Sombras del Desierto

Ночь закончилась незаметно. В какой-то момент шум салуна остался позади, улицы стали пустее, а ветер — холоднее. Феликс уже плохо помнил, сколько времени бродил после разговора с Хёнджином. В голове крутились его слова, этот спокойный голос, слишком уверенный взгляд и сама мысль о том, что теперь он собирается искать Призрачного Всадника не один. И почему-то именно это напрягало сильнее всего. Когда он наконец добрался до «Оазиса среди пыли», город почти спал. Только где-то вдали ещё лаяли собаки да качалась старая вывеска под ветром. Внутри гостиницы было темно и тихо. Даже хозяин давно ушёл спать, оставив внизу только тусклую лампу. Феликс поднялся к себе медленно, устало стянул куртку прямо на ходу и бросил её на стул. Комната встретила привычной духотой и скрипом половиц. Ничего нового. Те же стены, та же кровать, то же ощущение временности, будто он всё ещё не жил здесь по-настоящему, а просто пережидал что-то. Он сел на край кровати, провёл ладонью по лицу и тихо выдохнул. Голова гудела от усталости и выпивки. — Отличная идея, Ли, — пробормотал он себе под нос. — Объединиться с самым странным человеком в этом городе. Гениально. Ответа, конечно, не последовало. Только ветер за окном снова поднял пыль вдоль улицы. Феликс лёг прямо поверх покрывала, даже не разуваясь толком. Он собирался просто закрыть глаза на пару минут, но усталость навалилась слишком быстро. Последнее, что он помнил — это лицо Джина в темноте возле салуна и его спокойное: «Приходи завтра» Проснулся он поздно. Солнце уже било в окно так, будто пыталось прожечь комнату насквозь. В горле пересохло, тело неприятно ныло после сна в одежде, а мысли вернулись почти сразу. Хёнджин. Призрачный Всадник. Тренировка. Феликс перевернулся на спину и уставился в потолок. Чем дольше он думал, тем хуже всё это звучало. Он почти ничего не знал о Джине. Только то, что тот слишком спокойный, слишком внимательный и постоянно появляется рядом именно тогда, когда нужно. Нормальные люди так себя не ведут. Особенно в Тумстоуне. Здесь либо болтают без остановки, либо держатся подальше. А Хёнджин будто всё время стоял где-то посередине. И это бесило. Ли прикрыл глаза рукой, тяжело выдохнув. — Может, я реально идиот… Он вспомнил, как Хёнджин говорил о Призрачном Всаднике. Без страха. Без удивления. Будто обсуждал обычную работу. Вспомнил, как быстро тот заметил ошибки в его стрельбе, как смотрел на оружие, как двигался. Всё это не складывалось в нормальную картину. С другой стороны… У Феликса и выбора-то особо не было. Он приехал сюда без денег, без связей и без нормального плана. Подработки на складе приносили жалкие монеты, а охота на Призрачного Всадника была единственным шансом заработать действительно большие деньги. Настолько большие, что можно было наконец перестать выживать. Но для этого нужно было остаться в живых. А Хёнджин, нравится это или нет, явно умел больше него. Ликс тихо цокнул языком и сел на кровати, запустив пальцы в волосы. — Ладно… — пробормотал он. — Или меня пристрелят, или я научусь чему-то полезному. Он наконец поднялся, умылся холодной водой из кувшина и начал собираться. Всё это время в голове всё ещё крутилась мысль, что он делает ошибку. Большую. Возможно, самую тупую за последние месяцы. Но вместе с этим внутри было и другое чувство — интерес. Опасный, раздражающий интерес к человеку, которого он всё ещё не мог понять. К полудню жара снова накрыла город. Улицы Пыльной Тропы выглядели почти пустыми — большинство людей прятались в тени или пережидали солнце в салунах. Феликс вышел из гостиницы, поправил кобуру и направился к северной окраине. Чем дальше он уходил от города, тем тише становилось вокруг. Постепенно исчезли голоса, шум телег и музыка из салунов. Остался только ветер и хруст песка под сапогами. Пустыня впереди казалась бесконечной. Красные скалы поднимались из земли неровными силуэтами, а между ними тянулись узкие тропы, о которых новички обычно даже не знали. Через некоторое время впереди наконец показалось место, о котором говорил Хёнджин. Небольшая поляна среди скал, окружённая камнем и редкими сухими деревьями. Дьявольский овраг. Парень остановился на краю, оглядываясь вокруг. Здесь было подозрительно тихо. Даже ветер будто проходил стороной. И, конечно же, Хёнджин уже был там. Стоял в тени скалы, будто ждал его уже давно. Спокойный, собранный и всё такой же нечитаемый. Когда Феликс подошёл ближе, Хёнджин скользнул по нему взглядом и спокойно сказал: — Я уже начал думать, что ты передумал. Феликс усмехнулся уголком губ, медленно подходя ближе по раскалённой земле. — Передумать? — Блондин поправил кобуру на поясе. — Я слишком любопытный для этого. Хёнджин стоял в тени скалы, лениво опираясь плечом о камень. Ветер слегка шевелил тёмные волосы, а выражение лица у него было такое, будто он уже заранее устал от всего происходящего. — Любопытство обычно плохо заканчивается, — спокойно сказал он. — Тогда мне уже поздно спасаться. Джин коротко усмехнулся, но почти сразу снова стал серьёзным. Он оттолкнулся от скалы и окинул Ли взглядом с головы до ног. Не как друг. Скорее как человек, оценивающий оружие перед покупкой. — Револьвер покажи. — Даже без приветствия? — Не начинай. Феликс всё-таки вытащил оружие из кобуры и протянул ему. Хёнджин взял револьвер спокойно и привычно, сразу проверяя барабан. Движения были слишком уверенными. Слишком точными. Ли это заметил. Снова. Хёнджин крутанул оружие в руке, потом вернул обратно: — Тяжёлый. — Мне нравится. — А твоему плечу — нет. Ты слишком сильно уводишь руку после выстрела. — Ты серьёзно это запомнил? — Я запоминаю всё, что может убить человека рядом со мной. Феликс прищурился: — Звучит почти заботливо. — Не льсти себе. Жара в овраге стояла адская. Воздух будто плавился между красных скал, а от песка снизу шёл сухой горячий запах пустыни. Где-то вдалеке каркнула птица. Хёнджин поднял с земли пустую бутылку и поставил её на старый пень метрах в двадцати. — Стреляй. — Просто так? — А ты ждал вдохновляющую речь? Феликс фыркнул и вытащил револьвер. Прицелился почти сразу, быстро, по привычке. Выстрел разрезал тишину оврага эхом. Бутылка разбилась. — Попал, — довольно сказал Блондин. — Ужасно. — Да ты издеваешься!? — Ты стреляешь резко. Слишком самоуверенно. — Хёнджин подошёл ближе, вставая сбоку. — Ещё раз, но теперь не дёргай плечом. Феликс недовольно цокнул языком, но снова поднял оружие. Второй выстрел. На этот раз бутылку только задело. — Видишь? — спокойно сказал Джин. — Как только начинаешь думать о движении — теряешь контроль. — Очень мотивирует. — Я не пытаюсь мотивировать. Хёнджин подошёл ещё ближе и неожиданно взял его за локоть, чуть опуская руку. — Расслабь кисть. Ты держишь револьвер так, будто душишь его. Феликс замер буквально на секунду. Прикосновение было коротким, но неожиданным. Особенно от человека, который обычно выглядел так, будто ненавидит весь мир ещё до завтрака. — Вот так, — тихо продолжил Хёнджин, даже не заметив чужой реакции. — И не торопись нажимать на курок. Ли медленно выдохнул, снова прицеливаясь. Выстрел — бутылка разлетелась почти идеально. Хёнджин чуть кивнул: — Уже лучше. — Смотри-ка, я получил похвалу. Исторический момент. — Не привыкай. Следующий час превратился в сплошную жару, пыль и постоянные замечания со стороны Хёнджина. Он заставлял Феликса стрелять с разного расстояния, менять положение рук, двигаться во время выстрелов. Иногда спокойно объяснял ошибки, иногда просто молча подходил и поправлял его стойку. И это раздражало. Но ещё сильнее раздражало то, что Хёнджин почти всегда был прав. — Ты слишком шумно двигаешься, — сказал он позже, когда они перешли ближе к скалам. — Мы в пустыне, а не в церкви. — И всё равно. — Ты сейчас серьёзно учишь меня ходить? — Я учу тебя выживать. Разница есть. Феликс закатил глаза, но всё-таки пошёл за ним дальше между камнями. Хёнджин двигался почти бесшумно. Даже сапоги по песку звучали тихо. Он легко проходил между скалами, иногда резко исчезая из поля зрения, а потом так же неожиданно появляясь сбоку. В какой-то момент Ли раздражённо остановился: — Какого чёрта ты вообще двигаешься как призрак? Хёнджин обернулся через плечо: — Полезный навык. Советую освоить. — Очень смешно. — Я не шутил. Они продолжили тренировку уже с ножами. И вот тут у Феликса начались настоящие проблемы. — Ты опять открываешь бок, — холодно сказал Хёнджин, легко отбивая его руку. — Да понял я уже. — Нет, не понял. Иначе не подставлялся бы каждые две минуты. Феликс снова попытался атаковать быстрее, но Джин резко перехватил его запястье и буквально за секунду прижал к скале. Слишком быстро, слишком близко. Ли шумно выдохнул от неожиданности: — Какого… — Вот так тебя и убьют, — спокойно сказал Хёнджин, даже не тяжело дыша. — Ты думаешь эмоциями раньше, чем головой. Феликс поднял взгляд на него. Близко. Слишком близко. Солнце било по скалам, ветер таскал пыль между ними, а Хёнджин всё ещё держал его за руку, будто вообще не замечая этого. И снова этот взгляд. Холодный. Спокойный. Непонятный. — Ты всех своих учеников так прижимаешь к стенам? — усмехнулся Феликс, пытаясь скрыть странное напряжение в груди. Хёнджин медленно отпустил его руку: — Только тех, кто плохо слушает. — Жестокий учитель. — А ты плохой ученик. Феликс тихо фыркнул, потирая запястье, но внутри почему-то уже не было того раздражения, что утром. Только усталость, жара… И всё более опасное ощущение, что ему начинает нравиться проводить время с человеком, которому он вообще не должен доверять. *** К тому моменту, когда тренировка наконец закончилась, солнце уже начинало медленно уходить вниз, но жара всё ещё держалась в воздухе тяжёлым сухим слоем. Пыль липла к одежде, руки неприятно ныли после стрельбы и ножей, а горло у Феликса пересохло настолько, будто он сутки жевал песок. Хёнджин выглядел раздражающе нормально. Будто не провёл несколько часов под палящим солнцем, гоняя Ли по всему оврагу. — Ты вообще устаёшь? — недовольно спросил Феликс, поправляя ворот рубашки. — Иногда. — И когда это «иногда»? — Когда вокруг слишком много вопросов. — Тогда тебе сейчас будет тяжело. Джин только тихо хмыкнул и пошёл вперёд по тропе между скалами. Обратно в город они возвращались уже молча. Слышно было только ветер, редкий скрип сапог по песку и далёкое карканье птиц где-то над скалами. Усталость после тренировки давила приятно, но голова у Феликса всё равно оставалась слишком активной. Этот человек напрягал его всё сильнее. И одновременно притягивал ровно настолько же. Когда впереди наконец показались первые дома их городка, Феликс облегчённо выдохнул: — Если ты сейчас скажешь «на сегодня всё», я почти готов тебя уважать. — Не драматизируй. Ты ещё живой. — Пока что. Хёнджин свернул к небольшой закусочной возле конюшен. Место выглядело неприметно — старая деревянная веранда, выцветшая вывеска и запах жареного мяса, который чувствовался ещё с улицы. — Мы серьёзно сюда идём? — спросил Ли. — У тебя есть деньги на что-то лучше? Блондин задумался буквально на секунду: — Ладно, убедил. Внутри было прохладнее, чем снаружи. Несколько уставших рабочих сидели за столами, кто-то пил дешёвое пиво, кто-то молча ел тушёную фасоль с мясом. В углу лениво крутился вентилятор, скрипя так, будто собирался развалиться прямо сейчас. Они сели ближе к окну. Хозяйка заведения почти сразу принесла две тарелки с тушёной говядиной, фасолью и кукурузным хлебом. — Наконец-то нормальная еда, — пробормотал Феликс, беря вилку. — Ты говоришь так, будто тебя морили голодом. — После твоих тренировок это почти так и есть. Хёнджин отпил воды, спокойно наблюдая за ним поверх стакана. Некоторое время они ели молча. Не напряжённо — скорее устало. Потом Феликс вдруг откинулся на спинку стула и прищурился: — Ладно. Теперь моя очередь. — Мм? — Я о тебе почти ничего не знаю. — И? — Это раздражает. Хёнджин усмехнулся уголком губ: — Переживёшь. — Нет уж. После того как ты полдня учил меня жить, имею право хотя бы на пару ответов. Джин лениво пожал плечами: — Попробуй. Феликс ткнул в него вилкой: — Фамилия. — Хван. Ответ прозвучал слишком быстро. Без паузы. Без попытки соврать. Феликс даже удивился: — Серьёзно? — А должна быть другая? — Не знаю. Ты выглядишь как человек, который вообще не говорит правду. — Иногда говорю. Для разнообразия. — Значит, Хван, — протянул Ли, будто пробуя фамилию на вкус. — Звучит дорого. — А ты звучишь как проблема. — Это уже не новость. Феликс усмехнулся и сделал ещё глоток воды: — И где живёшь, mister misterio? Хёнджин отвёл взгляд к окну: — На окраине. — А более информативно? — Тебе нужен адрес? — А вдруг я захочу прийти в гости? — Не советую. Ответ прозвучал спокойно, но в голосе появилось что-то холоднее обычного. Феликс это заметил сразу. Интересно. — Ладно-ладно, понял, — усмехнулся Блондин. — Секретное логово, всё такое. — Именно. На секунду между ними снова повисла тишина. С улицы доносился шум телег и чьи-то крики возле конюшен. Феликс лениво крутил вилку в пальцах, потом вдруг спросил: — А почему ты вообще решил мне помочь? Вот теперь Хёнджин посмотрел прямо на него. Спокойно. Внимательно. Слишком внимательно. — Ты слишком упрямый, чтобы отказаться от этой охоты, — наконец сказал он. — А мёртвый напарник бесполезен. — То есть это всё из жалости? — Не переоценивай себя. Феликс тихо рассмеялся, качнув головой: — Вот вроде помогаешь мне, а звучишь так, будто хочешь придушить. — Иногда оба варианта совместимы. — Jesús… ты вообще умеешь разговаривать нормально? — Нет. — Верю. Несмотря на привычную холодность Хёнджина, разговор почему-то всё равно ощущался… лёгким. Странно лёгким. Будто между ними медленно исчезало напряжение. И именно поэтому это начинало становиться опасным.