Four To The End - Book One

10.09.1971 Дорогие мама и папа, Уже прошло чуть больше недели. Я пропустил занятия в понедельник и вторник, но у меня было пять дней и я посетил все занятия кроме полётов которые начнутся во вторник. Я не с нетерпением жду их. Помните, как я упал с дерева и сломал руку? В смысле, со мной всё было в порядке, но с тех пор я немного боюсь высоты. Помнишь когда ты пытался заставить меня залезть на яблоню, папа, и я начала плакать? Вот почему я не особо хочу идти на занятие по полётам. Высота меня немного пугает. Я знаю что даже если я упаду то со мной всё будет в порядке на все 100%, но мне всё равно это не нравится. От этого у меня всё внутри переворачивается. Общежитие Гриффиндора находится в высокой башне, а я хочу сидеть на подоконнике и читать, но каждый раз когда я смотрю в окно... бац, и мой живот скручивает. Астрономическая башня — самая высокая башня во всей школе, но её вершина достаточно широка, поэтому мне не нужно стоять на краю, и мы смотрим в телескопы вверх, а не вниз, так что всё в порядке. Трое из моих соседей по комнате постоянно пытаются со мной заговорить, и я боюсь что если я буду их избегать это вызовет у них подозрения. Я знаю, что заводить друзей — это плохо, и я не могу себе это позволить, но они продолжают со мной разговаривать, и если я буду отталкивать их не начнут ли они задаваться вопросом, почему? Я не хочу быть грубым с ними. Может быть, мне придётся. Пока что я получаю оценки «отлично» за все домашние задания, кроме Защиты от тёмных искусств. Я точно не знаю что делаю не так, но всё равно получаю проходные оценки, по крайней мере. Я буду стараться лучше, обещаю. Весь день идёт дождь, поэтому в общей комнате очень многолюдно. Мне, наверное, следовало бы быть в общежитии, но там двое моих соседей по комнате, и одному из них я совсем не нравлюсь. Ремус начал писать следующую строчку, когда раздался громкий БУМ!!!, и из-за этого внизу страницы появилась большая полоса чернил. Все в общей комнате смотрели на какой-то укромный уголок, откуда валил дым. Префект направился туда когда Поттер и Блэк, шатаясь, вышли из дыма, громко кашляя и размахивая руками чтобы стряхнуть дым с лиц. — Всё не так уж и плохо…! — сказал Поттер. Петтигрю вывалился наружу, весь покрытый сажей, отчего стал почти таким же черноволосым, как его друзья, а волосы у него встали дыбом; его школьная майка и галстук были слегка опалены. — Что вы со мной сделали?! — взвизгнул он, хватаясь за волосы. Он попытался прижать их, но они снова встали дыбом. Несколько человек рассмеялись. — Прическа с торчащими вверх волосами сейчас в моде, — спокойно сказал Блэк. — Ты же говорил, что отрастишь мне волосы! — воскликнул Петтигрю, который с самого начала учебного года ужасно стеснялся ужасной стрижки «под горшок», которую родители заставили его сделать. — Ты меня просто изуродовал! — Нет, всё порядке, — сказал Поттер, стряхивая сажу с рубашки Петтигрю. — Видишь? Всё в порядке. Ремус невольно усмехнулся и поудобнее уселся в кресло, заканчивая письмо. В любом случае, мама, пожалуйста, не беспокойся о доме для полнолуний, он на самом деле очень хороший, и я думаю что наличие мебели которую можно грызть помогает мне не так сильно увечить себя. Посмотрим что будет в следующий раз. В этот раз было немного тяжело так как я был в новом месте, и я думаю это расстроило волка. Я очень надеюсь, что у вас обоих всё хорошо. Я очень скучаю по вам и с нетерпением жду встречи с вами на Рождество! С любовью, Ремус P.S. Не обращайте внимания на большую линию поперёк страницы, был громкий шум, и я испугался.

***

В выходные Ремус держался совсем один, или по крайней мере изо всех сил старался это делать. Он провёл субботнее утро и день в библиотеке, заканчивая все свои задания, а затем занимаясь поиском информации о том, как облегчить себе занятия по зельеварению. Он не хотел затыкать нос полностью, так как предполагал что если не сможет дышать носом, то вероятнее всего запаникует, но ему нужно было что-то найти. Было несколько заклинаний, которые могли бы сработать, и он тщательно записал их, чтобы попробовать позже. После ужина он пошёл в свою комнату в общежитии, зная что Эванс и её друзья будут в библиотеке, и он хотел избежать встречи с ними, но в то же время хотел присоединиться к ним. Когда он добрался до общей комнаты, то обнаружил небольшой хаос: несколько человек стояли на мебели, а множество других студентов бегали вокруг. Ремус наблюдал как мимо пробежала мышь за которой следовал старший студент. — Акцио мышь! — сказал кто-то ещё, и мышь отлетела и тут же была засунута в клетку. — Что… что происходит? — Ремус спросил одну из первокурсниц, которая пыталась учиться, подняв ноги с пола. — Кто-то украл пару клеток с животными, которых МакГонагалл использовала для уроков трансфигурации, и выпустил их на свободу, — ответила Алиса Колгейт, бросив на него раздраженный взгляд. — Три попытки угадать, кто это был. Мыши, жабы и… ах да, кролики, — добавила она, когда мимо них промчался кролик. Ремус вздохнул и поднялся в свою комнату где и обнаружил виновников сидящих на кровати Поттера и безудержно смеющихся. Волосы Петтигрю, по крайней мере вернулись в более менее нормальное состояние, хотя кончики все еще были немного торчащими. Все трое ухмыльнулись когда вошел Ремус, спросив, остались ли еще животные на свободе. — Да… довольно много, э-э… довольно много, — ответил Ремус, бросив сумку на кровать. — Здесь нет никаких… здесь никого нет? … — Нет, только в гостиной, — пообещал Блэк. — Боишься кроликов? — Ужасно боюсь, — сказал Ремус, снимая ботинки и поднимая взгляд, чтобы увидеть, как все трое смотрят на него с тревогой. — Эм, это был… был сарказм. — О, фух, — выдохнул Поттер. — Эй, хочешь поиграть в карты? Питер научил нас нескольким магловским карточным играм. Ремус покачал головой и задумался о том, чтобы спуститься обратно в гостиную, но не хотел контактировать с животными и гоняться за ними. Потом он подумал, может, просто спрятаться под кровать, но не хотел казаться еще более странным коим уже являлся в их глазах, поэтому, наконец он поджал ноги под себя на кровати и вернулся к размышлениям о том, как сделать запахи на уроках зельеварения менее сильными. Почти сразу же раздался треск помех, и он взглянул в сторону, увидев как Поттер регулирует ручку на каком-то навороченном радиоприемнике пока не дохшел до рок-станции. Затем Поттер спросил Ремуса, не возражает ли тот против музыки, и Ремус снова покачал головой. На самом деле, было довольно приятно сидеть и читать, пока остальные трое играли в карты и смеялись. Ремусу пришлось прикусить язык, чтобы не рассмеяться над некоторыми шутками которыми они обменивались. Над одной особенной игрой слов он не смог удержаться от смеха, а затем начал краснеть, когда они посмотрели на него. Он пробормотал извинение и подумал о том, чтобы задернуть шторы, но… — Эй, Люпин, чем спортсмен лечил свою сыпь? — спросил Поттер, и Ремус нахмурился. — Отдыхом. Ремус фыркнул и прикрыл рот рукой. — Ужас! — выдавил он сквозь смех. — Люпин, какая часть тела кентавра имеет больше волос? — спросил Блэк. — Э-э-э-э-э-э-э-э… — Наружная, — перебил его Блэк, и Ремус захихикал ещё сильнее. — Как называются два игрока в квиддич, которые живут в одной комнате? — спросил Поттер, и Ремус беспомощно пожал плечами, ожидая каламбура. — Соседи по метле. — Это вызвало у него ещё больший смех. — Эй, Люпин, как в дом завести фантастического зверя? — спросил Блэк, и Ремус просто ждал. — Через… дверь Грифона. Он сполз на пол, закрыв лицо книгой, пытаясь сдержать смех. — Это ужасно! — Расскажи хотя бы один, — сказал Поттер. — Нет-нет, я-я-я не знаю ни одного, — возразил Ремус. — Да ладно, ты должен знать хотя бы одну шутку, — умолял Блэк. — Давай, расскажи нам хотя бы одну! — добавил Петтигрю. Ремус ломал голову, пытаясь придумать шутку, которая не была бы слишком глупой или странной. Ничего толкового ему не приходило в голову, ничего настолько простого и остроумного, как те шутки что они рассказывали. Все они ждали и смотрели на него, и это было слишком. — Ну, а как насчет того, чтобы ты присоединился к нам поиграть в карты? — сказал Поттер, заметив панику в глазах маленького мальчика. Облегчение охватило его. — Нет, спасибо. Все трое вернулись к своей игре, и Ремус снова уткнулся в книгу, но... — Эй, Люпин? — спросил Блэк, снова подняв взгляд. — Почему потолок в Большом зале заколдован так, чтобы выглядеть как небо? — Это... это в буквальном смысле... — Потому что если бы он был заколдован так чтобы выглядеть как земля, он был бы просто коричневым с кучей червей. Блэк засиял, когда Ремус снова фыркнул и захихикал, прячась за книгой.

***

В воскресенье Ремус наконец-то проявил свою гриффиндорскую натуру и после ужина отправился в библиотеку. Он несколько раз останавливался и пытался обернуться, думая: Нет, не стоит, не стоит! Наконец он проскользнул в библиотеку, игнорируя взгляды библиотекаря. Он прекрасно знал почему мистер Фарроу его недолюбливал: библиотекарь с подозрением относился к любому, кто проводил в библиотеке чрезмерное количество времени, а поскольку Ремус проводил там большую часть своего свободного времени… он относился к этой группе лиц. Он прокрался по проходам и наткнулся на стол у западной стороны библиотеки. Эванс сидела за столом с несколькими другими студентами. Они шептались об уроке истории, когда Ремус глубоко вздохнул и нервно шагнул вперед. — Э-Эванс? Она повернулась и посмотрела на него широко раскрытыми зелеными глазами. — О, Люпин! Привет! Присоединяйся к нам? Она убрала книги со стула рядом с собой. — Эм… если… если… если… вы не против, — пробормотал Ремус, садясь, надеясь, что другие студенты… не будут против его присутствия. — Всё хорошо, чем больше людей - тем лучше, — бодро сказала Эванс. — Ты всех здесь знаешь? Ремус… покачал головой. Единственное имя, которое он помнил, была Матильда Твикросс,… тоже гриффиндорка, и Эванс видимо понимала что представлять её не нужно. — Это… Саймон Боунс, — сказала она, указывая на рыжеволосого парня с Пуфендуя. — Это Кира Пирс. — Тоже с Пуфендуя, смуглая кожа и длинные косы. — Это Рейвен Крафт. — Когтевранец с хмурым выражением лица, тот самый который спросил Ремуса почему он не когтевранец, после их первого урока астрономии. — И Флоренс Баклинг. — Рейвенкло, очень круглый, с длинными блестящими каштановыми волосами. — А это Ремус Люпин. — Лили указала на него — Мы только что обсуждали Эмерика Злого, — сказал Крафт. — И волшебника, который его победил, и что стало причиной всего этого. — В смысле, довольно очевидно, что стало причиной, — сказала Пирс, махнув рукой. — Он же не известен как Эмерик Приятный. — Я думала, он Эмерик Ящер… Эгг что-то там», — сказал Боунс. — Нет, это Эгберт, волшебник, который победил Эмерика, — сказала Эванс, листая свой учебник истории. — Эгберт Egrigious ( Egrigiuous можно перевести как ужасный ). Это сложно даже произнести. —Что вообще значит «Egrigious»? — спросила Твайкросс, сморщив нос. — Плохой, — сказал Ремус. — Э-э, злой… — Что? Зачит, это, по сути, Эмерик Злой и Эгберт Злой? — спросил Баклинг. — Я думала, Эгберт был добрым, раз он победил злого волшебника? — спросила Твайкросс, постукивая пером по пергаменту. — Я написала, что он хороший волшебник… Это втянуло всех кроме Ремуса в большую дискуссию об Эмерике и Эгберте, следует ли считать Эгберта хорошим за то, что он убил злого волшебника, и что он сделал чтобы считаться ужасным? В учебнике истории это было не совсем ясно и даже не упоминалось, что Эгберт не был хорошим человеком. — Ты уверен, что egregious означает плохой? — спросила Эванс, и Ремус кивнул. — Я пойду посмотрю, есть ли в другой книге больше информации. Нет! подумал Ремус, когда она встала из-за стола. Он едва знал Эванс, но, по крайней мере, она иногда с ним разговаривала, а теперь он остался один с кучей людей, которых совсем не знал, и его сердце начало сильно колотиться в груди. Крафт сказал что-то о том, зачем Эванс вообще берет книгу об Эгберте, если эссе было об Эмерике. Ему пришлось сделать глубокий вдох, прежде чем заговорить, надеясь, что никто не заметил, как сильно он вспотел. — Они… они нер..разрывно связаны, — заметил Ремус, а затем сглотнул, когда Крафт бросил на него довольно мрачный взгляд. — Как что-то может быть связано инстиктивно? — спросил Боунс. — Что это значит? — Неразрывно, — сказал Пирс, толкнув его локтем. — Э-э… ​​что это значит? ( Такие вопросы появились потому что слово Intrinsically которое сказал Ремус заикаясь Саймон услышал как instinctively) — Вероятно, это значит… тесно, — сказала Баклинг. — Думаю, да. Она посмотрела на Ремуса, который тревожно кивнул, а затем немного опустился на стуле, желая, чтобы Эванс поскорее вернулась. Он чувствовал, что его осуждают за использование этого слова, за знание значения слова «Egrigious». Он чувствовал, что хвастается, чего он совсем не хотел. Мне следует быть осторожнее с использованием разных слов. Эванс вернулась, бросив большую книгу на стол. — Ладно, кажется, я узнала еще кое-какую информацию… — Она открыла книгу, пролистав примерно четверть книги. — Здесь говорится, что Эмерик и Эгберт вступили в очень ожесточенную дуэль, и что Эмерик был полностью уничтожен Эгбертом, который затем забрал у Эмерика нечто, что дало ему огромную силу. — Возможно, то, что дало ему огромную силу превратило Эгберта в злодея, — предположил Боунс. — Там мало что говорится о том, что Эгберт делал до дуэли, но там сказано, что он «сошел с ума» от власти, так что, возможно ты прав. — Эванс закрыла книгу и снова села. — Его убили вскоре после этого. — Какое это имеет отношение к Эмерику? Эссе ведь о нем, — пожаловался Крафт. — Мы совсем отклонились от темы. — Они связаны, — сказал Баклинг. — Если только ты не собираешься полностью вырезать его смерть, чего честно говоря я бы не стал делать. Лицо Крафта порозовело. — Я собирался написать о его смерти! Все начали обсуждать различные варианты, и Ремус обнаружил что его затягивает в разговор, хоть он и говорил не слишком много, так как каждый раз когда он запинался и спотыкался, он чувствовал как все за спиной смеются над его неспособностью говорить как человек. Кроме Эванс. Он не понимал почему, но всякий раз когда они сидели вместе за едой, казалось что ей было всё равно что он чудак. После Эмерика они перешли к домашнему заданию по зельеварению, а затем к ЗОТИ. Ремус внимательно следил за последним заданием, желая получить как можно больше помощи. Что как оказалось не принесло никакой пользы. Они знают то же что знаю я, подумал он немного разочарованный. На самом деле, Крафт ошибается в ЗОТИ. Может быть, это эссе по Защите от темных искусств получит оценку «отлично». Группа разошлась в шесть сорок пять, чтобы все могли вернуться в свои гостиные до комендантского часа. Ремус, Эванс и Твайкросс поднялись на седьмой этаж, пока две девушки продолжали обсуждать кое-что Ремус просто молчал. Ему в основном понравилось время проведенное с группой, и он решил попробовать прийти снова следующим вечером. Кроме того он хотел переписать свои эссе по Истории магии и Защите от темных искусств, чтобы включить в них больше информации, которую он почерпнул из учебной группы.

***

Вторник после обеда пролетел слишком быстро, и в десять минут третьего Ремус шел с остальными гриффиндорцами к лужайке где их ждала хмурая ведьма с множеством метел лежащих на земле. Ремуса тошнило от предвкушения этого урока, и не помогало то, что Поттер постоянно хвастался тем что уже умеет летать. У него была своя метла, видимо прошлогодней модели, но он считал что в этом году не было необходимости покупать новую метлу, поскольку он будет проводить большую часть времени в школе, а свою метлу ему не разрешалось использовать. — Надеюсь, со школьными метлами все в порядке, — сказал он, направляясь к учителю. По крайней мере Ремус был не единственным кто был напуган. Эванс и Стратчерс были напуганы не меньше Люпина. Несколько других тоже казались немного обеспокоенными, но только трое действительно дрожали когда выстроились в ряд. Ремус каким-то образом оказался между Поттером и Петтигрю, а потом пожалел что стоит рядом с Поттером, потому что знал что тот всех затмит. Может быть он лжет, подумал Ремус, когда мадам Хуч представилась, а затем резко приказала всем встать рядом с метлой и объяснила, как взять метлу в руки. — Вверх! — хором воскликнули все, и единственная метла которая подчинилась оказалась в руке Поттера. Она взлетела вверх, и он ловко поймал её. Илиии же он не врал, с горечью подумал Ремус. Его собственная метла даже не сдвинулась с места. — Вверх! — все пошли повторять по второму кругу, и ещё пара метел попала в руки первокурсников. Один из слизеринцев, мальчик с сальными волосами, который произвёл впечатление на Слизнорта на их первом уроке, и Кассандра Инквуд, чернокожая девушка с пышным хвостиком из Гриффиндора. Метла Ремуса задрожала. — Вверх! Вверх! Вверх! Ремус был одним из тех кто смог подчинить метлу в последний момент, но не последним. Метла Петтигрю теперь катилась от него по холму. Все слизеринцы и несколько гриффиндорцев рассмеялись, когда Петтигрю пришлось догнать метлу и вернуться, сильно покраснев. — Я бы тоже от него убежал, — сказал один слизеринец, не потрудившись прошептать это. Мадам Хуч рассадила всех на метлы и обошла каждого поправляя сиденья и положение рук. Когда она подошла к Поттеру она бросила на него прищуренный взгляд, затем прошла мимо него, ничего не говоря, чтобы поправить положение Ремуса. Поттер усмехнулся. — Когда я свистну вы сильно оттолкнетесь от земли и подниметесь. Зависните в воздухе на минутку, затем опустите метлу наклонившись вперед. Вверх — это небо, вниз — это земля. Думаю, это достаточно просто даже для вас. Три, два, раз…! — Она свистнула, и Ремус изо всех сил пнул метлу, но ничего не произошло. С одной стороны от него Петтигрю попытался подпрыгнуть и упал, что снова вызвало смех у слизеринцев, а с другой стороны Поттер плавно поднялся в воздух. Блэк и Инквуд тоже смогли подняться в воздух без особых проблем. Напротив гриффиндорцев в воздухе находились четыре Слизеринца. — Не могу поверить, что Поттер поднялся в воздух со своей большой толстой головой, — громко сказал один из слизеринцев. — Не могу поверить, что ты поднялся в воздух, несмотря на то, что тебя тянет вниз весь этот гель для волос, - легко ответил Поттер. Хуч свистнула. — Это не матч по квиддичу, никаких оскорблений. Давайте, все поднимаемся! Ремус попытался снова, и метла дернулась вверх, а затем тут же упала обратно на землю, и он упал. Слизеринцы посмеялись над ним. — Вот что бывает, когда на факультете полно грязных идиотов, — сказала одна из девушек из Слизерина. — Я же СКАЗАЛА никаких оскорблений! — прорычала Хуч, хлопая в ладоши. — Ещё немного, и я выгоню вас с урока. Ох, Петтигрю, — вздохнула она, когда метла Петтигрю попыталась вырваться из его рук, и ей это удалось, Петтигрю снова упал на землю. Хуч пришлось вернуть метлу, а затем она попросила Поттера спуститься и поменяться метлами с Петтигрю. Поттер без проблем поднял эту метлу в воздух и начал быстро летать, пока Хуч не накричала на него за то, что он делает мертвую петлю и выпендривается.