Последние из Блэков ||

      Комната была наполнена тяжелым, мускусным запахом и отголосками магии, которая, казалось, вибрировала в самом воздухе. Сириус лежал под Регулусом, полностью раздавленный физически и морально. Его дыхание было рваным, а взгляд — затуманенным. Он больше не был тем бунтарем, который сжигал мосты; сейчас он был лишь Блэком, вернувшимся в свое логово.       Регулус не спешил выходить. Он наслаждался этой минутой абсолютной победы, чувствуя, как внутри Сириуса всё еще пульсирует эхо экстаза. — Ты чувствуешь это, брат? — Регулус приподнялся на руках, глядя на раскрасневшееся лицо Сириуса. — Это кровь предков приветствует твое возвращение. Ты больше не один. Ты никогда не будешь один.       Регулус начал двигаться снова, но на этот раз без прежней жестокости. Это был медленный, глубокий ритм, в котором сквозило нечто похожее на извращенную нежность. Он наклонился и начал выцеловывать дорожку из укусов на ключицах Сириуса, одновременно стимулируя его член рукой.       Сириус застонал, и этот звук был полон отчаяния. Он ненавидел себя за то, как его тело отзывалось на ласки брата. Каждое движение Регулуса внутри попадало точно в цель, заставляя пальцы ног поджиматься, а разум — окончательно капитулировать. — Я... я ненавижу тебя... — прошептал Сириус, хотя его бедра сами собой начали двигаться в такт толчкам Регулуса. — Ненавидь, — милостиво разрешил Рег, ускоряясь. — Твоя ненависть питает нашу связь не хуже любви.       Пик настиг их одновременно. Регулус с силой вошел в последний раз, изливаясь внутрь брата, в то время как Сириус кончил на их животы, выкрикивая имя, которое теперь стало его единственной молитвой и проклятием.       Магия контракта вспыхнула ослепительным серебристым светом. В этот момент оба почувствовали, как на их запястьях проступили невидимые ранее клейма — фамильный герб Блэков, сплетенный с рунами вечной верности.       Когда всё стихло, Регулус наконец отстранился. Он не ушел, а лег рядом, притягивая обмякшее тело Сириуса к себе. Сириус не сопротивлялся. У него просто не осталось сил. — Завтра мы объявим о твоем возвращении, — спокойно сказал Регулус, перебирая пальцами влажные от пота волосы брата. — Ты займешь свое место по правую руку от меня. Мы возродим этот дом.       Сириус закрыл глаза, слушая мерный стук сердца младшего брата. Где-то там, за пределами площади Гриммо, была война, друзья, идеалы. Но здесь, в коконе из старой магии и семейных грехов, всё это казалось блеклым и нереальным. — Мы прокляты, Реджи, — едва слышно произнес Сириус. — Мы — Блэки, — ответил Регулус, запечатлевая на его лбу почти невесомый, хозяйский поцелуй. — А для нашего рода проклятие — это лишь иная форма бессмертия.       Тьма дома окончательно сомкнулась над ними. Контракт был закреплен. Последние из Блэков нашли друг друга в самом сердце своего падения.