Цумверс

С момента массового появления цумов на Земле прошёл месяц — и ситуация более-менее стабилизировалась. Гражданские обожали этих мелких засранцев и хвастались: кто необычной яркой окраской цумов, кто размерами, а кто и самолично сшитой одеждой и аксессуарами для любимцев. Интернет заполонили фото и видео, начиная от «перецумкиваюсь с цумом» и заканчивая «какой спортивный комплекс упражнений больше подходит крупным цумам» и «как развить в цуме гибкость». В общем, каждый сходил с ума по-своему, но пока это не причиняло вреда окружающим — люди могли делать что хотели — цумы, между тем, не возражали (и вообще вряд ли обращали внимание на поднявшийся вокруг них ажиотаж). Зимний Солдат всё также жил у Брока на диване — Главный на родину не вернулся, сгинув где-то на просторах Азиатских регионов с их якудзой, ниндзя, перенаселением, болезнями, постоянными стихийными бедствиями и очень несчастными случаями. Время без миссий и лабораторных исследований пошло Зимнему на пользу — он начал больше говорить, эмоциональнее реагировать и даже, о чудо, придумал своему цуму имя. — Как его зовут? — как-то утром обратился он к Броку, кивая на Серого. — Серый, — ответил тот, попивая кофе и раздумывая над дилеммой: менять холодильник на больший или просто купить второй? Суперсолдат жрал как не в себя и командир Альфы задолбался каждый вечер после работы загружать багажник джипа продуктами. — Не похож на Серого, — неожиданно выдал Солдат. Брок недоверчиво осмотрел своего цума — почти абсолютно серого — и вперился взглядом в подопечного, требуя пояснений. — Varfolomei, — ответил набором звуков тот. — Вар-что? — Varfolomei, — повторил Солдат. Но, сжалившись над американскими мозгами командира, сократил: — Вар. — Вар, — попробовал новое имя Брок. — А хорошо: звучно, сочно и почти по-военному. Мне нравится. И, повернувшись к Серому, поставил того в известность: — Будешь Варом. Цум новым именем не заинтересовался, его больше волновали остатки пластиковых контейнеров и полиэтиленовая плёнка — эту шуршащую и громко лопающуюся заразу он полюбил особенно-яростной любовью. — И как же зовут Чёрного? — поинтересовался Брок у Солдата. — Yasha, — также непонятно ответил тот. — Йасша? — попробовал повторить командир Альфы. — Я-ш-а, — более медленно и чётко поправил его Зимний. Брок только хмыкнул — очеловечивается Лучшее Оружие Гидры, так, глядишь, через месяц-другой станет совсем настоящим мальчиком…

***

В ЩИТе тоже всё более-менее успокоилось, первые дни аналитиков очень напрягали мысли о том: что же будет, если натравить людей, имеющих цумов, друг на друга? Оказалось — ничего особенного. Цумы не допускали серьёзных ранений своих подопечных, в остальном же в разборки между «двуногими» не лезли. Правда, у совсем мерзких представителей человечества цумов не было — но вот всякие мелкие воришки, угонщики машин и уличные банды Нью-Йорка обзавелись цумами почти поголовно, и полиции нередко приходилось теперь наблюдать (и растаскивать) мордобой среди бандитов — огнестрел, как и ножи, и разного рода калечащие принадлежности для драки, на своих людях не давали использовать цумы, так что приходилось мелкому криминалу выяснять отношения по старинке — кулаками, стенка на стенку. Ещё сложнее дела обстояли у особых агентов и служащих в горячих точках — цумы расползлись по всему миру и сейчас были чуть ли не у каждого третьего взрослого на планете. И если всякие шпионы ещё как-то выкручивались, правда были вынуждены теперь гримировать не только себя, но и «напарника», то в регулярной армии и у наёмников всё было несколько более сложно — масштабные боевые операции фактически перешли в разряд действий машина против машины — живым людям цумы вредить не давали. Сами цумы, как и люди, были очень разными — как по внешнему виду, так и по характеру. И способностям. Кто-то умел телепортироваться, кто-то мог становиться невидимым, кто-то менял законы физики, механики или и вовсе течение времени. В общем, вариантов было так много, что делать какие-то прогнозы аналитики отказывались. Хорошо ещё, что цумы не претендовали на «господство во всём мире», не лезли со своими, безусловно, пацифистскими идеями и, пока опасность не касалась важных для них индивидов, вели себя тихо и вежливо. У гражданских они даже свои способности не всегда использовали — поэтому полный перечень того, что в действительности могут инопланетные гости в ЩИТе (и Гидре) собрать так и не удалось. Бонусом от цумов стало то, что планета немножко очистилась — цумы подъедали даже те отходы промышленности, которые люди ещё не научились полностью перерабатывать. До полного очищения, конечно, было ещё далеко — но экологи радовались как дети, прыгали и хлопали в ладоши, уверенно заявляя, что такими темпами уже к концу столетия Земля будет такой же чистой, какой была сразу после окончания Четвёртого Ледникового Периода. Броку не хотелось уточнять — имеют ли учёные ввиду отсутствие на планете только отходов, или людей тоже… Понадеявшись лишь, что других (условно)разумных цум-цумы жрать не будут, Брок выбросил мысли о матушке-Земле из головы. В буднях Страйка тоже произошли изменения — у отрядов резко уменьшилось количество работы — теперь даже с критическими ситуациями справлялась полиция и специальные отряды быстрого реагирования, так что агенты ЩИТа обратили своё внимание на всякие внеземные штучки, коих в загашнике этой достаточно старой организации оказалось преизрядно. И на инопланетян, которых на Земле тоже оказалось в достатке. Бойцам огневой поддержки предписывалось повышение квалификации по части спелеологии и скалолазания — и Брок, честное слово, не хотел знать где именно ему это может пригодиться. Капитан Америка, а точнее Стив Роджерс — его более гражданская версия — всё также приносил Серого, теперь уже Вара, на обед. Всё также звал куда-то поесть вечером, в одну из пятниц даже предложил выпить в баре неподалёку, но у Брока дома оставался Зимний, поэтому он вежливо (скрипя сердцем и кое-чем пониже) отказался. И Солдат тоже стал как-то иначе поглядывать на своего хендлера. Уж больно много эмоций появилось в этом серебристом взгляде, и не всегда Брок мог их адекватно расшифровать. Что-то происходило в головах обоих суперов, что-то, касающееся Брока — и начало этому положили цум-цумы. В Гидре же всё было не слава богу. После пропажи Александра Пирса, наверх попытались пролезть его многочисленные заместители, топя и подставляя конкурентов, так что весь этот месяц очень-тайную-организацию трясло и колбасило. Бойцов и наёмников, от греха подальше, и опасаясь, что огнестрелом воспользуются ближайшие конкуренты, временное руководство Гидры отправило в бессрочный оплачиваемый отпуск. О Зимнем просто забыли — лабораторию, где он обычно обитал, настиг пожар невиданной силы, практически подчистую уничтоживший и крио капсулу, и аппарат для обнуления, и большую часть прочего оборудования, использовавшегося на Солдате. Халаты не пострадали — пожар разгорелся ночью — а вот Резервному Банку, что прикрывал базу сверху, довольно сильно досталось, так что остатки здания сейчас покрывали со всех сторон леса, ожидая денег и спонсоров для начала реконструкции. И бодяга эта могла затянуться на годы… Ситуэлла, единственного зама Пирса, имеющего полную информацию о Лучшем Оружии Гидры, постиг очень несчастный случай ещё в то время, когда Главный гостил где-то в Азии. Остальная верхушка о сверхсекретной «красной кнопке последнего шанса» знала только то, что она где-то имеется; и Брок, естественно, не собирался делиться с ними информацией о подопечном. Пока же командир Альфы наслаждался почти-отдыхом-на-единственной-работе и готовил пути отхода — без Пирса и Ситуэлла у отряда имелся хороший шанс из Гидры окончательно свалить.

***

Обычный день в ЩИТе начинался также обычно, как и все дни до него — Альфа тренировалась по стандартной программе. Старк, чтоб его черти взяли, прослышав о «повышении квалификации отрядов огневой поддержки», оперативно организовал им несколько новых полигонов: очень крутых и современных, тут ничего не скажешь. Но, при всей пакостности собственной натуры, сделал их настолько реалистичными, причём изменяемыми в очень широких параметрах, что в «пещерах» клаустрофобия догоняла всех, даже тех, кто ей сроду не страдал, а «горы» вызывали шевеление волос на голове даже у Капитана Америка, чувство самосохранения которого умерло, кажется, ещё в младенчестве. В этих пыточных залах им было предписано заниматься раз в неделю, и теперь четверги стали самыми ненавистными днями для всего Страйка. Но сегодня был вторник, до пыточного дня оставалась ещё среда — и булки можно было ненадолго расслабить. Для цумов, кстати, Старк тоже организовал свои тренировочные полосы, в залах Страйк по стенам теперь тянулись мостки, горки, качели, лестницы и батуты соответствующего размера. Цумы, умеющие прекрасно летать, сначала не поняли зачем это всё, но и тут Голубой показал кто здесь самый главный (и умный), требовательно цумкнул Капитану, тот вытащил навороченный старкофон и оперативно нашёл для «напарника» видео с котиками, которые активничали на похожих кошачьих площадках. Голубой внимательно изучил видео, потом полетал вокруг приделанных к стенам сооружений, попробовал прокатиться с горки, попрыгал на батуте, взобрался на самый верх по лестнице — в общем опробовал самые интересные, на его взгляд, снаряды. И отдал команду строиться. Цум-цумы, под пристальным взглядом своего начальства, принялись осваивать тренировочное оборудование — благо Старк не поскупился на количество элементов, и полосы представляли собой практически вертикальный открытый лабиринт, перетекая из одной части в другую, поэтому «играть» внутри можно было очень долго.

***

Сегодня Брок шёл на обед без сопровождения непосредственного начальства: небывалый за последние недели случай. И Вар тоже обретался рядом — видимо вспышки на Солнце что-то сдвинули в голове серого. Капитан Америка со своим цумом нашлись в кафетерии ЩИТа. Да не одни, а в компании Чёрной Вдовы и её Lenochki, как та назвала своего серебряного компаньона. Серый и Голубой, завидев друг друга, сразу же ринулись навстречу, перецумкиваясь, попеременно демонстрируя языками свою приязнь и слегка вибрируя при прикосновениях тельца к тельцу. Романова, впервые наблюдая такое недвусмысленное проявление чувств у Роджерсового цума, сказала явно что-то пошлое, отчего Капитан Америка даже немного порозовел щеками, но лицо удержал и посмотрел на соратницу своим самым суровым взглядом. Брок подошёл поближе, но мешать старшим по званию не стал, и, не привлекая внимания, приземлился за соседний столик. — Я в процессе, — донёсся до него мягкий, но непреклонный голос Капитана, который явно не желал развивать тему, поднятую Романовой. Однако, на русскую чужие желания никогда не производили особого впечатления, поэтому она продолжила свой, вроде как, дружеский монолог. — Думаю вам с этой дамочкой, владелицей серого цума, стоит съехаться, — и не поймёшь серьёзно ли рассуждает рыжая шпионка или так, дружески подъёбывает Честь и Совесть Америки… — Спасибо, Наташа, — сквозь зубы тихо прорычал Роджерс, — я разберусь. — Ладно-ладно, — легкомысленно выдала та и, аккуратно поцеловав Роджерса в щёку, ускакала по своим делам. Романова была не в курсе чей это серый цум так нагло домогается питомца её обожаемого Стива, но вот остальные посетители кафетерия — знали и кто, и что, и как, и даже где. К вечеру только глухой в ЩИТе не слышал, что Капитан Америка съезжается с командиром Страйк Броком Рамлоу. Брока вызвали последовательно Хилл, Коулсон и Фьюри, уточняя правдива ли информация. И хотя он всем троим твёрдо ответил, что это всего лишь домыслы Наташи Романовой, ему, похоже, никто из них не поверил. Символ Нации ходил смурной, ему тоже досталась своя «минутка славы». Его посетили все члены «Мстителей», забежали девочки из бухгалтерии, из отдела инновационных разработок, поймала глава аналитиков, вызвал к себе представитель ООН, а также проехались по ушам всё те же Хилл, Коулсон и Фьюри.

***

К восьми часам, когда рабочий день был уже давным-давно закончен, а вот отчёты Брока, к сожалению, нет — начальство ввалилось в тренерскую Альфы раздражённое и помятое. «О, — подумал Брок, — а Честь и Совесть-то по ходу голодные», и оперативно полез за заначкой: с некоторых пор он хранил большие плитки шоколада везде, где мог пересечься с голодными или недовольными суперсолдатами. В этот раз под руку Брока попалась полукилограммовая плитка молочного шоколада с ромом и изюмом, которую начальство с благодарностью во взгляде проглотило буквально за минуту. — Полегчало? — поинтересовался Рамлоу. — Немного, — ответило начальство. — Ты уже в курсе слухов, курсирующих в ЩИТе? — Да, меня уже даже вызывал на профилактическую беседу наш цербер. Стив прыснул: — Что, все три головы? Брок только кивнул, при всей своей старомодности, Стив Роджерс удивительно быстро ловил современные тренды и культурные отсылки даже на то, о чём слышал лишь краем уха. Суперсолдат, что тут скажешь — и мозг, и память, и способность анализировать — всё на максимуме. Капитан только вздохнул: — Со мной тоже пообщались. Долго объясняли, что такое харрасмент и чем мне грозят принудительные сексуальные действия в сторону подчинённого. Брок даже бровь от удивления поднял — это кто там, интересно, такой смелый — намекать Чести и Совести целой страны на вот такое вот непотребство? — Проблема в том, что мне звонил президент Эллис. — И? — До них в Белом Доме слухи тоже дошли, и Администрация очень хочет видеть меня женатым человеком. — По-моему, это не их собачье дело, — вызверился Брок. Будут ещё всякие политики диктовать с кем Стиву спать, с кем жить, и с кем под венец идти. — Я, конечно, указал им на это, — успокаивающе положил ему руку на плечо Стив. — Поэтому съезжаться мы с тобой не будем, по крайней мере пока. Но я бы хотел пригласить тебя на ужин. Где-то между пунктами о «пока не съезжаемся» и «ужин, подозрительно похожий на свидание» затесалась причина всех этих танцев с бубнами вокруг командира Альфа Страйк, но Броку никак не удавалось её уловить. — Ладно, сегодня хочу рыбы. Ужинали молча, не то, чтобы им было не о чем поговорить, но день вымотал обоих — не столько физически, сколько морально. Брок ненавидел, когда в его личную жизнь лезли, да ещё так беспардонно. И подозревал, что Стив в этом с ним солидарен. — Но вообще, чисто гипотетически, — начал Стив, — как бы ты отнёсся к соседу? — У меня уже есть один, — Брок кивнул на развалившегося в середине стола Вара, блаженно прижавшего к себе Голубого (так и не получившего имя) соплеменника. — Я имел в виду двуногого, — чуть улыбнулся Роджерс. И вот что ему отвечать? Что Зимний Солдат прочно занял гостевую спальню, поэтому Брок никого не может привести в дом даже на время? Врать не хотелось, да и не верилось Броку, что его ложь супер проглотит не жуя. Пришлось обходиться полуправдой. — У меня живёт сослуживец, пострадавший в зоне боевых действий. Он не слишком здоров и физически, и ментально, да и идти ему некуда. Так что прости, но гостевая спальня занята. — Но у тебя ведь три спальни? — уточнил занудный Капитан Америка. — Тебя выгоняют из корпоративного жилья? — Брок попытался свернуть опасную тему. — Нет, я же гипотетически интересуюсь, — очаровательно улыбнулся Стив, и от этой улыбки Брок слегка завис. Вар призывно цумкнул, Брок вздрогнул и в который раз поразился насколько этот хитрый засранец, зовущийся Стивом Роджерсом, умеет играть милых наивных парней, при этом беззастенчиво добиваясь своего почти любыми доступными ему способами. После ужина Стив настоял, что проводит Брока прямо до дома, и у того уже поджимались булки от неприятного ощущения чем этот перфоманс для него может закончиться. Брок не мог даже предупредить Принцессу, что приедет не один — тот принципиально не пользовался телефоном, хотя другие технические новинки просто обожал. Доехали быстро, выгрузились из Брокова джипа, и поднялись на крыльцо. Брок специально громко топал и долго звенел ключами в замке, чтобы оба гостя — и двуногий, и летучий — успели куда-нибудь деться. Не то, чтобы это помогло от суперсолдата, если тот всё же решится искать соседей… Но командир Альфы надеялся на профессионализм Зимнего — тот обладал огромным опытом, и в мимикрии под окружающую среду ему не было равных. Зайдя внутрь, Роджерс прошёл в гостиную, оценил и усиленную мебель, и безделушки, натащенные Солдатом в неимоверных количествах, и тёплый шерстяной плед, и плюшевые диванные подушки таких вырвиглазных цветов, что у кого-нибудь менее здорового легко бы вызвали эпилептический припадок, но больше никаких лишних телодвижений не сделал, дисциплинированно сев ровно на середину дивана. Сам Брок прислушался — в доме было абсолютно тихо — значит Зимний успел свалить. Успокоенный, он ушёл на кухню: заваривать чай и шуршать в шкафах в надежде, что его домашний проглот сожрал не всё печенье. Когда хозяин вошёл в гостиную, неся в руках поднос с чашками и маленьким блюдечком с остатками печенья (Зимний сожрал не всё, но лучше бы не издевался и подъел эти несчастные четыре печеньки), Роджерс, изображая воспитанного гостя, сидел на диване — хотя Брок мог поклясться, что слышал шорохи на лестнице и в хозяйской спальне. Цумы куда-то свалили — Брок лишь надеялся, что Вар не затащил Голубого в своё комодное гнездо — там всё было пропитано запахом Яши и капитанскому цуму это вряд ли бы понравилось. А снова быть свидетелем цумьей драки Броку не улыбалось. — Твой сосед не против моего визита? — спросил Роджерс. — Схожу узнаю, — ответил Рамлоу. Он сильно сомневался, что Зимний остался в доме, но, демонстративно громко шаркая ногами, поднялся по лестнице и вошёл в гостевую спальню. Здесь было пусто, кровать стояла заправленной, в комнате появилось шикарное кожаное кресло и полка с кучкой каких-то металлических моделек то ли копий реальных механизмов, то ли просто инсталляций под стимпанк. Зимний появился буквально двадцать секунд спустя, просто материализовался у окна, будто всегда там стоял. — У нас гости, — тихо сказал Брок. — Стивен Грант Роджерс. Тот кивнул, цель восьмого уровня он помнил. — Свалите пока куда-нибудь, и опасное заберите с собой. — Голубой, — вдруг тихо спросил Зимний, — его? Брок понял, что тот про капитанского цума и кивнул. — Stiopa, — Брок чуть лоб себе не разбил, опять эта мания давать цумам имена. — Стиопа, — попытался повторить он. — Стёпа, — кивнул Зимний, и, вытащив тяжеленную сумку из-под кровати, подхватил Яшу и растворился в темноте. Брок ещё раз прошёлся по спальне, внимательно осмотрел общую ванную на втором этаже, но ничего компрометирующего не заметил — ни огнестрела, ни ножей, ни мин, ни гранат. Даже растяжки Солдат за собой убрал. Вернувшись в гостиную, Брок сел в кресло напротив дивана и невозмутимо принялся пить чай. — Соседа нет дома, — отчитался он под требовательным взглядом Капитана Америка. — Так что он не против. — Хорошо, — благосклонно кивнул тот. — У тебя здесь очень приятно. Брок с тоской понял, что начинается та самая часть с обязательными светскими разговорами на строго разрешённые темы, и уже морально приготовился страдать, когда Роджерс неожиданно удивил его. — В Бруклине мы жили очень бедно, порой обходясь без вещей первой необходимости. Но у меня всегда была мама, а после и Баки — лучший друг и семья. Я никогда не чувствовал себя одиноким. Он помолчал. — В этом же времени есть всё: от тёплых полов до звонков на другой конец света. Почему же люди так одиноки? Броку было нечего ответить на это — он не жил в двадцатые годы прошлого века, да и не считал современных людей такими уж одинокими. В конце концов одиночество кроется внутри, а не снаружи — у него были знакомые, бывшие тотально одинокими в огромной толпе, а были те, кто чувствовал себя неодиноким, даже проживая на условно необитаемом острове. — Думаю, каждый просто должен найти своего человека, — помолчав продолжил Стив. — И цумы помогают в этом как никто. — Цумы? — удивился Брок. — Типа свах? — Не настолько прямолинейно, — усмехнулся Роджерс, — но, по существу, верно. Цумы подбирают идеальных партнёров — романтических или платонических — это уж как люди сами договорятся. Что ж, теперь все эти танцы с бубнами начинали обретать смысл. — И какой из вариантов партнёрства со мной тебя устраивает больше? — поинтересовался Брок, потому что не знал какой устоит его самого. — Посмотрим, — задумчиво глядя ему в глаза ответил Роджерс. — Где, кстати, цумы? Вар со Стёпой нашлись на балконе — сидели на перилах, прижавшись боками, и смотрели на звёздное небо. Цумы издавали тихое «цум-цум» в такт, будто читали стихи или пели песню. Был ли это гимн их родины, романтическая проза или боевой клич? Кто знает. Старк, безуспешно пытающийся создать переводчик с цумьего на человеческий, махнул на эту затею рукой — «Слишком однообразные звуки», таков был вердикт гения. Вдвойне странно, что Зимний Солдат (да и Капитан Америка) своих цумов понимали почти так же хорошо, как и окружающих их людей. И никакие «однообразные звуки» им в этом не мешали. Но что-то настолько обречённое было в позах Вара и Стёпы, что ни Брок, ни Стив не стали их беспокоить. Они остались поодаль, любуясь звёздами, тонким серпом вышедшей луны и тёплым ветром, обдувающим кожу. — А знаешь, — тихо произнёс Стив, — цумам ведь тоже больше некуда пойти. Брок никогда не думал о вторжении цум-цумов в таком ключе: что они не временные гости, а постоянные переселенцы. Что, возможно, с их родиной случилось что-то ужасное и у них больше нет дома. Что они тоже ищут свое место, где им будут рады, где их будут ждать и, чем чёрт не шутит, может быть даже любить. Каждому нужен свой дом. Даже «инопланетным сосискам».