Ошибка 404 в системе Дружбомагии

В прошлой жизни мать постоянно пихала Артёма на какие-то летние курсы, в кружки и секции, искренне удивляясь, почему ребенок не хочет выходить на улицу и растет затворником. Сказать «нет» было невозможно — себе дороже. Легче было просто согласиться, отбыть повинность, как на каторге, и вернуться в свою сырую раковину эскапизма. Эквестрия решила не менять рабочие схемы. — Летный лагерь — это то, что тебе нужно, Ини! — заявила Мам-Пегас, собирая ей облачный рюкзачок. — Ты так редко летаешь! Все жеребята уже вовсю делают мертвые петли, а ты всё сидишь в своей комнате и царапаешь пол. Свежий ветер, новые друзья, командный дух! Индиго смотрела на нее тяжелым, немигающим взглядом человека (точнее, синей лошади), который уже однажды умер и совершенно не горел желанием заниматься тимбилдингом. Но спорить с гиперактивной пегаской было бесполезно. И вот она здесь. Летний лагерь Юных Летчиков. Вокруг стоял невыносимый гвалт. Десятки разноцветных жеребят носились в воздухе, сталкивались, смеялись и соревновались, кто быстрее долетит до флажка. Тренеры со свистками орали что-то про «выправку», «угол атаки» и «магию дружбы в строю». Индиго сидела на самом краю стартового облака, ссутулившись так сильно, что её маленькие крылья казались двумя унылыми тряпочками. Она ненавидела это место. Оно пахло физкультурой, чужим энтузиазмом и теми самыми школьными травмами, от которых она так старательно убегала в прошлой жизни. — Эй, сизая! — раздался насмешливый голос. Индиго медленно повернула голову. Перед ней завис в воздухе крепкий, мускулистый жеребенок мышиного цвета. Рядом с ним хихикали еще двое подпевал. Типичная школьная иерархия. Местный аналог того самого «драчливого чела», к которому Артём когда-то наивно лез дружить и регулярно получал по лицу. — Чего расселась на старте? Летать боишься? — оскалился мышиный пегас. — Если не умеешь махать крыльями, может, тебе к земнопони перевестись? Будешь в грязи ковыряться! Внутри Индиго не шевельнулось ничего, кроме глухой, липкой усталости. В младших классах она бы попыталась неловко отшутиться. Заплакала бы. Или, что еще хуже, попыталась бы доказать им, что она «своя». Сейчас она просто подняла на задиру глаза. Это был взгляд двадцати-с-чем-то-летнего хиккана с клинической депрессией, который пережил предательство, полное разочарование в себе, войну и прямое попадание ракеты. В этом взгляде была такая черная, абсолютная пустота, что мышиный жеребенок осекся. — Отвали, — тихо, но очень отчетливо произнесла Индиго. — Просто исчезни из моего поля зрения. Подпевалы перестали хихикать. Задира моргнул, неуверенно переступил копытами в воздухе и, буркнув что-то невнятное про «больная какая-то», поспешно ретировался. «Идеально. Система работает», — мысленно поставила галочку Индиго. Больше никаких игр в догонялки и попыток влиться в коллектив. — Индиго Висп! — гаркнул над ухом голос инструктора, здоровенного пегаса со шрамом на морде. — Твоя очередь! Цель — пролететь сквозь три кольца и приземлиться на батутное облако. Пошла! Индиго подошла к краю. Внизу, в головокружительной пустоте, виднелась земля. В прошлой жизни она хотела наложить на себя руки, но не хватило смелости. Теперь ей предлагали шагнуть в пропасть легально, под свисток физрука. Какая ирония. Она не стала принимать пафосных стоек или пружинить ногами. Она просто сделала шаг вперед и камнем полетела вниз. Ветер ударил в лицо, выбивая слезы. Инстинкты пегаса вопили, требуя расправить крылья и ловить восходящие потоки, но Индиго игнорировала их до последнего. Она падала, как синий мешок с картошкой. Лишь когда до первого кольца остались считанные метры, она с тяжелым вздохом раскинула крылья. Магия пегасов сработала автоматически. Падение резко замедлилось. Индиго не летела красиво. У нее не было грации, скорости или маневренности. Она летела с грацией тоскливого голубя, использующего ровно столько энергии, сколько нужно, чтобы не разбиться насмерть. Вжух. Первое кольцо. Вжух. Второе кольцо. Вжух. Третье. Никаких трюков. Строго по прямой, с каменным выражением мордочки. Дотянув до батутного облака, она даже не стала элегантно приземляться на копыта. Она просто сложила крылья и плашмя рухнула на пушистую поверхность лицом вниз. Плюх. Инструктор на стартовой платформе недоуменно почесал затылок. — Эм... Технически, зачет. Но где искра? Где страсть к небу? Индиго лежала, уткнувшись носом в облако, и не шевелилась. Вокруг шумели другие жеребята, кто-то смеялся, кто-то восхищался чужими трюками. А она просто лежала, чувствуя, как ноют с непривычки мышцы спины. Она сдала норматив. Задание выполнено. Теперь можно с чистой совестью спать дальше. Никто в этом радужном мире не заставит ее радоваться, если она этого не хочет.