Ошибка 404 в системе Дружбомагии

Следующие две недели в Клаудсдейле прошли так тихо, что Индиго иногда казалось, будто она оглохла. Но это была хорошая глухота. Исцеляющая. Сделка с Дискордом и молчаливый пакт с Флаттершай создали идеальную буферную зону. Тот самый гладкий камешек на облачной скамейке превратился в таможенный пункт, почтовый ящик и границу двух миров. Индиго просыпалась, когда хотела. Пила воду или чай, который Флаттершай по-прежнему молча оставляла в термосе раз в пару дней. Ела пресные лепешки. А потом садилась за стол, зажимала в зубах свою идеальную шариковую ручку и работала. Впервые в её (обеих) жизнях у неё была работа, которая не требовала видеть работодателя. Чистый, дистиллированный фриланс интроверта. Флаттершай забирала маленькие, безопасные облачные фигурки для Спайка — в основном, безобидных зверушек, которые просто светились изнутри, как ночники. Взамен она оставляла бумагу, еду и иногда новые склянки с пастой от Твайлайт (Принцесса Дружбы, судя по всему, продолжала экспериментировать с вязкостью, присылая то синие, то красные, то фиолетовые чернила). А потом начал приходить второй «клиент». Дискорд сдержал слово. Он не врывался в мастерскую. Вместо этого Индиго находила под камнем дурацкие, написанные вкривь и вкось на обрывках обоев записки: «Покажи мне штуку, которая летает, но у которой нет ни крыльев, ни магии. Спорим, ты выдумала, что в вашем мире такое есть? — Д.» В тот день Индиго хмыкнула, потратила три часа и нарисовала для него детальный чертеж космического шаттла на стартовой площадке. Со всеми соплами, топливными баками и фермами обслуживания. На следующий день шаттл исчез, а вместо него лежал криво нарисованный Дискордом смайлик с высунутым языком и припиской: «Скучный дизайн. Не хватает огненных черепов на обшивке». В другой раз он попросил: «Нарисуй мне вашего монстра. Самого страшного. Которого боятся взрослые». Индиго долго думала. Она не стала рисовать политиков — это было слишком тошнотворно даже для нее. Она нарисовала типичную панельку — серый, девятиэтажный бетонный блок с темными, пустыми окнами-глазницами под проливным дождем. Место, где люди годами живут через стенку и даже не знают имен друг друга. Место, где каждый умирает в одиночку. Она оставила рисунок под камнем. На следующий день он исчез, а новой записки от Дискорда не было три дня. Видимо, Бог Хаоса понял концепцию человеческого экзистенциального ужаса и взял паузу на переваривание. Эта рутина спасала. Она давала Индиго каркас, за который можно было держаться. Батарейка внутри всё еще показывала критически низкий заряд, но она больше не разряжалась в ноль. В один из таких тихих, пасмурных дней (Индиго сама слепила тучу и повесила над своим домом, чтобы солнце не било в окна), она сидела за столом и лениво чиркала красной ручкой по бумаге, рисуя профиль Алистара из ЛоЛа. Тук-тук. Индиго замерла. Это был не стук почтальона и не хаотичный грохот. Это были те самые деликатные, робкие два удара, какими когда-то постучала Флаттершай, принеся ручку. Но сейчас было не время «доставки». Индиго подошла к двери, привычно прислушалась и отодвинула засов. На пороге стояла Флаттершай. Но в этот раз она не отступила к скамейке. Желтая пегаска стояла прямо перед дверью, переминаясь с копыта на копыто. Она выглядела невероятно смущенной, её уши были прижаты к голове, а крылья нервно подрагивали. Индиго напряглась. Рука (копыто) машинально потянулась к засову, чтобы захлопнуть дверь. Баланс нарушен. Вторжение. Но Флаттершай быстро, почти умоляюще подняла взгляд: — Прости... Прости, пожалуйста, что я нарушаю наш договор, Индиго. Я бы ни за что не пришла так, без предупреждения. Она замялась, опустив глаза на свои копыта. — Но... у меня проблема. Очень большая проблема. И... мне кажется, только ты можешь мне помочь. Я не знала, к кому еще обратиться. Твайлайт начнет паниковать, а Дискорд сделает только хуже... Индиго стояла в дверном проеме. Впервые за всё это время кто-то из «розового мира» не пытался спасти её. Впервые Принцесса-Элемент-Гармонии пришла к ней не с лекцией о дружбе, а за помощью. Это ломало систему, но ломало как-то... иначе. — Что случилось? — голос Индиго прозвучал хрипло от долгого молчания, но в нем не было агрессии.