за смыслом его слов.  — И вот, книга закончена. Человек приносит её тем, ради кого так долго старался, а они отказываются даже открыть обложку. Скажи мне, Помни... разве поднимется рука просто взять и выбросить её только потому, что кто-то оказался слишком слеп, чтобы её прочесть? Помни задумалась. Она понимала смысл его примеров лучше, чем если бы он говорил простыми словами. В этом и был весь Королёр.  — То, что они не приехали — это их огромная потеря, а не твоя вина, — Королёр чуть наклонил голову, словно пытался заглянуть ей в лицо сквозь плотную ткань шарфа. — Твоя ценность не уменьшается от того, что кто-то оказался слишком слеп, чтобы увидеть её.   От этих слов, попавших в самую точку, Помни успокоилась. Боль в сердце отступила, а мокрые дорожки слёз понемногу высыхали. — Спасибо, пап. Слово сорвалось с губ прежде, чем Помни успела его осознать. Поняв, что именно она только что произнесла, Помни испуганно отстранилась и вскинула голову. Щёки обдало жаром, а сердце заколотилось в груди. Она растерянно уставилась на Королёра, готовая провалиться сквозь землю. Королёр.  Это был Королёр. — Прости, пожалуйста! — затараторила она, неловко перебирая пальцами подол своего платья. — Я... я случайно, правда. Извини, это глупо вышло, я просто... — Всё в порядке, Помни, — мягко перебил её мужчина. В его голосе не было ни капли злости или обиды. Напротив, он прозвучал так тихо и искренне, что Помни невольно замолчала. На его губах появилась грустная улыбка. — Всё в порядке, — повторил он, чуть наклонив голову. — Мы с женой всегда мечтали о дочери. Королёр на мгновение умолк.  — У тебя была жена? — спросила Помни, даже не задумываясь о том, насколько нетактично может прозвучать этот вопрос.  — Да, была, — в его голосе проскользнула тоска. — Она была весёлая, изобретательная... Очень любила энтомологию.  Энтомология... Насекомые. Ну конечно! Все примеры с бабочками были частью его искренней любви к жене. Он поделился с ней самым ценным, что у него было, и от этой мысли лицо Помни тронула грустная улыбка. — Так что не извиняйся. Мне... мне было очень приятно услышать это слово. Он потерял ту, ради которой жил, а она никогда не имела тех, кто должен был её любить. Может, им друг с другом действительно было суждено встретиться. — Я с радостью расскажу тебе о ней, Помни, — Королёр повернул голову к ней, и хотя плотная ткань шарфа скрывала его глаза, она физически ощутила его мягкий, ободряющий взгляд. — Но тебе пора идти. Тебя ждут.  Помни невольно взглянула на старые настенные часы библиотеки. Стрелки неумолимо приближались к началу мероприятия. Пора. Она чувствовала такую уверенность, будто этот человек забрал все её переживания себе. Она аккуратно поднялась с колен, расправила складки своего чёрного платья и сделала шаг назад. — Я знаю, что обычно мы видимся только по субботам, но... — девушка замялась. — Ты ведь не будешь против, если я приду и завтра?  Мужчина уверенно кивнул, широко улыбнувшись. — Я буду ждать. 

***

Когда Помни вернулась за кулисы, за окнами университета уже окончательно стемнело. За сценой её сразу же перехватила Рагата, которая выглядела так, словно сама была на грани обморока. — Помни! Господи, ну где ты была? — зашептала она, впихивая Помни планшет. — До начала три минуты! Ты как? Руки холодные... Справишься? Помни бросила быстрый взгляд на сценарий, слова которого и без него отлично помнила. Никто не будет гордиться ей сегодня, но... разве её труд теряет смысл только потому, что кто-то оказался слишком слеп? — Всё хорошо, Рагата, — тихо, но удивительно спокойно ответила Помни. — Я готова. Помни сделала глубокий вдох, расправила плечи и шагнула из-за кулис под слепящие лучи прожекторов. В первые секунды её обдало волной жара, свободных мест в зале почти не было. Сердце испуганно ухнуло куда-то вниз, а пальцы крепче сжали пластиковый край планшета. Она скользнула глазами по рядам, надеясь увидеть знакомые лица родителей, но так никого и не нашла. С трудом сглотнув вставший в горле ком, Помни подошла к стойке и тут же оцепенела: микрофон оказался поднят слишком высоко. Она робко потянулась вверх и попыталась встать на носочки, но это не увенчалось успехом — всё равно оставалась слишком маленькой. По залу пронеслись первые смешки. Пытаясь исправить положение, она судорожно ухватилась за штатив, чтобы вытащить микрофон, но намертво заклинивший пластиковый держатель не поддался. Паника накрыла с головой. Зал, уставший от задержки, начал недовольно гудеть. — Эй, помельче никого не нашлось? — выкрикнул кто-то с задних мест, и по рядам прокатился насмешливый хохот. Помни обречённо опустила взгляд в пол, прервав отчаянные попытки опустить микрофон ниже. Внутри всё сжалось. Она хотела внимания, но ведь не такого! Это было ужасно унизительно. И прежде, чем она попыталась развернуться, чтобы уйти со сцены, к стойке подошёл парень. Девушка не успела даже поднять голову, как чужие длинные пальцы уже легли на железный штатив. Одним коротким, небрежным движением он скрутил тугой фиксатор и опустил микрофон ровно до уровня её лица. После чего наклонился и рявкнул на весь зал: — Рты свои закрыли и внимательно её слушаем, — этот наглый, хрипловатый голос, разнёсшийся из мощных динамиков, заставил зал мгновенно заткнуться. Глаза Помни округлились, стоило ей узнать человека, которому принадлежал этот голос. Она застыла с приоткрытым ртом, медленно подняв на парня взгляд. — Кто ещё хоть раз отпустит «остроумную» шутку – вылетит отсюда. Вопросы?  Весь зал испуганно притих, не решаясь даже шелохнуться. Джекс насмешливо окинул взглядом затихшую толпу, удовлетворённо хмыкнул и, заметив её ошарашенный вид, слегка подтолкнул Помни обратно к стойке. — Вещай, я рядом, — тихо бросил он ей на ухо, а затем развернулся, засунул руки в карманы и вальяжно скрылся за кулисами. Парень исчез так же внезапно, как и появился, оставив Помни стоять посреди сцены с бешено колотящимся сердцем. Ступор медленно сменился накатившей волной благодарности, и, с трудом заставив себя отвести взгляд от стороны, в которую он ушёл, наконец придвинулась к опущенному микрофону.

***

Помни выдохнула последнюю фразу в микрофон, и под бурные аккорды финальной музыки на сцену один за другим начали выбегать участники концерта: танцоры, активисты и волонтёры факультета. В следующую секунду зал буквально взорвался. На сцену обрушилась оглушительная волна аплодисментов.  Помни почувствовала, как её ноги буквально подкосились. Адреналин, который держал её всё это время, резко испарился. Она опустила планшет и сделала глубокий, дрожащий выдох. Стоявшая рядом Рагата крепко схватила Помни за руку, увлекая за собой. Вся шеренга на сцене, крепко держась за руки, дружно и слаженно наклонилась вперед в глубоком общем поклоне. Помни кланялась вместе со всеми, но, выпрямившись, она снова невольно скользнула взглядом по залу. Её глаза зацепились за самый дальний ряд. Туда почти не долетал свет прожекторов, но Помни отчётливо разглядела высокую, слегка сутулую фигуру. Королёр стоял у самой стены. Он медленно хлопал и, словно почувствовав её взгляд, едва заметно кивнул ей, и на его губах появилась гордая улыбка. У Помни на секунду перехватило дыхание. Он пришёл. Ради... неё?  Помни крепче сжала ладонь Рагаты и, сияя от переполнявшей её благодарности, наклонилась в повторном поклоне, в этот раз адресуя его только одному-единственному человеку в самом последнем ряду.

Когда тяжёлый занавес наконец закрылся, Помни с трудом разжала затекшие пальцы, выпуская ладонь Рагаты, и сделала ещё один глубокий выдох. Всё. Конец. Студенты обнимались, поздравляли друг друга с успехом, а Рагата уже вовсю раздавала указания насчёт уборки аппаратуры. Помни аккуратно протиснулась сквозь толпу, стараясь быть как можно незаметнее. Ей отчаянно нужно было найти одного конкретного человека.  Девушка поспешила обойти занавес и выбежала в зрительный зал. Но стоило ей сделать несколько шагов по проходу, как под потолком с глухим щелчком разом зажгли все люстры. Помни зажмурилась от яркого света, а когда открыла глаза, сразу же бросила взгляд на самый дальний ряд. В углу, где только что стоял Королёр, уже никого не было. — Должен признать, ты была хороша.  От неожиданности Помни вздрогнула и резко обернулась. Джекс стоял совсем рядом, лениво прислонившись спиной к одной из массивных колонн зала. Комплимент остался без внимания, стоило важному вопросу всплыть в голове. Помни сделала шаг к нему. — Зачем ты пришёл? — прямо спросила она, снизив голос, чтобы их никто не услышал. — Ты же сказал, что вернёшься поздно.  Парень окинул её небрежным, оценивающим взглядом с ног до головы, но на полпути осёкся. Его взгляд намертво зацепился за платье, которое он смог рассмотреть только сейчас. Джекс сглотнул. Она была чертовски, до безумия милой. И то, что она скрывала эту прекрасную фигуру за бесформенным шмотьём сейчас казалось ему преступлением. Внутри глухо заворочалось собственническое желание спрятать её от чужих глаз, чтобы никто в этом зале больше не смел на неё смотреть.  Ему потребовалось колоссальное усилие, чтобы подавить этот внезапный ступор. Он натянул на лицо привычную ухмылку и лениво откинул голову назад. — Подумал, что ты захочешь меня увидеть, — протянул он, наигранно зевнув.  Помни только хотела открыть рот, чтобы выразить протест, как её тут же перебили.  — Разве, не ты этого хотел?  Зубл остановилась рядом с Помни, скрестив руки на груди. Она в упор уставилась на парня, расплываясь в чертовски противной улыбке, от которой Джекса перекосило. — А тебя вообще не спрашивали, Зубл, — огрызнулся он, мгновенно выпрямляясь. — Я пошёл домой. Помни?  Помни перевела взгляд на Зубл, но та лишь понимающе качнула головой. Она слегка подтолкнула Помни локтем в бок, без слов отпуская её. — Давай, иди, — хмыкнула Зубл, махнув рукой.  — Пока, Зубл! Девушка развернулась и послушно пошла за Джексом, который уже вовсю шагал к выходу, демонстративно не оборачиваясь. Помни пришлось ненадолго перейти на бег, чтобы догнать его. — Подожди! — позвала она, едва не споткнувшись о собственные ноги. — Вообще-то... спасибо. Ты спас меня от публичного унижения. Джекс недовольно цыкнул, чувствуя, как у него предательски горят кончики ушей под напором её неловкой искренности, поспешил сменить тему:  — Ага. Шевелись, я голодный как волк.

За несколько часов до

Когда Помни скрылась за дверью, Зубл раздражённо выдохнула и устало потёрла переносицу. Ситуация была паршивой. До начала концерта оставалось всего ничего, а ведущая была на грани нервного срыва. Зубл засунула руку в карман куртки, выудила телефон и, быстро пролистав контакты, нажала на вызов. Гудки шли мучительно долго, и она уже собиралась сбросить, когда на том конце наконец ответили. Из динамика донёсся шум и наигранно милый голос: — Приве-е-ет, Зуби! Как дел-...? — Заткнись и послушай, — резко оборвала его Зубл, отойдя в более тихое место за декорациями. — Сегодня Помни ведущая этого дурацкого Дня открытых дверей. Слыхал об этом? На пару секунд в трубке повисла тишина. — И что с того? — как можно равнодушнее отозвался он, хотя в голосе проскользнула едва заметная тень внимания.  — Разве тебе не нужно быть здесь, чтобы поддержать и успокоить её? К тому же... — Зубл запнулась, раздумывая, как было бы лучше исказить важную деталь о родителях. — Никто не смог прийти к ней сегодня. Вообще. Поверить не могу, но судя по всему она доверяет тебе, так что если она хоть что-то для тебя значит, брось дела и езжай сюда. Джекс молчал. Зубл почти слышала, как в его голове со скрипом прокручиваются шестерёнки. — Доверяет мне? — наконец глухо переспросил он. Парень отчаянно пытался звучать равнодушно, но этот секундный ступор выдал его с потрохами. — Из всего моего монолога ты только это услышал, придурок? — Зубл закатила глаза, будто он мог это увидеть. — Короче, я не знаю, где ты там таскаешься, но иди успокой свою девушку. — С чего это вдруг мою... — начал было возмущаться он, но Зубл не дала ему закончить. — А ещё возле неё ошивается какой-то парень. Удачи, — бросила она и безжалостно сбросила вызов.