Часть 6
3 апреля 2026 г., 15:00
Утро началось слишком тихо.
Чимин проснулся раньше, но не двигался.
Рука Чонгука всё ещё лежала у него на запястье, словно даже во сне он боялся отпустить.
Он осторожно попытался высвободиться.
— Останься, — сразу прозвучало хрипло.
Чимин замер.
— Ты не спишь?
— Не сплю.
— Ты опять почти не отдыхал, — тихо сказал Чимин.
Чонгук приподнялся, внимательно вглядываясь в его лицо.
— Ты тоже.
— Я в порядке.
— Не говори так.
Раньше это звучало как забота.
Теперь — как контроль.
Чимин отвёл взгляд.
— Мне нужно на репетицию.
— Я с тобой.
— Чонгук…
— Я сказал, я с тобой.
Что-то в его голосе не оставляло места для спора.
И Чимин вдруг почувствовал странное напряжение.
Не от ситуации.
От него.
На репетиции всё стало очевиднее.
Чонгук не отходил ни на шаг.
Следил за водой.
Смотрел, сколько Чимин ест.
Сколько двигается.
Сколько отдыхает.
— Сядь, — тихо сказал он, когда Чимин остановился перевести дыхание.
— Я могу стоять.
— Сядь.
— Не надо со мной так разговаривать.
— Тогда не доводи себя.
Чимин резко повернулся к нему.
— Я не ребёнок.
— А ведёшь себя как..
Он замолчал.
Но было поздно.
Взгляд Чимина изменился.
Снова.
Закрытый.
Холодный.
— Я просто хочу, чтобы ты был в порядке, — уже тише сказал Чонгук.
— А я хочу дышать, — ответил Чимин.
И эти слова задели глубже, чем крик.
Днём стало хуже.
Именно тогда Чонгук заметил, как один из стилистов слишком долго поправляет рубашку Чимина.
Слишком близко.
Слишком внимательно.
Что-то внутри неприятно сжалось.
— Я сам, — резко сказал Чонгук, подходя ближе.
Он перехватил ткань из чужих рук.
Стилист удивлённо отступил.
— Всё нормально, я делаю свою работу, — спокойно сказал он.
— Теперь я, — сухо ответил Чонгук.
Чимин нахмурился.
— Чонгук, всё нормально.
— Нет, не нормально.
— Ты сейчас серьёзно?
— Да.
В воздухе повисло напряжение.
— Ты не можешь решать за меня, кто может ко мне подходить, — тихо, но жёстко сказал Чимин.
— Могу, если это касается—
Он замолчал.
Потому что сам не смог закончить.
— Касается чего? — перебил Чимин. — Тебя? Меня? Нас? Скажи уже.
Чонгук стиснул челюсть.
— Я просто не хочу, чтобы кто-то..
— Контролировал меня? — горько усмехнулся Чимин. — Интересно, кто сейчас это делает.
Эти слова ударили точно.
— Я не это имел в виду.
— Но именно это и делаешь, — тише сказал Чимин. — Ты следишь за мной, говоришь, что есть, где сидеть, с кем говорить…
Он сделал шаг ближе.
— Ты думаешь, это помогает?
Чонгук не ответил.
— Это душит, — почти шёпотом добавил Чимин.
И это было хуже всего.
Вечером напряжение не исчезло.
Оно только накопилось.
Чимин сидел на краю кровати, глядя в пол.
Чонгук стоял напротив.
— Ты сегодня опять почти ничего не ел.
— Начинается…
— Потому что ты игнорируешь.
— Потому что ты не даёшь мне ни секунды без давления!
Голос сорвался.
Резко.
Тишина разорвалась.
— Я боюсь за тебя!
— И я за себя боюсь! — тут же ответил Чимин. — Но это не даёт тебе права превращать меня в…
Он замолчал, сжимая кулаки.
— В кого?
— В проблему, которую нужно исправить.
Чонгук вздрогнул.
— Я не считаю тебя проблемой.
— Тогда перестань меня “чинить”.
Пауза.
Долгая.
— Я не ломался для тебя, — тихо сказал Чимин. — Я ломаюсь рядом с тобой.
И это… убило.
Чонгук сделал шаг назад.
Слова не находились.
Впервые за долгое время — он не знал, как быть.
— Я просто не хочу тебя потерять, — почти неслышно сказал он.
Чимин закрыл глаза.
— А ты не думал, что можешь потерять меня именно так?
Тишина.
Полная.
И окончательная.
— Мне нужно немного пространства, — сказал Чимин, не открывая глаз. — Не уходи далеко… но и не будь так близко.
Противоречие.
Которое было правдой.
Чонгук медленно кивнул.
— Я… попробую.
Чимин слабо выдохнул.
И впервые за всё время…
они оба поняли,
что любовь может не только спасать.
Но и ранить,
если держать слишком крепко.
