Вирусное интервью|Малинник

Илья почти не спал, потому что каждый раз, когда он закрывал глаза, перед ним снова появлялся тот момент на льду, слишком близкий, слишком настоящий, чтобы его можно было просто вытеснить или сделать вид, что это ничего не значит. Утро пришло быстро, но легче не стало. Он лежал, глядя в потолок, и пытался собрать мысли в что-то понятное, но всё снова сводилось к одному — он не знал, что делать дальше, и это раздражало сильнее всего, потому что он привык контролировать ситуацию, понимать, где он находится и куда идёт, а сейчас всё было наоборот. Он резко сел, провёл рукой по лицу и уже собирался встать, как раздался звонок в дверь. Илья замер. Кто вообще… Он нахмурился, встал и пошёл открывать, даже не пытаясь угадать, потому что в таком состоянии он не ждал никого. Когда дверь открылась, он на секунду просто замер. — Ты серьёзно думал, что я оставлю это так? — спокойно сказала Эмбер, стоя на пороге с лёгкой усталой улыбкой, но внимательным взглядом, который сразу считывал всё состояние Ильи без лишних слов. Он моргнул, всё ещё не до конца понимая. — Ты… здесь? — Очевидно, — она чуть приподняла бровь, — пустишь или будем обсуждать это в подъезде? Илья отступил в сторону, пропуская её внутрь, всё ещё пытаясь осознать, что она реально приехала, а не просто позвонила, не ограничилась словами, а решила быть рядом. — Ты сумасшедшая, — тихо сказал он, закрывая дверь. — Возможно, — спокойно ответила она, снимая куртку, — но ты сейчас выглядишь хуже, чем обычно после провала, так что я решила, что это срочно. Илья усмехнулся, но в этом не было привычной лёгкости. — Всё настолько очевидно? Эмбер посмотрела на него внимательно, чуть наклонив голову. — Ты не умеешь скрывать такие вещи, — сказала она мягче, чем раньше, — особенно когда сам не понимаешь, что чувствуешь. Он опустил взгляд и прошёл в комнату, садясь на край кровати, потому что стоять было как-то слишком тяжело, будто тело не успевало за мыслями. Эмбер не стала задавать лишних вопросов сразу, просто села рядом, давая ему время, и это почему-то помогло больше, чем любые слова. — Я не знаю, что делать, — наконец сказал Илья, тихо, устало, и в этих словах не было привычной уверенности, только честность. — И это нормально, — спокойно ответила она. Он поднял взгляд. — Серьёзно? — Да, — она кивнула, — потому что если бы ты уже всё понял, это было бы странно. Илья провёл рукой по волосам, снова пытаясь разобраться в себе. — Это всё… слишком быстро, — сказал он, — ещё вчера мы просто… ничего, а сейчас… Он замолчал, потому что не знал, как закончить. Эмбер чуть улыбнулась. — А сейчас ты не можешь перестать думать об этом. Он посмотрел на неё. И не стал отрицать. — Да. Она кивнула. — Тогда у тебя есть только один вариант. Илья нахмурился. — Какой? Эмбер посмотрела на него прямо. — Перестать думать в одиночку и поговорить с ним. Он отвёл взгляд. Поговорить… Снова. После всего, что уже было. — А если это всё испортит? — тихо спросил он. Она чуть пожала плечами. — А если нет? Пауза. Илья молчал. Потому что ответа у него снова не было. — Ты боишься не того, что всё испортится, — добавила она мягче, — ты боишься, что это окажется чем-то настоящим. Он замер. Слова попали точно. Слишком. Он медленно выдохнул и опустил взгляд. — И что тогда? Эмбер чуть наклонилась. — Тогда ты разберёшься с этим, как обычно, — спокойно сказала она, — но сначала ты должен понять, что это вообще. Илья медленно кивнул, чувствуя, как внутри что-то начинает становиться яснее. Не полностью. Но хотя бы чуть-чуть. В это же время, в другой квартире, Петя сидел на диване, откинувшись назад и уставившись в потолок, потому что мысли снова крутились по кругу, не давая остановиться ни на одном варианте, ни на одном решении. Он не любил это состояние. Когда нет чёткого ответа. Когда всё зависит не только от него. Он выдохнул, когда услышал шаги. — Ты всё ещё об этом думаешь, да? — спокойно сказала Аделия, проходя в комнату и останавливаясь рядом. Петя усмехнулся краем губ. — Это так заметно? — Очень. Она села рядом, не нарушая его пространства, но и не оставляя одного с этими мыслями. — И к какому выводу ты пришёл? — спросила она. Петя на секунду задумался. — Что я не хочу делать вид, что ничего не было. Она кивнула. — Хорошо. — Но я не знаю, что он думает, — добавил он тише, — и это всё усложняет. Аделия чуть улыбнулась. — Конечно усложняет, потому что ты не один в этой ситуации. Петя опустил взгляд. — И что мне делать? Она посмотрела на него внимательно, как будто проверяя, готов ли он услышать ответ. — Поговорить с ним. Он тихо усмехнулся. — Слишком просто звучит. — Потому что это и есть просто, — спокойно ответила она, — сложно — это продолжать делать вид, что ничего не происходит. Он замолчал. Слова осели внутри. Медленно. Но точно. — А если он скажет, что это ошибка? — спросил он тише. Аделия чуть пожала плечами. — Тогда ты будешь знать правду. Пауза. — А если нет? Она посмотрела на него чуть мягче. — Тогда ты тоже будешь знать правду. Петя выдохнул, закрывая глаза на секунду, будто позволяя этим словам окончательно закрепиться. И впервые за всё время почувствовал, что решение начинает формироваться. Он открыл глаза и посмотрел в сторону. — Значит, нужно поговорить. Аделия кивнула. — Да. Они оба пришли к одному и тому же решению, которое казалось одновременно самым простым и самым сложным. Больше нельзя было молчать. Потому что теперь дело было не в том, что произошло. А в том, что будет дальше. И это можно было узнать только одним способом. Сказать всё вслух.