Спустя пять лет

Следующий день начался для Минхо с того, что он проснулся на диване с затекшей шеей и пульсирующей болью в пояснице. Диван в гостиной был удобным, но не для того, чтобы спать на нём всю ночь в джинсах и не раздеваясь. Он сел, растирая онемевшее плечо, и посмотрел на часы. Половина девятого. Феликс, должно быть, ещё спал - вчера температура спала, но слабость оставалась. Минхо поднялся, разминая затёкшие мышцы, и прошёл на кухню. Поставил чайник, достал кружку. Вчерашние события прокручивались в голове обрывками: звонок Джисона, пьяный, срывающийся голос, поездка через ночной Пусан, его дрожащие руки, когда он пытался застегнуть ремень. Чайник закипел. Минхо заварил зелёный чай, сел за стол и уставился в окно. Внутри было странное, тянущее чувство - не то беспокойство, не то что-то другое, было непонятно. - Минхо? Он обернулся. Феликс стоял в дверях кухни - бледный, в мятых домашних штанах и футболке, волосы торчали во все стороны. Взгляд сонный, но уже ясный. - Доброе утро, - Минхо кивнул на стул напротив. - Садись. Чай будешь? - Буду, - Феликс сел тяжело, опираясь локтями на стол. - Ну, как себя чувствуешь сегодня? - Чувствую уже лучше. Завтра, думаю, выйду на работу. Бумаги ждут. - Не торопись, я со всем сам разберусь. Феликс не стал спорить, не было сил. -Ты чего на диване спал? Минхо на секунду замер с заварником в руке. Потом продолжил наливать чай - спокойно, ровно. - Поздно вернулся. - Поздно? - Феликс взял кружку, согрел ладони. - Ты куда-то ездил? Минхо поставил заварник на стол и сел напротив. Сделал глоток чая - слишком горячий, обжёг язык. Промолчал секунду, собираясь с мыслями. - Джисон звонил, - сказал он наконец. Феликс поднял брови. - Джисон? Зачем? - Он был сильно пьян, - Минхо говорил ровно, будто обсуждал погоду. - Сказал, что не может сам добраться до дома. Я съездил, забрал его. - Ты поехал за ним? - Феликс смотрел на него с удивлением. - Ночью? -  Да, - Минхо пожал плечами. - Не мог же я оставить его там. Феликс молчал несколько секунд, изучая лицо Минхо. Тот сделал вид, что очень заинтересован чаем. - И как он? - спросил Феликс тихо. - Нормально. Я довёз его до дома, помог подняться до квартиры, - Минхо сделал паузу, вспоминая. - Он еле стоял на ногах. Ключи не мог вставить в замок. - И ты оставил его там? Одного? - А что я должен был сделать? - Минхо поднял взгляд - в нём мелькнуло что-то похожее на раздражение. - Остаться ночевать? Феликс не ответил. Он понимал, что это было бы неправильно. Отпил чай, помолчал. Потом поставил кружку на стол. Феликс прищурился - привычный жест, которым он пользовался, когда пытался прочитать Минхо между строк. - Ты выглядишь уныло. - Я просто устал, - Минхо откинулся на спинку стула. - Ночью плохо спал. - Ну конечно, - Феликс фыркнул. - Спать на диване - то ещё удовольствие. Феликс сделал ещё один глоток чая и прикрыл глаза от удовольствия. - Что вчера с поставщиками? - Всё в порядке. На следующей неделе приедут договор заключать. Феликс кивнул и лениво листал ленту, но краем глаза следил за Минхо. Видел, как напряжены его плечи, как пальцы сжимают кружку, хотя чай давно остыл. - Минхо? - позвал он тихо. - Ммм? - Минхо повернулся, будто очнулся от сна. - Ты в порядке? - Да, - ответил он слишком быстро. - Всё нормально. Феликс не поверил, но не стал спрашивать дальше. Иногда лучшее, что можно сделать для друга - это просто побыть рядом. В тишине. Не задавая вопросов. Они сидели так какое-то время, каждый со своими мыслями. За окном светило солнце, где-то внизу гудел город. Жизнь продолжалась. Они допили чай в тишине. Минхо встал, убрал кружки в раковину. Повернулся к Феликсу. - Лекарства принял? - Да, шеф, - Феликс изобразил послушного пациента. - Завтрак будешь? - Буду. Минхо открыл холодильник, достал яйца, готовый рис, замороженные овощи. Налил масло на сковороду, разбил яйца - ловко, одним движением. Запах жареного риса с яйцом наполнил кухню. Феликс смотрел на его спину, на уверенные движения рук и думал о том, как мало людей на самом деле знают этого человека. И как мало он позволяет узнать. - Минхо, - позвал он снова. - Ммм? - Ты хороший друг. Правда. Минхо не обернулся. Но Феликс заметил, как дрогнули его плечи - едва заметно, на секунду. - Ешь давай, - сказал Минхо, ставя тарелку перед ним. - А то я всё съем. Феликс засмеялся - впервые за два дня, по-настоящему, от души. И этот смех разогнал остатки утренней тоски. Впереди Минхо ждал ресторан, а Феликса - постель и лекарства.

⚕️

Прошло два дня. Джисон старательно делал вид, что ничего не случилось. Он ходил на работу, проводил операции, разговаривал с коллегами, улыбался пациентам. По ночам ворочался в постели и прокручивал в голове тот вечер снова и снова. Минхо не писал. Последнее сообщение зависло в чате: "Выпей воды. И поешь". Джисон перечитывал его раз двадцать, пытаясь угадать интонацию: заботу? Равнодушие? Привычную вежливость человека, который сделал доброе дело и хочет поскорее забыть? Он запретил себе писать. Четверг выдался свободным: ни операций, ни консультаций. Джисон решил, что ему срочно нужно сменить обстановку, выйти из дома, вдохнуть воздух, напомнить себе, что мир не заканчивается на стенах его квартиры. Он поехал на набережную. Просто побродить, посмотреть на море, на чаек, на людей. Место, которое не было связано ни с Минхо, ни с больницей, ни с Феликсом. Просто ветер, вода и бетонный парапет. Он купил кофе в уличном киоске - американо, чёрный, горький - и двинулся по променаду. Народу было немного. Обеденное время, будний день. Парочка мам с колясками, дед с удочкой на пирсе, девушка в наушниках, бегущая трусцой. Джисон шёл медленно, вдыхал солёный воздух, чувствовал, как плечи понемногу отпускают напряжение. Он дошёл до скамеек у самого парапета. И замер. Потому что на одной из них сидел Минхо. Джисон узнал его за сотню метров: по осанке, по тому, как он держит голову, по силуэту. Минхо был в чёрной куртке и такого же цвета джинсах. Он смотрел на море. Просто сидел и смотрел на воду. Не листал телефон, не читал, ни с кем не разговаривал. Ветер трепал волосы, но Минхо, казалось, не замечал. Джисон остановился в нескольких метрах, чувствуя, как внутри поднимается знакомая волна - смесь страха и надежды, которая захлёстывала его каждый раз, когда он видел Минхо. Он сделал шаг назад и остановился. Потому что мысль "уйти" вдруг показалась трусостью. Потому что он устал убегать. Потому что Минхо сидел один на скамейке и смотрел на море, и Джисону вдруг отчаянно захотелось составить ему компанию. Он медленно выдохнул и пошёл вперёд. Шаги по асфальту - негромкие, но Минхо, будто почувствовав что-то, повернул голову. Их взгляды встретились. Минхо не улыбнулся. Не нахмурился. Просто замер с полуподнятой рукой - поправлял воротник - и смотрел на Джисона так, будто не верил своим глазам. Джисон подошёл ближе. Остановился в шаге от скамейки. - Привет, - сказал он. Голос прозвучал мягче, чем он планировал. - Привет, - ответил Минхо. В его голосе мелькнуло что-то: то ли удивление, то ли смирение. - Не ожидал здесь кого-то из знакомых лиц увидеть, - Джисон чуть улыбнулся. - Я тоже, - Минхо поправил воротник. - Часто тут гуляешь? - Не часто, - пожал плечами он. - Но люблю это место. Минхо кивнул, помолчал секунду, затем указал взглядом на свободное место рядом с собой. - Садись. Джисон моргнул. Приглашение застало врасплох: он был уверен, что они просто обменяются парой фраз, и он пойдёт дальше. Но отказаться от такого приглашения было бы для него грехом. - Хорошо, - сказал он и сел. Оставил небольшое расстояние - не вплотную, но и не на другом конце скамейки. Несколько секунд они смотрели на море. Серо-зелёное, спокойное, с мелкими барашками на волнах. Где-то кричали чайки. Пахло водорослями и осенью. - А ты? - спросил Джисон. - Что? - Часто здесь гуляешь? Минхо задумался. Потом покачал головой. - Нет, но место и вправду хорошее. Спокойное. - Как там Феликс? - спросил он. - Почти здоров, - ответил Минхо. - Поэтому он решил, что пора выходить в ресторан. По бумажкам говорит, соскучился. Так что он уже там. - Он всегда был таким, - усмехнулся Джисон. Ветер с моря дул порывисто, сбивая дыхание. Джисон допил остывший кофе одним глотком - горьким, неприятным - и смял стаканчик в кулаке и выкинул в урну. Металлический привкус остался на губах. - Минхо, начал он, глядя на воду. - Мне всё же немного неудобно перед тобой за то, что я тогда позвонил так поздно и тебе пришлось ехать за мной пьяным. Я мог бы позвонить Феликсу, но он бы не приехал. Физически не смог бы. Сам знаешь. - Джисон, - голос Минхо прозвучал ровно, почти безразлично. - Всё нормально. Ты не сделал ничего плохого. Ты просто… напился. Со всеми бывает. - Ладно. Всё равно, спасибо тебе ещё раз, - выдавил Джисон. - Я у тебя в долгу. Так что можешь звонить в любое время, если что-то понадобится. Минхо кивнул, не отрывая взгляда от моря. Он выглядел спокойным, умиротворённым. Они сидели в тишине - каждый со своими мыслями. Чайка приземлилась на парапет в нескольких метрах, повертела головой и уставилась на них чёрной бусинкой глаза. Джисон почувствовал, как воздух стал резче, а скамейка - холодной. Минхо рядом задвигался: сперва поёжился, потом ёрзнул, пытаясь устроиться поудобнее, и наконец засунул руки глубже в карманы. - Ты не идёшь домой? - спросил Минхо, не глядя на него. Джисон медленно выдохнул. - Нет. Я не хочу домой. Минхо замолчал. Не на пару секунд - Джисон успел сосчитать удары сердца: раз, два, три, четыре, пять. Джисон видел, как тот замер, будто внутри что-то взвешивал. - Ты пробовал местную рыбу? - голос Минхо прозвучал будто бы между прочим. - Здесь есть где-то рыба? - Джисон удивлённо обернулся. - Да. Тут рядом. - Минхо кивнул куда-то в сторону, потом всё же посмотрел прямо на Джисона. - Если не хочешь домой… пойдём? Джисон повернул голову так резко, что хрустнуло в шее. Минхо смотрел на него. - Ты… - Джисон моргнул. - Ты сейчас серьёзно? - А я выгляжу так, будто шучу? - Минхо приподнял бровь. - Ну, я согласен, - сказал Джисон, чувствуя, как внутри разворачивается что-то тёплое, совсем некстати. - Всё что угодно, лишь бы не идти домой. Минхо поднялся первым. Отряхнул джинсы - жест автоматический, почти нервный. Джисон встал следом, чувствуя, как затекли ноги. Сколько они просидели? Десять минут? Полчаса? Время размылось, как акварель на мокрой бумаге. - Далеко это место? - спросил он. - Минут десять пешком, - Минхо уже двигался вдоль парапета, не оборачиваясь, но и не слишком быстро - будто специально сбавлял шаг. Джисон догнал, поравнялся. Ощущение было странным - идти рядом с Минхо в тишине, без спешки, без цели. Шум прибоя слева, редкие прохожие справа, небо, на котором уже начинала проступать вечерняя синева. - Почему рыба? - спросил Джисон, чтобы нарушить молчание. - Потому что я голоден, - ответил Минхо. - А ты сказал, что не хочешь домой. Они свернули с набережной в узкий переулок между старыми зданиями. Пахло жареной едой, морем и ещё чем-то неуловимым - возможно, осенью. Минхо уверенно шёл вперёд, и Джисон смотрел на его спину, на то, как ложится ткань куртки на плечи. Сердце колотилось где-то у горла. Ресторан оказался маленьким - почти каморка, затерянная между прачечной и магазином сувениров. Внутри пахло чесноком, соевым соусом и углём. Столиков было восемь, все заняты, кроме одного - у окна, с видом на море. Минхо кивнул на столик. - Садись. Я закажу. Джисон сел. Через пару минут Минхо вернулся и сел напротив - положил локти на стол, сцепил пальцы в замок. Так сидят на деловых переговорах. Или на допросах. - Почему ты не хотел домой? - спросил он просто и прямо. - Не хотел? - Джисон криво усмехнулся. - Я и до сих пор не хочу. Не знаю. Дома... грустно и одиноко. Минхо на секунду замер. В голове что-то щёлкнуло - он слишком хорошо знал это чувство. - А в парке у моря весело? - Минхо чуть приподнял уголок губ. - Ну, сейчас мне нормально, - выпалил Джисон, не успев подумать, и тут же осёкся. Он увидел, как Минхо на секунду прищурился - настороженно, будто пытался прочитать между строк. Джисон внутренне сжался. Слишком честно. Слишком откровенно. Сейчас Минхо подумает, что он… что он не просто рад компании. А что в этом такого? Он правда рад. Но говорить об этом вслух - значит сделать всё слишком очевидным. Слишком хрупким. Он не хотел, чтобы его внезапный порыв честности спугнул Минхо. Вынудил того отодвинуться - молча, незаметно, но навсегда. Минхо смотрел на него несколько долгих секунд. Взгляд стал спокойнее, но где-то в глубине затаилось что-то… изучающее. - Тут вкусно готовят рыбу? - сменил тему Джисон. - Да, - плечи Минхо расслабились. - Хозяин сам рыбачит. Всё свежее. - Вау, - поразился Джисон. - Знаешь, я всегда мечтал порыбачить. Но как-то не с кем было. Наверное, так и останется мечтой. Он сказал это будто между прочим, но внутри кольнуло - привычное "жаль, что нельзя". Он не ждал ответа. Просто поделился. Минхо скользнул взглядом по его лицу - коротко, внимательно - и увёл глаза в окно. Повисла пауза. - Ну почему, - сказал он, чуть помедлив. - Мы можем порыбачить. Сердце Джисона пропустило удар. Потом ещё один. Кровь прилила к лицу, и он на секунду растерял все слова. - Что? - выдохнул он. - Ты… ты умеешь рыбачить? Но это был не тот вопрос. Не главный. Джисон вдруг понял, что ему всё равно - умеет Минхо рыбачить или нет. Пусть даже они просто просидят весь день с пустыми удочками, глядя на поплавки. Пусть Минхо будет молчать, хмуриться, поправлять воротник - всё что угодно. Он был согласен на что угодно. Лишь бы быть рядом с ним. - Немного, - ответил Минхо. Он вернул взгляд на Джисона. - В детстве мы с дедушкой часто ловили. А потом он научил меня правильно готовить рыбу. Так что можем как-нибудь сходить. Я тоже давно хотел. - Было бы замечательно, - Джисон почувствовал, как внутри разливается тепло. - А твой дед был поваром? - Да. У него был небольшой ресторанчик. - Минхо ненадолго замолчал. - После его смерти никто не продолжил. Ресторан продали. - Так вот откуда у тебя любовь к готовке, - мягко сказал Джисон. - И к ресторанам. Он улыбнулся - тепло, открыто, без обычной своей сдержанности. Минхо кивнул. А потом уголки его губ дрогнули и поползли вверх. Не та дежурная вежливая полуулыбка, которой он обычно отделывался, а настоящая, тихая, чуть застенчивая. Джисон смотрел и не мог отвести взгляд. Сердце замерло. Он вдруг понял, что не помнит, когда в последний раз видел Минхо таким - без брони, без маски. И подумал: "Боже, как давно он так не улыбался. И как же это красиво". Джисон опустил глаза на столешницу - тёмное дерево, царапины, пятна от соуса. Настоящая жизнь. Не отполированная до блеска. - Минхо, - начал он тихо. Так тихо, что сам едва расслышал. - Что? - Минхо поднял взгляд, и в нём мелькнуло что-то - быстрая тень настороженности. Джисон смотрел на него секунду. Другую. И вдруг захотелось сказать всё. "Тебе идёт улыбка. Ты должен улыбаться чаще. Знаешь, когда ты улыбаешься… мир становится ярче. Я становлюсь счастливее. Просто от того, что вижу это". Слова крутились на языке, почти просились наружу. Но он представил, как Минхо напряжётся. Как спрячет улыбку глубоко внутрь - и больше не покажет. Или хуже - посмотрит с жалостью. Или с неловкостью. Джисон проглотил всё, что хотел сказать, спрятав за обычный вопрос. - Какую рыбу будем есть? - спросил он, и голос прозвучал почти ровно. Минхо смотрел на него пару секунд. Дольше, чем нужно. Дольше, чем было комфортно. Джисон выдержал этот взгляд, чувствуя, как под ним что-то плавится внутри. А потом Минхо кивнул. Медленно. Будто понял всё, что не было сказано. Будто принял правила игры, в которую они оба только что решили играть. И от этого кивка на душе стало и легче, и тяжелее одновременно. - Угорь будет. И ещё, наверное, сибас. Они его с лимонной травой делают - даже если ты ненавидишь рыбу, это понравится. А у Джисона внутри что-то оттаяло. Совсем чуть-чуть - как льдинка на тёплой ладони. Маленькая, почти незаметная. Но она оттаяла. Он вдруг почувствовал, как отпускает то напряжение, которое нёс в себе весь вечер. Плечи сами собой опустились. Дыхание стало глубже. - Я не ненавижу рыбу, - сказал он, и в голосе проступило что-то мягкое, почти домашнее. - Это мы ещё проверим, - ответил Минхо. В его голосе мелькнуло что-то тёплое. Не насмешка. Скорее… лёгкость. Как будто он тоже позволил себе выдохнуть. И это прозвучало почти как шутка. Почти как разговор двух друзей, у которых всё просто. Им принесли еду быстро - едва они успели допить воду, которую Минхо заказал вместо чая. Широкое блюдо с целым сибасом, запечённым с ломтиками лимона и веточками лимонной травы. Отдельно - угорь в глазури из соевого соуса и имбиря, посыпанный кунжутом. Рис, мисо-суп, три вида закусок: маринованные овощи, острая капуста, что-то похожее на омлет. Пар поднимался над тарелками, смешиваясь с запахом угля и специй. Джисон втянул носом воздух. - Господи, - выдохнул он. - Это пахнет невероятно. Минхо разлил суп по маленьким пиалам - не спрашивая, хочет ли тот. Просто поставил одну перед Джисоном, как само собой разумеющееся. - Начинай с супа. А рыба пусть немного остынет. Джисон послушно поднёс пиалу к губам. Бульон оказался насыщенным, чуть сладковатым, с нотами грибов и водорослей. Тёплая волна прошла по груди, оседая где-то в животе. Он не замечал, насколько проголодался, пока не попробовал. - Хорошо? - спросил Минхо, не глядя на него - он аккуратно отделял кусок сибаса от кости. - Лучше, чем хорошо, - признался Джисон. - Я вчера почти не ел. И позавчера тоже. Минхо поднял взгляд. Коротко, остро. - Нельзя так, - сказал он ровно. - Знаю. Ещё одна пауза. Минхо переложил отделённый кусок рыбы на маленькую тарелку и подвинул к Джисону. - Ешь. Джисон моргнул. Посмотрел на рыбу, потом на Минхо. Тот уже занимался угрём: разрезал его, раскладывал по кусочкам, не глядя в сторону Джисона. Они ели в тишине, но она уже не давила, как на скамейке. Тяжёлое напряжение первых минут отпустило - может, из-за еды, может, из-за того, что оба наконец перестали пытаться контролировать каждое слово. Джисон брал палочками рыбу, макал в соус, чувствовал, как тает на языке. Лимонная трава оставляла послевкусие - прозрачное, свежее. Угорь оказался плотнее, с хрустящей корочкой и мягкой серединой. Он никогда раньше не пробовал такого. - Это, - он махнул палочками в сторону угря, - вообще не похоже на обычного угря. - Потому что глазурь, - Минхо кивнул. - Имбирь убирает запах, соевый соус добавляет глубину. Секрет в том, чтобы не передержать. - Ты говоришь как шеф-повар, - заметил Джисон с лёгкой улыбкой. - Я и есть шеф-повар, - невозмутимо ответил Минхо. Джисон фыркнул - неожиданно для себя, громче, чем планировал, так что пара человек за соседними столиками обернулась. Прикрыл рот ладонью, плечи тряслись от сдерживаемого смеха. Минхо смотрел на него спокойно, но в уголках губ снова обозначилась та едва заметная улыбка. - Что смешного? - Ты сказал это так серьёзно, будто поставил меня на место. - Так и есть. - Не сомневаюсь. Джисон вытер губы салфеткой, отпил воды. Внутри стало тепло - не только от супа. Тот самый неловкий слой, который разделял их с того вечера, начал истончаться. Они доели рыбу почти одновременно. Минхо забрал пустые тарелки, сложил их на край стола - там, где их быстро забрала девушка-официантка. Та улыбнулась обоим, спросила, всё ли понравилось. Минхо кивнул. Джисон добавил: "Очень вкусно". За окном тем временем начало темнеть. Не резко, как это бывает зимой, а постепенно, по-осеннему красиво - солнце уходило за горизонт, окрашивая небо в фиолетово-розовые тона. Море за стеклом потемнело, но не стало мрачным - скорее глубоким, бархатным, с серебристыми бликами от редких фонарей на набережной. Джисон поймал себя на том, что смотрит не на море, а на отражение Минхо в окне. Тот сидел, чуть склонив голову, и смотрел куда-то вдаль. Свет от небольшого светильника на стене падал на его лицо мягко, почти интимно, подчёркивая скулы и линию челюсти. - Смотри, - тихо сказал Минхо, кивая за окно. Джисон перевёл взгляд. Небо полыхало - фиолетовое у горизонта, переходящее в глубокий синий, и только узкая полоска оранжевого напоминала о том, что солнце было здесь совсем недавно. На воде дрожала лунная дорожка - луна только-только начала подниматься, бледная и огромная. - Красиво, - выдохнул Джисон. И подумал: "Почему я никогда раньше здесь не был?" - Хочешь чай? - спросил Минхо, перехватив его взгляд. - Хочу. Минхо подозвал официантку, негромко заказал ягодно-травяной чай и два десерта. Джисон не расслышал названий - сосредоточился на том, как Минхо говорит "два", будто это само собой разумеется. Будто они всегда так сидят в маленьком ресторане у моря и заказывают чай на двоих. Чай принесли в прозрачном чайнике - крупные ягоды шиповника, кусочки яблок, лепестки гибискуса плавали в тёмно-рубиновой воде. Пар вился над носиком, и запах был сладким, чуть терпким, с нотками корицы. Минхо разлил чай по чашкам. Джисон обхватил свою ладонями - горячо, почти обжигающе - и вдохнул аромат. - Ягоды и травы, - сказал Минхо, будто поясняя. - Успокаивает. - Ты считаешь, мне нужно успокоиться? - спросил Джисон с лёгкой насмешкой, но без обиды. - Не только тебе, - ответил Минхо и сделал глоток. Джисон смотрел, как Минхо держит чашку - пальцы длинные, спокойные. Потом перевёл взгляд на своё отражение в тёмном окне, на их двоих, сидящих напротив друг друга в маленьком залитом тёплым светом ресторане. Серебристые блики от редких фонарей на набережной завораживали. Чай они допивали медленно, словно оба неосознанно оттягивали момент, когда придётся встать из-за стола. Чайник давно опустел, на дне чашек остались только размокшие ягоды и чаинки, но никто не предлагал заказать ещё. За окном окончательно стемнело. Море превратилось в чёрную гладь, и только лунная дорожка дрожала на воде, распадаясь на сотни серебряных осколков. Фонари на набережной зажглись, и их отражения тянулись по воде золотыми нитями, переплетаясь с лунным светом. Минхо первым отодвинул чашку. - Пойдём? - спросил он тихо. Джисон кивнул. Минхо расплатился - коротко, без лишних движений. Джисон даже не успел предложить скинуться. Минхо перехватил его взгляд и чуть качнул головой: даже не думай. Они вышли на улицу. Ночной воздух оказался холоднее, чем когда они заходили в ресторан, - осень давала знать. Пахло морем, сыростью и уходящим теплом. Минхо застегнул куртку. Джисон поёжился, но ничего не сказал. Они пошли вдоль набережной обратно - туда, где несколько часов назад сидели на скамейке. Шли медленно, рядом, но не касаясь друг друга. - Ты пешком? - спросил Минхо, не глядя на него. - Ага, - Джисон кивнул. - Тут недалеко. Минут двадцать. - Я тоже, - Минхо сунул руки в карманы. - В другую сторону. Они дошли до того места, где сегодня встретились. Знакомая скамейка, пустая, присыпанная сухими листьями. Парапет. Море, тёмное и бесконечное. Здесь их дороги расходились. Минхо остановился первым. Повернулся к Джисону: лицо в полумраке, подсвеченное далёким фонарём. - Ну, - сказал он. - Давай. Джисон кивнул. Не хотелось говорить "пока" или "до свидания". Слова казались слишком грубыми для этого вечера. - Сегодня было... - он запнулся. - Хорошо. Спасибо. - Не за что, - тихо ответил Минхо. Помолчал секунду. - До встречи. Джисон смотрел на него, чувствуя, как внутри поднимается что-то тёплое и почти болезненное одновременно. Минхо стоял в трёх шагах, и это расстояние казалось и огромным, и ничтожным. - До встречи, - наконец сказал Джисон. Минхо кивнул - один раз, коротко - и развернулся. Пошёл в свою сторону. Не оглянулся. Джисон постоял ещё несколько секунд, глядя ему в спину. Смотрел, как свет фонарей скользит по плечам Минхо, как ветер треплет его волосы, как он исчезает в полумраке ночной улицы. Потом развернулся и пошёл сам. Дорога домой заняла минут двадцать - ровно столько, сколько он и сказал. Но эти двадцать минут тянулись вечностью и пролетели как одно мгновение одновременно. Джисон шёл медленно, не торопясь. Пересекал пустые улицы, проходил мимо закрытых магазинов, спальных домов с редкими светящимися окнами. Город затихал - слышны были только собственные шаги да где-то далеко шум проезжающей машины. В голове крутились обрывки сегодняшнего дня. Джисон поймал себя на том, что улыбается в темноту. Совсем глупо - идти ночью по пустынной улице и улыбаться ни с того ни с сего. Он позволил себе чувствовать: тепло в груди, лёгкость в теле, странное спокойствие вместо привычной тяжести. Ничего не анализируя. Ничего не загадывая вперёд. Он дошёл до своего дома, поднялся на этаж, открыл дверь. Квартира встретила его тишиной. Обычной, привычной тишиной, которая раньше казалась уютной, а теперь - чуть пустой. Но не давящей. Он оставил телефон на тумбочке, пошёл в душ, лёг в постель. Закрыл глаза и снова увидел отражение Минхо в тёмном окне. Свет на его скулах. Пальцы, обхватившие чашку. Улыбку, которую Джисон хотел бы запомнить навсегда. Он улыбнулся в темноту - один, в пустой комнате - и провалился в сон.

⚕️

Минхо шёл медленно. Не потому, что устал. Просто ноги сами несли его без спешки, а воздух после ресторана казался особенно чистым и свежим. Он свернул в знакомый переулок, потом на другую улицу. Дорога домой заняла бы меньше пятнадцати минут, если бы он шёл своим обычным шагом - быстрым, деловым, как всегда. Но сегодня он плёлся едва ли не черепашьей скоростью. В голове было пусто. Не в смысле "не о чем думать", а в смысле "мысли не давят, не цепляются одна за другую, не заставляют тревожиться". Просто тишина. И внутри - странное, давно забытое чувство: тепло и спокойствие. Минхо поправил воротник куртки и поймал себя на том, что уголки губ всё ещё тянутся вверх. Он что, улыбается? Он заставил лицо принять обычное выражение - ровное, непроницаемое. Но спустя минуту снова поймал себя на той же полуулыбке. Минхо остановился на светофоре. Горел красный - ни одной машины вокруг, можно было перейти, но он замер и ждал. Потому что правила есть правила. Потому что он вообще любил порядок и предсказуемость. Минхо знал: то, что он чувствует - всего лишь дружеская симпатия. Джисон - просто друг. А ещё друг Феликса. На этом всё. Он чётко расставил границы, подобрал правильные слова, запер всё лишнее на ключ. Но почему тогда внутри слишком тепло? Слишком для "просто друга". Слишком для спокойного вечера. Слишком, чтобы это можно было игнорировать. Загорелся зелёный. Минхо перешёл дорогу, сунул руки глубже в карманы. Ветер стих, и стало слышно, как где-то далеко шумит море - то самое, у которого они сидели несколько часов назад. Минхо вспомнил свои слова про рыбалку. Зачем он это сказал? Потому что Джисон выглядел так, будто ему очень нужно, чтобы кто-то сказал "да". Потому что Минхо и правда не против. Но это же просто дружеская рыбалка. Два человека с удочками, море, тишина. Что в этом такого? Он свернул в свой двор. Поднялся на крыльцо, достал ключи. Замок щёлкнул привычно, дверь открылась. Квартира встретила его темнотой и тишиной. Феликса ещё не было. Скорее всего, всё ещё в ресторане, возится с документами. Минхо не стал включать свет. Прошёл на кухню, налил стакан воды. Выпил, глядя в окно на тёмную улицу. Потом пошёл в душ, лёг в постель и закрыл глаза. Стоило ему их закрыть, как он провалился в сон - без сновидений, но с тем самым тёплым чувством, которое никак не хотело отпускать.