Тихое место 2: месть Гробоцвета.

      Эдди долго молчал, глядя в огонь, словно пытаясь выжечь в нём все сомнения. Пламя отражалось в его глазах, делая взгляд ещё темнее, глубже. Риган не убирала руки, всё ещё слегка касаясь его запястья, будто боялась, что если отпустит — он скажет «нет».       Наконец он медленно выдохнул и поднял голову. — Ладно, — сказал он тихо, но в голосе уже звучала сталь. — Я пойду.       У костра кто-то едва слышно облегчённо выдохнул, но Эдди сразу поднял руку, обрывая любую реакцию. — Но есть условия. Он перевёл взгляд на Сэмюэля, затем на Джима, и только после этого — на Эммета. — Я сам выбираю, кто идёт со мной. И если вы хотите вернуться живыми — вы будете слушать меня. Без споров. Без самодеятельности. Я сказал «стоять» — вы стоите. Я сказал «бежать» — вы бежите.       Он чуть наклонился вперёд. — Иначе вы не дойдёте даже до половины пути.       Сэмюэль кивнул без колебаний. — Справедливо.       Хоппер лишь хмуро буркнул, но не возразил. Эдди перевёл взгляд на Эммета. — Со мной пойдут: ты… Риган… Дастин… и Билли.       Тишина повисла мгновенно. Эммет резко повернул голову к девочке. — Нет, — сказал он жёстко. — Она не пойдёт.       Риган тут же вспыхнула, её руки задвигались быстро, почти резко. — Она говорит, что пойдёт, — перевёл Эдди, но в голосе его уже звучало напряжение. — И что это не обсуждается. — Обсуждается, — отрезал он, глядя на неё. — И я сказал — нет.       Эдди тихо усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. — Тогда у нас проблема.       Он откинулся назад, скрестив руки на груди. — Потому что из всех здесь только вы двое знаете дорогу.       Эммет замер. — Я знаю её достаточно. — Достаточно — это сколько? — спокойно уточнил Эдди. — До первого поворота? До первой развилки? Или до того момента, как ты ошибёшься на пару километров и выведешь нас прямо в логово тварей?       Эммет сжал челюсть. — Я выведу к горам, а потом и в город. — А если тебя убьют? — тихо, почти буднично спросил Эдди.       Риган замерла. — Что тогда? — продолжил он, не отрывая взгляда. — Мы будем стоять посреди этих двадцати километров и гадать, куда идти дальше?       Он кивнул в сторону девочки. — Она идёт. Не потому что я так хочу. А потому что это единственный разумный вариант.       Эммет молчал, тяжело дыша. Риган не сводила с него взгляда. — Завод в тринадцати километрах, — добавил Эдди уже спокойнее. — Я дальше семи не заходил. И не собираюсь играть в угадайку на такой дистанции.       Повисла долгая пауза. Наконец Эммет закрыл глаза и коротко кивнул. — …Хорошо.       Риган едва заметно выдохнула. Эдди тем временем продолжил: — Дастин идёт, потому что он техник. Если нам придётся ковыряться в оборудовании, открывать замки или настраивать что-то — он справится.       Он на секунду задумался, затем усмехнулся уголком губ. — И потому что мы с ним уже не раз вытаскивали друг друга из дерьма.       Хоппер тихо фыркнул, но спорить не стал. — А Билли… — Эдди перевёл взгляд в сторону, будто уже видел его перед собой. — Билли — это грубая сила.       Сэмюэль чуть приподнял бровь. — Ты уверен? — Нет, — спокойно ответил Эдди. — Но он будет полезен.       Он пожал плечами. — В крайнем случае… его можно будет кинуть тварям.       У костра кто-то нервно усмехнулся, не до конца понимая, шутка это или нет. Эдди же даже не улыбнулся. — Я серьёзно.       Он снова посмотрел на Сэмюэля. — Нам нужен кто-то, кто сможет сдержать их хотя бы на пару секунд, если всё пойдёт по плану «катастрофа». А Билли единственный бывший бодибилдер и качается каждое утро, как маньяк.       Сэмюэль медленно кивнул. — Значит, решено.       Эдди перевёл взгляд на Риган. — Ты идёшь, — сказал он чётко, чтобы она могла прочитать по губам. — Но слушаешь меня. Всегда.       Девочка не колебалась ни секунды. Она кивнула и в её глазах впервые за всё это время мелькнуло что-то похожее на надежду.

***

      Разобрав завалы на кухне и приведя дом в относительный порядок, Эдди на несколько минут задержался у двери в комнату сына. Он тихо приоткрыл её, заглянул внутрь и замер, прислушиваясь. Ровное, спокойное дыхание, мягкий силуэт под одеялом — всё было в порядке. Стивен спал крепко, несмотря на пережитый днем стресс       Эдди прикрыл дверь осторожно, почти бесшумно, и на секунду прижался лбом к косяку, позволяя себе короткий выдох. Затем выпрямился, натянул куртку и вышел в ночь.       Фродо тут же выскользнул следом, мягко ступая рядом, время от времени поглядывая на хозяина, будто проверяя — всё ли с ним в порядке.       Дорога к радиостанции была знакомой до каждого поворота. Эдди шёл быстро, но без суеты, механически отмечая тени, звуки, привычные ориентиры. Мысли в голове не утихали, но он уже отодвинул их в сторону — сейчас было не время.       Свет в окне станции горел.       Когда он вошёл, внутри царила совсем иная атмосфера, почти живая. Дастин, как обычно, сидел за столом, заваленным проводами, деталями и разобранной техникой, и что-то оживлённо объяснял Риган. Его руки не останавливались ни на секунду — он одновременно говорил, крутил отвёртку, перепаивал контакты и жестами дополнял свою речь, насколько мог.       Риган стояла рядом, внимательно следя за его губами. Она ловила каждое слово, иногда уточняла жестами, и в её взгляде впервые за всё время читался настоящий интерес — почти детский, если бы не вся тяжесть, что уже лежала за этим взглядом.       Фродо тихо прошёл внутрь и устроился у стены, свернувшись клубком. — Эдди! — Дастин заметил его первым и тут же вскочил, едва не уронив паяльник. — Ты вовремя, ты просто обязан это увидеть!       Он подлетел ближе, размахивая каким-то плеером. — Смотри, я тут подумал… если взять обычные портативные плееры, усилить выход, подцепить к ним модифицированный динамик и синхронизировать частоту…       Он говорил быстро, захлёбываясь от собственного энтузиазма. — В общем, я сделаю каждому из нас по такому! — он потряс устройством. — Настоящие карманные отпугиватели. Даже нет… — он широко улыбнулся, — убийственные отпугиватели!       Риган кивнула, подтверждая его слова, и быстро показала жестами: Это сработает.       Эдди посмотрел на них, и на мгновение в его взгляде мелькнуло что-то тёплое. Усталое, но живое. — Верю тебе, гений, — тихо сказал он. — Наши шкуры в твоих руках.       Дастин уже снова вернулся к столу, продолжая что-то настраивать, бормоча себе под нос и время от времени бросая взгляды на Риган, чтобы убедиться, что она всё понимает.       Эдди же прошёл дальше, к микшерному пульту.       Он провёл пальцами по панели почти машинально, как делал это сотни раз до этого. Каждое движение было выверенным, привычным, почти ритуальным. Щёлчок переключателя, лёгкий поворот ручки, проверка уровня сигнала.       На секунду он замер, а затем нажал кнопку.       В динамиках тихо зашуршало, и спустя мгновение в эфир ушла знакомая мелодия — та самая, которую они запускали каждый вечер, снова и снова, как маяк для тех, кто ещё мог услышать. Для того, кто мог бы услышать, будь он бы жив.       Эдди опёрся ладонями о пульт, слушая первые ноты. Фродо приподнял голову, Дастин на секунду замер, а Риган повернула лицо к колонкам, чувствуя вибрацию звука.       Музыка разлилась по комнате, заполняя пространство чем-то почти забытым — ощущением нормальности.       Эдди слабо улыбнулся. — Пусть знают, что мы здесь, — тихо сказал он, больше самому себе, чем остальным.       Музыка мягко наполняла помещение, уходя за стены радиостанции и растворяясь в ночи. Сам Эдди стоял неподвижно, опершись ладонями о пульт. Его взгляд был устремлён куда-то вперёд, но в нём не было фокуса — только тяжёлая, глухая пустота, в которой жили воспоминания.       Риган долго смотрела на него, изучая каждую деталь — напряжённую линию плеч, неподвижность, с которой он слушал музыку, словно она была единственным, что удерживает его здесь. Затем она перевела взгляд на Дастина и аккуратно коснулась его руки, привлекая внимание.       Когда он обернулся, она задала короткий вопрос жестами: Кто он?       Дастин проследил за её взглядом и на секунду замолчал. Его обычная лёгкость куда-то исчезла, и слова больше не рвались наружу так же свободно, как всегда.       Он глубоко вдохнул, вытер ладони о штаны и повернулся к Риган так, чтобы она могла ясно видеть его губы. — Это Эдди, — начал он тихо. — И… если честно, ты видишь только половину того, кем он был.       Риган не сводила с него взгляда. — До всего этого… — Дастин на мгновение усмехнулся, — он был самым шумным человеком, которого я знал. Постоянно говорил, шутил, спорил, играл музыку так, будто от этого зависела его жизнь. Его было… слишком много. Он был везде и сразу.       Он бросил короткий взгляд за стекло. — Он умел делать так, что рядом с ним становилось легче. Даже если всё было плохо.       Риган слегка склонила голову, внимательно слушая. — А потом начался конец света, — продолжил Дастин уже тише. — И он встретил Стива.       Имя прозвучало иначе — мягче, почти осторожно. Риган уловила это сразу. — Я знаю его только по рассказам Эдди, лично не был с ним знаком. Стив был… — Дастин на секунду задумался, подбирая слова, — полной противоположностью. Спокойный. Надёжный. Такой, на кого можно опереться, даже если всё рушится.       Он усмехнулся уголком губ. — И каким-то образом они… сошлись. И всего-то за пару дней.       Риган перевела взгляд на Эдди. — Стив спас ему жизнь, — сказал Дастин. — Буквально. Вытащил его с того света.       Он сделал паузу. — А потом сделал ещё кое-что.       Риган снова посмотрела на него. — Эдди был болен, — продолжил Дастин. — Серьёзно. Такая штука… с пахучей железой. Болезнь, от которой почти не выживают без своего… — он замялся на секунду, — без своего истинного. Но ты бета, ты вряд ли знаешь, что это такое.       Он кивнул в сторону Эдди. — И Стив оказался этим человеком.       Риган нахмурилась, но продолжала следить за его губами. — Он вытащил его. Исцелил, — тихо сказал Дастин. — Но когда они добрались до порта, где была эвакуация…       Музыка зазвучала чуть громче, будто подчёркивая эти слова. — Он погиб, — добавил он уже почти шёпотом. — Отвёл от Эдди этих монстров. Дал ему шанс выбраться.       Риган замерла. Её взгляд снова вернулся к фигуре за стеклом. — Эдди выжил, — продолжил Дастин. — И вместе с нами добрался острова. Уже будучи беременным.       Он чуть улыбнулся. — Он назвал сына в честь Стива.       Риган медленно вдохнула, осмысливая. — И с тех пор… — Дастин пожал плечами, — он стал другим.       Он посмотрел на Эдди дольше, чем раньше. — Тот парень, который смеялся и орал на всю улицу, исчез. Остался тот, кто делает, что нужно.       Он провёл рукой по волосам. — Он больше не ищет лёгких путей. Не ждёт, что кто-то придёт и спасёт. Он сам стал тем, кто вытаскивает других.       Риган внимательно слушала, не перебивая. — Но это не значит, что ему стало легче, — тихо добавил Дастин. — Он просто научился жить с этим.       Он кивнул в сторону стекла. — Он до сих пор разговаривает с ним. Иногда. Думает, что никто не слышит.       Риган снова посмотрела на Эдди. Тот стоял всё так же неподвижно, погружённый в свои мысли, в музыку, в память. — Он винит себя, — продолжил Дастин. — Думает, что мог спасти его. Что должен был.       Он выдохнул. — И, наверное, поэтому он до сих пор идёт вперёд. Потому что иначе… — он не договорил.       Риган не отвела взгляда. — Но если ты пойдёшь с ним, — добавил Дастин уже твёрже, — ты вернёшься.       Он чуть наклонился к ней. — Потому что он не позволит тебе умереть. Даже если ему придётся за это заплатить.       Музыка продолжала играть.       Риган долго смотрела на Эдди, будто пытаясь увидеть за этим неподвижным силуэтом всё, о чём только что услышала.