Тень у обелиска

Глава 3

Рассвет бледной полосой выглянул из-за горизонта, постепенно освещая враждующий мир еще холодными лучами апрельского солнца. Голодные и уставшие, они наконец-то вышли к пустынному перекрёстку и без сил свалились в придорожную канаву. —И что дальше? — поинтересовался Андрей Осе́нев, устремив усталый взгляд на Терехова, который в глубокой задумчивости потёр подбородок. —Постараемся оставаться незамеченными и ждать советских машин. — он сел под дерево и закурил. - Отдохните. Воцарилась громкая тишина. Каждый был настолько измотан, что сил хватало только на то, чтобы сидеть и молчать, по чуть-чуть вдыхая прохладный утренний воздух. За эту долгую ночь, под строгими взглядами Терехова, медики всё-таки наладили отношения между собой, поэтому сейчас, расположившись бок о бок и скрестив руки на груди, Ваня опустил тяжёлую голову на плечо Осенева и прикрыл глаза. Тоже самое сделала и Наташа. Андрей смерил «соседей» недовольным взглядом и хотел было возмутиться, но промолчал, тяжело вздохнув и запрокинув голову. "Вот так бы сразу, — пронеслось в голове у Александровича, – они выносливее, чем я думал...правда сдержанности бы побольше и поменьше юношеского максимализма, а так неплохо, - он глухо усмехнулся своим же мыслям, невольно развивая их дальше, - война коснулась их слишком рано....слишком” Он задержал внимательный взгляд на Ване и Андрее, с которыми успел познакомиться ещё до войны в университете своего хорошего знакомого и губы дрогнули в слабой улыбке: Терехов прекрасно помнил, как парни выясняли отношения из-за оценок, каждый божий день стараясь обогнать друг друга и вписать свою фамилию на первое место таблицы успеваемости. И даже с началом войны, попав к нему в медбатальон, не обходились без колких слов в адрес друг друга и не обходятся до сих пор. “Слава богу им не выдали оружие... - мысленно выдохнул главврач, — и все таки хорошо, что я практически сразу дал им понять, что действовать поодиночке равносильно самоубийству. Их неприязнь друг к другу не должна ставить крест на медицине, особенно на тысячах жизнях, - он сделал последнюю затяжку и избавился от окурка, не сводя внимательного взгляда с юных медиков, - если они выживут, их ждёт большое будущее...и девчонку, кстати, тоже...давно не видел таких талантливых ребят...главное им не сболтнуть, а то ещё зазна́ются.” Андрей лениво потянулся. —Черт возьми, ребят, вы в край охренели, — он устало фыркнул, смотря на две темные макушки на своих плечах, — вам что, места мало? —И откуда у тебя силы на возмущения? — вздохнула Наташа, не поднимая головы. —Для вас всегда найдутся. —И правда, чего это я, — опомнился Калинин и, зевнув, отсел от бывшего однокурсника, положив чугунную голову на согнутые колени. —Вот-вот, — удовлетворенно бросил Осенев и, смирившись с девушкой на левом плече, прикрыл глаза, - так бы сразу, а? –Иди ты. –Сам пошёл. –Да ладно вам... – Наташа потерла висок, – перестаньте хотя бы на пять минут. Парни синхронно сделали вдох, чтобы начать словесную перепалку, однако быстро поняли, что сил на пререкания нет и с раздраженным цыком промолчали, вслушиваясь в напряженную тишину апрельского утра, казавшуюся чем-то сверхъестественным после нескольких месяцев непрерывного боя. Эта тишина длилась довольно долго, пока глухой гул мотора не заставил всех оживиться. —Быстро сюда! — резко скомандовал Терехов, призывая парней и девушку сию же минуту убраться из придорожной канавы. Медики вскочили мгновенно, и, преодолевая ноющую боль во всем теле, поспешили к лесу. Андрей первым забрался на земляное возвышение и протянул руку Наташе. Девушка без лишних слов воспользовалась помощью и уже через секунду скрылась в лесной чаще вместе с главврачом. Калинин выжидающе посмотрел на Осенева, и тот, раздражённо выдохнув, все таки протянул руку. В один миг оказавшись на лесной стороне, они скрылись из видимости в самый последний момент. Дорога, которая несколько минут назад спокойно простиралась вдоль леса, сейчас дышала клубами пыли, вылетающими из под колес военной техники. Владимир Александрович внимательно всмотрелся в машины и, узнав советские знаки, победно шепнул: —Наши. Выходим с поднятыми руками, чтобы не дай бог. Все уверенно кивнули и уже через несколько минут стояли на дороге, беседуя с красноармейцами. —То есть, откуда вы говорите? — изумился водитель одной из машин, изучая врачей внимательным взглядом. — Пятый батальон? —Да. За нами должны были приехать, — внёс ясность Терехов, — но, как видите, пришлось идти на своих двух. —Долго же вы шли, — подытожил второй солдат, оценивающе взглянув на потрёпанный вид медиков, — парни пусть сюда прыгают, — он указал на одну из кабин, — а вы с девушкой сюда, здесь попросторнее будет. Только быстрее, мы и так опаздываем. Врачи благодарно кивнули и в одну секунду расселись по кузовам, наконец то выдохнув с неимоверным облегчением: спасены.

***

—Боже мой, ты сколько тут сидишь? – зевнул Женя, щурясь от желтого света настольной лампы. - Спать вообще собираешься? Ваня нехотя оторвался от конспектов и устало посмотрел на друга, который по непонятным причинам проснулся посреди ночи. —Еще немного. - бросил он равнодушно, снова погружаясь в изучение подпольной хирургии. - Иди спи. Такой ответ явно не удовлетворил Шкловского: он нахмурился и в одно мгновение оказался возле друга, без лишних слов выключив настольную лампу, на что Калинин недовольно цыкнул. —Всё, спать. Рабочее время давно закончилось. —Мне нужно доучить, Женя, — тяжело вздохнул тот, потерев переносицу, — иди спать правда, — он потянулся к выключателю, но старший ловко перехватил его руку, заставив сдаться. —Осенев снова обойдет меня, — выдавил из себя друг, потупив взгляд, — ты не понимаешь, ка́к для меня важно сдать всё на высший балл... ну конечно, когда вся семья – медики, учиться вообще раз плюнуть, — он говорил негодующим шепотом, уже не в силах сдерживать эмоции, — они могут объяснить все, что недослушал на лекциях, не то, что я: один на один с этими конспектами…называется, крутись как хочешь, хоть об стену бейся, — он положил голову на стол и запустил пальцы в мягкие волосы, сжимая их в немом бессилии. Женя сочувственно покачал головой и присел на корточки, нежно пробежавшись пальцами по непослушным каштановым прядям, заставив их обладателя повернуть голову. Даже в темноте они смогли найти глаза друг друга. Шкловский мягко улыбнулся, по-дружески щёлкнув парня по кончику носа. Тот нахмурился, однако где-то в груди что-то приятно щелкнуло. —Завтра пораньше встанешь. На свежую голову все запоминается легче, — Шкловский мягко улыбнулся, — Андрей и близко не стоял с тобой. По крайней мере для меня. Подумаешь, родители медики, — он наигранно закатил глаза, — нашел чем хвастаться. Ты учишься с помощью лекций, практически самостоятельно, разве это не на несколько уровней выше, м? —Возможно, — устало улыбнулся Ваня, немного остыв. —Ну вот, — Шкловский взъерошил волосы младшего, — в любом случае у вас будет одна задача: спасать жизни. —Это не значит, что я сдамся, — буркнул Калинин и встал из-за стола, - я докажу, что быть хорошим врачом можно и без влиятельной родословной. —Хорошо, только не сиди мне здесь ночью, — усмехнулся друг, уходя в свою комнату. —Посмотрим. Женя вернулся к себе, сел на кровать и, подогнув одно колено, уставился в окно, где сквозь густые ночные тучи просачивался бледный свет круглой луны, слабо освещающий темную комнату. Калинин зашел и тихонько сел рядом. Он внимательно проследил за умиротворённым взглядом друга и, расслабленно улыбнувшись, положил голову на крепкое плечо, зевая. —Иди спать, — шепотом посоветовал старший, не желая тревожить воцарившуюся тишину, — не выспишься. —Я по любому не высплюсь, — шепнул Ваня и, положив ладонь на теплую руку товарища, только сейчас краем глаза заметил новую картину на холсте, разбросанные тут и там палитры, краски и разноцветные пятна на руках друга. Он без труда понял, что Шкловский сам не спал, вырисовывая очередной пейзаж на продажу и от этого сердце болезненно сжалось. Когда-нибудь он обязательно вернёт деньги за свое содержание. —Расслабься, — мягко улыбнулся художник, будто прочитав мысли, — мне от тебя ничего не нужно. —Совсем ничего? —Ага. Ваня глухо усмехнулся и прикрыл глаза, неосознанно обняв перепачканную всеми возможными цветами руку. “Жаль, что ему  ничего не нужно. — вдруг пронеслось в голове. — У меня бы нашлось что-то помимо купюр, — он уткнулся холодным носом в теплое плечо друга, полной грудью вдохнув его запах, — интересно, ты знаешь об этом?»