Тринадцать карт: Слияние реальностей.

Пробуждение наступало на удивление плавно, – так, как не было уже давно. Никто не заорал над ухом, никто не начал ползать по лицу, никто не закатил скандал на первом этаже. Хотя дома было уже безусловно шумно, – дамы о чем-то переговаривались на кухне, короли обсуждали что-то свое. Мария подняла глаза в потолок. Все спокойно... Подозрительно спокойно. Не случилось бы чего. Однако что-то, видимо, все-таки случилось, – потому что едва девушка вышла в коридор своего этажа, как почувствовала в воздухе тонкий противный аромат спиртового антисептика. Очень знакомый аромат. Такой же антисептик Николь использовала, когда люди Котова избили Феликса и напали на Зонтика. Такой же использовали короли, когда те же самые личности напали на Вару, Габриэля и Марию около голубятни. Но неужели опять кому-то потребовалась помощь? Девушка спустилась на первый этаж, наспех заплетая косу. Мягкое платье путалось в ногах, но девушке было не до этого. Ну и конечно, без очередного избиения не обошлось. На этот раз целью бандитов Котова стал Родеф. Это была уже классика, – выбрать для нападения самую беззащитную добычу и отколотить ее. Парень сидел на табуретке, поджимая длинные костлявые ноги и задрав голову повыше. На бледной коже тройки особенно четко проступали крупные синяки, – их было не очень много, но они были крупными и очень заметными. Волосы всклокочены сильнее прежнего, – очевидно, Родефу выдирали волосы, пытаясь нанести еще больший ущерб; разбитая губа аккуратно заклеена пластырем, царапины на щеке, похожие на след от удара об гравий, намазаны йодом, на колене пакет со льдом. Залечивать Родефа взялся Данте, – он сидел на диване рядом, аккуратно замазывая зелёнкой ссадины на ободранном плече тройки. – Полагаю, это дело рук той же самой шайки? – устало вздохнула Мария, садясь рядом с королем и осторожно отклеивая с бумажки кусочек пластыря. – Ты права. Это те же самые, – мрачно качнул головой король, принимая из ее руки пластырь и бережно наклеивая его на руку Родефа, – Подстерегли в городе вчера ближе к вечеру, избили. Парень прятался по помойкам до самой ночи, вернулся в три часа и спрятался. Да не где-нибудь, а в пристройке у Чарли. Закопался в свежие холсты и спал там как беспризорник. Чарли его только утром нашёл. Родеф закивал головой, и тут же недовольно заворчал, хватаясь свободной рукой за голову. – Болит? – тут же спросила девушка. – Да... Ударили по голове... йотиб... оньлоБ... Очень... – запинаясь ответил парень, немного переходя на свой необычный "зеркальный язык", как это называли между собой валеты. Данте повернулся к Марии за переводом. – Он сказал, что его ударили по голове битой. Видимо, сильно, потому что очень больно – по его словам. Может, скажешь Николь, – вдруг у него черепно-мозговая травма? – Скажу. Иди завтракать, сестренка. Я поговорю с Николь, – и Данте слегка провёл рукой по волосам Марии. Мария улыбнулась, – рука у Данте хоть и крепкая, но мягкая. Крепкие сильные пальцы бережно пригладили торопливо заплетённые волосы, уже начавшие вылезать из косы. – Ладно, я пойду. – Подожди, – и Родеф потянулся к ней рукой, – Можно... тоже? Мария с легкой усмешкой кивнула, и парень неловко положил широкую костлявую ладонь ей на волосы. Волосы под пальцами смешно встопорщились, вылезая из небрежной прически окончательно. – Хахах, Родеф! Щекотно! – рассмеялась девушка, дергая плечом. – Извини, – парень криво смущенно улыбнулся вслед за ней. – Ничего страшного, – Мария аккуратно притронулась к его сухому запястью, осторожно отведя руку в сторону, – Я пойду, хорошо? И девушка встала с дивана, направившись к кухне. Родеф только проводил ее взглядом. – Ты теперь... ее брат? – тихо спросил он у Данте. – Да. У нее никогда не было ни братьев, ни сестёр. Если не я, то кто?.. Родеф лишь пожал плечами. – Вот именно... – Данте повернул тройку плечом к себе, – Подставляй плечо, там ссадины замазать зелёнкой надо. ... На кухне было тише, чем обычно. Дамы переживали за бубновую тройку, – побои были серьезные. Данте заходил на кухню, что-то тихо сказал Николь, – очевидно, сказал про удар битой по голове. После этого дама ушла. Хелен и Клеопатра тоже ушли, по своим делам. В кухне осталась только Эмма. – Эм, скажи, почему Котов так делает? Сначала Зонтик и Феликс, потом мы с Вару и Габриэлем, теперь Родеф. Налетели на исходе дня, как вороньë... За что? – Очень просто, – мрачно хмыкнула Эмма, размешивая в своей кружке крепкий черный кофе, – Они их бесят. Все. И Зонтик, и Родеф, – даже я, наверное. Мы все их бесим. Тем, что общаемся с тобой. И ты их, к слову, тоже бесишь. – Если так, то почему они не хотят вызвать на поединок именно меня, а предпочитают уничтожать самых слабых? – А ты сама подумай. Ты слишком сильная для них. Даже если они соберут все свое кодло и призовут Адского, ты все равно их всех разорвешь на атомы. Потому что ты не человек. Вот поэтому все так и происходит. – Знаешь... Я тебе честно скажу: я устала от них. Как бы сильно я ни ненавидела Котова и всех его шакалов, но я не могу испытывать чистую ненависть постоянно. Я не могу их всех осуждать. У каждого, кто пришел в его шайку, могли быть свои причины для этого. Да и у самого Котова могло быть что-то свое, личное. – Жалеешь врага? – хмыкнула Эмма. – А что? Это, между прочим, тоже правильно. Врагов никогда нельзя ненавидеть до помешательства, – так даже Бог говорил. В другой форме, правда. Но смысл тот же. Эмма только кивнула. – Ты права. Я тоже порой начинаю так думать. Просто сегодня с утра я не в духе. Голова раскалывается. Мария не ответила. Она молча смотрела в одну точку на скатерти и думала. О чем? Непонятно. Внезапно сзади что-то топнуло, и на ее плечи рухнули чьи-то руки. – Ну чё у вас тут? Конклав кардиналов очередной? Фу, скукотища! И рожи у вас кислые как лимоны перезревшие! – заорал в ухо знакомый голос, – Непорядок, дамы! Колоссальный непорядок! Мария вздрогнула от неожиданности. – Господи... Вару, еще раз ты так сделаешь, я тебе дужки твоих дурацких очков на морской узел завяжу, и ты их никогда не развяжешь. Ты меня так напугал, – у меня с перепугу чуть сердце не остановилось. – Ай, забей! – валет, кажется, пропустил ее слова мимо ушей, – Слушай, у меня к тебе дело. Смекаешь? Мария закатила глаза. – Ладно, валяй. Что там у тебя? Очередная гадость? Валет ухмыльнулся. Эта ухмылка никогда не предвещала ничего хорошего. Точно что-то задумал, зараза. – Слушай сюда, – Вару уселся на табуретку рядом с Марией, нагло закинув ногу на ногу и облокотившись на стол, – Ты ведь знаешь, на чем держится ОПГ Котова? – Знаю. На куче денег и еще большей куче всяких документов. – Молоток, смекаешь! Значит так, у меня идея. Предлагаю все эти документы очень аккуратно изъять. – Только не говори, что предлагаешь украсть все эти бумаги. – Ну во-первых, не все. А во-вторых, мы их не украдем, а... как бы это сказать... Во, позаимствуем на неопределённый срок! Прикинь, Котов или сверх-тупой, или возомнил себя бессмертным, – потому что все документы его люди возят с собой в автомобилях. Автомобили стоят на старом автодроме, где все гаражи заперты на ржавые замки, а ключи лежат чуть ли не у всех на виду. Ни камер, ни видеорегистраторов, – даже сторожевых собак, и то нету! Он такой тупой! Мария усмехнулась. – Что же ты хочешь сказать? "Заходи, бери кто хочешь"? – Да! Но прикол в том, что никто не идет и не берет, – его все боятся! Все... кроме нас с тобой. Верно же? – и Вару заговорщически подмигнул, приспустив очки на кончик носа. Мария покосилась на Эмму. Та молчала. – Допустим, – вздохнула Мария, – А кто еще пойдет? – Джокер и Феликс. Оба без ума от крутых тачек, – а у этих крыс безусловно крутые тачки. Ты же их видела? Да, Мария их видела. Роскошные спорткары, массивные внедорожники, мощные "мерседесы" последних марок. Пару раз девушка даже видела у них новенький черно-бордовый "Феррари", – тот проносился по улицам как сумасшедшая молния, с таким рёвом, что в ближайших домах стекла звенели. Котовцы обожали устраивать экстремальные заезды на улицах спокойного провинциального поселка. А полиция и не думала их задерживать, – себе дороже. После нескольких убийств важных чинов даже полицейские притихли и просто махнули рукой на эти заезды, – разве что мониторили город, оповещая население о начале каждой гонки с помощью системы громкоговорителей, – чтобы могли убежать с дороги. Так хотя бы люди не пострадают во время этих бешеных гонок. И теперь ей предлагается замутить какую-то сверхгениальную (наверное!) пакость, на пару с ее неугомонным спутником в зелёных очках и с ухмылкой вечного пакостника на лице. Это было с одной стороны слишком опасно, а с другой стороны... Мария давно хотела начать мстить. Без крови, изощренно, дерзко и красиво одновременно. Вся эта ситуация ее так выбесила, что хотелось уже совершить такую мерзость, чтобы даже у этих бандитов челюсти отвисли к чертям собачьим. И то, что сейчас предложил ей Вару... Это был шанс. Один на миллион. – Я ничего не знаю, – подала голос Эмма, – Если меня спросят – вы сидели со мной и Куромаку, зубрили геометрию. Я на вас орала, потому что вы плохо учили. – Хорошо. Ладно, Вару, тогда погнали пакостить. Валет аж подскочил, словно взбесившаяся жаба. Его ухмылка растянулась от уха до уха. – Йес!! Тогда за дело!! И оба выскочили за дверь. – Только все, что найдете, отдайте Куро на разбор! – крикнула вслед Эмма. – Окей! Так и сделаем!! – заорали в ответ четыре голоса, – на террасе уже ждали Феликс и Джокер. Путь до автодрома был не близким, но ребята решили пробежать его пешком, – так проще. Мария бежала рядом с мальчишками, стараясь сильно не вылетать вперед и экономить силы. Она знала один особый стиль бега, который сама про себя называла "водный шаг", – быстрые и почти текучие шаги, почти полное отсутствие тряски, стабильная скорость. Да, это было не очень быстро. Но зато таким способом можно было бежать, пусть даже и с переменным успехом, по сыпучим почвам, – песку, пашне, – и по пересечённой местности. И бегать таким способом она могла хоть часами, – не только из-за природной выносливости, но и из-за грамотного распределения силы. Ребята постепенно перенимали этот способ, хотя пока и летели вразнобой, – Феликс умчался далеко вперед, Джокер несся за ним как ракета. Вару же предпочитал мчаться быстрой рысью рядом с Марией, привыкая к ее скорости. – Значит, идея такая! – крикнул он, не сбиваясь с ритма, – Мы ищем документы, вскрываем замки магией, и все валим в одну машину. Потом ищем ключи от нее и сваливаем оттуда. Чур, веду я! – А ты умеешь? – Да! Научился, пока загинались от скуки в Карточном мире. Мы там с Феликсом однажды угнали у Куромаку внедорожник, – у него был, только он его разбил потом, когда пытался купол пробить вместе с Пиком. Мы его угнали и гоняли, – благо пустого пространства там было навалом. Куромаку потом так орал на нас! Такими матами научными крыл! Матами, но без единого нецензурного слова, – это целое искусство! – А почему тогда матом, если без нецензурных слов? – А потому что мы нихрена не поняли из его слов. Такие термины были, от которых у Феликса кудри бантиком завязались, – в переносном смысле, конечно, но ты бы это слышала! Я тебе потом даже напишу как-нибудь, что он там наговорил. – Ладно. А в чем прикол угнать машину сейчас? – Догадайся с трех раз. – А, да, точно! Нас же примут за своих и бить не станут... Наверное. Это гениально! – Будет гениально, если не погонятся! Хотя, если погонятся, можем маскировку накинуть, и они передумают! – А в чем прикол тогда не накидывать маскировку сразу? Нервы, что-ли, помотать им? Ну ладно, так даже веселее, – вздохнула про себя Мария, а вслух заорала вперед: – Феликс!! Джокер!! А ну-ка быстро вернулись, черти реактивные!!! Вас куда нежить понесла?! Через пару секунд показалась золотистая шевелюра Феликса. Тот действительно летел как реактивный, почти не касаясь земли пятками, – но так быстро, что только пыль столбом летела. В этой пыли где-то чуть позади чихал и дико ругался Джокер. – Ах ты гепард неадекватный! Стой ты уже, электровеник конопатый!! Я из-за твоей пыли прочихаться не могу! – вопил тот сзади, время от времени действительно трубно чихая, – Стой, кому сказал! Я тебя сейчас лбом снесу, гонщик недобитый! – Только попробуй, кучерявый! – хохотал Феликс, резко отскакивая в сторону, – Пролетай в авангард давай, а то из зелёного серым станешь, как Куро! Парень пролетел вперед, резко затормозил, Феликс врезался в него, и оба еще пролетели несколько метров по инерции, вздымая тучи пыли. Облако накрыло и подбежавших Марию и Вару. Через пять секунд чихали уже все четверо. Чихали и дико хохотали. – Идиоты! – выдохнула Мария, пытаясь одновременно прочихаться и подавить смех, – Ну-ка хватит кривляться! Мы на серьезное дело идем! – Сама сначала ржать перестань! – посоветовал Джокер, и тут же выдал такую серию чихов, – высоких, с переливами и подвываниями, – что чуть не упал. Через несколько минут ребята все же отдышались, отсмеялись и немного угомонились. Да и пыль уже осела обратно. – Давайте дальше по траве. И без забегов вперед, а то мы так вовек ничего не успеем. – А я зато дорогу успел разведать! – радостно выдал Феликс, – Там впереди сейчас колючки будут, надо обогнуть с запада. За колючками начнется дорога, но она вымощена гравием, так что там поаккуратнее. Побежим по ней, и через некоторое время придем к небольшой низменности. Там и будет автодром. Там много кустов, так что сможем спрятаться, если что. – Хоть какая-то польза от этого... как ты его там назвал, Джокер? – уточнил Вару. – Электровеника. Мария фыркнула. – Это ты где слышал? – А это местные бабушки так робот-пылесос называли. Пыль собирает, как веник, и на электричестве работает. Вот тебе и "электровеник". Будет теперь у Феликса новая кличка. – Эй! – возмутился парень, – Я не хочу быть этим предметом! – Ладно, пошли. А то сейчас кто-то очень быстро получит по кудрям, если шуметь будет. И ребята снова припустили вперёд, изредка перекрикиваясь и беззлобно посмеиваясь над червовым валетом, который теперь сам бежал сбоку, стараясь не отставать. Вымощенная гравием дорога и вправду вывела к старому автодрому, – заросшему травой, кустами и уже давно обжитому всякой мелкой живностью вроде ящериц и полёвок. На траве Мария заметила следы от колес. Свежие, – трава была основательно примята. Видимо, вчера катались. Значит, тут действительно что-то есть. – Какие могут быть предположения насчет ключей? Где они могут быть? –Вроде бы какие-то ключи закопаны в куче прелых листьев за главным ангаром. Мне местная шпана доложила, – не бесплатно, правда. Но три упаковки карамели решили вопрос мирным путём, – Феликс уже рыскал по кустам в поисках той самой кучи листьев, – О, вот здесь, наверное! Раздался громкий шорох и напряженное пыхтение, – тяжелые мокрые листья давались с трудом. Мария полезла в те же кусты и стала помогать Феликсу перекапывать кучу. – И нахрена им тут такая гора компоста? Ей можно было бы целый огород удобрить, и все росло бы как на дрожжах, – ворчала девушка, откидывая охапки мокрой листвы. – Знаешь ли, у них головы немного не тем заняты, – пропыхтел Феликс, раскапывая листья до самой почвы. Внезапно под пальцами Марии что-то блеснуло. Это была массивная связка ключей. Старых, со ржавыми бородками, на мощном кольце. – Есть! Что-то нашла! – Я тоже нашёл! – Феликс показал какой-то пакет на герметичной застежке, в котором лежали еще какие-то ключи с брелками, которые открывали двери машин. – Это, наверное, ключи от всех авто. Пошли пробовать открывать. Все ключи отдали Вару. Тот долго перебирал все ключи на связке, подбирая один от главного ангара. – А остальные ангары? – спросил Джокер, который уже пытался что-то разглядеть сквозь щель в двери одного из малых ангаров, – Вдруг там тоже что-то есть? – Сейчас и туда заглянем. Я просто найду ключ от главного и помечу его. Спустя несколько минут была открыта первая дверь в малый ангар. Ребята толкнули тяжёлые створки ворот и чуть ли не в один голос ахнули. За дверью стоял тот самый черно-бордовый "Феррари". Тот, который Мария видела на улицах. Теперь он тут. На расстоянии буквально пары метров. – Охренеть... – шепотом выдохнул Джокер, – Вот это машина... – Стоять, – Мария резко одернула его за шиворот, – Сначала меры предосторожности. Она произнесла какое-то заклинание. – И чего это было? – иронично уточнил Вару. – Я это называю "Заклятие идеального вора". Делает тебя невидимым ни для одной камеры, даже с рентгеном и тепловизором. Убирает все звуки, касания и запахи. А еще меняет отпечатки пальцев, подделывая под чужие. Абсолютная маскировка и конспирация. – Ай да Феникс! Идеальный шпион! – хихикнул Феликс. – Смейся сколько влезет, но меня это заклинание еще не подводило. – Ты его применяла всего два раза. – Неважно. Лучше смотрите на машину. Кто там ее потрогать хотел? Через секунду Джокер уже крутился вокруг "Феррари" и с неподдельным восхищением рассматривал тонировку, диски на колесах, рисунки на бортах и шикарный салон (для этого пришлось разблокировать дверь). – Обалдеть! Я в этом кресле тону! А руль какой классный! О, смотрите, тут какая-то папка с документами! – Что за документы? – Не знаю. Какие-то договоры, копии переписок и... Охренеть!! Тут деньги!! Столько денег!!! – Давай все сюда. Вместе с деньгами. На месте разберемся. – Хихих, ограбить грабителей... Гениально... – хихикнул Феликс. Вару взял у Джокера папку и начал пересматривать документы. Потом стал считать деньги, и у него вытянулось лицо. Так вытянулось, что даже очки сползли, и стали видны глаза, круглые от шока. – Че... Чего??? Тут порядка тридцати тысяч долларов!! Долларов, Карл!! – он встряхнул пачками денег, – Это охренеть как много! – Ты сейчас кого Карлом назвал? – Да никого! Это просто говорят так! А документы, – это же готовый компромат! Так, забираем все. Джокер, там больше ничего нет? – Не-а! Ничего! – Тогда вылазь! Запрем на замок, как будто так и было! Посмотри, ничего не забыл? Джокер вылез, осмотрел салон, и вдруг заметил на кресле клочок ткани, – случайно порвал рукав. – Ой... – он побелел от страха. – Стоять. Без паники. Не трогать, – Мария щелкнула пальцами, и на месте клочка ткани оказался пакетик с чем-то белым. – Это чë? – Это? Это просто мука. – невинно захлопала ресницами Мария, – Это просто мука. Кто-то муку просыпал. Правда же? – Ага, конечно, "просто мука", – захохотал Вару, – Да-да, мы поняли. Это мука. Мы договорились. И вообще, это не наше. – Гениально, – выдохнул Джокер, и с огромным облегчением захлопнул дверь машины. Блокировка пискнула, и "Феррари" остался охранять свой маленький пикантный секрет. – Пошли дальше, шпионы. Действовать будем так: вскрыли машину, поработали, дверь закрыли, – ключи оставляем на баках с топливом рядом. Ключи от двери– в замочной скважине малого ангара номер шесть. Только ключи от трофейного автомобиля забираем с собой. – Как скажешь. – Отлично. А теперь погнали шарить по чужим тачкам! Дальше– больше. Малых ангаров было шесть. И в каждом стояла шикарная машина. Во втором– ярко-красная "Ламборгини Диаболо", легенда концерна (Марии про нее немало рассказывал Риккардо, так как сам водил такую же в прошлом). Ее вскрыл Феликс, и тут же уселся за руль, изображая гонщика. А пока он лазил по салону, разглядывая приборы, Джокер аккуратно обчистил салон, – снова папка с документами, правда, без денег. Третий ангар скрывал в себе "Гелендваген", – мощный, темно-синий, с алыми молниями на бортах. В багажнике лежали какие-то отдельные листки документов, а под капотом припрятаны две пачки купюр. – Очевидно, на этой машине никто никогда не ездил. Иначе купюры бы давно сгорели или измялись в двигателе во время движения. – вздохнула Мария, принюхиваясь к деньгам. – Ты чего? Деньги же не пахнут, – удивился Вару. – Для меня пахнут. Типографской краской, сигаретами, кожным жиром, – Мария поморщилась, – Отвратительно. Сразу складывается картинка, – богатый мерзкий лысый толстяк со слюнявой мордой на манер бульдожьей и золотыми перстнями на толстых пальцах. Есть еще куча таких подробностей, от которых у тебя уши завянут от стыда. Так что лучше пихни эти деньги в чемодан к остальным и пошли дальше. В четвертом и пятом ангарах, – два "Мерседеса", один другого круче. Один черно-зеленый, второй красно-фиолетовый. Оба, к сожалению, почти пустые. Правда, в одном из них Мария нашла небольшой пакет с флешками неизвестного содержания. Отдаст Куромаку, тот что-нибудь придумает. В шестом, самом темном и вонючем ангаре, – какая-то непонятная, почти убитая вдребезги машина, похожая на «Тойоту». На ней Котов чаще всего участвовал в заездах. И конечно, он был не настолько идиот, чтобы что-то прятать в ней. Поэтому машина, несмотря на крутой дизайн, оказалась не только побитой, но и пустой. – Эх, жаль... – вздохнул Феликс, выбираясь из салона и блокируя двери, – Выглядела многообещающе. – Мне кажется, больше всего информации должно быть спрятано там, где спрятано самое дорогое его приобретение. Дорогое с материальной точки зрения. «Феррари» и два «Мерседеса» не самая дорогостоящая покупка. Должно быть что-то еще. И мне сдаётся, что это что-то спрятано в седьмом, центральном ангаре, самом крупном. На котором, кстати, кодовый замок. – Кодовый? С цифрами, что ли? Как домофон? – Да. И мне кажется, я знаю, где искать код от него. Мария взяла у Вару связку ключей, начала её крутить на пальцах. Связка была тяжёлой, и сразу продавила кольцевой след на пальцах. – Это зачем? – На рукояти есть цифры, я заметила. Но они будто бы случайно замазаны грязью. Я видела только последние две цифры, но мне и этого достаточно. Когда я так сделала, грязь отлетела. Видите? У них у всех на пальцах есть такие следы, я видела сама. Это от ключей. Потому что Котов каждый раз замазывает эти цифры грязью. В чем-то он и вправду идиот. Мария вздохнула и набрала цифры на кодовом замке. 339107. Замок щёлкнул, скрипнул и подался. Дверь медленно, со скрипучим воем стала подниматься наверх. Ребята прошли в ангар. Темно, пахнет бензином и краской. Мария включила свет сбоку и ребята остолбенели. – Обалдеть... Это же... – «Jeep Grand Cherokee». Первое поколение. Такая же легенда концерна, как и та красная «Ламборгини». Эксклюзивная модель, собранная по чертежам. Таких не выпускают уже лет двадцать... – охреневшим сиплым голосом выдавил Феликс, взирая на машину как на живого дракона, – Цена начинается от восьми миллионов, если б/у. А такая, как эта, вообще двадцатку стоить может. – Это была машина криминальных авторитетов девяностых, – с каким-то особым упоением произнесла Мария, – Офигенный разгон, брутальный дизайн, мощный двигатель... Да, колесница что надо. Её в лихие девяностые называли «Джип Широкий» или просто «Широкий». Такое себе не каждый может позволить. Ребята столпились вокруг «широкого», с восхищением и трепетом разглядывая его мощные абсолютно чёрные борта. На машине не было ни одного рисунка, – скромность и сила в одном флаконе. Точнее, под одним капотом. В салоне этого джипа ребят ждала предсказуемая награда. Папки документов, флешки в старой винтажной шкатулке (явно краденой), чёрный чемодан-«дипломат» с деньгами, но самое главное, – оружие. Пистолеты, автомат, компактные магазины с патронами. – Отлично. Его и берем. Складывайте сюда все. Чемоданы, папки, – все в багажник. Сами пакуйтесь в салон. Я за рулём. – тихо командовал Вару. – Мария, ты пока стой на шухере. Если что, кричи. Девушка кивнула, встав у входа. – А зачем? Мы же невидимые. – На всякий случай. Вдруг нас расколдуют? Да и потом, то-то будет потеха, когда Котов увидит свой любимый «Гранд Чероки», управляемый невидимкой! Хахах, да его инфаркт хватит! В этот момент раздался крик: – Пацаны, шухер!!! – О, пошла жара, – хмыкнул Вару, с довольным хихиканьем вставляя ключ в замок зажигания, – Ну, сейчас такая шумиха будет, – «мама-не-горюй», называется. Полный бак, машина готова к дикому замесу!! Прыгай в салон, птаха! Мария запрыгнула в салон и захлопнула дверь. – Старт!!! – завизжал Феликс. – Держитесь крепче!! – заорал Вару, включая зажигание и вжимая педаль газа в пол. Через несколько секунд «Гранд Чероки» взревел двигателем, как взбешённый динозавр, и с оглушительным рёвом вылетел из ангара. – Ну что, котики, потанцуем?! – заорал пиковый валет в окно, хотя знал, что его не слышат. Джип выписал небольшой дрифт, на полной скорости рванул к выезду с автодрома, бешено сигналя фарами и клаксоном. Эффект был сногсшибательным, – бандиты с дикими криками и непечатными словами (которые мы предусмотрительно опустили) рванули врассыпную. Кто-то грохнулся в обморок, кто-то крыл последними ругательствами того, кто вскрыл все ангары, забрал деньги и документы, да еще и подкинул в одну из машин пакетик с «мукой». А некоторые сразу рванули в погоню. Вслед визжали двигатели «Феррари», обоих « Мерседесов» и «Гелендвагена». – Ух ты!! За нами хвост! Как в кино!! – вопил Джокер, едва держась у окна. – Отлично! – завопил в ответ Вару, ослепительно ухмыляясь своей бесподобной безбашенной ухмылкой, – Сейчас начнется настоящий экшен!! Держитесь крепче!!! И «Джип» начал так вилять между машинами на трассе, что все в салоне начало мотаться. Феликса и Джокера на заднем сиденье швыряло из стороны в сторону, Марию спереди трясло и шатало. Когда машина вошла в первый серьёзный дрифт, девушка едва удержалась, чтобы не влететь лбом в плечо Вару. – Теперь я понимаю, почему Куро на вас орал, когда вы угнали его машину! – крикнула Мария. – Мы тогда просто шутили! – крикнул в ответ Джокер. – Ой, мамочка, роди меня обратно!!! – выл Феликс, свалившись с сиденья на пол, к чемоданам, и крепко приложившись головой об один из них. – Поздно, Феликс! Просто терпи!! – Терпите, сейчас будет еще жарче!! Внимание, смертельно опасный трюк!! Двойной боковой с винтом!! Вару вывернул руль и вдавил тормоза в пол. «Джип» с визгом, достойным оперной певицы, пролетел по инерции еще метров этак сто, вычерчивая колёсами невообразимые загогулины и крутясь по часовой стрелке. – Ма-моч-ка-а-а-а-а-аа!!!!! – завизжали все, кто был в салоне. – А теперь «полицейский разворот»!! Джип резко развернулся, и всë, что было в салоне, кувырком полетело назад, в сторону багажника. С воплями и грохотом, чуть ли не с матом. – Вару, я тебя убью!! – взревел Джокер, врезавшись лбом в стекло. – Потом, все потом! Сейчас уходим от хвоста, – красиво как в кино! Держись, а лучше молись!! В городе люди, получив от полиции оповещения о заезде, видели сквозь стекла домов и витрины магазинов что-то воистину эпическое. По площадям и улицам с рёвом несся огромный черный джип, а за ним хвостом летели еще четыре машины, снося все на своем пути, – столбы, дорожные знаки, ограждения. Джип хоть и летел как реактивный, был хотя бы ловок и аккуратен, хотя бы базово, – а вот его преследователи совсем ослепли. Рев и вой от двигателей стояли на всю округу, а чёрные следы на асфальте дымились еще очень долго. Наконец Вару победно взвизгнул: – А теперь хитрый пас! Держитесь!! Коронный номер!!! И «Джип» резко свернул в переулок. Преследователи не успели затормозить, и «Феррари» влетел в стену дома. Ему в хвост влетели оба «Мерседеса», а им в свою очередь врезался в зад всей своей тяжестью «Гелендваген». – Вы видели?! Вы это видели?! – орал Вару, вцепившись в руль, – Вот это каша позади нас!! Они там все в хлам!! – Надеюсь, живы?! – Живее всех живых! Такие так просто не умирают!! «Джип» выехал на просёлочную дорогу и приглушил двигатель. – Все живые? – Вару повернулся в салон. – Вроде... Вроде бы... да... – пискнул Феликс, зажимая рот. Его лицо приобрело нездоровый оттенок молодой яшмы, – зеленоватый с белым. Джокер выглядел не лучше. Такой же зелёный, трясущийся. – Все нормально? – с тревогой осведомилась Мария. – Угу... Я... Я сейчас... И Феликс выскочил из двери и пулей полетел в кусты, спотыкаясь о собственные ноги. – Я тоже сейчас приду... – и Джокер вылетел следом, направив свои неверные шаги в противоположные кусты. Неловкая пауза. – Тебя нельзя сажать за руль, Вару. Я не шучу. – Зато спаслись. И документы с нами. Оно определенно того стоило. – Эй, еще рано говорить о победе. Нам очень крупно повезет, если нас не наругают остальные. Вару хотел возразить, но вернулись остальные. – Я чуть не умер, когда ты летел. – выдохнул Феликс, уже более здорового цвета, – Но черт возьми, это было прикольно. Как в Need For Speed. Или в Forza Horizon. – Или как в боевике про гангстеров, – закончил Джокер. – Погнали домой, что ли? – Ну, погнали. ... Сказать, что клоны были в шоке, – ничего не сказать. У Пика глаза на лоб полезли, когда во двор медленно въехал чёрный джип. Мария скинула маскировку и дала знак, – вылезаем. Ребята вылезли и замерли, как нашкодившие ученики перед суровым учителем. – Так... И что это должно значить? – Мой король, это значит, что мы нарыли компромат на всю шайку Котова, – хитро усмехнулся Вару, – Но всему своё время. Компромат войдет в действие не скоро. Король молча заглянул в джип, осмотрел документы. А потом мрачно кивнул. – Что ж, идите в дом. И ты, Мария, тоже иди. Позже, когда Мария немного отдышалась, начался красочный рассказ об этом приключении. Вару, Феликс и Джокер перебивали друг друга, оживленно жестикулировали. Эмма качала головой («Вот же сорванцы, мать вашу... Неплохо, чертовски неплохо»), Зонтик вскрикивал от каждой головокружительной подробности («Вы же могли погибнуть!»), Куромаку только подсчитывал что-то, попутно отчитывая сорванцов («Угнать машину, даже у врага, крайне неэтично. Тем более вы нарушали правила дорожного движения. Это мог быть крупный штраф. Но сесть за руль автомобиля врага, с которым никто не связывается, – умный ход. Он вас и спас.») Мария только молчала. Она была таким же серьёзным участником этой аферы, но предпочитала просто молчать. Пусть ребята выговариваются. Пусть разбирают документы и информацию на флешках вместе с Куро. Они это определенно заслужили. И кажется, Родеф и Зонтик отомщены. Частично, изощренно. Но отомщены. Сегодня им вряд ли будут сниться кошмары. А джип они оставят себе. Документов на него не оформлено, – бандиты использовали этот трюк, чтобы выходить сухими из воды, а заодно и из всяких гадких ситуаций. Оформят документы, перекрасят, поставят новые номера. И машина будет их. Деньги... Это уже на усмотрение старших. Возвращать тошно, вкладывать во что-то тоже тошно. Тратить? А куда? Мария тяжело вздохнула, потрогала камень на груди. Кулон мягко откликнулся тёплым свечением. Все хорошо. Пик не злится. Наверное, он переживал. А теперь у него, да и у всех королей, на руках очень много очень важной информации. Очень важной... и очень опасной. Ну да ничего. Выкрутятся. Все вместе точно выкрутятся.