Глава 6. Кофе меняет всё
4 апреля 2026 г., 12:04
После визита Драко в доме воцарилась странная тишина.
Том не говорил со мной почти два дня. Он готовил завтраки, мыл посуду, раскладывал книги, но делал это молча. Без угроз. Без проклятий. Без попыток отравить.
Он просто... существовал рядом.
Я не знал, пугает это меня или радует.
На третий день я вернулся из Хогвартса раньше обычного. Снейп всё-таки поставил мне «тролля» за очередное эссе, и настроение было хуже некуда. Я мечтал только о двух вещах: горячем кофе и тишине.
Дома пахло чем-то невероятным.
Не едой. Не дымом. Не магией.
Кофе.
Но не просто кофе. Что-то сложное, глубокое, с нотками шоколада, корицы и ещё чего-то, отчего у меня свело скулы.
Том стоял у плиты с туркой в руках. Не моей. Новой. Серебряной, с гравировкой в виде змеи, обвивающей ручку.
— Откуда это? — спросил я, садясь за стол.
— Заказал совой, — ответил Том, не оборачиваясь. — У тебя в шкафу нашёл старый каталог магической утвари. Ты не против, если я потратил твои деньги?
— Ты... заказал турку? На мои деньги?
— И кофе. Специальной обжарки. Из Марокко.
— Том, у меня нет лишних денег.
— Будут. Я научу тебя экономить.
Я хотел возмутиться, но в этот момент Том повернулся и поставил передо мной чашку.
Маленькую. Фарфоровую. С золотым ободком.
— Пей, — сказал он. — Это не отравлено.
— Ты каждый раз это говоришь.
— И каждый раз это правда.
Я поднёс чашку к губам. Вдохнул аромат.
— Боже, — выдохнул я.
— Пей, Поттер. Словами не передать.
Я сделал глоток.
Мир остановился.
Я не знаю, что Том сделал с этими зёрнами. Может быть, применил какое-то древнее заклинание. Может быть, просто вложил душу. Но кофе был... идеальным. Не горьким. Не кислым. Тёплым, бархатистым, с долгим послевкусием, от которого хотелось закрыть глаза и никуда не торопиться.
— Это... это лучший кофе в моей жизни, — сказал я, когда смог говорить.
— Ты уже говорил это про яичницу.
— Яичница была просто хорошей. А это — искусство.
Том сел напротив, с собственной чашкой.
— Я экспериментировал, — сказал он. — Пять попыток. Вчерашняя была слишком горькой. Позавчерашняя — водянистой. Сегодня — идеальный баланс.
— Ты пять раз варил кофе и выливал?
— Я выпивал. Я не могу позволить себе выбрасывать продукты, Поттер. Ты и так считаешь каждый галлеон.
— Откуда ты знаешь, что я считаю галлеоны?
— Твой кошелёк лежит на тумбочке. Я посмотрел.
— Ты шарил в моих вещах?
— Я изучал обстановку, — повторил он свою любимую фразу. — И сделал вывод: ты беден, неорганизован и питаешься чем попало.
— Спасибо за диагноз.
— Пожалуйста.
Мы пили кофе молча. Но теперь эта тишина была другой. Не враждебной. Не напряжённой. Просто... тишиной двух людей, которые привыкли друг к другу.
— Том, — сказал я.
— Мм?
— Ты ведь до сих пор хочешь меня убить?
Он поднял на меня глаза. Красные. Но не злые.
— Да, — сказал он просто. — Хочу.
— И как продвигается план?
— Никак. Ошейник блокирует любую попытку насилия. Я пробовал семь разных способов. От ножа до проклятий. Ничего не работает.
— И что теперь?
— Не знаю, — признался он. Впервые за всё время. — Раньше у меня всегда был план. А теперь... я просто варю кофе и мою посуду.
— Звучит как кризис среднего возраста.
— Я не старый.
— Ты 1926 года рождения. Тебе скоро сто лет.
— Маги живут дольше.
— Ты выглядишь на двадцать.
— Спасибо, это комплимент.
Я усмехнулся. И вдруг понял, что мы говорим как... как нормальные люди. Не как хозяин и раб. Не как враги. Просто двое, которые сидят на кухне и пьют кофе.
— А если я сниму ошейник? — спросил я.
Том замер.
— Что?
— Если я найду способ разорвать связь. Освобожу тебя. Что ты сделаешь?
— Убью тебя, — ответил он без колебаний.
— Прямо сразу?
— Сразу.
— А кофе? — спросил я, кивая на чашку. — Ты сначала убьёшь меня, а потом допьешь кофе? Или сначала допьешь, а потом убьёшь?
Том задумался.
— Сначала допью, — сказал он. — Кофе остынет.
— А посуду кто помыть успеет?
— Ты успеешь. Перед смертью.
— А если я не успею?
— Тогда посуду помою я. После.
— То есть ты убьёшь меня, а потом вернёшься на мою кухню мыть посуду?
Том открыл рот. Закрыл.
— Это звучит глупо, — сказал он.
— Очень глупо.
— Но логично.
— В твоей логике есть изъян, Том.
— Какой?
— Ты планируешь убить меня, но продолжаешь жить в моём доме, пользоваться моей плитой и варить мне кофе. Это не похоже на план убийства. Это похоже на... совместное проживание.
— Мы не совместно проживаем. Я порабощён.
— Ты моешь посуду, готовишь завтраки, варишь кофе и спишь на матрасе в углу гостиной. Если это не совместное проживание, то что?
Том молчал.
Долго.
Потом допил кофе, встал и пошёл к раковине.
— Я помою, — сказал он.
— Я знаю.
— И завтра приготовлю омлет. С сыром.
— Буду ждать.
Том открыл кран. Взял губку.
— Поттер, — сказал он, не оборачиваясь.
— М?
— Ты не снимешь ошейник.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что ты не дурак. Ты понимаешь, что если снимешь — я убью тебя. Не сразу. Может быть, не в тот же день. Но я убью. И ты этого не хочешь.
— А если я не хочу тебя убивать? — спросил я тихо.
Том замер.
— Что?
— Если я не хочу тебя убивать. И не хочу, чтобы ты убивал меня. Если я просто хочу... жить. С тобой. На одной кухне. С твоим кофе. Что тогда?
Том медленно обернулся.
В его глазах было что-то, чего я никогда не видел. Не ненависть. Не злость. Не холод.
Растерянность.
— Я не знаю, — сказал он. — На этот вопрос у меня нет ответа.
— Тогда подумай, — сказал я. — У тебя есть время. Ошейник пока никуда не девается.
Я встал и вышел из кухни.
Но на пороге обернулся.
— Том, — сказал я. — Ты правда варишь лучший кофе в мире.
— Я знаю, — ответил он.
И в его голосе не было хвастовства.
Только что-то тёплое.
Что-то, чему я пока не знал названия.
