Ошибка 404 в системе Дружбомагии

Индиго медленно сползла с батутного облака, отряхивая шерстку от влажной небесной пыли. Инструктор со шрамом что-то черкнул в своем планшете, явно поставив ей «тройку с минусом» за артистизм и «отлично» за то, что она просто не сдохла. Пока остальные жеребята с визгом крутили мертвые петли, Индиго поплелась в тень массивной кучевой тучи. Местные задиры, тот самый мышиный пегас с подпевалами, косились на неё издалека, но подходить больше не решались. В их радужной картине мира не было паттерна поведения для встречи с абсолютно равнодушным куском депрессии. «И слава богу, — думала Индиго, устраиваясь поудобнее на прохладном облаке. — По крайней мере, сейчас мне не прилетит за отсутствие кьютимарки». Она скосила глаза на свой абсолютно синий, чистый круп. В этом возрасте все в лагере были такими же «пустобокими». Знание лора Эквестрии немного успокаивало. Это потом, через пару-тройку лет, начнутся социальные драмы, клубы Искателей Отличий и элитный буллинг тех, кто еще не понял своего предназначения. А сейчас, в первом классе летной школы, они все были одинаково бесполезными кусками чистой резины. А что касается её позорных летных навыков... Индиго мысленно усмехнулась. «Можно подумать, я тут одна такая бракованная. Каноничная Флаттершай в моем возрасте летала примерно так же — как кирпич, к которому привязали воздушный шарик. И ничего, выросла, стала Элементом Гармонии, медведям шеи сворачивала. Так что мой стиль "падающий мешок" имеет полное право на существование. Я не собираюсь рвать жилы ради местных Вондерболтов. Моя цель — выжить и не сойти с ума». Однако, если с полетами можно было халтурить, то с главным делом её прошлой жизни всё обстояло куда паршивее. Рук не было. Были копыта. И зубы. После летной практики всех жеребят согнали на урок «Облакостроения». Это был местный аналог ИЗО и трудов одновременно. Молоденькая кобылка-учительница раздала всем по куску плотного, как глина, грозового облака и велела слепить «что-то красивое». Вокруг тут же начали появляться кривенькие облачные зайчики, сердечки и солнышки. Индиго тупо смотрела на свою порцию строительного материала. В прошлой жизни она продавала свои арты в интернете. Да, это был тот еще кринж, да, без учителя и базы, но это было её. Она рисовала мрачных драконов, темные леса, свою воображаемую девушку... Она сжала челюсти, подавляя приступ фантомной боли в несуществующих пальцах, и с силой ударила передним копытом по облаку. Оно податливо промялось. «Окей. Лепка. 3D-моделирование для бедных без мышки». Индиго начала яростно мять, бить и скрести облачную массу копытами. Это было тяжело. Анатомия пони не была приспособлена для тонкой работы, но в ней проснулось упрямство того самого дурачка Артёма, который раз за разом лез в драку, чтобы доказать, что он существует. Она не стала лепить зайчиков. Она вылепила гротескную, шипастую, сутулую фигуру с обломанными крыльями. Существо, свернувшееся в позе эмбриона, закрывающее голову руками — точнее, тем, что у нормальных существ было руками. Текстура грозового облака идеально подошла для того, чтобы передать мрак: фигура получилась темно-серой, тяжелой, источающей статическое электричество. Когда учительница начала обход, она с умилением хвалила сердечки и кривых пегасиков. Подойдя к Индиго, она замерла. Улыбка медленно сползла с её лица. — Ох... Индиго, милая... Что это? — дрогнувшим голосом спросила она, глядя на грозового монстра, от которого веяло такой безысходностью, что хотелось лечь и умереть. Индиго подняла на неё свои пустые глаза. — Это Автопортрет, — честно сказала она тонким девчоночьим голоском. — Называется «Смысла нет». В классе повисла гробовая тишина. Мышиный задира на соседнем облаке икнул и отодвинул своего облачного снеговика подальше от парты Индиго. Учительница нервно сглотнула и, не найдя, что ответить, поспешно перешла к следующему ученику, бормоча что-то про «глубокий внутренний мир» и «надо поговорить с её мамой». Индиго хмыкнула и положила голову на копыта. Кажется, она нашла идеальный способ держать местный приторный социум на комфортном расстоянии. Искусство по-прежнему было её лучшим щитом.